23
11 августа 2023 г., 10:04
Бэкхен сидел на паре, но не понимал ни слова из того, что говорил профессор. Все его мысли были заняты чертовым Чанелем, который мало того, что слинял из университета, так еще и не удосужился позвонить после. Да и вообще не удосужился НИ-ЧЕ-ГО! Обращаться к Сэхуну снова совсем не хотелось, было чувство, что он бегает за Чанелем, который вообще-то извращенец… ну, может совсем чуть-чуть, как оказалось.
У Бэкхена было время обдумать и переварить произошедшее с ним в бассейне. И если первые несколько дней всё же его больше волновало то, что он чуть не утонул, то последующие дни, Бэкхену знатно полегчало. Возможно это была заслуга его психолога. И вот кошмары наконец-то отступили и единственным, кто его волновал был теперь Чанель.
С каждым часом Бэкхен, прокручивая в голове чужое признание, склонялся к тому, что тот не врал. Если Чанель и извращенец — вуайерист, то какой-то уж очень стеснительный. Он же как красна девица смущается даже от собственных мыслей, если они вдруг оказываются пошлыми! Хотя, если вспомнить все их поцелуи и обжимания… Бэкхен помотал головой, стараясь избавиться от таких манящих воспоминаний, что теперь были с привкусом горечи.
Уже за ужином Бэкхен решил, что с него хватит. Он чувствовал себя отвратно, а мозг по ощущениям превратился за день в бульон.
— Ну и что с тобой не так? — Эшли скользнула за столик, приземляясь на соседний с Бэкхеном стул. На ней было воздушное фиолетовое платье, которое очень ей шло. Бэкхен в который раз слегка пожалел, что он не гетеро. Эшли всегда была какой-то особенной для него. Она как никто другой тонко чувствовала, когда ему необходима поддержка и всегда давала ее безвозмездно. — У меня, глядя на тебя, даже аппетит пропал!
— Выглядишь потрясающе, — Бэкхен сказал то, о чем думал, когда смотрел на подругу. Он с теплотой наблюдал как на веснусчатом лице напротив расцветает улыбка.
— Спасибо, Бэк, а вот ты не очень. Ты просил меня не упоминать имя того, кого нельзя называть, но если всё дело в нем, то я тебя стукну!
— Ты о Волан-де-Морте? — брякнул Бэкхен. Эшли закатила глаза, всё-таки оценила шутку по достоинству, улыбнувшись.
В конце концов Бэкхен тяжко вздохнул, а Эшли только утвердилась в причине чужого уныния. Бить Бэкхена было жалко, хоть изначально она и вправду собиралась исполнить свою угрозу.
— Если бы я мог понять вообще чего я сам хочу, то было бы гораздо проще. Какого-то хрен мне всё равно нравится извращенец Чанель, хотя головой понимаю, что я тот ещё придурок? — Бэкхена вдруг прорвало, — и вообще, может это постравматический стресс?! Почему меня вообще волнуют чужие проблемы? Меня никогда не волновали чужие проблемы, если это только не твои проблемы, Эш! И потом, а вдруг я ошибся? А может Чанель тоже ошибся, все ведь имеют право на ошибку! Все люди ошибаются так или иначе, а ещё на чувствах делают всякую фигню. Ну вот помнишь, Марк тебе серенаду под окном пел! Это было просто ужасно, ему на ухо наступил не просто медведь, а целый лайнер проплыл! Телескоп — это же не конец света? Ведь так?
— Я сейчас вообще ничего не поняла, — Эшли попыталась вычленить саму суть, но это всё было скорее похоже на хаотичный набор слов.
— Ведь реально всё дело в Максимусе, а значит, что я этого хотел! Плюс к этому, не Чанель начал всё, а я сам, это же я к нему полез целоваться. Тогда дело не в телескопе точно, может он и вправду не извращенец какой-то? — Бэкхен говорил больше сам с собой чем с подругой, — и это я больше на извращенца тяну, ведь это я строил планы как совратить стеснительного одуванчика Чанеля. Да я же с Максимусом сосался и вообще у меня встает от одного вида Чанеля, да и пу…
— СтопстопстопСТОП! — В конце концов Эшли не выдержала и побоялась, что дальше Бэкхен расскажет что-то ещё более интимное, чего она в целом знать не очень хочет.
Бэкхен замолчал, удивленно посмотрев на свою подругу. Почему его никто не хочет понимать вообще? Он что, со стенами должен общаться?
— Почему бы тебе просто не поговорить с ним? — Эшли немного кисло улыбнулась. Она очень надеялась, что Бэкхен не разразится матами в столовой. Ведь её совет был до боли банален. По её мнению, всё, что требовалась двум рассорившимся придуркам — это разговор. Вместо оров и матов она, к облегчению, получила в ответ выражение лица как у моаи с острова Пасхи. — Ммм… Мне с ним поговорить?
Бэкхен закатил глаза, складывая на груди руки. Предложение было очень заманчивое, но лишённое всякой логики и смысла. Это была его проблема, а не Эшли, да и толку от подобного не будет.
— Я сам… — Бэкхен тяжело вздохнул. Он всё же решил ещё раз поговорить с Чанелем, как тот вернется. А там будет понятно какие между ними отношения. Совершенно не верилось, что Чанель всё ещё неровно к нему дышал. После всего… Но он точно не мог соврать той ночью! Не мог… Или всё же мог?
