Проклятый Рай

Кэролайн понемногу приходила в себя после аварии. Прошло уже два дня с того момента, как ее выпустили из больницы. Клаус так ни разу и не появился. Билл намерено хотел забрать дочь домой и продержать там как минимум месяц, но Ребекка всегда знает, как нужно очаровать мужчину. Немного подсуетилась там, надавила на жалость здесь и все, Кэролайн живет в доме Майклсонов, который они приобрели пару лет назад на аукционе в Сан-Франциско. Мысли Форбс все чаще стал посещать Клаус. Обращаясь с ней, словно с рабыней, неужели он вдруг изменил свое мнение? - Хотя, вряд ли, конечно. Он чудовище, которое думает лишь о женщинах и деньгах, - задумавшись, Кэролайн сидела на кожаном диване в гостиной, прижав колени к груди и смотря на огонь в камине. Сейчас ей было так одиноко, что она сильно пожалела об отсутствии болтливой Елены, которая всегда сует нос не в свои дела, но при этом остается такой беззаботной и жизнерадостной. Кэролайн когда-то тоже была такой, а потом все изменилось. - Ты только что сказала это вслух, - вдруг прервал тишину женский голос. Форбс не заметила, как Бекка вошла и не знала, давно ли она стоит у арки, ведущей из холла в гостиную. Во всяком случае, произнесенные ею слова поставили девушку в очень неловкое положение. Кэролайн повернулась в пол оборота, чтобы лучше видеть подругу. Та стояла в арочном проеме, сложив руки на груди и слегка прикусив край нижней губы. - Ребекка, я вовсе не имела в виду то, что сказала. Я просто… - Не надо, - перебила ее Майклсон, слегка развалочной, но довольно сексуальной походкой проходя в комнату. – В чем-то ты права. Мой брат – чудовище. – Девушка уселась на диван рядом с подругой и посмотрела на огонь. – Но это лишь одна его сторона. - А что, есть и другая? – изумилась блондинка, не веря в правдивость слов собеседницы. - Конечно. Кэролайн, в нас всегда было и будет добро и зло. Нику проще показывать, что он злой и жестокий любитель властвовать, нежели открыть кому-нибудь душу… - И что там? Атмосфера в комнате была такой уютной, теплой, убаюкивающей, что можно было давно задремать. Странно, что порой даже самые обычные вещи создают ощущение безопасности и спокойствия. Прежде Кэролайн никогда не чувствовала такого. - А там доброта и нежность. Потребность в ком-то, чтобы не быть одиноким. Ник очень боится одиночества… мы все его боимся, только он это очень хорошо скрывает. С самого детства мы все мечтали о нормальной семье, но сначала ушел отец, а потом умерла мама. – Бекка резко повернулась к девушке и взяла ее руки в свои. – Кэролайн, ты – шанс Ника стать счастливым. - Что? – в этот момент у блондинки в мозгу, словно что-то щелкнуло и приказало быстро бежать, не останавливаясь и не оглядываясь. Нестись сквозь ветер и забыть все, что произошло за последние два года. Начать новую жизнь. Но что-то противоположное и очень сильное останавливало ее. - Ты можешь сделать Ника счастливым, - воодушевленно продолжала Майклсон. – Можешь подарить ему новую жизнь. Ник хочет… - Бекка! – за спинами у девушек послышался мужской голос, на который обе тут же обернулись. Клаус незаметно и неслышно оказался в гостиной. Подкрадываться это что, семейная особенность Майклсонов? На мужчине был деловой черный костюм, белая рубашка и черный галстук. В его глазах была то ли боль, то ли страх. Но это чувство прежде не присутствовало в его взгляде. - Ник… - начала Ребекка, однако поняв, что сейчас будет просто не до нее, встала с дивана и направилась в спальню на второй этаж. Но перед этим она остановилась напротив брата и, глядя прямо в глаза, произнесла: - Держи себя в руках, не надо пугать ее. - Я справлюсь, Бекка, - в этот момент в голосе мужчины появилось сдавленное раздражение, но когда сестра ушла, оно тут же испарилось. Клаус медленно направился к Кэролайн, смотря на девушку в упор. Она отвечала ему таким же взглядом. – Тебе лучше? – остановившись в паре метров от дивана, спросил Ник. - Да, - немного запнувшись, ответила девушка. - Голова уже почти не болит и раны затягиваются довольно быстро. Еще пара дней и кроме царапин ничего не останется, - блондинка сама не понимала, почему вдруг стала такой любезной с этим чудовищем. Неужели слова Ребекки ее так задели? Ник прошел вперед и сел рядом с гостьей. Он оперся локтями в колени и, немного согнувшись, поддался вперед, поближе к огню. Руками, сложенными в замок, он подпер подбородок и уставился в одну точку. - Тюрьма – это слишком легко. Надо было пришить ублюдка на месте или сделать вид, что пришил, а потом отвезти на какое-нибудь кладбище и истязать, пока от голода у него не начнутся галлюцинации, а глаза не вылезут из глазниц, - сколько злости было в голосе Ника. Его глаза буквально светились адским пламенем. Неужели он попался? Влюбился в эту девушку до такой степени, что готов был убивать ради нее? - Нет. Это слишком жестоко. Нельзя так обращаться с людьми. Он получил по заслугам, но даже это слишком сильное наказание. Я почти не пострадала, а его лишили десяти лет свободы, - девушка опустила ноги вниз и еще больше укуталась в теплый плед. - Он мог тебя убить, Кэролайн, - взвинтился Ник и обернулся к блондинке, заглянув ей в глаза. - Ты бы нашел себе новую игрушку, - с долькой обиды произнесла она и опустила голову. - Такой, как ты больше нет. Я не могу позволить себе потерять тебя, - мужчина тяжело выдохнул и полез рукой в карман брюк. Теперь Кэролайн смотрела на него, не веря собственным ушам и глазам. В его взгляде была такая невыносимая боль, что сердце разрывалось на части. Нет, она не могла в него влюбиться. Она ненавидит этого человека всей душой. И все же что-то было не как раньше. Ник достал из кармана какую-то небольшую бумагу в виде прямоугольника и отдал ее девушке. Та с опаской взяла это в руки. – Это билет на самолет до Лондона, - объяснил Клаус. Блондинка в шоке уставилась на него. – Твой билет, Кэролайн. Завтра мы с Ребеккой летим домой. Она хочет, чтобы ты отправилась с нами, - он посмотрел ей в глаза. Форбс не верила, но все же дрожащим голосом спросила: - Могу я попрощаться с отцом? - Телефон там, - Майклсон указал в сторону аппарата на круглом столике возле книжного шкафа, а потом просто встал и ушел. Кэролайн еще пару минут сидела, смотря то на билет, то на лестницу, куда ушел Клаус. Как он может быть так жесток? Почему? Говорить отцу по телефону о том, что ты уезжаешь заграницу и возможно вы больше никогда не увидитесь – слишком больно и невыносимо. Он распоряжается ее жизнью, как хочет, а она обязана подчиняться. Но есть и плюсы: если они будут в Лондоне, то ее отцу уже не будет угрожать столь сильная опасность. Набравшись храбрости, блондинка встала с дивана, оставив на нем плед, подошла к телефону и стала набирать свой домашний номер. Один длинный гудок, два, три, четыре… Сняли трубку. Послышался мужской хриплый голос. Девушка улыбнулась. - Привет, пап… Следующим вечером в самолете. Клаус, Ребекка и Кэролайн летели бизнес классом. Даже здесь мужчина не оставил свою работу и просматривал какие-то файлы. Трудоголик, ничего тут не поделаешь. Девушки тем временем мирно выпивали в баре, проводя час и два и три за разговорами. - Может быть, мне действительно нужно сменить обстановку. Выбраться из Сан-Франциско и направиться куда-то еще. Я всегда хотела побывать в Лондоне. Это мой шанс начать новую жизнь, - говорила Кэролайн, подзывая бармена. - Тогда выпьем за новую жизнь и новые возможности, - произнесла тост Бекка, немного приподняв свой стакан с коктейлем в воздух. Девушки залпом выпили немного горькие, но столь необходимые сейчас, напитки. Кэролайн вопрошающе посмотрела на подругу и чуть наклонилась вперед. - Спасибо, что купила три билета на самолет, - с улыбкой произнесла Форбс. - Что? – явно не вникая о чем речь, спросила Бекка и в непонятках уставилась на собеседницу. - Да все нормально. Клаус рассказал мне вчера, что это ты захотела, чтобы я полетела с вами. - Эй, эй… притормози-ка, - жестом остановила ее Майклсон и усмехнулась. – Твое появление сегодня на трапе было для меня сюрпризом. - Тоесть? - Я не знала о том, что ты вообще летишь с нами. Мне казалось, что Ник купил всего два билета до Лондона. Это он решил взять тебя с нами, а не я. Глаза Кэролайн чуть не выкатились из глазниц от удивления. Ребекка ничего не знала, это Клаус захотел видеть ее рядом с собой. Но неужели у него в родном городе нет тех, кто будет ублажать его по ночам? Он ведь не мог купить третий билет потому, что испытывает какие-то чувства к блондинке. Или мог? Форбс запуталась. Она понятия не имела, какую игру на этот раз затеял Майклсон и что у него вообще на уме. Неизвестность пугала, но и завораживала одновременно. Двери в новую жизнь начали открываться в самых неожиданных местах. Может быть, Кэролайн еще будет счастлива? Как жаль, что в тот момент она не знала о том, что летит, словно бабочка на огонь.