От мира к миру

      Попасться тем, от кого упорно пыталась ускользнуть всё это время, — Байс пришлось долго поразмышлять над вопросом о том, насколько же её отношения с удачей стали плохи с тех пор, как она оказалась в этом мире. Даже в самом наистраннейшем сне нельзя было представить такой расклад! Угодить в самые руки группе шиноби, иметь дело с которой захочет разве что отважный или глупый. Эрю пыталась думать о том, как ей сбежать, но… куда больше её волновал вопрос: а выживет ли она? Да и если хорошенько подумать, то делать что-либо ради побега сейчас — это портить отношения с отступниками, относящимися к ней более-менее бережно. Пока что бережно. Так и стоит ли тогда рыпаться?       Утром обладатель гигантского меча Самехады, видимо, решил, что будить Байс необязательно, и, подцепив её одной рукой, потащил следом за выходящим из пещеры Итачи. Проснувшись от испуга, куноичи недоумённо уставилась на мелькающую перед её глазами каменную поверхность, становящуюся с каждым шагом крупных ступней всё более и более освещённой. Поняв, что, уподобившись старому ненужному ковру, она буквой «Г» свисает вниз лицом, девчушка скуксилась, в который раз подмечая, что Учиха относился к ней куда внимательнее, нежели его напарник, окрашенные ногти которого она сейчас лицезрела на длинных пальцах ног.       — Что происходит? — сонно пробубнив себе под нос, едва её взору предстали травяные островки, всё чаще появляющиеся на пути, Эрю попыталась напрячь мышцы живота и хоть как-то приподнять корпус, дабы посмотреть вперёд. У неё это получилось, правда, лишь тогда, когда Хошигаки наконец остановился, оказавшись за выходом из пещеры. Чувствуя, как грубые ладони переваливают её между собой и как вскоре она на пару секунд оказывается в вертикальном положении, Байс сделала глубокий вдох, прервавшийся почти сразу же после своего приятного начала. Страшная морда акула опустилась к ней, и богиня попыталась максимально чётко отразить своё недовольство его услугами перевозки, однако тот, заметив надутые губки, лишь хмыкнул и, прокряхтев, закинул укутанное тельце на себя.       «Можно подумать, я такая тяжёлая» — мысленно возмутилась Эрю, жмурясь и резко выдыхая от ударившего под рёбра плеча.       — Проснулась? Нам нужно связаться с лидером в ближайшее время, так что веди себя тихо.       То ли мужчина был не в настроении, то ли утро так на него влияло, но Байс не услышала в привычном ей склизком голосе подшучиваний или издёвок. Чистейший приказ. Ни больше ни меньше. Видимо, рыбий мозг требовал особой концентрации для установления связи с одним рыжим негодяем. От подобных мыслей девочка едва слышно усмехнулась и, внаглую довертевшись на плече отступника до максимально удобного положения, смогла расслабиться.       Через какое-то время шествия мужчины присели у небольшого ручья, сложив ладони в печатях и прикрыв веки. Для Эрю, брошенной поваляться у близрастущего дерева, стало ясно, что вот-вот ей могут сообщить какие-нибудь новости от Нагато, который наверняка будет доволен поимкой в их лапы божественного дитя. Ожидая, когда двое закончат свой сеанс, девушка смотрела в небо и пыталась представить свою дальнейшую судьбу. «Убьют-не убьют» — примерно так выглядело её гадание на ромашке перед затуманенным скрытым ужасом взглядом. Конечно, с учётом того, что Итачи всё же тайно оставался преданным своей деревне, у неё, возможно, и был шанс на спасение или хотя бы временную сохранность перед беспощадной ко всякой живности вроде неё организацией. Но даже этот шанс стоял под большим вопросом, и в какие-то моменты девочка обречённо склонялась в сторону своей скорой смерти, забывая о всяких преимуществах.       Когда отступники поднялись, первым, на кого пал взор очухавшейся от мыслей богини, был Учиха. На удивление, именно он приближался к ней, в то время как синекожий гигант оставался где-то позади. Опустившись на одно колено перед заложницей, гений своего клана посмотрел в её сонные глаза, а затем так же безмолвно наклонился ещё ниже, поднимая её с травы.       Вопросительный взгляд фиолетоволосой быстро получил ответ. Сначала особа подумала, что напарники просто поменялись местами и теперь её понесёт её тайный кумир. Но всё оказалось куда интереснее.       — Увидимся завтра, Итачи-сан. Приглядывайте за этой мелюзгой, — ухмыльнувшись на недовольную физиономию девочки, Хошигаки обошёл Учиху и направился в сторону чащи.       — Ты точно справишься сам, Кисаме? — разворачиваясь вслед за гигантом и устремляя взгляд в спину того, брюнет обхватил свисающие от его плеча ноги девицы, обмотанные всем, чем только можно, и замер.       — Думаю, — склизко протянул мечник, посмеиваясь. — Этот вопрос куда уместнее в вашу сторону, хе-хе. Увидимся, — повторив ранее сказанное, акул скрылся с места.       — Куда это Кисаме-сан направился.       — Это не твоё дело, — не сказать, что голос выражал что-то помимо полного отсутствия эмоций, но даже слегка грубоватая на вид фраза звучала из уст Учихи мягко и снисходительно. Нукенин покрепче прижал к себе закутанное маленькое пугало и начал передвижение по верхушкам деревьев в противоположную от напарника сторону.       На сей раз, то ли из-за отсутствия синекожего, то ли по собственному желанию, ночлег был выбран весьма удобный. Это была гостиница, расположенная в небольшом, но, как всегда, уютном городке, обнаруженном отступником ближе к закату. Учиха оплатил двухместный номер, в котором Эрю оказалась максимально забавным образом: её просто затащили через окно, дабы избежать непонимания и подозрений со стороны окружающих.       За весь день двое не обмолвились и словом, так как Байс просто не знала, что можно сказать старшему брату Саске. Даже если мысли в её голове всё-таки назревали, смущение тут же преграждало им путь. Порой Итачи слышал унылые вздохи и косо поглядывал в сторону висящей на нём куноичи, однако, предполагая, что та банально устала от подобного положения, он просто продолжал путь. Когда его руки опустили её на одну из кроватей, девочка тут же плюхнулась на спину, гулко и протяжно мыча себе под нос. Понимая, что подобные завывания вполне обоснованы, Учиха недолго сверлил неподвижное тело взглядом, прежде чем оставить Эрю в полном покое.       Очередной город, и вновь праздник. Размышляя над причиной столь часто попадающих ей на глаза фестивалей, богиня пришла к выводу, что справляется не один определённый день, а, возможно, целая неделя, посвящённая какому-то событию. Либо же дело было в смене локации, хотя за пределы страны Огня они ещё явно не вышли.       Сейчас празднество было лучшим, что происходило вокруг. На фоне всех неприятностей радостные лица людей, мелькающие из раза в раз огни, громкие звуки и музыка казались спасением для души. Как раз тогда, когда за окном промелькнул первый бумажный фонарик, видимо, по случайности выпущенный кем-то из неуклюжих рук раньше нужного времени, девушка почувствовала особую тягу к свободе, добиться которой в нынешнем положении, наверное, было задачкой не из лёгких. Помимо очередного всплывшего желания — понаблюдать за происходящим на фестивале, — была и куда более важная причина, которую Байс тем не менее рассматривала как второстепенную, ставя физические муки гораздо ниже душевных. Находиться в её положении второй день становилось и правда очень тяжело. Болела поясница, кисти рук и стопы вообще едва чувствовались. Шея около седьмого позвонка неприятно гудела, вынуждая божество периодически морщиться от попыток пошевелиться. Очень хотелось подняться на ноги и покрутить головой, чтобы организм смог самую малость размяться и позабыть об этой пытке хотя бы на пару минут.       Учиха сидел на своей кровати и над чем-то раздумывал, закинув одну ногу на другую. Его руки были скрещены на груди, а голова опущена, из-за чего создавалось впечатление, будто он задремал. Баклажанчик же смиренно лежала на одном месте и всё то время, пока глаза брюнета оставались скрытыми за свисающими чёрными прядями, пялилась на мужчину, позабыв, что он может легко об этом узнать. Хотя, если бы Эрю была откровенна в этом вопросе, то ответила бы, что её мало волновал сей факт. Заняться всё равно было нечем.       Ещё минут пять погоняв мысли под отдалённый смех людей, щелчки и «бабахи» от фейерверков, которые она так и не попробовала зажечь в этом мире собственными худощавыми ручонками, куноичи решила, что хотя бы не полюбоваться сим дивом вблизи перед возможной кончиной будет слишком уж большим упущением.       — Итачи-сан?       — …       — Ита-а-ачи-сан, — пытаясь разглядеть хоть какое-то движение век за волосами её захватчика, богиня напрягла мышцы живота и, надув щёки, с трудом приняла сидячее положение.       — Я слушаю.       — О, — всего лишь одна фраза вызвала у Эрю столько мыслей, что запутался язык, не давая произнести хоть что-нибудь из желаемого. Забегав взглядом по полу, девочка облизнула пересохшие губы. — Это… Я хотела… То есть, кхм, развяжите меня, пожалуйста. Убежать я всё равно не смогу, а вот нахождение в таком состоянии уже второй день… У меня всё болит.       — Тебе придётся потерпеть.       — Да не могу я терпеть, это невыносимо! — отрезала Байс, елозя на месте и уже предпринимая попытки избавиться от чувства покалывания в своих конечностях. — Позвольте хотя бы размяться! А потом свяжете снова, это ведь не займёт много времени?       — …       — Итачи-сан? Ита-а-ачи-сан… Ну, ИТА-А-А-АЧИ-САН?! — нудно и протяжно произнося имя мужчины и тем самым стараясь его расшевелить, Эрю на каждом новом слове покачивалась то взад, то вперёд на кровати, не теряя надежды на то, что отступник всё же сломается и развяжет её несчастную тушку. — Итачи-сан, там же праздник на улице. Все веселятся, а я даже понаблюдать не могу, — заметив, как голова брюнета чуть повернулась в сторону окна, она тут же продолжила. — Ну, Итачи-сан! Болит всё, умираю. И-и-и… та-а-а… ч-и-и… сан! По-о-жа-алу-уйста! — зная, насколько примерно бесполезны её жалкие попытки таким образом призвать этого человека хоть к каким-то действиям, Байс с досадой выдохнула себе под нос и, выдержав достаточно долгую паузу, грозно стукнула спущенными с кровати ногами по её деревянному основанию. — ИТАЧИ УЧИХА, ПОЖАЛУЙСТА, ПОДНИМИТЕ СВОЙ ПОПЕЦ! РАЗВЯЖИТЕ МЕНЯ! ДАЙТЕ МНЕ ПОЛЮБОВАТЬСЯ ФОНАРИКАМИ И ФЕЙЕРВЕРКАМИ! ЭТО МОЁ ПОСЛЕДНЕЕ ЖЕЛАНИЕ! Я… Я ВЕДЬ ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ, ЧТО ВАШ ЛИДЕР СДЕЛАЕТ СО МНОЙ, КАК ТОЛЬКО УВИДИТ! И НА ПРЕДПОЛАГАЕМОМ ЗАКАТЕ СВОЕЙ ЖИЗНИ Я ХОЧ… Х…       О да. Он развернулся. Не выпуская из виду покрасневшее от разразившихся воплей лицо, медленно опустил ноги вниз, оторвался плечом от подушки и, поднявшись, направился в её сторону. Судя по взгляду этого человека, Эрю могла сказать лишь одно: знать, что он задумал, было бы куда страшнее, чем этого не знать.       — Итачи-сан, куда угодно, только не по лицу, — попыталась отшутиться испуганная богиня, оглядываясь по сторонам в поисках спасения и поднимая виноватый взор на отступника лишь тогда, когда он сделал последний шаг к ней. Байс взглянула на него… в сторону. На него… в сторону. Неужели именно так люди сгорают со стыда?       Краснея всё пуще, девушка угрюмо нахмурила брови и ссутулилась. После того, что она тут устроила, находиться под столь пристальным вниманием было неловко вдвойне. Не дождавшись более никаких телодвижений или детских кривляний, Учиха вздохнул и на мгновение прикрыл глаза, протягивая руки к верёвкам, опутывающим слабое тело.       — Я бы отрезал тебе язык, но, боюсь, на встрече с лидером мне влетит за это, — подтягивая ускользающую в панике куноичи на себя за ткань плащей и ставя её на ноги, мужчина поднял веки и прищурился. — Не шевелись.       Сколько же было радости! Развязывают! Но эта фраза…       — У вас была возможность сунуть мне в рот верёвку, как это было вчера.       Словив прожигающий взгляд, который на секунду отвлёкся от освобождения её тушки, Эрю подняла глаза, притворяясь, что ничего только что с её уст не срывалось. Закончив с развязыванием, брюнет выпрямился и, откинув верёвку на кровать позади себя, внимательно посмотрел на наслаждающееся свободой божество.       — Как ты верно отметила: не пытайся сбежать. Это плохо отразится на моём доверии к тебе.       «Преступник говорит мне о доверии?» — отвернувшись и стянув с себя один из плащей для удобства в передвижениях, Байс нервно ухмыльнулась. Конечно же, она понимала, что на самом деле Итачи правит добро. Добро, которым он смог бы покорить не одну душу в этом мире, сложись его судьба иначе. Добро, которое он умудрялся вкладывать в каждое своё действие, уже будучи под маской отступника. Учиха же не знал о том, что Эрю понимает, откуда берётся его мягкое отношение к ней и некая уступчивость по отношению к окружающим. Он не знал о том, что она не всегда пугается его угроз, так как знает, какие из них точно пусты и в каких случаях он точно не сделает никому плохо. И в подобных ситуациях это было отличным поводом для того бесстрашия, которое она демонстрировала в общении с ним. Хотя, признаться… где-то в глубине души страшно ей всё-таки было. Ведь, как особа помнила, Куренай и Асума однажды договорились, и брюнет, оставив свою миролюбивость, едва не спустил на них напарника.       Так и не найдя способа сделать ношение гигантской вещи акула более-менее удобным, девочка вздохнула. Развернувшись, она осторожно протянула снятый ею в первую очередь плащ его хозяину и, дождавшись, пока вещь покинет её ладони, неторопливо, дабы не нервировать резкими движениями уставшего носителя шарингана, направилась в сторону окна. Оказавшись у застеклённой поверхности, Байс уставилась на яркие улицы, усыпанные толпами людей, и, широко раскрыв глаза, не сдержала восхищения на лице.       Вид снаружи был чудесный и манящий. Как же было грустно оттого, что они с Сицу так и не смогли побыть на похожем, а, возможно, и этом же самом празднике совсем недавно. А если бы она смогла побывать там со своими друзьями: Наруто, Саске, Сакурой и ребятами из других команд… с сенсеем… ах! Вероятно, после такого богиня, ни минуты не мешкая, назвала бы себя самым счастливым шиноби.       Обнимая саму себя в плаще, Эрю приподнялась на носочках, потягиваясь, как вдруг замерла с оцепеневшим взглядом, уловившим в отражении окна наблюдающие за ней чёрные, как смоль, глаза. Растерявшись, девчушка опустила лицо вниз, ощущая, как жар заполоняет её щёки, и глядя куда-то под самое здание.       — Ч-что за праздники сейчас проходят в большинстве маленьких городов?       За спиной послышался скрип кровати. Видимо, Учиха принял прежнее положение.       — В нынешний сезон довольно много праздников, и все они идут один за другим. Если судить по календарю, то сейчас в маленьких поселениях люди справляют дни урожая.       «Что ж, учитывая разброс этих поселений, можно понять, почему фестивали проходят в немного разное время» — про себя отметила Байс, сводя брови к переносице и внимательно разглядывая нескольких стариков, активно выясняющих отношения прямо под окном. Спустя время, решив проблему хохотом и дружескими объятиями, те куда-то направились. Проводив компанию взором до ближайшего угла, где та пропала из виду, девушка подняла глаза, пытаясь незаметно перевести фокус на отражение перед собой и узнать, чем же занимается старший брат Саске. Однако, успев уловить лишь то, как тот сидит на краю кровати, а не проводит своё время на мягкой подушечке, она тут же вернула внимание к улице, продолжая искать интересные объекты для наблюдения.       — И что же ты задумала?       Заслышав столь неожиданный, хотя и весьма логичный вопрос для того, кто не спускал с неё глаз всё это время, Эрю забеспокоилась. Создавалось впечатление, что, дав ей свободу, нукенин устроил себе этакое вечернее развлечение: поиспытывать глупенького неопытного генина на честность, лукавство или смекалку. В ином случае запихнуть что-нибудь в болтливый ротик и не мучить себя надзором было бы действительно куда более простым решением.       Также Байс словила себя и на другом предположении: обнаружив, что они с Саске имеют весьма тёплые отношения — если их можно так назвать по одной лишь дружеской беседе, едва не перешедшей в драку двух дураков, — он пытается разузнать о ней побольше исключительно в интересах об окружении брата. Ведь в прошлом Учиха уже дал ей весьма обнадёживающее обещание — отпустить, если лидер решит, что божество бесполезно для их планов. Факт того, что у маленького Саске есть верные и надёжные друзья, как оказалось, важный вопрос для Итачи. И если для связи с Наруто в будущем ему пришлось бы искать время и место, дабы поговорить с глазу на глаз, то тут стечение обстоятельств само дало возможность отступнику поизучать одного из детёнышей родной Конохи, пусть и приёмного.       Полагая, что этот вариант куда менее вероятен, богиня сосредоточила внимание на первом. Видимо, её расспросы легко походили за заговаривание зубов, а мимолётные взгляды на него через отражающие поверхности — за проверку обстановки. Да и обилие людей на улице явно могло интересовать юную куноичи как самый простой способ скрыться от глаз врага. Только для девочки до сих пор оставалось загадкой: как с его зрением Итачи умудряется замечать все эти мелкие детали?       Обернувшись к мужчине и выдержав на себе его изучающий взгляд, Байс отрицательно помотала головой.       — Я вовсе ни о чём таком не думаю.       Сведя веки в ироничном прищуре, Учиха приподнял уголки губ. Конечно, он ей не верил. Особенно учитывая то, что этот ребёнок был столь же неугомонным и в каком-то плане непредсказуемым, как и его верный «братец» джинчурики. Какое же счастье, наверное, что они с Кисаме не уволокли сразу двоих?       Замечая, что девочка теряет привычный боевой настрой и отворачивается от него с расстроенным выражением лица, Итачи вернул себе прежний вид. Казалось, что его предположения о том, что она планирует улизнуть, были единственными верными, но, по-видимому, у Эрю для него был совсем другой ответ.       — Может, я и кажусь вам ещё совсем ребёнком, но я умею адекватно оценивать ситуации. Со слов Саске, Какаши-сан пострадал от ваших рук. Я и в подмётки не гожусь своему учителю, так что же тогда могу сделать против вас или этого вашего аквариумного друга? Даже если я придумаю самый гениальный план, на который способна с нынешним уровнем образования шиноби, мне всё равно не переплюнуть вас ни в силе, ни в уме. Поэтому, — важно выпятив губки и нахмурившись, девчушка со строгим взором обратилась к Учихе, замечая, как его рот приоткрывается в немом ожидании её финальных размышлений. — Если вы думаете, что я такая же глупая, как ваш брат, то будьте уверены, что мозгов у меня явно побольше, — вспоминая, с каким трудом ей давался спор с младшим братом отступника в момент их пребывания в гостинице, Эрю скуксилась и отвернулась, не дожидаясь дальнейшей реакции мужчины.       Порой ей казалось, что все Учихи с неким прибабахом. Один лезет в бой со своей местью, совсем не думая о последствиях, в то время как даже славящийся в их команде бестолковостью Узумаки осознаёт всю безвыходность ситуации в отсутствие Жабьего отшельника. Второй же, построив свою жизнь на обмане, вечно ищет лукавство в словах и эмоциях других людей, при необходимости оказываясь не только крайне гибким в поведении, но и, что весьма неожиданно, острым на язык. Конечно-конечно, поддерживать репутацию плохого парня и показывать несмышлёным подрастающим шиноби — да и не только им — своё превосходство в его случае дело важное. Но как справляться с теми непредсказуемыми с его-то характером «ударами», которыми он выбивает всякую почву из-под ног? Загадка. Актёр играет по-разному, но где его истинное лицо? Если подумать, то Байс повезло с тем, что она не имела никакой прямой связи с их кланом. Ведь если в контроле над своим младшим братцем Учиха был не прочь пользоваться кулаками и даже Тсукуёми, то, не имея причин вызывать чувство ненависти или желание отомстить у чужого ему человека, дальше колкостей он не заходил. Хотя, увидев, насколько неплох их контакт с Саске, он вполне мог поэкспериментировать с чувствами того, переломав фиолетоволосой пару косточек. Эрю и Наруто очень и ещё раз очень повезло.       Глядя на очередную компанию под окном, богиня тяжело вздохнула. За спиной долгое время царила тишина, и в какой-то момент она забрала из тела куноичи всякое напряжение, заставив забыть о том, что особа здесь не одна. Мысль за мыслью Байс обдумывала то, как всё же сможет освободиться из лап Акацки и когда-нибудь обязательно попадёт на такое же мероприятие со своими близкими людьми. Почему-то подобные желания ранее не были столь яркими. Неужели страх смерти действует именно так? Почему она и думать ни о чём другом не может? Потому что в самом деле могла видеть лица друзей в последний раз? И это с тем учётом, что среди них не было ни любимого ею Какаши, ни Сакуры, которая осталась в Конохе, даже не подозревая о том, что учудили её товарищи?       Поймав себя на нотке пессимизма, Эрю стиснула зубы. Сдерживать совсем детский страх перед неизвестным, какой бы выносливой она ни была и чему бы ни учил её Сташ, было всё сложнее. Куда проще было бы расплакаться и молить о том, чтобы её отпустили, но стала бы Байс так унижаться? Нет!       Позади вновь послышался скрип кровати, и божество напряглось. Шаги. Судорожно вдохнув воздух через ноздри, Эрю вцепилась в подоконник вспотевшими пальцами, однако постаралась не подавать виду, что активное передвижение отступника как-либо её беспокоит. Судя по весьма ощутимому чувству близкого присутствия, Учиха оказался прямо за её спиной. Девушка не решалась поднять глаз, чтобы, как обычно, убедиться в этом через отражение в стекле, а потому всё также сверлила взглядом находящуюся под самым носом улицу, попутно теребя между тоненьких перстов спадающие на подоконник рукава от плаща Хошигаки.       «Как же, наверное, Кисаме-сан бесится с того, что его одежда у меня» — пыталась отвлечь себя Байс различного рода мыслями, переводя взор на чёрную ткань и разглаживая её на ладони. И ведь действительно. Вопрос был занятным.       — В таком случае… что так привлекает твоё внимание?       Эрю покосилась назад и заметила, как обладатель шарингана обошёл её, встав плечом к плечу. Робко подняв на него взгляд, она уловила всё тот же необычайно притягательный вид аристократичного молодого мужчины, коим он наверняка и цеплял большинство своих поклонниц, как и его миловидный в силу своего юного возраста отото. Потратив несколько секунд на любование отступником, фиолетоволосая с шумным выдохом отвернулась.       — Вы же не поверите мне, если я скажу, что никогда не была на фестивалях? — нехотя произнесла она, понимая, что именно такая правда сто процентов прозвучит как самый нелепый обман и попытка давить на жалость. Мгновенного ответа не последовало, и девушка, нахмурившись от собственных давящих из груди чувств, принялась перетирать ткань рукавов в своих пальцах вновь. — Вообще-то… я мечтаю побывать на них с друзьями, но… в данных обстоятельствах…       — Выходит, твои слова о последнем желании сказаны не просто так?       