Каблуки да юбочка

Всю субботу и день воскресенья, Барти всячески готовился к совместному времяпровождению с любимым гриффиндорцем. Он даже купил свечи, чтобы обставить ими свою спальню. И хотя он не был особым любителем романтики, он прекрасно понимал, что для Гарри это будет первый раз. А потому он хотел, чтобы этот случай стал для него особенным. Крауч намеревался купить ещё и вина, но вовремя одумался. Всё-таки спаивать своего ученика было не очень правильно. «Спаивать – нет, а заняться с ним сексом – очень даже да», — ворковал его внутренний голос, но он его не слушал. Барти купил всё, что нужно для хорошего первого раза и привёл себя в порядок, избавившись от неприятных волос на теле. А ещё он приобрёл кое-что для Гарри, но совсем не знал, как тот отреагирует на этакий подарок. Откажется? Обрадуется? Почувствует себя неловко? Или вообще сохранит каменное лицо? В дверь осторожно постучали и мужчина, поставив последнюю свечу на тумбочку, поспешил открывать, рукой приглаживая волосы. Едва юноша оказался перед глазами, сердце Барти тут же выскочило из груди, а мозг убежал подальше. Поттер выглядел... потрясающе, великолепно, завораживающе, сексуально и чертовски горячо. Крауч не мог оторвать глаз от парня и смотрел на него не меньше минуты, абсолютно не двигаясь. Гарри нерешительно затоптался на месте. Он готовился к этому вечеру с особым ожиданием и лёгким страхом, даже откопал самые откровенные вещи, что только были у него. Прозрачная блузка с длинным рукавом, та самая мини-юбка, которая, дай Мерлин, хоть что-то бы прикрывала и туфли, туфли на чертовых шпильках. — Ты... — Барти не мог произнести ни слова. Он лишь смотрел на это чудо света, желая приласкать мальчишку прямо здесь и сейчас. — Вы хорошо выглядите, профессор, — высказал своё мнение Гарри, осматривая мужчину. Тот был одет в простые классические черные брюки и белую рубашку, но это по-прежнему выглядело красиво. — Заходи, — Барти отошёл в сторону, наконец, придя в себя. Поттер сделал несколько шагов, цокая каблуками, и огляделся, не зная, что делать дальше. — Ты можешь просто пройтись вокруг? — Вдруг попросил Крауч. Гарри не стал переспрашивать и просто зашагал вперед, немного виляя бёдрами, будто дразня. Барти почувствовал, как в горле пересохло. Этот стук каблуков сводил его с ума. Эта чертовски короткая юбка сводила его с ума. