Из моего окна

      Чанель никак не мог подумать, что будет с таким нетерпением ожидать утренних тренировок. И было всё равно, что они стали проходить в более жёстком темпе, чем обычно, и совершенно исключали из себя бесполезные лежания на воде. Его расписание в корне поменялось, замещая наблюдение в телескоп, что теперь пылился в углу, на поцелуи и любимую улыбку. И пусть Бэкхен категорически отказывался лезть в бассейн, но это не мешало ему сидеть на его краю. Он ещё и включал секундомер, наблюдая за чужой тренировкой. И даже если бы их застал вместе тренер, то придраться было бы не к чему, разве что выразить Бэкхену благодарность, ведь дневные результаты тоже стали улучшаться.       Иногда Чанель думал, что Бэкхен не так-то далеко ушел от Луханя в этом плане. Отлынивать от занятий он не позволял, а Чанель пытался. Зато Пак начал лучше понимать того же Сэхуна, ведь последующая награда и вправду того стоила. Правда они исключили совместные походы в душевые. Именно там всё заканчивалось в одинаково возбужденном состоянии и большой вероятностью повышения рейтинга.       Не то чтобы Бэкхен был против обжиманий в душевых, но быть застуканными тренером или вообще кем-то из команды по плаванию совсем не хотелось. Их и так один раз застали в бассейне однокомандники Чанеля. Видимо кому-то не спалось и решение пойти в бассейн было весьма логичным. Хорошо, что Чанель на тот момент только завершил заплыв, а Бэкхен ему тыкал в нос смартфоном с включенным секундомером. Так что стыдиться было в целом и нечего. Плюс ко всему никто из них не хотел торопить события, а как раз душевые их очень даже торопили.       Чанель и Бэкхен не скрывали, что общаются, но на каком уровне это общение было, не знала даже Эшли. Она честно пыталась выяснить несколько раз что между парнями, но это не привело ни к чему. После очередного расспроса, наткнувшись на непонимающий взгляд Бэкхена, она благополучно оставила эти попытки, решая, что обойдется. В конце концов это не её дело, а Бэкхен выглядел счастливым.       Может у Бэкхена был фетиш на мокрое тело, о котором он даже сам раньше не догадывался. Ведь он всеми возможными способами избегал бассейнов и вообще воды в большом объеме в целом. А может быть, ему нравился исключительно Чанель в таком амплуа, ведь остальные пловцы университета совершенно не вызывали в нем таких эмоций. Его даже запах хлорки уже не так волновал, а мокрые поцелуи Чанеля, после очередной проплытой дорожки, вызывали лишь больше желания. Они заставляли сердце усиленно биться в груди, повышая пульс.       Как ни пытался Чанель, но отношение к нему в команде испортилось. Слух, что между ним и пьяным Бэкхеном что-то было, не желал исчезать. К тому же совместные посиделки, хоть и не наедине, как в бассейне, а в компании Джейсона и Эшли, не помогали этому ни сколько. Чанель не был конфликтным человеком и не был сторонником применения физической силы, потому пока Бэкхена напрямую не задевали, его всё устраивало. Различные завуалированные шепотки можно было просто игнорировать, как его самого уже какое-то время игнорировали в команде.       Улучшение личных результатов, новое место в ежемесячном рейтинге университета и почти каждодневная похвала тренера не способствовали сближению с сокомандниками, лишь увеличивая соперничество. А отбор в команду комплексной эстафеты на заключительный этап вольным стилем так и вообще привел к агрессивным хлопаньям дверок шкафов в раздевалке. И пусть соревнования NCAA были не так скоро, но за места боролись. Завершать эстафету было почётно, ведь для зрителей четвертый этап был самый зрелищный. Когда это место официально стало значиться за Чанелем, который путался с Бэкхеном, это заметно повысило градус отношений в команде. Последние несколько дней с Чанелем вообще не разговаривали. — Это просто зависть, — прокомментировал Джейсон, когда самые недовольные члены сборной удалились из раздевалки. — Ты здорово улучшил свои результаты! Не думаю, что их так сильно волнует то, с кем ты спишь, скорее то, что ты стал грозным соперником. — Я с ним не сплю! — Отрезал Чанель. Это была правдой на тот момент, тем более в отличие от Джейсона, он прекрасно знал, что дело тут не только в зависти. Всем почему-то было как раз-таки очень важно, с кем он спит. И только кодекс университета, скорее всего, хоть как-то поддерживал видимость нормальных отношений в сборной.       