От мира к миру

      — Чёртов ублюдок!       Сон, который показался Эрю мимолётным мгновением, на самом деле был весьма длительным. За то время, что она видела какие-то краткие отрывки из сказочных и не совсем сказочных сюжетов, в реальности прошла целая ночь. Солнце медленно поднималось над горизонтом. Кое-как раскрыв слипающиеся веки, девушка услышала грохот и звуки врезающегося в различный материал металла, а потому сразу же поняла, что приспешнику Джашина отчего-то неймётся. Взглянув вперёд, на свои ноги, которые она вытянула во время сна, богиня тут же поджала их к себе, вспоминая про насекомых, выброшенных сюда Хиданом. Через несколько секунд тишина в её «уютной» ямке нарушилась, а несчастная многоножка, выпавши из-под кофты, пояс на которой Байс сумела ослабить и со стянутыми по пальцам руками, угодила под плотную подошву сандаля.       — Знаешь его, а, Какузу? — звучало откуда-то сверху.       — Нет, впервые вижу это лицо.       На секунду замерев, девушка с напуганным лицом приподняла ногу, видя, как под той расползаются мелкие внутренности. С сожалением и отвращением простонав, она хотела было отойти в другой угол ямы, как вдруг шарахнулась от истеричного хохота Хидана.       — Попрощайся с жизнью, шавка!       — Идиот! — рявкнул другой отступник, и Эрю вжалась в дальнюю стену от криков, услышав приближающийся звук шагов.       — Верни этого урода на место, я должен закон…       — Заткнись, я сказал!       На очередном выкрике разъярённого Какузу Эрю увидела, как появилась голова того в поле её зрения, после чего мужчина резко развернулся, видимо, закрепив речь уверенным телодвижением.       — Мысли шире, отсталый! — сквозь зубы процедил он и вновь развернулся к яме. Нагнувшись, зеленоглазый поднял решётку из корней и откинул её в сторону, где она была зафиксирована. Оценив пойманную Байс недовольным взглядом, мужчина выпрямился и, не сводя взора с её лица, вытянул из-за своей спины человека с перевязанными позади руками. Ловя заветные эмоции узницы и понимая, что не зря вытащил нападавшего из-под лап наглого напарника, Какузу отпустил плечо человека. На ключице неизвестного, за потрёпанными клочками одежды, виднелась открытая рана, оставленная штырём Хидана. Не растягивая паузу надолго, отступник впился в края той пальцами и, проигнорировав сдержанный стон высокого, под стать ему самому, юноши, пинком под колени опустил того перед ямой. — Знаешь его?       Несмотря на обращённый к ней вопрос, богиня первое время отсутствовала в реальности, так как была полностью погружена в мысли, которые говорили ей: «Смерть не за горами». Сидящий перед клеткой человек до сих пор всеми силами выкручивался из-под ладони удерживающего его члена Акацки, и что самое интересное — Какузу действительно было тяжело совладать с ним, хотя, казалось бы, молодой мужчина был хоть и не ниже, но весьма худее того. Волчья маска на его лице была слегка перекошена. Неужели они заглянули под неё и увидели его лицо? Лицо, которое до сих пор ни разу не было открыто её глазам.       — Эй, ты, — зарычал грозно Какузу, видя, как взгляд девочки всё больше пропадает за мыслями. — Отвечай. Живо.       Выпадая из размышлений, Эрю судорожно закивала. Громко фыркнув, мужчина вдруг отпустил раненую ключицу пленника, а после очередным пинком повалил того внутрь ямы. Едва увернувшись от летящего на неё тела, Байс отскочила к свободной стороне углубления, где прилипла к сырой стене из земли, не сводя взгляда с того самого врага, который, по словам главного монаха её храма, представлял для неё наибольшую опасность в плане своего известного желания — убить её.       Решётка со скрежетом опустилась на прежнее место, а отступник, отряхнув ладони и звучно выдохнув, направился по своим делам.       — Какого чёрта, Какузу?! — послышался недовольный тон Хидана, а после и гулкое падение металлического штыря на землю.       — Она знает его. Он пытался вытащить её отсюда. Теперь у нас есть две приманки. До сих пор не доходит?       