Удивлённо вскинув брови, Эрю уставилась на Итачи, замечая его озадаченный взгляд на себе. Не может быть, чтобы он в действительности задумался о таком! Хотя с тем учётом, что он, как и она, прекрасно понимал, что ни при каком раскладе девочка от него не сбежит, да и до сна им торчать здесь ещё по меньшей мере два или три часа, подобное имело место быть.       — Что насчёт техники Перевоплощения? — поинтересовался Учиха, всем телом разворачиваясь к подростку и замечая, как та недоверчиво пятится от него.       — Т-техника Перевоплощения? Вы хотите… — абсолютно не веря, хотя и допуская происходящее где-то на подсознании, Эрю, охваченная самыми различными чувствами, начиная от непонимания и заканчивая зарождающейся в потёмках души тяги к столь лёгкому и непринуждённому общению со стоящим перед ней человеком, смотрела в его чёрные глаза и, кажется, инстинктивно понимала, что ничего плохого тот не имеет в виду. — Вы позволите мне?       — Это не будет дружеской прогулкой, ты и сама понимаешь, — довольно чёрство произнёс Итачи, не сводя взора с внимательно слушающей его девушки, что, вопреки всем другим мыслям, кивала в ответ. — У нас нет никакого пропитания на сегодняшний день. Я могу отправить за ним клона, а могу пойти наружу с тобой. Учитывая то, что я услышал, и то, что моего напарника сейчас здесь нет, я могу пойти тебе навстречу.       — Мне кажется, что, несмотря на кровожадность Кисаме-сана, договориться с ним было бы гораздо легче, — наконец, в край поумерив свою былую напористость, Байс застенчиво обронила подобную фразу, намекая, что с акулом можно быть уверенной — церемониться тот не станет. Плохое поведение? Минус ноги. А может быть, и голова вместе с ними.       Заслышав столь забавное предположение, Учиха мысленно согласился с ним, понимая, о чём говорит Эрю. Однако вместо какой-либо реакции он лишь выжидающе уставился на неё.       — М-м, — задумчиво промычала богиня, отвлекаясь от отступника и раздумывая над тем, как бы ей лучше замаскироваться. Она использовала это ниндзюцу не так часто, чтобы с уверенностью схватиться за какой-либо знакомый образ, однако один запомнился ей максимально точно и, пожалуй, для походов в магазин книг был теперь самым излюбленным. Закусив губу и сложив печати, Эрю на мгновение замерла.       «Всё бы ничего, но…» — краснея, однако понимая, что другого выбора нет, она попыталась воссоздать тот самый облик, который был принят ею в прошлый раз при помощи подручных материалов. Шёпотом произнеся название техники, куноичи преобразилась, становясь на пару сантиметров выше и явно взрослее года так на четыре. На ногах появились всё те же белые неудобные туфли, а на стройном юном тельце с куда более округлыми формами, нежели ранее, платье, цвет которого на сей раз оказался тёмно-синим, а длина — примерно до середины икр. Тонкий тканевый пояс был красиво завязан за спиной на талии. Если для покупки книги любимому сенсею Байс преспокойно выбрала короткую версию данной одежды, как и её более летний в плане цвета вариант, то сейчас скромность и волнение не позволили бы ей нацепить на себя что-то подобное. Плюсом ко всему послужила шляпка, которой ранее не было. Фиолетовые с тёплым приятным оттенком волосы, играющие большую роль во внешних данных божества, были припрятаны под головным убором и лишь самую малость торчали у тонкой открытой шеи.       Сжимая ткань от юбки в пальцах и стараясь максимально сосредоточиться на концентрации чакры, дабы иметь возможность выбраться наружу, Эрю приподняла лицо, избавляясь от тени на нём. Замечая, как в глазах Учихи появляется едва уловимый блеск, но тут же сталкиваясь взором с его спиной, Байс в непонимании его реакции и лёгком испуге от предположения, что вид вышел несоответствующим требованиям, слегка подалась вперёд.       — Хорошо, — негромко обронил отступник и, нащупав взглядом оставленный им на кровати плащ, замер. В Конохе их обнаружили слишком уж быстро благодаря такому «пёстрому» костюму. Вероятно, что повторять ошибки сейчас не стоит. Это слишком уж большой риск в отсутствие Кисаме.       «Опять я размечталась? — с досадой спросила себя Эрю, отмечая, что мужчине не потребовалось и пары секунд, чтобы оценить её внешний вид. Конечно, её версию тяжело было сравнить с тем, что творил время от времени Узумаки, и всё же сейчас Байс завидовала тому, что Наруто удаётся впечатлить своими образами не только слабых противников. — Но ведь даже Мастеру Джирайе понравилось!» — куксясь от неполученного внимания со стороны объекта своего обожания, богиня уныло поплелась за брюнетом, успокаивая себя мыслями о том, что он хотя бы не стал держать её взаперти всё это время, как всегда, проявив какую-никакую эмпатию вместо ожидаемой требовательности и жёсткого контроля.       Наконец-то! Улица! Фейерверки! Бесчисленные лавки со сладостями, сувенирами и прочими интересными вещами. Люди в красивых одеждах и готовые с минуты на минуту взмыть в тёмно-синее небо светящиеся бумажные фонари! Как же всё было красиво и возвышенно! Чувствовался истинный дух праздника! Под впечатлением Эрю забывала даже про то, что она здесь не на той самой дружеской прогулке, а всего лишь пользуется добрым нравом её захватчика. От перекрёстка к перекрёстку она всё больше отрывалась от своего наблюдателя, временами отходя от него слишком далеко и соображая об ошибке почти сразу же, как только в поле её зрения мелькала хотя бы часть его силуэта. Держать себя в руках было тем ещё испытанием, но, как только Учиха увлёкся одной из лавок и запросил несколько рисовых пирожков на ночной и утренний перекус, всё случилось само собой.       — Ух ты! Что это за штучки??? — не сдержавшись от очередных увиденных вдалеке пряностей, Эрю ломанулась в сторону, жадными глазёнками пялясь на какие-то аппетитные палочки, которые десятками набирали детишки и их родители. Розовый шёлк расстилался под вкусностями и делал их ещё более привлекательными на вид.       Итачи последовал за горе-заложницей, тяжело вздыхая и складывая купленное в тоненький пакет, висящий на его предплечье. Он ведь действительно сильно рисковал, давая этой девчушке такую волю. Оправдаться перед лидером, да и перед напарником, в случае её пропажи будет той ещё задачкой. Кроме того, хоть он сейчас и был в обычном тёмно-синем костюме, а не в плаще, некоторые могли узнать его в лицо, ведь он находился в розыске. Но, кажется, под всеобщим весельем люди просто-напросто не замечали столь приметной личности. Или же в этом селении были мало с ней знакомы? Что-то из двух.       — Я ведь предупреждал о таких моментах, — укоризненно бросил фразу Учиха, наклонившись к уху вздрогнувшей девочки на месте её пребывания, а после переведя взгляд на продавца, который сразу же приметил двоих у своего товара.       — Господин! Ваша вторая половинка любит вкусненькое? Ох, ну и красавица! Не хотите ли купить ей парочку сладких палочек? Она будет очень рада, не так ли? — подмигивая темноглазой девице, которая до сих пор находилась в оцепенении от прозвучавшего позади замечания, усатый продавец пододвинул к ней подставку с пряностями, чем мгновенно вывел из окутавших её чувств собственной беспомощности и нарушенного обещания.       — М-мы не… — запинаясь, начала было богиня, замахав руками перед собой, как вдруг обомлела, заметив, как мужская ладонь выскальзывает из-за её плеча и, ловко подхватывая тройку симпатично украшенных сладостей, подносит те к ней.       — Отличный выбор!       