От мира к миру

      — Рю-кун! Эй-эй, Рю-кун!       Очередной рабочий день подходил к концу. Солнце медленно близилось к горизонту, привычно окрашивая всё в тёплые оттенки. На улице стояла приятная, пусть и немного жарковатая погода, и никакого следа от шторма уже как двое суток не наблюдалось.       Группе трудяг тогда весьма повезло. Хотя, по мнению очевидцев, волны и прибывали к берегу слишком уж близко, грозя добраться до ближайших домов, к счастью, в этот раз этого частого в данном селении явления так и не произошло. Местами разлетелись от сильного ветра некоторые незакреплённые элементы на стройке, но всё остальное осталось в сохранности, особенно там, где реставрируемые дома уходили вглубь деревни.       Байс обернулась, поправляя сумку, только что перекинутую через плечо, и посмотрела на Хагаву, несущегося к ней и машущего руками. Чем-то молодой человек походил на Наруто, но был чуть более скромен, а волосы на его голове были почти песочного цвета. Весь образ блондина был настолько нежным, что за собой Эрю заметила, что ей нравится разглядывать этого человека, но только с точки зрения его интересного внешнего вида.       На губах девушки возникла ответная улыбка: за два дня после происшествия с братьями-близнецами, которые здесь больше не появлялись, её отношения со всеми, в особенности с Хагавой, стали ещё крепче. Паренька по имени Рю окрестили смелым малым, и порой даже шутили, прося его разобраться с кем-то из других сфер жизни, дабы преподать тем или иным наглецам урок. На деле все, конечно, понимали, что Узуки очень повезло, когда на том месте появился Итачи и остановил разборки, но всё же уважением юноша заручился.       Что касалось самого Учихи, то Байс заметила, что и с его стороны всё как-то слишком уж потеплело. Нет, конечно, он тоже мог уважать и считать теперь надёжным товарищем паренька, который выступил от имени всей группы строителей, попытавшись поставить на место двух задир, но отчего-то именно его внимание беспокоило Эрю. Не сказать, что что-то слишком сильно изменилось, но, как минимум, на беседы обычно молчаливый брюнет стал вызываться очень охотно в их работе наедине.       Богиня старалась забыть тот вечер в доме у Итачи. Неловко было до сих пор, а потому она старалась совсем не думать о том, мог ли кто-то из присутствующих в самый нелепый момент заподозрить её в чём-либо. Основную опасность, конечно же, представляли те девчушки. Они знали, что Эрю девушка, и, если не забыли за столь короткий срок её появления здесь вместе с Жабьим саннином, вполне могли поставить Учиху в затруднительное положение, начав обсуждать с ним Узуки в женском роде.       «Но ведь сам-то он открытых знаков не давал? Догадался бы — точно уже получила бы по шее, — задумчиво глядя на блондина, думала Эрю. — Опять я об этом… Кыш-кыш! Он ничего не знает!».       Наконец Хагава добрался до друга. Следом за ним в кучку собрались ещё несколько человек, среди которых был Даичи, уже знавший о подвигах новенького и Учихи, а также и последний из перечисленных, стоящий позади остальных и вытирающий пыльные руки принесёнными кем-то салфетками.       — Рю-кун, погоди, — запыхавшись, произнёс Хагава и согнулся пополам, уперевшись ладонями в колени. Когда он отдышался и выпрямился, Байс заметила его несколько смущённый взгляд, а потому сразу заподозрила, что сейчас её или о чём-то попросят, или что-то предложат.       — В чём дело? — спросила она немного деловито, будто решив, что сейчас её попросят остаться и помочь с чем-то, что следовало бы закончить сегодня, но по виду присутствующих нельзя было сказать, что они собираются задерживаться допоздна.       — Мы тут собрались немного расслабиться, — блондин провёл рукой по воздуху, указывая на компанию из человек шести. — Хотим посидеть в баре часок-другой, — вернув взгляд к лицу юноши, Хагава хитровато улыбнулся и, соединив ладони, потёр их между собой. — И рассчитываем на то, что ты не откажешься сходить с нами.       Эрю приоткрыла рот, не зная, что ответить. Взор её упал сначала на Даичи, мило улыбнувшегося ей, а следом и на стоящего позади того длинноволосого мужчину, который, кажется, отвлёкся от очищения кожи и уставился в центр толпы, на новенького. Поняв, что Учиха, как и остальные, заинтересован в её ответе, она почувствовала себя ещё более неловко.       — Ну… — замявшись на месте, Байс немного подумала, после чего нечётко ответила. — Не знаю. Только если ненадолго… дядя…       — Хе-хе! — хохотнул блондин и, обхватив Рю рукой за плечи, подтолкнул к остальным. — Наша команда начинает пополняться! — видимо, имея в виду уже давно стабильную компанию, периодически ходящую отдохнуть после работы в какие-нибудь заведения, Хагава остановился и, на секунду улыбнувшись лишь одному конкретному человеку, добавил. — Ты тоже приходи, Итачи, если освободишься пораньше. А то всё «занят» да «занят», вечно отнекиваешься!       — Я иду, — произнёс бывший отступник негромко, но для всех это было столь неожиданным ответом, что Эрю заметила, как группа синхронно обернулась ко своему второму начальнику, а следом в воздухе стал нарастать дружный гул, поставленный на букву «О».       — Вот это я понимаю! Оторвёмся! — восхищённо воскликнул Хагава, отпрянув от Рю и сжав кулаки перед собой, в то время как сама Байс едва сдерживалась, чтобы не слишком явно показывать обречённость.       «Угораздило же! И зачем согласилась?» — подумала она, глядя куда-то вниз, пока все остальные собирались, а после медленно поплелась за коллегами.       Путь до любимого бара компании был не коротким и не длинным — занимал около пятнадцати минут от стройки. Группа шла по оживлённой улочке, на которой всюду горели тёплым светом фонари, и шумела так, что порой даже перекрикивала другие компании, решившие отдохнуть в денёк, выдавшийся как раз перед выходными. Богиня долгое время витала в мыслях, но в какой-то момент всё же решилась оглядеться.       Её друзья шли впереди, и она отставала от них шага этак на три или четыре. Итачи среди них не обнаружилось, а потому Байс удивлённо вскинула брови, потеряв его и принявшись осматриваться. Повернувшись вправо и не заметив возлюбленного, девушка потерянно поморгала глазами. Повернувшись влево, она засекла краем глаза идущую позади себя фигуру и чуть посторонилась от неожиданности, полностью развернувшись к мужчине. Челюсть у неё непроизвольно отвисла, а замерший прямо перед ней Учиха вопросительно посмотрел на неё.       Эрю не могла понять, что именно так сильно её зацепило. То ли то, что ныне Итачи стянул с себя чёрное хаори от общего костюма, оставшись в рубашке, повязанной поясом со штанами, то ли то, что пока он держал это самое хаори на согнутых пальцах за плечом, выглядя нереально круто, одну сторону его лица освещал тёплый жёлто-оранжевый цвет, в котором всё казалось каким-то сказочным.       Пока Байс глядела на это чудо во все глаза, не в силах оторвать взгляд и извиниться за остановку, кто-то позвал их издалека, и Итачи поднял голову, кивнув то ли Хагаве, то ли кому-то другому.       — Всё в порядке? — тихо спросил Учиха, когда его взор снова опустился на новенького, и тот ответил ему взаимностью, робко посмотрев снизу. — Передумал идти? Могу прово…       — Н-нет-нет… Я просто… потерял тебя из виду, — честно призналась Эрю, решив, что это будет лучшим решением. Что такого: поинтересоваться тем, где твой товарищ? — А ты вот он где, — завершила она фразу, чуть поддув щёчки в неловкости и потихоньку развернувшись к тому направлению, по которому они шли.       Итачи проследил за тем, как юноша на деревянных ногах зашагал вслед товарищам, а затем двинулся туда же, по пути пересматривая очередную забавную ситуацию у себя в голове. Участником грядущих событий он себя совсем не чувствовал, хотя и относился ко всем присутствующим в нынешней компании крайне положительно. Сей поход был для него чем-то вроде работы в семье, где требовалась няня, которой следовало присмотреть за ребёнком, а то и за детьми, пока родители развлекаются.       Когда все оказались внутри небольшого здания, вход в которое пролегал через интересные длинные занавески, похожие на несоединённые вертикальные жалюзи, и уселись по дзабутонам вокруг отдельного столика в углу красного помещения, усеянного приятным светом редких фонарей, Учиха специально выждал момент, пока усядется Байс, и, не дав исполнить задумку Хагаве, желающему сегодня сидеть рядом с новеньким, уселся подле него сам. Блондин, оставивший рабочее хаори на вешалке, вернулся и уставился на брюнета, однако тот даже не глянул в его сторону, просто взяв в руки меню и принявшись его листать. Вокруг стола не было углов, но все места подле Рю были уже заняты — с одной стороны Учиха, с другой ещё один товарищ, — так что расстроенному Хагаве пришлось, как обычно, усесться подле начальника. Группа принялась шумно обсуждать, кто что закажет, а бывший отступник в это время покосился на скромно сложившего руки на коленях Рю, заметив даже то, как раскраснелись щёки того. Учиха понял, что пока кто-нибудь не подопнёт новенького и не скажет тому, чтобы он расслабился, ничего само собой не разрешится, а потому немного пересел на своём месте и склонился к плечу Байс, отчего она вновь слишком уж настороженно на него покосилась.       — Рю, посмотри, — ненавязчиво предложил Итачи, вытянув перед ней меню, а когда девушка всё же увлеклась содержимым того, позволил себе поразглядывать её напряжённое лицо в столь близком положении. Кто-то заметил, что объяснять новенькому насчёт меню стал такой же, скорее всего, не бывавший здесь человек, а потому в следующую минуту двое уставились на Даичи, немного перевесившегося через стол.       — Давайте подскажу, — улыбнулся коротковолосый брюнет и разложил своё меню на столе правильной стороной к товарищам. — Из еды… если ни у кого нет аллергии или ещё чего, возьмём рис с креветками на всех? А ещё крабов! Закуски — каждый, что хочет. Из алкоголя, — Даичи на мгновение прикрыл глаза и чуть свёл брови к переносице, но вид его лица принял самый что ни на есть блаженный вид. — Сётю! — кивнул он, после чего открыл веки и, наблюдая за тем, как Итачи быстро пробегается взглядом по раскрытой страничке, добавил. — Это лучшее, я считаю!       — Довольно крепкое, — прокомментировал Учиха и, как будто совещаясь, покосился на сидящего рядом Рю. Байс восприняла всю ситуацию в свою сторону и решила, что её заранее предупреждают о том, что такого хрупкого мальчугана может унести ещё с первой рюмки.       — Я… — смущённо начала она, глядя чётко на Даичи, потому что смотреть на другого участника обсуждения было слишком уж неловко. — Вообще-то никогда не пил…       — Ни разу? — удивился заслышавший разговор Хагава и оторвался от нынешнего собеседника, тоже слегка потянувшись к говорящим. — Тогда, может, ему лучше сливового вина, а, Даичи?       — Его тут, кажись, нет, — на минутку обернув меню к себе и изучив всё внимательным взглядом, пробурчал начальник.       — А, ну… — замялась Эрю, не зная, как ей быть, и в итоге просто отмахнулась. — Да берите всё, как обычно, — не желая, чтобы с ней нянчились и тормозили с выбором, богиня осмелилась подписаться на самое крепенькое, хотя пока и ковыряла в мыслях запасной план, при котором ей не пришлось бы выпивать. Признаться, поначалу она наивно подумала, что пить тут вообще не будут или же будут, но по самому минимуму. Однако по блестящим глазам коллег Байс поняла, что всё не так просто. Радовало, что хотя бы какое-то доверие среди этих людей у неё уже имелось.       Учиха вновь глянул на неё. Она заметила это и тоже покосилась в его сторону. Брюнет ничего не сказал, хотя, смотря в его глаза, Эрю с уверенностью бы заявила, что вопросы у него были.       «Переживает за меня?» — мысль пронеслась в голове с чётким удовольствием, но богиня тут же прогнала её подальше, решив немного разбавить ситуацию.       — Итачи, ты ведь тоже будешь? — в голове всплыла уморительная картина, где сидящий за столом среди близких бывший отступник в полудрёме посапывал себе под нос, а после и то, как в кровь ему словно бы ударила волна адреналина, в которой он вытворял чёрт знает что. Эрю едва сдержалась, чтобы не улыбнуться во весь рот, и Итачи заметил, как шевельнулись уголки её губ. Он так и не понял истинной причины, почему Рю ему улыбнулся, но почему-то не смог не улыбнуться в ответ.       — Немного.       Когда стол накрыли, Даичи, ещё не дав никому ничего слопать, тут же подскочил с бутыльком крепчайшего напитка и принялся заполнять рюмки товарищей. Байс нервно сглотнула, но не остановила того, даже когда её рюмашка заполнилась до самых краёв.       «Справлюсь как-нибудь… — пронеслась успокаивающая мысль, и Эрю вдруг подумала, что ещё неизвестно, кто тут вообще свалится первым! Быть может, её организм и не самый сильный тут, но уж парочку коллег она точно сможет перепить! — И с чего я решила, что мне вообще придётся перепивать? Уже к самому худшему приготовилась? Расслабься, в какой-то момент можно просто притвориться, что тебя тошнит!».       — Итак! — выпятив грудь, заявил начальник, встав на коленях и растянувшись во все тридцать два. — Предлагаю первый тост за это замечательное пополнение нашей скромной компании! — указав свободной рукой в сторону Итачи и Рю, оба из которых почему-то тут же покраснели, Даичи кивнул на согласные возгласы, а затем в один присест опустошил тару.       Эрю, слушая довольные звуки после принятия крепкого, заглянула в свою рюмку и предварительно сглотнула ком в горле, дабы, не дай боже, не поперхнуться и не заставить всех засмеяться, а после всё же повторила за начальником. Итачи, всё это время державший свою посудинку у лица и косящийся на Байс, проследил за сим нелепым действием. Финал, свершившийся под хохот товарищей, заставил усмехнуться и его: фиолетоволосая со звоном отпустила рюмку на стол и, вытащив язык, зажмурилась.       — Что за гадость! — вырвалось у богини, и она принялась поспешно искать, чем бы закусить, дабы её рот и горло не выжгло в ближайшие секунд десять.       Казалось бы, план был один, но всё случилось с точностью да наоборот, чего Эрю уже, собственно говоря, не понимала. Спустя пару часиков, за которые Итачи умудрился избежать повторных вливаний в него алкоголя и принял лишь две рюмочки, Байс уже висела щеками на ладонях и весело хохотала вместе с пьяненькими коллегами. Периодически настроение её менялось, и она то становилась очень важной, пытаясь учить других, особенно своего «слишком доброго» начальника, уму-разуму, то в какой-то момент закрывала лицо руками, и сидящие по правую сторону от неё товарищи тут же бросались утешать её, считая, что паренька вот-вот из-за чего-то прорвёт.       Итачи терпеливо ждал, пока юноша сам решит пойти домой, но, кажется, из этой маленькой головушки уже давно вылетели рассказы о каком-то там немощном дяде и прочих причудах жизни восемнадцатилетнего трудяги в Каиики.       Спустя ещё час, когда народу в заведении заметно прибавилось, а на улице полностью стемнело, вся группа была похожа на Байс. Минутой десятью ранее коллеги даже дружно подтирали сопельки Даичи, рассказывавшему им о том, как сильно он их всех любит. Голубые глаза начальника то и дело наполнялись слезами, но его всё же удавалось развеселить, и он вновь ухохатывался вместе с остальными.       Учиха заметно подрасслабился. Хотя обстановка и была рискованной, в данный момент казалось, что всё закончится так же, как и началось. Кто-то, наконец, изъявит желание отправиться на боковую, а следом подтянутся и остальные. Он проследит за тем, чтобы Байс доковыляла до своего номера, заодно узнав её точный адрес, а потом поплетётся домой, чтобы выспаться и провести два мучительных дня вне общих мест встречи.       — А знаешь, Рю-ик! — Хагава хихикал, лёжа на столе лицом к Эрю, которая смотрела на него, как мать на дитя, в очередной раз строя важную мордашку. Остальные внимательно слушали их диалог. — Я, хохда первый раз тебя увидел, подумал… Обалдеть! Кто пустил дефчонку на стройку?!       Парни дружно загоготали, глядя на то, как дуется их малой да удалой коллега, а после ещё более синхронно умолкли, будто по команде. Сидящий слева от новенького Учиха, наконец, оторвался от разглядывания стола и упёрся в Байс ошеломлённым взглядом.       — Я и есть деф-ик-чонка, хлупая ты х-холова! Обидно, знаешь ли, кохда вот так вот… приходишь, а друхие думают, что ты парень! Я чево… правда на пацана похожа?       Какое-то время стояла тишина. Покачивающаяся из стороны в сторону Эрю дула губки, глядя точно в глаза Хагавы ровно до тех пор, пока зал вновь не заполнил дикий ржач.       — Вот это самоирония! — жмурясь от влаги на глазах, выкрикнул Даичи и обнялся с кем-то за плечи в совместном веселье. — Рю-кун, так меня ещё никто не смешил! Девчонка, а-ха-ха!!!       — А у меня есть вопрос! — вдруг сквозь смех выдавил кто-то, и Байс, скрестив руки на груди, кивнула головой, как бы спрашивая: «Чего ещё хотите знать?». — Рю-тян, ты уже нашла себе пару среди наших красавчиков, а? Кто тут самый крутой???       Пока товарищи хохотали, по пьяни находя любой повод, чтобы подтрунивать над кем-то из своих, Эрю вдруг повернула голову влево и, уставившись прямо на подкинувшего брови Учиху, тихонько икнула.       — Вот, он! — сказала она громко и ткнула пальцем в грудь брюнета, отчего тот густо покраснел, и это вызвало ещё больший щенячий восторг у коллег, чем то, какой, в принципе, выбор сделал новенький.       Итачи глядел на Байс ошарашенно, хотя и понимал, что она явно перебрала, отчего в самом деле не контролирует поток мыслей и слов. Умиление и даже какая-то радость за то, что у неё нашёлся столь неожиданный ответ на поставленный вопрос, кипели где-то в груди, но голова гения клана Учиха не отключалась ни на секунду, и он судорожно соображал, как вытаскивать это пьяненькое безобразие из общей компании.       — Эй, Итачи, что скажешь? — махнул ладонью Хагава, привлекая взгляд бывшего отступника, а после отворачиваясь к Даичи, со рта которого понеслись следующие реплики.       — А что, правда ведь похож? — протянул задумчиво начальник, между тем лукаво улыбаясь и глядя на ухмыльнувшегося ему в ответ Рю. — Миленький. Кожа нежная и светлая, глаза большие…       Учиха перевёл взор на брюнета, и, хотя комментарии того были вполне справедливы, какие-то странные чувства всё же посетили его. Ревность?.. Он даже на мгновение забыл, что собирался придумать какую-то отговорку, и тоже посмотрел на Байс так, будто желал лично уцепиться за каждую перечисленную деталь.       — Думаю… — начал шиноби и осёкся, когда Эрю внимательно посмотрела на него. Она вроде была пьяна, но вместе с тем её взгляд отчего-то казался ему вполне осознанным, словно где-то в глубине души она жаждала поделиться со всеми секретом, но не могла этого сделать из-за каких-то внутренних преград. — Нам уже пора.       — М-м, нам? — игриво повторил Хагава, и они с Даичи переглянулись, после чего снова захихикали. — Так вы что… Правда, что ли, это?       — Не говори ерунды, — отрезал Итачи немного строго, и блондин даже опечалился от такого ответа, наигранно попытавшись показать начальнику слёзы.       Учиха поднялся на ноги и прошёл к вешалке, стоящей у ближней к столу стены, стягивая с той своё тёмное хаори. Эрю проследила за ним взглядом, сначала заинтригованным, а после каким-то раздосадованным, и вновь отвернулась к компании.       — Ну что тогда, по последней? — спросил кто-то, и бывший отступник обернулся, вцепившись взором в узенькую изящную спинку, спрятанную под тёмно-синей рубашкой и жилетом, а после всё же подошёл, не дав новенькому чокнуться со всеми, и нагнулся, забрав из пальчиков того заполненную до краёв рюмашку. Байс потянулась обеими руками за ускользающей от неё посудой, и это оказалось удобным, потому что, оставив рюмку на столе, Учиха тут же подхватил девчушку у пояса и поставил на ноги. Особа уставилась на компанию сверху вниз, ловя обиженные взгляды, а следом едва не навернулась прямо на стол, потеряв землю из-под ног. Все обеспокоенно потянулись вперёд, желая поймать опьянённое тельце, но обладатель шарингана среагировал куда шустрее и, вернув новенького на прежнюю позицию, закинул одну из его рук себе на плечи. Байс вновь почувствовала его ладони на теле, но теперь пальцы брюнета держали её чётко за талию, отчего какие-то трезвые мысли всё же ворвались в её голову, но… тут же испарились.       — Мы пойдём, я провожу его, — сообщил остальным Итачи и, словив ободрительные кивки, а следом и пару шутливых фразочек, повёл уставившуюся на него Эрю к дверям.       — Где твой дом?       На улице было всё так же тепло, но хотя бы не жарило, как днём, а потому прогуляться при других обстоятельствах не отказался бы в такую прекрасную ночь даже Учиха. Несмотря на то, что в баре было ещё довольно-таки много посетителей, улицы почти пустовали, и это порядком успокаивало. Под ногами был слышен шорох, где-то вдалеке издавала редкие звуки ночная птица. Со всех сторон пели светлячки, а местами можно было даже заметить свечение, исходящее от их причудливых тел.       Сначала Итачи подумал, что Эрю не услышала его вопроса, а может, и вовсе уже стала забываться во сне, но когда взглянул на неё, то понял, что всё не так просто, как могло бы быть. Нарумяненная от выпивки особа дула губки ещё сильнее, а её веки, пусть и едва держались открытыми, наполовину прикрывали какой-то обиженный с виду взгляд, направленный точно вперёд.       — Рю, — повторил брюнет, остановившись. — Где ты живёшь?       Богиня шумно выдохнула и отвернула голову. С той же стороны вскоре послышалось тихое «Ничего тебе не скажу», и Итачи потерянно уставился вниз.       «Её обидел я или… она обижается на всех?» — мысленно спросил он себя, но ответа так и не нашёл, а потому предпринял очередную попытку достучаться до «паренька».       — Я провожу тебя, — Итачи произнёс эту фразу, но отвлёкся от неё, когда, спустя секунд десять, ответа так и не последовало. Взгляд его зацепился за короткие прядки у шеи Байс, а следом осторожно скользнул ниже, изучив напряжённые тонкие ключицы, едва видимые под тёмно-синим воротником. Мужчина ровно выдохнул, не позволяя мыслям выходить за некоторые границы, но те словно были с кем-то в сговоре.       — Что, я так плох? — Байс спросила о себе в мужском роде, и Учиха вконец убедился, что мысли её, как и осознание себя в конкретном теле, сплелись в один огромный клубок. Он понял, что так обидело новенького, и это вызвало на его губах мягкую улыбку, отчего Рю, кажется, немного поплыл, развернувшись.       — Мы уже вышли оттуда, а ты всё никак не перестанешь шутить, — подыграв Эрю, которая вполне могла заметить, что лишь Итачи не заливается смехом вместе с остальными, хотя дело вовсе и не было в этом, он вновь двинулся вместе с ней по дороге, вскоре доходя до небольшого обрыва, по которому заворачивалась каменная тропинка, огороженная деревянными столбиками.       — Я серьёзно, — с плавающим взглядом заявила Байс и даже доставила мужчине дискомфорт телодвижениями, отчего он вновь был вынужден остановиться и посмотреть в глаза новенькому.       — Серьёзно? — голос Учихи стал более холодным, а тон… пожалуй, даже строгим. — Думаешь, мне нравятся мужчины?       Итачи смотрел прямо в глаза девушки, и от его взгляда не ускользнуло то, как она сначала покраснела, а после немного поджала губы и, кажется, едва сдержала подкатывающие к глазам слёзы. Будь она в себе, он точно бы знал, что сделал бы в следующее мгновение, но в данном случае Эрю видела со своей стороны, с каким снисхождением, так ему присущим, смотрит на неё возлюбленный, и где-то в её пьяной головушке зарождалось чувство стыда.       Стыда и безнадёжной отваги.       Учиха только и успел, что моргнуть в ситуации, которую, как ему казалось, он способен контролировать, потому как в следующий момент его глаза широко распахнулись, а сам он вцепился пальцами в жилет на спине прижавшегося к нему тельца. Строгая маска моментально слетела с благородного лица нукенина. На смену ей пришла растерянность, за которой стояли тщетные попытки того вернуть себе утерянную сосредоточенность. Пока богиня вгоняла его в так неуместную сейчас краску и, крепко держа за тёмные волосы у затылка, целовала в губы, Итачи метался между желанием поддаться и желанием как можно скорее оглянуться, дабы убедиться, что никто из коллег не покинул бар и не шагает теперь пусть и вдалеке, но всё же за ними. Да и попасться на глаза другим людям, некоторые из которых уже знали его и Узуки Рю, было бы крайне нелепо. Волновался ли бывший отступник за свою репутацию? Нет. А вот игра Эрю, которая интриговала его всё больше, казалась ему очень важной для неё самой.       Видимо, обида спрятанной девичьей натуры на то, что её мало того, что не узнали, так ещё и впрямь не отличили от парня, была настолько сильной, что брюнету пришлось собственноручно разрывать столь тесную связь между собой и псевдопарнишкой, который ещё жаднее прижался к его губам, когда Итачи попытался оттеснить его за щёки. Сделать это с трудом, но удалось, однако того, что от его действий Эрю спрячет лицо в ладонях, опустившись с носочков на пятки, и расплачется, он никак не ожидал. Несколько секунд Учиха неравнодушно глядел на особу, до сих пор ощущая тепло её губ на своих, после чего, наконец, полностью справился с лишними в данной ситуации мыслями и, подхватив ту на руки, привычным способом шиноби направился к своему дому, преодолевая одну крышу за другой.       То, что всё произошедшее было не более чем последствиями опьянения, Итачи убедился уже на пороге. Когда он занёс Эрю внутрь помещения и, пройдя основные комнаты, уложил её в спальне на свой футон, она уже мирно посапывала, а мокрые дорожки на её лице почти высохли. Некоторое время поразглядывав симпатичное личико, брюнет поднялся на ноги и вновь направился ко входу в дом. Пожалуй, дядюшку всё же стоило предупредить о том, где находится его неуклюжий племянник. Правда, где этого дядюшку искать?       Итачи замер у дверей, ведущих во двор, и, сложив печать, создал клона, решив, что всё же стоит оставить хоть какой-то присмотр за спящим лихом. Очередное удивление застало его уже снаружи, когда он, нацепив обувь, закрыл за собой сёдзи и, заметив краем глаза крупную фигуру у калитки, настороженно покосился на ту.       Джирайя подпирал забор бедром и, скрестив руки на груди, самодовольно глядел на гения клана Учиха. Он не был уверен, где именно искать девушку после её пропажи, но почему-то первые же его мысли пали на вариант с её возлюбленным, а потому он всё же решил отступиться от обещания ей держать всё в тайне и пришёл сюда, чтобы убедиться, что с ней и правда всё в порядке. Когда издалека он увидел, как брюнет несёт на руках обмякшее тельце, всё встало на места, а саннин решил молча дождаться, пока Итачи появится снаружи, ведь такой человек, как он, уж точно не оставил бы человека, сопровождавшего Байс до Каиики, в неведении о её нынешнем местоположении.       — Как удачно всё сложилось, — отшельник начал разговор первым, отпрянув от забора. Он сделал пару шагов в сторону другого мужчины, порядком младше его, но, как ему думалось, ненамного отличавшемся в жизненном опыте. — Завтра я как раз планировал собирать вещи.       — Почему вы не встретились со мной в день прибытия? — спросил Учиха, а когда вся история о пробуждении Байс и всех навалившихся на неё проблемах была полностью обсуждена, он тяжело вздохнул.       