От мира к миру

      «Что же это за испытание такое? Я… Я больше не выдержу… И чего он лыбится? Фух… Ладно, давай! Ещё метров десять — и финиш! Я смогу!».       — Уф! — с выдохом закидывая одно колено на огромный плоский валун и понимая, что сил приподняться на руках, чтобы затянуть вторую конечность туда же, ей не хватает, Байс зажмурилась и вцепилась подушечками пальцев в каменную поверхность, испуганно запищав. — Не могу, не могу!!! А-а, падаю-ю!!!       Тело, подчиняясь законам физики, стало отклоняться назад, не предвещая Эрю ничего хорошего в тот момент, когда последние силы иссякнут и она всё же сорвётся с очередного булыжника, чтобы пролететь много десятков метров вниз со скалы, но сильная ладонь вовремя схватила её за вскинутую в решающий момент кисть, полностью затянув на безопасную площадку.       — Ах, — с облегчением прикрыв глаза и рухнув на колени у ног спасителя, Байс прижала пыльными ладонями глазницы. С забавным возмущённым звуком помотав головой, особа вскинула лицо к небу. — Да не может быть такого, чтобы туда не было нормальной дороги! — громко заявила она.       — Может, — возразил Джирайя и упёр кулаки в бока, ухмыльнувшись. — О Каиики недаром знают немногие. Селение древнее и практически недоступное. Окружено скалами со всех сторон. Дорога, может, когда-то и была, да только время и войны в прошлом сделали своё, а до перестройки дело так и не дошло, — посмотрев на бедняжку, сверлящую уставшим взглядом чистейшее голубое полотно над ними, саннин присел рядом на корточки и указал пальцем в сторону последних десяти метров камней до финиша. — Осталось всего ничего: доберёмся до этих валунов, и уже с них увидишь деревню.       Эрю ещё некоторое время поглядела в небо, а после всё же склонила голову и, выпятив нижнюю губу для полноты печальной картины, хмыкнула.       Жабий отшельник предлагал понести её ещё в самом начале. Возможно, так они бы уже давно были в селении, но Байс приспичило показать, что она вовсе не так слаба, как рассказывал всем братик, а потому заверила величайшего шиноби Конохи, что справится с данной задачей. И, по правде говоря, она почти справилась, пусть и с кучей передышек. Дыхания не хватало всего-то на какие-то десять метров или чуть больше.       — Уверена? — спросил Джирайя чисто для забавы, но на девушку это почему-то подействовало мотивационно. Она вдруг призадумалась и попыталась подняться на ноги, отчего саннин тут же передумал задавать глупые вопросы и подхватил её на руки. — Нет-нет-нет, я пошутил. Мы и так лишний час потеряли.       Каиики, или же морской район, закрытый и несколько таинственный, и правда раскрылся во всей своей скромной красе, когда двое оказались на вершине скалы, с которой им теперь предстояло спуститься. Склон был таким же резким, как и с другой стороны, привёдшей спутников сюда, а у самого его основания уже виднелись некоторые постройки. С высоты было хорошо видно, насколько селение красивое: традиционные домики, много зелени, высокие деревянные столбы с фонарями и даже какое-то подобие старого заросшего храма по другую сторону окружающих это место скал. У самого берега взмывали и падали белые точки — чайки, как и крысы на земле, вечные спутники людей у ближних вод. Некоторые дороги, которые можно было рассмотреть через деревья, описывали сложность здешнего рельефа. Он был различным, и каменные тропинки, уходящие то ввысь, то в самую низину, были предусмотрительно огорожены множеством деревянных столбиков, соединённых специальными верёвками.       Вид, одним словом, был удивительным, и прежде чем Джирайя всё же решился спрыгнуть на несколько десятков метров вниз, подтормаживая с помощью чакры на вертикальных поверхностях, Эрю успела надышаться невероятно свежим воздухом через рот. В какой-то момент её воодушевило не только то, что она со старейшим из своих учителей попала в такое прекрасное место, но и факт того, что когда-то примерно по этому же маршруту прошёл и её возлюбленный. В одиночку. Она вновь шла по его шагам, след в след, но, к счастью, сейчас было гораздо спокойнее на душе от того, что ему ничего не угрожало. Пожалуй, теперь Байс куда больше следовало заботиться о себе, дабы не сотворить чего-нибудь глупого от безудержной любви к брюнету.       