Не обращая внимания на звучащие впереди одобрения и различную похвалу, касающуюся крайне, по мнению хозяина, проницательного ухажёра, фиолетоволосая медленно обернулась, покосившись на лицо отступника, но вместо объяснений уловила на себе лишь выжидающий взгляд. Тихонько мотая головой, Эрю в очередной раз вздрогнула, когда продавец внезапно хлопнул в ладоши.       — Неужели вам не нравится, красавица?       — Она просто слишком скромна.       Судорожно подбирая слова и едва не проваливаясь сквозь землю от вида протянутой с монетами руки к усатому торговцу, Байс уставилась куда-то в другую сторону, натягивая шляпу на бок и наперёд придумывая место и действия, которыми она может увлечься, дабы избежать какого-либо контакта с «суженым».       «Потом ещё деньги с меня требовать будут на пару с Кисаме-саном за то, что я их так подставила! А у меня ведь даже вещей моих нет, не то что кошелька!» — жмурясь, била себя вполне логичными мыслями девчушка, хотя и понимала, что вряд ли без её интереса к чему-либо вечер смог бы обойтись. Нелепая случайность поставила в затруднительное положение и её. Будь возможность, Эрю с уверенностью отмотала бы время назад и ни в коем случае не подбежала бы к этому магазинчику.       — Эрю-тян…       Заслышав ласковое обращение к себе, богиня вытаращила глаза. Её сердце билось так быстро из-за сложившейся ситуации, будто было готово вот-вот выпрыгнуть и исчезнуть с этого места, оставив свою хозяйку разбираться со всем тем, что получилось, самостоятельно. Сжав кулак у груди, куноичи протянула другую руку к давно выпавшей у виска пряди волос и, стараясь унять лёгкую дрожь в кистях, заправила ту под головной убор.       Зачем он с ней так? Нет, ему, конечно, как и ей, нужно выкрутиться, но… сразу же за тем теплом, в которое облачал её его мягкий тон, за тем нежным отношением и разыгранной сценой любовной парочки, Байс ощущала себя абсолютно опустошённой. Словно знала, что то, что ей дали подержать в руках, как маленькому ребёнку, скоро заберут и она расплачется, понимая, что это был лишь розыгрыш.       — Й… я пойду вперёд, — заикаясь, буркнула она, не зная, услышат ли её, и быстрым шагом поплелась прочь от лавки. Плюсом к пониманию того, как, скорее всего, разобьются со временем её мечты о любви, постепенно липли и мысли о том, что она виновата перед отступником за случившееся минуту назад. Ведь было весьма ожидаемо, что кто-нибудь да и заговорит с ними в этот вечер. Уж от продавцов громких фразочек можно и за километр получить сполна! Наверняка она значительно сократила себе срок пребывания на улице такими действиями, хотя хотелось верить, что на первый раз Итачи-сан простит ей её опрометчивость.       Понимая, что таким образом она может уйти совсем далеко и получить очередной выговор, фиолетоволосая сбавила шаг, после чего и вовсе остановилась посреди улицы, робко выглядывая из-под своей шляпки и разглядывая магазины и аттракционы вокруг. Впрочем, полюбоваться издалека подобным было тоже вполне себе неплохим окончанием столь опасного для неё дня, в котором всевозможные эмоции сплелись в такой плотный клубок, что Эрю уже не понимала, насколько в действительности она в неприятностях и как из них выкарабкиваться. Вести себя то слишком смело, то покорно, пока Учиха Итачи рядом с ней… Она не понимала, какой ход наиболее правильный, хотя каждый раз старалась равняться именно на Узумаки за особой симпатией к его вере в себя, так как это было ей близко. Плюсом ко всему, ей нужно было точно знать: способен ли Итачи причинить ей вред в случае непослушания и стоит ли бояться его точно так же, как делают это те, кто не в курсе о его истинном лице. Насколько она может позволять себе быть самой собой рядом с ним? В каком случае он точно очень грубо обозначит её границы?       Оказавшиеся под носом сладкие палочки, сжатые между мужских пальцев, выбили юную особу из очередных глубоких размышлений. Не решаясь поднимать взгляда, она смотрела на пряности, но не была уверена, что стоит тянуть к ним свои ручонки, хотя те, не будь такой обстановки, вцепились бы в них вне всякого сомнения.       — Простите меня. Я просто хотела взглянуть на них.       — Как видишь, теперь с ними нужно что-то делать.       Чувствуя, как камень падает с души, а также осознавая, насколько всё-таки добр и терпелив Учиха, богиня кивнула и, неуверенно протянув ладони к сладостям, осторожно взяла их.       Внезапный хлопок откуда-то сверху всё же заставил Байс вскинуть голову, и она заворожённо уставилась в окончательно потемневшее необъятное небо, где с лёгким дымком разрывались на части миллионы ярких огоньков. Мужчина последовал примеру куноичи, глядя вверх на весело искрящихся светлячков и слушая тот звук, который едва отдалённо напоминал ему одного из не самых скромных в поведении коллег, находящего всю суть искусства во взрывах. Завораживающее зрелище заставило всех вокруг позабыть о своих делах. Толпа превратилась в застывшие силуэты, которые лишь спустя несколько выпущенных салютов сорвались с места, громко встречая одно из самых важных событий вечера и хлопая в ладоши.       Глядя на эту манящую прелесть, которую она могла лицезреть лишь благодаря покладистости одного единственного человека из Акацки, девушка ощущала, как собираются слёзы на её глазах. Столько эмоций нахлынуло сразу, что всё то наигранное местами озорство и смазливая мордашка, которую она старалась строить для сокрытия своих истинных чувств и своего настоящего «Я»… всё это стало каким-то странным в один момент. Эрю была собой, но переигрывала в собственном поведении от слишком ярких ощущений, чего не замечала в бессознательных попытках защититься и выжить ради своей цели, в то время как на деле ей казалось, что она вполне уверена в царящей вокруг неё безопасности. И это выжимало её душевное состояние с лихвой.       Раз за разом Байс гадала о том, кого на самом деле увидит, когда встретит его. Добросердечного сдержанного преступника, ставшего тем, кто он есть, не по исключительно своей воле, или же в реальности жестокого человека? Каково же было её облегчение, когда весь тот образ, который всю её жизнь заставлял восхищаться этим человеком, был в точности воссоздан им же при их встрече. Все опасения, за исключением пары или тройки, уходили прочь, а вместе с ними Байс в который раз повторяла себе, что ни за что не даст такому человеку пропасть, не поговорив с ним, когда придёт время. Конечно же, она не сможет заставить его отказаться от своих целей, если тот решительно настроен на смерть. Это было бы слишком эгоистично с её стороны — максимально игнорировать его желания, но… видит ли он иные исходы или просто боится осознавать, что они есть, стыдясь и страдая от своего прошлого перед братом и всей деревней?       Расплакаться от изношенных нервных клеток на сегодня куноичи не позволил знакомый голос. Она едва уловила его где-то вдалеке. Он вновь обострил её чувства, вернул в реальность, вселил надежду и заставил спрятать внутренние хаос и разруху, которые вот-вот могли вырваться вместе с горячими слезами.       Это был… Какаши? Её милый и заботливый учитель? Её старший брат? Да, именно так она его воспринимала. Пепельноволосый не заменил её похожего внешне брата, но встал наравне с ним. Она безумно скучала по джоунину, когда они долго не встречались, всегда волновалась за его самочувствие и сохранность, точно так же, как и он волновался о ней из-за подобных вещей. Несмотря на отсутствие родства по крови, Хатаке был для девочки ближайшим человеком на сегодняшний день.       