На удивление, всё это лишь сильнее мотивировало Чанеля, а Бэкхен по утрам своей настойчивостью только больше помогал совершенствоваться. Теперь вместо утреннего лежания на воде, после тренировки, Чанель стоял возле бортика бассейна. Он был на противоположной стороне дорожки, где глубина была совсем незначительной. На бортике сидел Бэкхен, спустив свои ноги в воду, и пловцу нравилось их обнимать, упираясь подбородком в чужие коленки. — Иногда кажется, что мне необходимо несколько дней вообще без тренировок, — признался Чанель. Он всё ещё тяжело дышал после заплыва. — Ну, скоро будет День прогулов, все шалости на днях утвердил ректор. — Тренировки никто не отменит, но хотя бы от учебы передохну, — прикинул Чанель. Он надеялся, что как минимум пара лекций будет отменена по причине того, что тэчерс старших курсов решат испытать на прочность и смекалку младшие курсы. — Уверен, ты что-то подготовил! — Да, нечто грандиозное! — Бэкхен совершенно точно не собирался рассказывать Чанелю подробности, поэтому лишь довольно ухмыльнулся. Чанель не настаивал, ведь рано или поздно всё и так будет известно. — Всё стало еще хуже? — внезапно поинтересовался Бэкхен. Он прекрасно понимал почему Чанеля больше не тянет на дневные тренировки. Руки тэчерс замерли в мокрых волосах, из которых он сооружал забавные завитушки на чужой голове. — Не так, как в школе, конечно… — А как было в школе? — Бэкхен напрягся, впервые задавая волнующий вопрос. Надо было быть полным кретином, чтобы не понять, в чём причина того, что их вроде как отношений, вроде как и не было. Да, он считал Чанеля своим парнем на данный момент, но было ненормальным, держать себя в рамках весь день лишь потому, что кому-то не нравятся однополые пары. — Дети бывают очень жестокими и изобретательными. А еще есть дети, которые будут терпеть и не способны себя защитить, — выдохнул Чанель, отвечая как можно более абстрактно. Его старшие классы можно было сравнить с кошмаром, повторяющимся изо дня в день, без возможности что-то изменить. Не хотелось об этом даже вспоминать, не то что говорить. — Для этого есть родители и учителя, — вполне логично пробормотал Бэкхен. Ему вообще было странно воспринимать Чанеля как жертву. Чанеля, который был под два метра ростом, с широкими плечами и внушительными мышцами. — Лучше не станет, просто травля становится более изощренной, ведь плюс ко всему, ты автоматически становишься нытиком и стукачом. — Никогда об этом не задумывался, — передернул плечами Бэкхен, стараясь избавиться от чувства подавленности. Ему, видимо, очень повезло, раз он не столкнулся с подобным в школе, а затем в университете.       После молчания, Бэкхен решил уточнить насчет завтрака, может и вправду стоило меньше друг с другом контактировать днем. — Может, сегодня позавтракаешь в своем доме? Я не умру, если несколько дней в неделю буду завтракать в одиночестве или с Эшли, плюс к этому у меня есть Лухань, который перестал беситься из-за Максимуса.       Максимус, кстати, теперь гордо стоял в общей гостиной дома Дабни и его покой бдительно охраняли. Он перемещался в комнату Бэкхена лишь во время различных вечеринок и тусовок, когда его сохранность нельзя было контролировать, разве только что стоять прямо рядом с бюстом. — Все не так плохо, не бери в голову, — Чанель подтянулся на руках, целуя тэчерс в губы. Он с наслаждением почувствствовал как чужие руки заскользили по его плечам. За такие моменты как сейчас, Чанель с каждым новым днем все больше хотел продать душу и возможно полностью лишиться поддержки ребят из команды пловцов.       Бэкхен весьма увлекся поцелуем. Он будто пытался компенсировать тем самым напряжение, что по его вине лишало Чанеля спокойствия на общих тренировках. Он развел ноги и слегка подтянул Чанеля к себе ногами. — Тренер просил тебе передать, что ему нравится, как ты на меня влияешь, — пробормотал Чанель, с сожалением отрываясь от губ и возвращаясь в воду. Руки у него не железные, тем более после нагрузок. — Тренер бы так не говорил, если бы застал нас прямо сейчас, — отшутился Бэкхен. Он старался выровнять свое дыхание. У него от поцелуя появился румянец на щеках и участилось сердцебиение. — Вот как раз-таки ему точно нет дела до моей ориентации, — признался Чанель, с облегчением понимая, что да, хоть тут ему повезло. — На сегодня все? — Ну, если только ты не хочешь ещё поплавать… — протянул Бэкхен, коварно ухмыляясь. — Спасибо, но я в душ, — Чанель стал выбираться из бассейна, стараясь при этом не намочить сидящего рядом Бэкхена. — Зайди потом ко мне и мы позавтракаем вместе. — Во Флеминг? — тэчерс замер, не веря, что не ослышался да и вообще правильно все понял. — Уверен? — Это просто завтрак, Бэк, — Чанель пожал плечами и протянул руку, помогая парню подняться на ноги, — я не собираюсь ходить на цыпочках и вообще не общаться с тобой вне этих стен. Мы не делаем и не делали ничего такого, за что мне должно быть стыдно.       Чанель произнес эти слова серьезно, глядя прямо в глаза напротив. У Бэкхена же в этот момент, похоже, что-то навсегда перевернулось в груди.