Кажется, спустя несколько секунд Хидан всё же добрался до сути сказанного и громко вздохнул. Мысли и чувства двух этих людей всегда считывались достаточно легко из-за открытого показа самых разнообразных эмоций. Вот уж чего никогда не дождёшься от Итачи. Даже выбравшись из лап своей судьбы, он оставался всё такой же тайной для Эрю.       Неровный подъём высокого шиноби заставил Байс вернуть внимание к нынешней опасности. Чёрный плащ плавно скатился по спине, закрыв собой перевязанные руки и полусогнутые ноги приходящего в себя пленника. Судя по всему, главарь Ооками, если это, конечно же, и правда был он, получил неплохой поцелуй от матушки-земли, когда свалился на неё с двухметровой высоты. Шипение, послышавшееся из-под волчьей маски, добралось до слуха Эрю как раз в тот момент, когда молодой мужчина мотнул головой и скинул с себя капюшон, обнажив торчащие во все стороны серебристые волосы.       — Хахаф… — резко осекаясь из-за понимания, что Какаши-сенсей явно не того роста, да и волосы у него темнее и прямее, чем у этого камикадзе, богиня вжалась в земляную стену, сообразив, что привлекла к себе внимание. Обернувшись на её скомканную речь, шиноби в том же полусогнутом состоянии сделал широкий шаг вперёд, остановившись лишь тогда, когда нога девочки упёрлась в его живот.       — Х… Хаифо… — забормотала Байс, понимая, что не может так просто умереть здесь и сейчас. — Фы фе…       — Тихо, — раздался осторожный голос из-под маски, и мужчина обогнул препятствие, спихнув его коленом. Остановившись у едва ли не въевшейся в землю богини, Хаиро пронёс руки под ногами, с трудом протиснув свои длинные нижние конечности в образовавшееся между локтями пространство, после чего поднял ладони к девушке, игнорируя её мотание головой и уверенным движением стягивая с её рта повязку.       Зажмурившись, Эрю не сразу поняла, что её вовсе не начали душить или ещё чего похуже. Лишь спустя несколько мгновений она приоткрыла веки и с трудом посмотрела на красующуюся перед ней слишком уж искусно вырезанную на маске волчью морду. Чувствуя себя полудохлой мышкой под склонившимся над ней коршуном, Байс не сводила взгляда с уже привычного ей образа убийцы, не замечая, как тот уже несколько минут ждёт от неё определённых действий.       — И дальше будешь таращиться на меня? — недоумённо прозвучал бархатный голос, и тут Эрю заметила находящиеся перед её лицом руки. — Поторопись.       — Ч-что я должна сделать? — тихо спросила богиня, и без истинного лика собеседника понимая, что тот удивился её вопросу. Помедлив, молодой человек вдруг поднёс руки вплотную к её лицу и, уперевшись пальцем в верхнюю губу, приподнял её в той области, где растут клыки.       — Только не говори мне, что основному монахи тебя не научили… Старые болваны, — вздохнул глава Ооками, и Эрю невольно насупилась, чувствуя недовольство за оскорбление любимых дедулечек. — Как насчёт того… — едва слышно шепнул он, ткнувшись металлическим носом в бледную щёку. — Чтобы отрастить зубки?       — Чёрт тебя дери! — любимое ругательство вырвалось у Эрю из-за банального страха и непонимания, чего хочет враг, однако пихнула негодяя в живот и приняла боевую стойку она уже потому, что кучка всех этих преступников-недоумков попросту её заколебала. — Какие ещё зубки?!       — И это моя Эрю… — обречённо протянул мужчина, вызывая во взгляде Байс ещё больше вопросов, а после бесцеремонно забрасывая связанные руки ей за голову и прижимаясь пальцами к серебряному знаку на затылке.       — Эй! — очередное возмущение оказалось подавленным бурей иных эмоций от нарастающей внутри тела чакры. Едва контролируя участившееся дыхание, Эрю вдруг ощутила, как неудобно становится её губам, в которые упирались отросшие клыки. Конечно же, монахи учили её видоизменять свои зубы и ногти вместе с остальными частями тела при принятии формы лисицы, но чтобы вот так?..       — Прежде чем учить тебя принятию различных форм божественного образа, они должны были научить тебя использовать эту чакру и в человеческом теле, — тихо заговорил шиноби, из-под маски внимательно наблюдая за тем, как сосредоточена на его речи опешившая Байс.       Откуда он знал о ней столько? Откуда знал, чему именно должны были научить её монахи? Неужели враг её храма настолько осведомлён о ней, что знает её лучше, чем её верные учителя и защитники?       — А теперь… — выпрямившись, Хаиро поднял руки перед неподвижным взглядом широко раскрытых тёмных глаз и шепнул. — Освободи меня.       Пауза, повисшая между ними, затянулась надолго. Эрю была не в состоянии мыслить, так как её нынешнее понимание враждебности и союза было разрушено в пух и прах. Она всё время думала только о Конохе. Только о её драгоценном Итачи-сане, извечно пытающимся увернуться от любой заботы. Только о тех, о ком знала многое и кому могла помочь. Её мало волновала собственная история в этом мире, если та не могла дать каких-то особых плодов в её боевом развитии. Без силы, без мощи… что она могла бы сделать? Зачем бы ей нужна была вся эта ахинея о её божественной сущности в прошлом, если ныне, будучи человеком, она могла бы только и делать, что поспевать за уже развитыми ниндзя своего возраста? Однако теперь ей казалось, что важно было хотя бы то, что она не знала своих врагов из прошлого ни капли. Да и были ли они врагами? Почему стали ими? С чего вдруг мог появиться человек, просто желающий убить ходящее по свету безвредное божество? Из-за денег? Каких таких денег? Власти? А что ему даст убийство? Да и как он вообще может убить её, если она уже переродилась однажды, утонув в проруби?       Каша в голове становилась всё гуще, Байс начала забывать о том, что вообще происходило с ней в последние дни. Ощущение чего-то непонятного, нераскрытого мучило её. Рядом с этим высоким шиноби, чьи серебристые волосы, словно снег, заблестели в лучах поднявшегося солнца, она ощущала себя… в безопасности. Но почему эти чувства родились лишь сейчас? Лишь тогда, когда он перестал открыто заявлять ей о её скорой гибели?       — Вы пытались убить меня… — едва слышно напомнила она, исподлобья взглянув на чёрную форму на его лице и тут же отведя глаза. Мужчина промолчал. Видимо, ему было нечего сказать. Или же было что, однако не для момента, когда обе их жизни висели на волоске. — Что будет… если я освобожу вам руки?       — Я вытащу нас отсюда.       — А потом убьёте меня?       — Звучит заманчиво, но у нас будут кое-какие дела ещё.       С недовольством от ответа выдохнув, Байс нахмурилась и отвернулась. Недолго размышляя, она пришла к выводу, что это лучше, чем сидеть здесь и не знать, как скоро Зетсу решит пришить её. Она вообще не знала ничего о его планах, а потому быть заложницей, возможно, было не самым лучшим вариантом. Развернувшись, богиня стрельнула взглядом на собеседника, а после в одно мгновение разорвала верёвку клыками, не ожидав, что та вообще им поддастся.       — Умница, — бросил Ооками, весьма бесцеремонно поворачивая Эрю к себе спиной. Желание привлечь к нападению внимание и закричать отпало в ту же секунду, так как Байс ощутила свободу рук. Успев обернуться, она заметила белоснежные когти на длинных пальцах Хаиро и невольно вскинула брови от подобного. Наблюдая за тем, как мужчина присаживается на корточки у одной из стен, богиня не спешила приближаться к нему, а лишь старалась проанализировать его нынешние действия.       — Что вы хотите сделать? — шепнула она, потирая запястья у груди и время от времени косясь на решётку.       — Вытащить нас отсюда, сказал же, — обычным тоном ответил шиноби, водя металлическим носом у стены и как будто пытаясь что-то понять. Как только его голова перестала покачиваться из стороны в сторону, словно у разнюхивающего что-то волка, он вдруг сложил пальцы так, что они вместе с ногтями образовали общий острый конец. Эрю не успела понять, когда под её ногами оказалось столько земли, что её обувь просто утонула в той. Выглянув из-под края образовавшегося туннеля, Хаиро, усмехнувшись, спросил: — Ты остаёшься?