Быстро перемещая взгляд в толпе, Байс пыталась уловить его лицо, хотя бы его очертания, его тень. Эмоции переполнили её вновь, когда она увидела, как он сворачивает за угол вместе с Мастером Джирайей. Видимо, они искали её. И, судя по мешкам под глазами, кои Эрю заметила у Копирующего в то время, как он оглянулся куда-то в сторону, учитель отправился искать её, так до конца и не оклемавшись от нанесённого техникой удара Учихи. Чувствуя, как переживания переполняют её сердце, богиня едва заметно приподнялась на носочках, не решаясь выкрикнуть имя и без того побитого сенсея.       С ними не было никого из команды номер Семь. Мог ли Саске уже покинуть деревню, проиграв брату своего товарища по команде? Вдруг сейчас ребята как раз идут за ним? Или же они ищут её в другом селении? Да, это предположение было куда более приятным.       «О нет, они ушли. Кажется, они не заметили меня… Интересно, видел ли их Итачи-сан?» — посмотрев на мужчину, Эрю заметила, как он мельком взглянул на неё, и от этого подозрительного взгляда у неё по спине пробежался холодок.       — Что-то задумала? — почти незаметно приподняв брови, поинтересовался вдруг отступник и, внимательно оглянувшись по сторонам, вздохнул. — Идём. Думаю, этого хватит, чтобы твоё последнее желание считалось исполненным.       Кажется, он всё же не заметил учителей, но явно понял то, что Эрю хочет от него удрать, либо же ждёт откуда-то помощи. Ощутив крепкую, но безболезненную хватку тёплой мужской ладони на своём локте, Байс упёрлась ногами в землю, тормозя тянущие движения.       — Д-давайте ещё побудем здесь! Всего пару минут!       Поймав на себе пронизывающий до самых пяток, где поселилось её сердце, взгляд и поняв, что ещё чуть-чуть и тот силой заволочет её обратно в скучное помещение, Эрю резко подалась вперёд, обвивая мужчину руками и чувствуя, как к горлу подкатывает ком от собственных действий.       — Люби-и-мый, как ты можешь тащить меня обратно в эту душную гостиницу, когда мы не увидели и половины салюта?! — ноющим писклявым голоском вымолвив всё это «суженому» в лицо, а после обречённо сложив голову на его груди, фиолетоволосая умудрилась обратить на себя внимание почти всех людей вокруг. Такие действия со стороны маленькой куноичи были крайне неожиданными, однако сдержанность брюнета позволила ему скрыть своё замешательство. Он, нукенин из деревни Скрытого Листа, хладнокровный и рассудительный, и она — обычная девчушка, от одного вида его напарника сжимающаяся в комок, — с непонятным рвением бросается к нему, не проявляя, казалось бы, и капли страха.       — Что ты делаешь? — сжав в ладонях девичьи плечи и слегка отстранив те от себя, Итачи потерянно уставился в цвета ночного неба глаза, пытаясь разглядеть в них хотя бы каплю того смысла, которым Байс могла бы оправдать своё лютое нежелание возвращаться в номер. В сознании мужчины этот смысл сводился исключительно к побегу, но понять, как генин, признавшийся в осведомлённости об их организации, может совсем не бояться одного из опаснейших его членов или же сквозь страх испытывать судьбу на прочность, обладатель шарингана не мог. Может быть, он один не знает о каких-то безупречных способах обдурить более опытных шиноби, однако никак не увидит подобное в действии, начиная с самого детства, где таких же самонадеянных товарищей было целое море?       — Всего лишь хочу выиграть у вас немного времени. Не вы один умеете играть на публику, — неловко улыбаясь от внутреннего понимания, что после этого доверию Учихи, и ей в том числе, точно придёт конец, баклажанчик не расцепляла рук, обвивающих крепкий торс. Сейчас нужно было делать всё, лишь бы потянуть момент их пребывания ещё немного, в особенности, если брюнет так и не заподозрил, что она более не просто увлечена фестивалем. Вдруг сенсеи всё же вернутся?       Сначала отступник просто молчал, как бы обдумывая сказанное Эрю. Затем практически незаметно ухмыльнулся. Что ж, раз хочешь сыграть в игру, ты её получишь.       Одной рукой покрепче обняв маленькую язву за плечи, он откинул голову назад и, издав полного разочарования вздох, громче обычного бросил:       — Хорошо. Думаю, заняться другими делами мы сможем и позже, у нас ведь вся ночь впереди. А сейчас насладимся тем, что ты так хотела увидеть.       — Ч… что… в..?!       — Например, научить глупую куноичи предугадывать последствия её действий, — со спокойным выражением лица шёпотом добавил брюнет. Роль актёра он исполнял мастерски, о чём свидетельствовал неотличимый от настоящего наигранный мечтающий взгляд в небо.       Приведя сбивчивое от волнения дыхание в порядок, Байс сжала кулаки за спиной Учихи, ещё не собираясь сдаваться, однако с ошеломлением замечая, что все вокруг хихикают над её выражением лица, которое она до сих пор не привела в порядок.       «Так, значит? Решили, раз Киши вас не видит, то вы можете вести себя как самый настоящий лис?! — исподлобья посмотрев на Итачи, Эрю тут же отвернулась, почувствовав, как горят её щёки. Тем временем взгляд ониксовых пронзительных глаз, наполненный чувством превосходства и победы в этом маленьком сражении, был направлен прямо на её покрасневшее потерянное личико. И как он умудряется так незаметно подглядывать за ней?! — Почему он смотрит на меня с таким снисхождением, будто делает мне услугу?! — уподобляясь маленькому Саске, обиженному на братика из-за несерьёзного отношения к его способностям, девушка надулась. — Он… т-такой красивый… Боже, о чём я думаю! Я не должна думать о таком, он ведь всего лишь издевается надо мной!».       Внутренняя беседа продолжалась долго. Фейерверки заканчивались, люди начинали расходиться. Байс стояла, всё так же обнимая любимого мужчину и пялясь куда-то на землю. Когда он зашевелился и попытался сделать шаг назад, Эрю потянулась за ним так, словно не хотела отпускать.       — Слишком сильно вошла в роль? — холодно усмехнулся обладатель шарингана и убрал ладонь от хрупкого девичьего плеча, сжимая которое продолжительное время, он невольно размышлял о той слабости, над которой Байс придётся ещё очень долго работать, дабы обеспечить себе надёжную защиту от возможных травм в боях. Уж слишком эта девочка была хиленькой. — Ты так хотела посмотреть на фейерверки, но за всё время, пока мы здесь стояли, ни разу не взглянула на небо. Так сильно хочется сбежать?       Задрав на Итачи удивлённый и частично возмущённый взгляд, баклажанчик нахмурилась.       — Кого ты увидела в толпе? — добивая девушку последней фразой и замечая, как резко меняется её важное выражение лица, Учиха сдвинул брови к переносице.       Проколоться столь нелепо, потеряв бдительность из-за какого-то соревнования в остротах... Байс нервно сглотнула, быстро хлопая ресницами и пытаясь подобрать хоть какие-то слова, которые могли бы максимально правдоподобно прозвучать после её реакции. В то время, как она дурачилась, он ни на минуту не терял самообладания, продолжая наблюдать не только за ней, но и за окружением. Богине казалось, что ответ на свой вопрос нукенин уже знает, и слышать его вслух от неё ему совсем не нужно.       — Никого, — попытаться соврать стоило. Не ради себя — ради Хатаке. Допустить очередной бой, когда Копирующий только-только поднялся с койки? Ну уж нет. И девочка, едва дыша, совершая усилие, выдала эту фразу абсолютно невозмутимо. Наконец, расцепив руки и опустив взгляд в землю, она пробормотала. — Я всего лишь засмотрелась на то, как группа детей собирается запускать фонари. Спасибо, что позволили побыть здесь, — бросив взор на отступника и заметив, как его лицо более-менее обретает некую ясность, девушка, собирая волю в кулак, слегка опустила корпус. — И простите мне мою п… — не зная, какое слово лучше подобрать, Байс медленно выпрямилась, закончив свой непродолжительный поклон, и утвердительно кивнула головой. — Придурковатость.       