Вопрос о том, как она оказалась здесь так рано, беспокоил его уже очень давно. По первости он даже решил, что и правда обознался, ведь она просто не могла очнуться в ближайшие годы. Всему подыгрывал её изменившийся внешний вид, но Итачи просто не мог заявить себе, что всё не так, как видят его пусть и не такие уж и зрячие глаза и как чувствует сердце. Тема о здоровье богини стала особенно пугающей, хотя положительные прогнозы, о которых поведал саннин, а также некоторые уточнения деталей по типу «Пользуется кулоном ночью» немного успокаивали. Бывший отступник слушал Мастера внимательно, пока тот не закончил, а затем кивнул, вопреки тому, что на самом деле даже и не представлял, как будет бороться с беспокойством о девушке, когда Джирайя всё же покинет Каиики, оставив её на его плечи в их нынешних отношениях.       — Боюсь, пока она сама не признается, я не смогу постоянно находиться рядом, — молодой мужчина прикрыл веки и вновь вздохнул. Он имел в виду нетактичность в отношении Эрю, которая старалась его избегать, если бы начал навязываться к ней, и надеялся, что собеседник поймёт его правильно. Ситуация была какой-то глупой, но вместе с тем до жути интриговала.       — Гм-м, — пробурчал недовольно отшельник, после чего скривился и махнул рукой. — Ну… ты можешь сделать вид, что хочешь дружить с «Рю», и тогда вы будете встречаться чаще обычного. Хотя… вы вроде как уже, — кивнув на дом, усмехнулся он. — А вообще, мой тебе совет: дай ей хорошего нагоняя, и пускай перестанет валять дурака.       Итачи посмотрел на саннина озадаченно, как будто хотел спросить, уверен ли тот в таких пожеланиях, а затем всё же задал вопрос, правда, не совсем этот:       — Должна быть причина, по которой она притворяется юношей?       Джирайя вдруг умолк и отвёл взгляд в пол, а лицо его на мгновение приняло виноватый вид, будто он уже раскололся и выдал Учихе какую-то тайну.       — Ну-у… Причина в самом деле есть, вот только не уверен я, что Эрю-тян простит мне, если я скажу об этом, — отвернув голову вообще в другую сторону от Итачи, Мастер потёр ладонью колючую светлую шевелюру. Пожалуй, о любой другой причине можно было бы смело заявить. Ну подумаешь, получил бы от Байс пару оплеух после, впервые что ли слышать от неё или Узумаки громкие возмущения? Однако так открыто подставить девичье сердце и сказать о том, что девушка сочла нетактичным влазить в «любовный треугольник», а точнее, создавать его, было не в его силах. Слишком уж это было личное дело. Сердечное.       Итачи какое-то время сверлил саннина взглядом, а после тоже уставился куда-то в сторону. Ему, как человеку благородному, было вполне понятно, что они с Эрю ещё не были близки настолько, чтобы он знал обо всех терзающих её мыслях, которые она, возможно, не может произнести вслух. Какое-то время такие вещи были и с его стороны, но, видимо, до её тараканов им ещё предстояло добраться, чтобы изничтожить всё их гнездо подчистую.       — Я что-нибудь придумаю, — дав довольно простое, но вполне обнадёживающее отшельника обещание, Учиха вновь посмотрел на Мастера. Их взгляды пересеклись. Джирайя одобрительно улыбнулся, а после усмехнулся каким-то мыслям, о которых брюнет спрашивать не стал.       — Я в этом уверен, — произнёс саннин удовлетворённо и, поставив ладони на поясницу, задрал голову кверху, изучая бесконечное звёздное небо над головой. — Послезавтра утром я покину Каиики, — ещё раз напомнил он и глубоко вдохнул в лёгкие прохладный ночной воздух, прикрыв веки. — Наш номер расположен в северной части деревни. Гостиница с вывеской, украшенной морскими волнами, — немного подумав, Джирайя приоткрыл один глаз и глянул на Итачи, а тот в свою очередь понимающе кивнул. Отшельник ухмыльнулся. — Пусть ночует у тебя, хочу посмотреть в её глаза, когда она примчится домой утром.       Когда беседа с покинувшим двор величайшим шиноби Конохи была окончена, не менее известный в её стенах человек вернулся внутрь своего дома и на какое-то время замер в размышлениях у раковины, где по привычке в первую очередь мыл руки. Хотя бы какое-то прямое общение с кем-то из Листа порядком облегчало ситуацию. Учиха до сих пор задавался массой вопросов, но теперь он был куда более спокоен, зная, что может действовать открыто в сторону Байс в случае, когда то потребуется. Всё уже обсуждено между ответственным за неё ранее человеком и им, а значит, теперь вся ответственность переходит к нему, чему он только рад.       Непонятная возня откуда-то из глубины помещения не сразу вывела бывшего отступника из мыслей, однако, когда Эрю болезненно застонала, Итачи быстро пришёл в себя и, закрыв кран, наскоро вытер мокрые ладони о полотенце. Выбравшись из маленькой комнаты, он добрался до спальни и мельком заглянул туда, решив, что, возможно, куноичи просто что-то снится. Однако Байс была на коленях и сгибалась пополам, держась за живот.       — Конечно… — выдохнул себе под нос брюнет и добрёл-таки до девушки, осторожно присев рядом на одно колено и положив ладонь на её спину. — Рю? Как ты себя чувствуешь?       — Мне что-то нехорошо, — тут же ответила Байс, пытаясь отогнуть воротник у шеи. Итачи смекнул, что, скорее всего, разгорячённому тельцу не хватает воздуха. Ничего не сказав, мужчина дошёл до дверей, ведущих из спальни на заднюю веранду, и, открыв те, вдруг словил себя на каком-то дежавю. Понимание пришло сразу, и Учиха неосознанно приоткрыл рот, едва ли не вслух произнеся имя младшего брата.       Оглядевшись и не заметив опасного ветерка, Итачи вернулся в комнату. Осторожно вытащив из-под Байс напольную постель, он перетащил футон, наверное, довольно тесный для них двоих, наружу. Разложив матрас на чуть прохладном дереве, Учиха вновь вернулся внутрь и помог подняться на ноги оставшемуся там Рю. Проводив его до кровати, он сел перед ним на корточки и, всё же придерживая, чтобы тот не отрубился прямо в одежде, помог снять жилет. По-хорошему, было бы раздеть Байс полностью, избавив от верхней и наверняка пыльной после трудового дня одежды, но Итачи просто-напросто не представлял, какое мужество ему необходимо, чтобы провернуть что-то такое в их нынешнем положении.       Решив всё же облегчить состояние её телу на завтра хотя бы частично, он снял с её талии пояс, дав синей рубашке свободно распасться в стороны снизу, а затем уложил девушку на подушку и накрыл её одеялом. Стоило подумать, на чём будет спать он сам, потому что тесниться с Эрю на одном матрасе… Вряд ли она поймёт его с утра, если так и не вспомнит, что вытворяла сегодня.       Итачи зашёл в спальню снова и принялся копаться в шкафах. Запасной футон определённо должен был быть где-то там. Хозяева, которых он знал, уж точно позаботились бы о таких мелочах. Попутно он скинул с себя верхнюю одежду и переоделся в пижаму, состоящую из простых брюк и футболки, а затем понёс найденный им второй матрас на веранду. Уже у выхода на ту бывший отступник застыл, уставившись на пустую постель, а после забегал взглядом по скромному саду, огороженному повсюду высокими тонкими деревьями, и, наконец, узрел шатающийся силуэт у одного из кустов.       В очередной раз вздохнув и улыбнувшись, Учиха разложил второй футон вплотную к первому и, спустившись с деревянного возвышения, направился к богине.       — Рю?       Байс никак не отреагировала, а лишь сильнее согнулась и прижала кулак где-то между рёбер, попутно отворачивая лицо. Удивляться тому, что, выпив столько, она могла получить алкогольное отравление, определённо не стоило, и Итачи, в общем-то, не занимался всяческим самообманом в попытках найти подобному её поведению какое-либо другое оправдание.       Пожалуй, говорить о том, что в следующие минуты Учиха впервые в жизни помог кому-то не свалиться при прочистке желудка, долго не стоит. Он осторожно придержал Эрю у пояса, пальцами второй руки заправляя короткие пряди у её лица ей за уши, а когда её диафрагма над его ладонью перестала совершать судорожные и резкие движения, помог ей вернуться на футон. Подумав о том, что хозяевам лучше бы не знать об удобрениях для их сада, Итачи невольно усмехнулся себе под нос, а когда понял, что Байс никак неймётся в попытках хоть как-то избавиться от жара, всё же расстегнул её рубашку. Завидев под той эластичный бинт, он замер. Ему не нравилось осознание факта, что тот будет перетягивать грудную клетку куноичи во время, когда её организм должен будет восстанавливаться, а потому без особых раздумий мужчина нащупал где-то под девичьим боком краешек вещицы и вытащил его из-под других полос, значительно ослабив перевязку.       На секунду он снова застыл, будто бы решаясь на что-то. Эрю уже почти спала, лишь изредка реагируя на какие-то его движения. Учиха отвёл взгляд. При этом его пальцы проскользнули между двумя сторонами её одежды, подцепили бинт между упругих грудей и потянули тот на себя, в конце концов, максимально успокаивая своего обладателя касательно свободного дыхания Байс на всю ночь.       Осторожно прикрыв края рубашки, он застегнул ту на одну пуговицу где-то посередине и, закончив с манипуляциями, завалился рядом. Какое-то время брюнет глядел вверх и немного вперёд, минуя крышу веранды и устремляя взор к звёздам, а затем ещё какое-то время, повернув голову на бок, наблюдал за мирным вздыманием груди возлюбленной и за лёгким шевелением её ресниц.       Сновидение захлестнуло его незаметно, и вскоре Итачи тоже забылся по ту сторону реальности.