Саннин устроил из спуска самый настоящий аттракцион. Байс даже стало немного стыдно, когда они достигли земли, так как наверняка её визг был слышен не только на окраине, прилегающей к тем скалам, с которых они спустились, но и где-нибудь в центре поселения. Извращённого отшельника такая реакция порадовала. Ему нравилось возиться с Эрю. Да и проявление заботы к такому возрасту даже у человека с одиноким укладом жизни становилось некой потребностью, и кто бы что ни говорил, а Джирайе очень даже нравилось, когда кто-то пусть и просто от балды, но задавался вопросом, что это юная леди и её дедушка или дядя делают в том или ином месте. С семьёй у саннина не сложилось, да и мало кто из знакомых поверил бы, что у такого, как он, могут быть хоть какие-то сожаления об этом. А сожаления, пусть и спрятанные куда подальше и сокрытые до самого заката жизни, у мужчины и впрямь имелись.       — Ну вот и пришли, — улыбнулся беловолосый и поставил девушку на ноги, придержав для начала, чтобы она не свалилась. Колени у Эрю по-прежнему ходили ходуном, но это совсем не помешало ей сделать несколько шагов вперёд и осмотреться.       — Потрясающе! — вырвалось у неё, и она обернулась к усмехнувшемуся саннину, выпучив практически не уменьшившиеся в соответствии с пропорциями чуть вытянувшегося за два года лица тёмные глазёнки. — А к нам тут не будут относиться… Как бы это сказать? С опаской, что ли. Деревня выглядит такой отрезанной от мира, что становится немного не по себе, когда мы вот так вторгаемся на её территорию.       Жабий отшельник выслушал переживания Байс и задумался, а после пожал плечами и шагнул к одной из видневшихся каменных дорожек, уводящих вниз.       — Об этом мы узнаем уже скоро, но, я думаю, тебе-то уж точно не стоит переживать. Итачи живёт здесь не первый месяц и в случае чего замолвит за тебя словечко перед местными, — подмигнув Эрю и пройдя мимо неё, Джирайя про себя похихикал на покрасневшие щёки той, а затем ступил на первую ступеньку и, поманив богиню за собой, направился вниз.       Всё же местами ландшафт выравнивался. Кое-где можно было идти по ровной земле метров этак сто, и как раз в таких областях и находились всякие торговые точки, в которых можно было закупиться продуктами или вещами. Местные жители заметили чужаков с первого их появления. Улицы были наполнены приятной домашней обстановкой, все были улыбчивыми и доброжелательными друг к другу, однако как только двое появлялись в том или ином участке, внимание притихающего народа тут же приковывалось к ним, и те провожали незнакомцев пусть и не слишком открытыми, но всё же любопытными взглядами. Байс такое смущало, а вот Джирайя значения повышенному вниманию не придавал, чего посоветовал не делать и юной спутнице.       Недолго плутав по дорожкам, они практически вышли к берегу моря, оставляя до того добрых метров пятьдесят, и Эрю приметила впереди домик. Маленький, но уютный, огороженный с одной стороны невысоким, по пояс учителю, каменным забором, а с другой — незатейливыми тонкими и длинными деревцами, чем-то похожими на бамбук. Забор вроде как уходил в эту чащу, но точно было неизвестно, так ли это. Такое уютное гнёздышко походило на обитель какого-нибудь пожилого человека, ведущего тщательный уход за хозяйством, но Джирайя, встав у калитки, повертел головой, а после кивнул и удовлетворённо заявил:       — А вот и нужное нам место! — достав из набедренной сумки маленький листочек и изучив его, саннин тихо добавил. — Если я, конечно же, ничего не перепутал…       — И-и… — Эрю подошла к мужчине поближе и так, чтобы никто не услышал, уточнила: — Итачи тут живёт?       — Да, — кивнул отшельник, но прежде чем его рука коснулась щеколды на деревянной дверце у скромных ворот, обоих гостей вывел из равновесия тонкий писклявый голосок, громко раздавшийся совсем поблизости.       — Вы ещё кто такие?       Джирайя и Байс обернулись почти синхронно и уставились на невысокую длинноволосую блондиночку, скрестившую руки на груди. Пронзительный взгляд голубых глаз устремился сначала на мужчину, а после на куноичи, опешившую куда больше, чем тот. Затем юная особа выразительно хмыкнула и покосилась себе за плечо, находя там поддержку в виде двух подружек, казалось бы, словно по какой-то немой команде перенявших настроение барышни. На всех молодых прелестницах были красивые летние сарафаны, и все как одна были светловолосыми, но та самая, видимо, лидер девичьей организации, была самой светленькой, отчего заметно выделялась на фоне других.       Позади этой миловидной компании виднелось ещё несколько подростков: как минимум два паренька и ещё одна девица. Видимо, друзья, но те отчего-то не решили подойти сюда вслед за троицей.       — Каки-ие… — лицо саннина приукрасилось привычной ему пошлой улыбочкой, отчего перекосило не только Байс, но и стоящих впереди леди. Однако, в отличие от сделавших пару шагов назад подружек, блондиночка так и не сдвинулась с места, когда отшельник подошёл к ней. — Добрый день, красотулечки! М-м… Скажите, Итачи Учиха… здесь живёт? — Джирайя не умел строить мачо, да и не в том возрасте он был, чтобы кто-то клюнул на его кокетливый взгляд. Уж тем более не эти юные прелестницы, которые по виду были если и младше Эрю, то совсем чуть-чуть.       — Здесь, — важно задрав носик, ответила блондиночка и нахмурилась, как бы намекая на заданный ранее вопрос. Саннин захихикал, и барышни за спиной подруги издали первую опасливую реакцию. Однако ситуацию вовремя разрядила богиня, сделав несколько шагов вперёд и, в итоге, загородив собой вид на Джирайю настолько, насколько это было возможно с её точно таким же, как и у стоящей перед ней девицы, невысоким ростиком.       — Здравствуй, — Байс улыбнулась, но ответной реакции не получила, что, впрочем, не сильно расстроило её после прохода через улицы селения. Эрю показалось, что они с этой девочкой одногодки: та была юна на лицо, но уже вовсю пользовалась косметикой, приукрашивая свою красоту во много раз, отчего почувствовала бы себя неловко даже Ино, встав в один ряд с такой важной леди. — Мы — друзья Итачи, — добавила она, но так и не представилась, подумав, что это может подождать до более удобного случая. — Из его родной деревни. Он… — решив, что раз уж здешние в курсе о том, кто живёт в этом доме, богиня спросила. — Дома?       — Итачи-кун на работе, — ответила блондиночка, смерив Байс взглядом, после чего приподняла одну из ладоней к лицу и задумчиво промычала. — Вернётся только к вечеру.       — Итачи… кун?       Байс услышала за спиной удивлённый голос Джирайи, и, хотя её коснувшееся слуха тоже удивило, она не придала этому особого значения. В Конохе Итачи всё же побаивались из-за его прошлого, однако Эрю не редко видела, с каким восхищением смотрят на него некоторые девушки его возраста, а то и помладше и постарше, явно желая, чтобы мужчина столь благородного и интеллигентного вида взглянул в их сторону.       — Только лишь к вечеру, — Байс задумалась. Сидеть на крыльце ей не хотелось, да ещё и под взорами явно заинтересованных в гостях ребят. Джирайя тоже вряд ли предпочёл бы такой расклад, но и не стал бы проникать в дом без спросу, так как другие могли не так понять их жест.       Обернувшись к учителю, фиолетоволосая смерила его вопросительным взглядом. Саннин, кажется, уже отошёл от любования местными красавицами и сейчас глядел вниз, о чём-то раздумывая. Заметив взор девушки на себе, он кивнул, но, ещё не заявив о том, куда они направятся, вдруг снова посмотрел на стоящую подле них барышню.       — Хорошо знаешь Итачи? — улыбнулся отшельник, на что блондиночка возмущённо захлопала пышными ресничками, а стоящие позади неё девицы тут же подскочили ближе, и одна из них с ходу ответила за подругу:       — Вообще-то, Изуми-тян — невеста нашего Итачи-сана!       