Ещё немного помявшись на месте, но так и не дождавшись никакого ответа, помимо непрерывного взгляда сверху, Эрю поджала губы, облизывая их, и, развернувшись, поплелась в сторону гостиницы. Наверное, после всего, что она вытворила, это было лучшим решением с её стороны.       Негромкое шарканье сандалиями по пыльной поверхности дороги раздалось за её спиной практически сразу, что свидетельствовало о том, что старший брат Саске направился вслед за ней. Как хорошо, что его вопросы всё же прекратились. И как хорошо, что он до сих пор не вздумал использовать на ней шаринган. Уж не знала богиня, насколько у неё получилось бы сопротивляться тому, у кого гендзюцу буквально с рождения кипело в крови, но испытывать подобное на себе даже ради интереса пока что не хотелось. Слишком уж страшно, особенно учитывая риск разболтать о своих реальных способностях.       Оказавшись в номере, Байс деактивировала Хенге но Дзюцу и, сложив пряные палочки на тумбу у своей кровати, плюхнулась на постель, стараясь как можно быстрее ограничить какой-либо контакт с Учихой. Доигрывать до такого было глупым и нелепым поступком, однако некоторые выводы из их общения были явно полезны.       Робея и потупляя взгляд, когда молодой мужчина оказался рядом с ней, выложив пару рисовых пирожков к уже имеющимся сладостям, Эрю подогнула колени и накрылась одеялом, дабы окончательно утвердить в глазах того своё намерение отойти ко сну. Больше никаких разговоров.       Разобравшись со своими скромными покупками, Итачи подхватил с матраса местами потрёпанный плащ и, укутавшись в него, занял полугоризонтальное положение на соседней от подростка кровати. Через какое-то время покосившись в сторону куноичи, он уловил, как слипаются её веки, по-видимому, до сих пор удерживаемые с каждой минутой угасающими усилиями, и склонил голову в бок.       Засыпает. Отлично. Ему, пожалуй, также хватит приключений на сегодня и уж тем более впечатлений от них.       Терпеливо выждав, пока заложница заснёт, отступник спустился на матрас всем телом и, уложив подушку под голову, развернулся на бок. Ещё какое-то время стоило уделить наблюдениям, ведь на сей раз дежурить в момент его сна будет некому. Комфорт от куда более приятного места для лёжки быстро давал свои плоды и в его случае. На ледяном полу пещеры, усыпанном мелкими колющимися камушками, было тяжело уснуть даже такому непривередливому и привыкшему к подобному человеку, как он. Итачи старался, как мог, однако вскоре его глаза сделали выбор за него, и, погрузившись во тьму, тот расслабился на мягком одеяле.

***

      Хлопок.       Эрю проснулась от громкого звука откуда-то из-за спины и, быстро развернувшись, обнаружила, что за окном сейчас ночь. Неужели кто-то до сих пор балуется фейерверками? Или же это что-то другое?       Недолго блуждая взглядом по стенам и изучая рисунок на них практически в полнейшей темноте, Байс попыталась расслабиться, вновь развернувшись к дверям номера. Учиха спал прямо перед ней, ближе к выходу из комнаты, однако поначалу богиня не смогла разглядеть его силуэт, беспомощно хлопая глазами, всё же не разлипшимися до конца после сладкого сна.       Видит. Она видит его.       Его лицо неразличимо во мраке, но он явно находится там, где уснул, и… кажется, он спит к ней спиной. Тогда всё понятно. Так даже спокойней.       Девушка глубоко вздохнула. Интересно, можно ли рассматривать нынешний момент как идеальный для побега? Не то что бы делать, даже думать о подобном было страшно. Как бы желание сбежать не манило её каждый раз, когда для этого находился хоть какой-нибудь видимый шанс, Эрю всё боялась. Боялась потерпеть неудачу или же… потерять доверие нукенина, которое, вероятнее всего, придумала себе сама?       Покусывая краешек нижней губы, маленькая богиня гоняла мысли взад-вперёд, понимая, что теперь уснуть будет куда сложнее, чем в первый раз. Однако из раздумий её тоже небрежно выкинуло, как только за спиной послышался очередной неприятный звук. Кажется, свистящий гул шёл откуда-то от окна. Рамы здесь были ветхие, и подобного стоило ожидать. Сильный ночной ветер завывал так, словно где-то рядом ходили бродячие псы. Воздух, пробивающийся в комнату, добирался до промежутка под входной дверью и, выходя в коридор, кажется, подключал и других участников к своей жуткой симфонии.       Что-то страшно заскрипело. Сначала Эрю подумала, что Учиха решил перелечь, чем вызвал стоны старого дерева под собой, однако уже спустя пару секунд выяснилось, что всё это разносилось из-за двери.       От кошмарных представлений, одно за другим появляющихся в её голове, Байс поёжилась. Что за пугающее место, казавшееся при свете закатного солнца вполне себе адекватным?       «Почему мне так страшно? Я ведь здесь не одна… Хоть Итачи-сан и считается вражеским шиноби, я вполне могу рассчитывать на его защиту, — напоминая себе, что мужчина вовсе не тот безжалостный преступник, коим пытается казаться, а всего лишь двойной агент, о чём она, слава небесам, знает, юная особа покосилась за спину. За окном промелькнула тень. — Боже-боже! — резко садясь на кровати и упираясь в мягкий матрас под собой ладонями, дабы в любой момент спрыгнуть и удрать, Эрю забегала взглядом по застеклённой поверхности. — Может… это Кисаме-сан вернулся? В таком случае, логичнее было бы зайти через дверь?» — спрашивая саму себя о том, возможно ли это, и приходя к выводу, что вполне, так как многие гостиницы работают круглосуточно, божество опустилось ниже, ещё какое-то время поддерживая свой корпус над матрасом упирающимися в него предплечьями.       Тени всё так же ползали по стенам у окна, однако теперь было понятно, что это лишь проделки ветвей, струящихся за стеклом вверх и легко поддающихся игре с неугомонным ветром. Едва девочка отвернула голову и уже было направилась лицом к подушке, как что-то вновь на секунду затемнило комнату насовсем, и богиня, испугавшись подыгравшего этому моменту пронзительного гула, резко села на кровати, распутывая конечности из гигантского плаща.       «Что за чёрт? Я так не усну ведь!» — с трудом пробив вставший в горле ком, Байс сглотнула и замерла в таком положении на долгие пятнадцать минут. Покоя не наступало. Глаза и уши ловили каждое движение, каждый едва уловимый треск или шарканье за окном, от которых на затылке волосы вставали дыбом. И сколько бы богиня ни косилась на своего спутника, Учиха полностью игнорировал подобное, глубоко дыша во сне.       С привыкшими к темноте глазами Эрю знала чётко — мужчина лежит к ней спиной. Наконец, можно было быть уверенной, что он не посмеивается про себя, видя, в каком неловком положении она находится. Конечно, вечно скрывать свои страхи у неё не получится, однако сейчас в самом деле не хотелось бы проколоться перед столь важным и глубоко уважаемым для неё человеком. Стыд и позор — вот что было бы с ней, увидь он сейчас, как она пытается угомонить собственные накрученные мысли об опасности за окном и дверьми. Насколько нелепым шиноби она бы тогда выглядела?       «Мама! — поднявшись на ноги от противного скрипящего звука откуда-то из-за здания, в котором они находились, девочка обернулась себе за спину. Её взгляду предстала стена и окно, кои пугали её всё это время, находясь позади. Сделав пару шагов назад, Эрю покосилась на лежащего в своей постели мужчину и с завистью изогнула брови. — Как же, блин… с-страшно. Может, я… п-постараюсь незаметно…» — потихоньку разворачиваясь обратно к соседней койке, богиня поднесла спрятанные под длинными рукавами ладони к груди и затаила дыхание. Ох, как же страшна и ужасна была эта мысль, однако, может, после этого она всё же сможет закрыть глаза и расслабиться, зная, что надёжная защита находится всего в паре сантиметров от неё?       