***

      — Паккун, как успехи?       — Запах местами обрывается, трудно сразу сказать направление, — обогнув очередное дерево, бежевый мопс вышел к пепельноволосому джоунину, остановившись у его ног и задрав морду. — Не волнуйся, Какаши. То, что мы уловили запах, уже большой шаг. Можно было и не найти следов вовсе.       — Ты прав, — вздохнул Хатаке, оглядываясь назад и наблюдая за тем, как трое его учеников так же ведут поиски. Саске старался действовать в одиночку или же ошивался рядом с братом, действовавшим по первому варианту. Наруто и Сакура пару раз получили в свой адрес вежливый посыл, однако это не смогло надолго отдалить их от лучшего друга, и теперь раздражённая аура младшего Учихи вновь чувствовалась за километры.       — Какаши-сенсей.       Обернувшись, мужчина увидел перед собой юношу с необычными прозрачными глазами, по бокам от которых виднелись напряжённые жилы. Хьюга Неджи подрос и стал весьма завидным молодым человеком. Изредка он напоминал Эрю первого Хокаге своим внешним видом, однако различий между ними было куда больше, нежели сходств. Вспоминая это из давних разговоров с Байс об учениках других команд, Хатаке невольно провалился в мысли, но вышел из них столь же быстро, как только шатен заговорил.       — Я осмотрел ближайшую местность. Пока ничего.       — Хорошо. Продолжайте, как только Паккун укажет направление.       — Есть.       — Кажется, Зетсу настроен серьёзно, раз уж решил играть с нами в прятки, — послышался тихий голос позади, и Какаши, решивший, что остался один после ухода команды Неджи в сторону, вновь обернулся. На лице Итачи виднелась озадаченность. Остановившись рядом с Хатаке, он поднял голову вверх и осмотрел верхушки деревьев. Он много работал, возможно, даже чуть больше, чем все остальные. Наверняка устал, ведь время подходило к вечеру. Опустив взгляд вниз, собачник прищурился, замечая на чёрном свитере голубое мерцание.       — Он у тебя…       Помедлив, Учиха непонимающе моргнул, однако, заметив куда направлен взор Какаши, понял, о чём тот говорит, и кивнул.       — Тсунаде-сама… — на секунду Хатаке показалось, что мужчина смущается того, что он заметил на его груди кулон Эрю. — Эрю просила…       — Я понял, — перебил его пепельноволосый и улыбнулся. — Всё в порядке.       Не догадываясь, знал ли на самом деле Копирующий ниндзя о заботе Эрю о его разваливающемся организме, Итачи бросил внимательный взгляд на лицо джоунина, а после отвернулся и прикрыл веки, с приятным чувством в груди ощущая, как о нём заботятся все, кто ранее не знал его настоящего. Несомненно, здесь была её заслуга… При ином раскладе вещей он бы не стоял сейчас в компании друзей из родной деревни, которую любил всем сердцем.       — Я думаю, — поспешил разбавить смущение обладателя додзюцу Какаши, — Зетсу не станет причинять ей вред до тех пор, пока мы не встретимся с ним или его планами на нас открыто. Очевидно, что нам уготована засада, возможно, не одна. Основная его цель… полагаю, Обито, так как со слов Эрю — он и Нагато являлись основными пешками в руках этого человека. Также мы должны всеми силами беречь Наруто. Эрю рассказывала мне о ещё одном хвостатом, в котором в последнюю очередь нуждалась бы организация.       — Восьмихвостый, — тихо вставил слово Итачи, прекрасно помнящий все цели Акацки, в рядах которых он не так давно состоял.       — Они не смогут изловить ни Наруто, ни Киллера Би, — послышался голос спереди, и собеседники синхронно повернули головы в сторону его обладателя. — У них нет сил и времени на это. Наш план по поимке Зетсу — идеален, — сбавив громкость, шепнул Обито, остановившись около товарищей. — Осталось лишь найти его, застать врасплох и схватить. Сложность лишь в том, что сделать это нужно без потерь.       — Будет не так легко, они могут шантажировать нас жизнью Эрю, — сложив руки на груди, вздохнул Хатаке.       — Конечно, без этого никак, — кивнул старший из Учих. — Придётся попотеть.