Байс словно парализовало на месте. Она не смогла бы ответить, что удивило её больше из сказанного — то самое имя, которое уже значилось в прошлом гения клана Учиха, или же то, что девушка под этим именем считалась здесь будущей женой её возлюбленного, — а потому просто глядела на картину перед собой потерянно и неподвижно.       Джирайя нахмурился. Он стоял позади Эрю и не видел её лица, однако нужно было быть дураком, чтобы не понять, что в данный момент времени она могла испытать. Сколько бы Учиха и сестра бога Снежных Земель ни скрывали свою тягу друг к другу от остальных, лишь единицы из их общих знакомых оставались ныне не в курсе о том, что они были и, возможно, до сих пор остаются близки.       — Вон оно как! — засмеялся тихонько саннин, беря Байс под локоть и подталкивая к дороге, дабы та понемногу начинала путь обратно к центру селения. — Что ж, жду не дождусь свадьбы! — словив от Изуми самодовольную улыбочку и даже заметив, как та густо покраснела, отшельник помахал барышням ладонью и отправился вслед за Эрю, нагоняя её. — С настоящей невестой.       Куноичи почувствовала, как её ткнули пальцем в рёбра, и подпрыгнула. Насупившись, она уставилась на Джирайю, на что тот нахмурился и фыркнул.       — Даже не думай вешать нос из-за этого, — попросил саннин, и Эрю удивлённо вскинула брови, не понимая, с чего это вдруг мужчина принялся её успокаивать.       — Я и не вешаю, — соврала она и пожала плечами, нарочито добродушно вздохнув. — Я рада, что у Итачи здесь всё складывается таким образом.       — Бестолочь!       — Ай! — выкрикнула богиня, словив щелбан и схватившись за покрасневшее место на лбу. — А что ещё мне делать?!       — Как это что! — завёлся Джирайя, вдруг вытащив откуда-то из-за пазухи маленькую книжонку, уже известную Эрю — да и не только ей — и помахав той у девчушки перед носом, отчего у несчастного баклажанчика глаза и вовсе собрались в кучу. — Я научу теб…       — Эй, — голос сбоку вновь привлёк внимание двоих, что встали друг к другу лицом, не отойдя и двадцати метров от дома, и они вновь синхронно обернулись, на этот раз ещё и в один голос огрызнувшись: «Чего?!».       Блондиночка оторопела, а её руки медленно сползли с пояса. Подружки тоже оробели, хотя секундой назад носики у обеих были задраны чуть ли не выше макушки их юной лидерши.       — Мне передать Итачи-куну, что вы заходили?       Эрю открыла рот, чтобы ответить, но Джирайя вдруг схватил её за лицо, полностью перегородив выход звукам, и, пока та пыталась избавиться от его ладони, ворча и пинаясь по ногам, лукаво улыбнулся.       — Не говори. Мы устроим ему сюрприз.       Развернувшись к возмущённой богине, саннин вдруг сел перед ней на корточки и, закинув её тельце к себе на плечо, сделал несколько прыжков вперёд, быстро исчезнув из зоны видимости.       — Ого! — один из пареньков позади троицы девиц восхищённо выкрикнул и подбежал к тому месту, где стояли подружки. Прикрыв глаза ладонью от солнечного света, он попытался рассмотреть фигуры вдалеке: на деревьях или где ещё. — Эти ребята тоже ниндзя? Как Итачи-сан?       Изуми покосилась на друга. Тот заинтригованно уставился на неё, но так и не услышал ответа, отчего вскоре его лицо приняло немного расстроенный вид.       — Сказали, что из той же деревни, что и он, — задумчиво пробормотала одна из русых красавиц, поднеся ладонь к лицу. — Как думаешь, Изуми-тян, эта девушка ему кем-то приходится?       — Итачи-сан ни разу не упоминал о ком-то из близких, — тут же вставила другая, поглядев на говорившую ранее подругу. — Хотя… он ведь всегда немногословен, даже с родными Изуми-тян. Мог и не рассказывать о том, что у него кто-то…       — Хватит! — Изуми топнула ногой и надула губки. Разговоры друзей не приносили ей радости. Они знали, как сильно ей нравился Учиха Итачи. Да и не только ей… Здесь почти все барышни были неравнодушны к прекрасному чужеземцу.