Губы задрожали, но девочка, собрав волю и храбрость в кулак, обострив все свои чувства, подключив ловкость и кошачью поступь, а также полный настрой на успех, двинулась к кровати отступника, уже примерно воображая, как и куда ей поставить свои культяпки, дабы лечь рядом максимально незаметно.       «Он… п-поймёт меня утром, если хоть раз просыпался за эту кошмарную ночь. Не думаю, что это то, из-за чего он может разозлиться на меня или сделать выговор» — слыша зловещий рокот позади и подгоняя свои намерения, девочка сделала последний шаг, превращая его в слабый рывок, как вдруг побледнела, едва-едва успевая взмахнуть руками, и ещё больше запуталась в плаще, попавшим ей под ноги.       Хошигаки! Этот изощрённый убийца! Он умудряется сделать ей подножку даже там, где его нет!       Прицелиться в данном положении было крайне сложно, и Эрю влетела в спящего отступника на таком ускорении, которому позавидовал бы даже Четвёртый Хокаге, Намиказе. Ещё не зная, проснулся ли мужчина до конца, однако сомневаясь, что от сильного удара коленом в поясницу тот смог бы не раскрыть глаз, девушка, сохранившая целостность гения клана Учиха хотя бы сверху — вопреки всем опасениям, растопырив пальцы и вцепившись ими в тёмные густые волосы, благодаря чему её лоб не пробил чужой висок, — обняла его второй рукой, завалившись грудью на сильное плечо.       — Мамочка! — только и успела пикнуть она уже вслух, когда крепкие горячие персты сцепились на её запястье и, до боли резко выкрутив конечность, перебросили её тельце на противоположную сторону кровати. Оказавшись вдавленной в подушку за тонкую, страшно прохрустевшую от таких действий шею, Байс, раскрывая рот от нехватки воздуха, схватилась свободной ладонью за удерживающую её руку и сквозь покалывающие ощущения в горле плаксиво захрипела. — Простите-простите-простите! Я н…       — Ты…       Мужской силуэт, склонившийся над ней, немного отстранился. Учиха почувствовал, как его кожи коснулась влага, и, ещё не до конца соображая о том, что только что произошло, выпустил девочку из мёртвой хватки, перетирая стёкшие по её щеке слёзы в пальцах. Слыша судорожный вздох и теперь уже ощущая, как дрожат упёршиеся в его бёдра ноги, он сдвинул брови к переносице, хватая Эрю за сжатую ранее кисть руки и рывком усаживая девчушку перед собой.       — Ит-тачи-сан, я случайно, — поспешно подгибая под себя ступни и всё ещё не успокаиваясь под сверлящим взглядом обладателя шарингана, коим теперь во тьме улавливалось каждое её движение, Байс попыталась соскочить с кровати по направлению к своей, однако, вновь путаясь ногами в гадкой тёмной ткани, она лишь беспомощно проскулила, перекинувшись через колено отступника и плюхнувшись на него животом. Чувствуя, как сильная ладонь до сих пор пытается удержать её тело на весу, однако не справляется с этим из-за её поспешных движений, богиня залилась краской пуще прежнего, благодаря сейчас лишь одну вещь — темноту… за то, что та так милостиво заботится о её никчёмном положении. — Я не хотела… — едва слышно добавила фиолетоволосая, наконец, с чужой помощью возвращаясь в прежнее положение и как можно скорее стирая со своего лица полившиеся от испуга слёзы.       — Что происходит? — привычного флегматизма в прозвучавшем сбоку голосе совсем не было. Учиха был напряжён, о чём говорил не только его тон, но и до сих пор сдавливающая её руку хватка.       Подняв взгляд, Эрю вздрогнула. Алый свет, исходящий от его глаз, пробирал до ещё большей дрожи. Если бы сейчас мужчина решил отправить её в беспамятство жестокой иллюзией, она бы этому совсем не удивилась.       — П-простите… Я испугалась. З-за окном и дверью всё время слышатся какие-то звуки, и мне стало страшно. Я… п… подумала, что м-могу… могу лечь с краю возле… Простите!       Богиня почувствовала, как воздух застревает у неё в горле от чувств, и рефлекторно поднесла свободную ладонь ко рту, жмурясь. Над головой повисла тишина, которая сменилась лёгким выдохом лишь спустя десяток секунд. О чём нукенин думал в это время — Байс боялась даже представить.       Расслабившиеся пальцы на почти онемевшем запястье даровали трусишке свободу. Отступник соскользнул с постели и куда-то направился. Слыша его тихие шаги, но от стыда не сразу осмеливаясь поднять голову, Эрю сделала это лишь через пару минут. Её заплаканные глаза теперь слипались не от сонливости, а от влаги, но во мраке она смогла разглядеть Учиху, стоящего боком у края окна и внимательно всматривающегося в окружение снаружи.       Фиолетоволосая поднесла руку к груди, с замиранием сердца прислушиваясь к гулу вокруг. В то время как ей всё ещё было не по себе от звуков, доносящихся откуда-то из-за потёртого стекла и дверей, брюнет, кажется, убедился в их безопасном пребывании в номере и развернулся обратно к постели. Дико смущённая своим поступком Байс, заметив его движение, тут же спустила ноги с кровати и поторопилась соскочить с неё, дабы отправиться обратно к своему ложу, однако снова плюхнулась на пятую точку, когда мужская грудь перегородила ей дорогу.       Мужчина смерил невидимым в темноте взглядом потускневших глаз сжавшийся комок на своей постели. От его внезапного бездействия у Эрю задрожали колени — она вдруг уверила себя в том, что, наконец, дошла до той самой грани терпения отступника, и теперь боялась, что вновь может почувствовать боль от его рук. Но, вопреки страшным ожиданиям, голова брюнета развернулась чуть в сторону, и Итачи, так и не сказав более ни слова, повернулся боком, плавно опускаясь на постель. Растерявшаяся богиня на четвереньках отползла в сторону, а когда гений клана Учиха затих, расположившись на матрасе в прежней позе, но теперь лицом к её кровати, застыла.       Что ей делать? Это разрешение или же просто безразличие к случившемуся?       Стараясь мыслить трезво и убеждая себя в том, что мечтать о первом можно только в своих фантазиях, Эрю оглянулась за спину, на пол, куда вот-вот могла бы ступить. Следом она посмотрела в сторону окна, откуда вновь послышались стоны завывающего ветра, и нервно сглотнула: теперь до её кровати слишком далеко.       Девочка в очередной раз облизнула пересохшие от переживаний губы и, снова сглатывая ком, словно мышка прильнула к постели отступника. Не дыша и не моргая. Широко раскрытыми глазами она несколько секунд таращилась в спину лежащего рядом шиноби, ожидая, что это какая-то уловка, после которой ей точно не поздоровится, но с момента её едва осознанного решения остаться рядом с ним он так и не пошевелился.       Быстро бьющееся в груди сердце стало медленно успокаиваться. Байс, слыша всё те же звуки, что и раньше, спустя несколько долгих минут почувствовала, что может расслабиться. Поджав губы, она взглянула на одеяло под собой. Её ноги и плечи стали подмерзать, но пошевелиться было так страшно, что она не решилась вытащить его, чтобы укрыться. Пожалуй, ей вполне хватит и того, что сон вновь стал накатывать на неё, как и несколько часов назад.       Поджав колени к груди и неровно вздохнув, особа, не замечая за собой, благодарно посмотрела на лежащий рядом намного более крупный по сравнению с ней силуэт. Даже если прямого разрешения не было, её отсюда так никто и не прогнал. Куноичи всё ещё ощущала прикосновения пальцев нукенина на своей коже, от которых странные и очень смешанные чувства будоражили её изнутри. К счастью, полученное потрясение вскоре полностью прошло, так и не дав девочке глубоко задуматься о чём-либо. Бессознательное состояние добралось до хрупкого тела, и Эрю, приоткрыв ротик во сне, сжалась на кровати ещё сильнее, упёршись лбом между мужских лопаток, слабо дрогнувших от очередного контакта.