Бэкхен ещё раз тяжело вздохнул и уставился в тарелку с едой. Осталось лишь выяснить, когда Пак вернётся в университет. Было очень странным, что тот пожертвовал своей учёбой и уехал прям посередине семестра. Но куда он денется, ему так или иначе придется вернуться.
Как итог, после всех мучений и раздумий дня, Бэкхен взял и… купил телескоп! Не, ну а что, вполне себе годная идея. Так по крайней мере он сам себя в этом убеждал. Можно будет сказать, что они квиты с Чанелем. Ну и потом, ведь использовать телескоп он собирался исключительно ради того, чтобы отследить Чанеля, чтобы поговорить. Не более!
Телескоп был чудесным, пусть возможно не таким крутым, как тот, который стоял в комнате у ушастого извращенца.
Что взять с Бэкхена, он не особо разбирался в этих заумных штучках-дрючках, даже астрономия и астрология были для него равны. Плюс телескоп ему нужен был не для наблюдения за звездным небом. Уж для соседнего общежития он точно сгодится! Абсолютно точно.
Всё следующее утро Бэкхен провел у себя в комнате, пожертвовав даже субботним завтраком с Эшли. Попытки найти комнату Чанеля были весьма безуспешными. Но зато Бэкхен узнал, что из его окна видно и так много всего интересного. Например: Сэхун возвращался из Ллойд почему-то босиком, Кларис оказывается встречается втихаря со своим бывшим из Флеминг, хотя уже как пару недель мутила с каким-то зубрилой из дома Риккетс, а председатель дома Флеминг оказывается просыпается очень рано и курит прямо на крыше общаги. Столько новостей за одно утро, а всего лишь нужно было купить набор металла с линзами!
Бэкхен, отлипнув от телескопа, вздохнул и уселся прямо на ковер в комнате.
— Да это ж как наркотик!
По другому и не назвать было это самое чувство, что поселилось внутри. О, это желание снова прилипнуть к окуляру, чтобы выглянуть в мир студенческого городка, чтобы узнать все возможные секреты вооруженным взглядом!
Бэкхен поднялся с пола, решая всё же, что он не будет больше потакать своей темной стороне и выполнит то, ради чего эта покупка и была сделана. Иначе он будет ничем не лучше Чанеля, хотя он уже не многим лучше, ведь он собирался следить за ним через телескоп. Этот момент Бэкхен старался не допускать в свою головушку. Он считал, что ему теперь можно, раз на него смотрели. Око за око или линза за линзу, короче.
Еще раз хорошенько мысленно посчитав окна комнат от главной лестницы, Бэкхен прильнул к телескопу, в поисках этой самой лестницы, отсчитывая этажи. В этот раз Бэкхен не имел намерения на что либо отвлекаться. Цель была ясна и он шел к ней! И вот… возможно это оно!
Бэкхен нифига не мог вспомнить какого цвета шторы были в комнате у Пака, не до них было в тот самый единственный раз, когда он оказался у того в комнате и когда всё пошло не так. Почему-то в этот раз даже от воспоминаний о том самом дне у Бэкхена в горле встал ком. Это была не злость и не чувство, что его предали, а просто какая-то тоска, будто он потерял что-то, что было ему дорого.
И всё же, откидывая в сторону чувства, Бэкхен был уверен, что в этой комнате шторы казались слегка знакомыми. Помещение было ожидаемо пустым и в целом ничем не выдавало кто же её владелец. Телескопа в комнате у окна тоже не было.
Бэкхен отстранился от своего новоприобретенного и весьма глазастого друга. Он решил, что все же нужно пройти по дорожке вдоль Флеминг и еще раз хорошенько посчитать окна. А лучше даже зайти без повода в общежитие, как будто в поисках например Сэхуна и посчитать двери на их с Чанелем этаже. Ну вдруг это всё же не та комната.
Днем Бэкхен и вправду посчитал ещё раз окна, решая не заходить пока в общежитие, тем более, что перед входом в дом разместилась группа пловцов. Это не добавило смелости, портя тем самым настроение. С каких это портего стало волновать чужое мнение? Бэкхен не знал ответа, но почему-то пошёл на поводу своих ощущений. Он решил не лезть в это водомерочное гнездо. Все таки это были товарищи Чанеля по команде.
Перед сном тэчерс решил проверить как там поживает неизвестная ему комната, что была под подозрением. В итоге он наконец обнаружил то, на что даже не рассчитывал! В комнате находился ее хозяин и это абсолютно точно был его лопоухий вуайерист!
Телескопа в комнате Пака всё также не было, это было странно, но зато была пара сумок. Видимо он только вернулся из своей поездки к родителям. Бэкхен прикусил губу настраивая резкость, чтобы ничего не упустить. Он наблюдал за тем, как Чанель почему-то бесцельно бродит по комнате туда и обратно. Очень обнадеживало, что ни на одной из рук его скромного извращенца не было никаких повязок и бинтов. Бёну прямо-таки полегчало. А затем пловец решил зачем-то снять с себя футболку. Это заставило Бэкхена в прямом смысле прилипнуть к телескопу.
— О! Мой! Бог! — Протянул Бэкхен, — это невероятно! Точнее НЕТ! Стоп! Это нарушение правил, желтая карточка! Желтая! Пак Чанель!
И в этот самый момент Чанель стянул с себя трусы прямо вместе с трениками, видимо собираясь в душ. Перед глазами Бэкхена неожиданно оказались чужие потрясающие ягодицы.
— КРАСНАЯ! — заорал Бэкхен, шарахаясь от телескопа. — Мои глаза! Красная карточка! Мы квиты, Пак Чанель!