***

      Номер казался комфортным. Две комнаты, обе оборудованы кроватями, тумбами и шкафами, и, что самое интересное, к обеим пристроены маленькие узенькие балкончики. Внутри всё из дерева: стены, полы, мебель. Лишь холодильник в общей маленькой кухонке и прочая бытовая техника имели иной материал.       Байс снятый номер нравился. Пока саннин завалился на постель и на какое-то время задремал, Эрю облазила помещение вдоль и поперёк, обрадовавшись такому уюту. Гости в этих местах бывали нечасто, большинство названых гостиниц и вовсе не работали, но ей с учителем всё же удалось отыскать небольшую, вполне себе функционировавшую, ухоженную и приятную. Наверняка здесь было так уютно по той причине, что сами хозяева проживали на первом этаже, в то время как второй сдавали гостям.       Хозяева, к слову, оказались не такими уж и подозрительными. Конечно, по первости они немного смущались, прикрываясь ложной важностью и прочими эмоциями, периодически вскакивающими на их лицах, но когда отшельник разболтался с обоими, Байс поняла, что эти люди практически не отличаются от коноховцев, разве что говор у них был немного другой. Более протяжный, что ли?       Когда саннин наконец смог продрать глаза, за окном уже немного темнело. Время близилось к закату, а это означало, что ему нужно поторопиться и привести себя в порядок, прежде чем они с Эрю отправятся в гости к Учихе снова. Отшельник шумно вздохнул и, чуть приподняв ноги, резко опустил их вниз, вместе с чем его тело приняло сидячее положение.       Голова отчего-то гудела, и Джирайя приложил к лицу ладонь, пытаясь понять, переспал ли он или же мог случайно подхватить простуду. Где её было ловить, он не знал. Время было знойным.       — Наверное, всё-таки переспал, — пробурчал себе под нос Мастер и, выбравшись из-под летнего одеяла полностью, поднялся. Кровати в этом номере были обычными, не каждый гость в селении любил проводить время отдыха на футонах, хотя сам отшельник предпочёл бы скорее последнее.       Потянувшись, мужчина шагнул к выходу из комнаты и неторопливо направился в ванную, однако замер по пути, когда повернул голову в очередной проход по коридору и встретился взглядом с Байс. Взор отшельника тут же упал на одежду девушки — что-то было не так. Он не помнил, чтобы у Эрю имелось что-то подобное, даже когда видел её в Конохе. Синяя хлопковая рубаха, поверх которой красовался серый жилет. Чёрный пояс, нарукавники и обувь, а также насыщенного коричневого цвета штаны, почти облегающие и повязанные на одной из ног какой-то тканью.       Одна из бровей саннина сама собой выгнулась вверх, и он поднял взгляд обратно к лицу девушки, как бы спрашивая, для чего она вдруг нарядилась в мужской костюм. Эрю вместо ответа мило улыбнулась, пытаясь слезть с неудобной темы, и следом подняла с кровати ещё один набор, вытянув его перед Джирайей.       Белая с едва заметным уклоном в сиреневый оттенок рубашка с недлинным, как и у предыдущей, рукавом. Коричневая длинная жилетка. Чуть более тёмного и сдержанного цвета, но теперь уже очевидно свободнее прошлых штаны. Пояса тут не было, рубашка была короче, что подразумевало, что животик Байс был бы открыт в таком наряде. На кровати остались лежать белые носочки. Видимо, дополнительный элемент.       — Интересно, — вздохнул после недолгих разглядываний вещичек Мастер и приложил пальцы одной из рук к переносице, пытаясь угомонить пульсирующую над той боль. — А теперь давай-ка объясни, для чего ты это всё накупила, — попросил он. — Ах да, и когда успела?       — Пока вы спали, — призналась Эрю, опустив второй костюм обратно на кровать и вновь развернувшись к сенсею. — Вы уже отправили послание Тсунаде-сама о том, что мы добрались?       — Для начала я должен убедиться, что вы с Итачи встретились и что он присмотрит за тобой, когда я покину Каиики, — покачал головой Джирайя и, убрав руку от лица, посмотрел на Байс. Она сложила руки перед собой и глядела на него почти что в немой молитве. Было не так уж и сложно догадаться о том, что пришло ей на ум, но всё же стоило уточнить. — Так для чего всё это? — он указал пальцем прямо на рубашку богини, и девушка, проследив за его жестом, немного покраснела. Давать ответ она не спешила. — Только не говори мне, что ты решила не встречаться с Итачи…       — Я могу на вас рассчитывать? — тут же спросила Байс, подняв глаза на Мастера и заставив того скукситься. — Я не говорю, что против увидеться с ним, просто… если у него и правда тут всё стало налаживаться…       — Брось! Ты поверила той малявке, сказавшей, что она его невеста?       — Не она сказала.       — Да какая разница! Там столько девушек было, любая могла придумать подобную нелепость!       Джирайя чётко и громко высказался, пытаясь откинуть глупые мысли у ученицы, но на ту это совсем не подействовало, и он, скрестив руки на груди, нахмурился.       — И что, собираешься притворяться мальчуганом? Я искренне не верю в то, что Итачи из тех людей, что легко забывают близких. Пусть я и знаю его гораздо меньше тебя, но он явно куда благороднее, чем порой кажется людям, наслышанным о его прошлом.       Эрю хотела ответить, что, быть может, Итачи её и не забыл, но и стоять на месте много лет ему не было смысла с её-то непонятным происхождением, однако она вновь промолчала и лишь продолжила пялиться на Мастера. Мужчина, в общем-то, хоть и был против такой затеи, но влезать в отношения двоих уж точно не стал бы. Эрю имела полное право поступать так, как ей вздумается, а лишний раз причинять ей моральный дискомфорт, коего в последнее время она и так испытывала предостаточно, ему не хотелось. Джирайя понимал, как, скорее всего, ударили те слова о непонятно откуда взявшейся невесте по её самочувствию, но всё же считал, что куда разумнее было бы сначала узнать, а не соврали ли милые прелестницы о таком завидном женихе. С другой стороны, он понимал и эту искреннюю заботу Байс о возлюбленном, ведь даже если и была какая-то доля правды в сказанном, то… её мысли о том, что она может стать чем-то вроде обузы в конфетно-букетном периоде жизни Учихи, были оправданы. Наверное, он и сам бы так подумал.       Спустя пару минут размышлений лицо отшельника всё же преобразилось, и он подуспокоился, понимая, что, как бы он сам не желал, чтобы Эрю боролась и расталкивала соперниц направо и налево, сама девушка может быть совсем не готова к таким действиям. Он тяжело вздохнул и опустил руки, после чего важно, почти что в воспитательной манере, задрал нос и указал на штаны Байс.       — Так тебе никто не поверит, — попытался выразиться он как можно деликатнее.       — Э… — Эрю выпучила глаза, опустив взор на указанное место, а после залилась краской и вновь взглянула на Джирайю. — Ч-чего?       — Хм-м, — пробурчал саннин и, повертев головой, всё же схватился за один из носков, протянув его фиолетоволосой. — Хотя нет! Бери оба!       — И-и… что мне с ними делать? — наивно выгнув бровки, спросила богиня.       — Как что? Эти штаны слишком облегающие в… в том месте. Никто не поверит, что ты парень, когда там ничего не торчит, — поучительно кивая головой и почти не замечая, как накаляются страсти в душе у ученицы, мужчина усмехнулся. — Только не перестарайся, а то все подумают, будто ты вечно… Ну…       — Будто я великий саннин из Конохи по имени Джирайя! — выкрикнула Эрю и в два толчка выпихнула Извращённого отшельника за двери, задвинув те за ним. — У-у! — пробурчала она себе под нос смущённо, после чего всё же опустила взор сначала на один носок в руке, а затем на другой и, с трудом сглотнув вставший в горле ком, принялась за дело.       — И что теперь собираешься делать?       Глядя на преобразившийся вид штанов, Джирайя озадаченно потирал подбородок, думая о том, что сейчас Эрю в самом деле могла бы сойти за мальчика, разве что за очень уж миловидного и даже женственного. На щеках богини вновь выскочил румянец, и она быстро прикрыла фальшивое достоинство руками, чем смогла привлечь внимание саннина к лицу.       — Найти работу и жить потихоньку, пока в Конохе не разберутся со всей той ситуацией.       — Работу? — удивился Мастер.       — Да. Вы ведь не будете здесь со мной вечно, а жить на что-то будет надо. Попытаюсь найти что-то несложное, чтобы не переутомляться.       — Думаю, в таком месте это будет нелегко, — почесав макушку, предположил бывший ученик Третьего. Он был уверен, что физическая работа тут есть, но вот будет ли она посильной для работника женского пола?       — Возможно, — кивнула Эрю. Она понимала всю абсурдность ситуации не хуже отшельника, но поделать с собой ничего не могла. Почему-то ей казалось, что так всем будет гораздо спокойнее: Итачи и дальше будет жить мирной жизнью, пока ему не скажут, что можно вернуться в Лист, а Эрю сможет находиться подле, не будоража его своим возвращением, как и, вполне вероятно, его невестушку. Потом, когда-нибудь, богиня, наконец, поймёт, что ей делать со своей жизнью, и направится куда-то, предварительно убедившись, что все дорогие ей люди более не в опасности. — Джирайя-сама, я не обижусь, если вы всё ему расскажите, но если всё же это возможно, то… не делайте этого. Побудьте со мной хотя бы недельку, а там я сама справлюсь. Правда. Мне уже гораздо лучше, чем раньше, и с каждым днём я чувствую прибавку сил, — хоть Байс и малость соврала, потому что чувствовала она себя немногим лучше, чем пару-тройку дней назад, ей всё же показалось, что на лице саннина отразилось понимание. — Если я вдруг наберусь смелости, то сама рано или поздно приду и расскажу ему обо всём, но пока… пусть всё будет так, как сейчас.       Джирайя глядел на Эрю и видел, как под её опущенными веками скрывается влага, однако не хотел в данный момент обидеть её, заметив эту минутную слабость, которую она явно пыталась скрыть. Отвернув голову, он уставился в окно. Впрочем-то, Байс и правда могла сама решать, что и как ей делать со своей жизнью. Единственной существенной проблемой в этой ситуации оставалось её самочувствие, из-за которого он не мог вот так сразу принять решение. Мысль была верной, ему следовало остаться с ней хотя бы на неделю и посмотреть за тем, как она будет справляться с той жизнью, которую для себя выбрала. Правда… раскройся потом всё в Конохе, и нагоняя от Тсунаде, а то и, глядишь, ещё от некоторых личностей за поддержание плана фиолетоволосой ему не избежать.       — Хорошо, — с трудом приняв решение, ответил мужчина. — Отправлю послание в Коноху, — предупредил он о ближайшем деле и развернулся к выходу из комнаты, неспешно её покинув.       Эрю немного постояла неподвижно, а затем улыбнулась. Очевидно, Извращённый отшельник был обеспокоен решением с её стороны не показываться на глаза Итачи до поры до времени, но всё же он остался на её стороне. И она могла смело начинать жизнь сначала, если, конечно, это можно было так назвать.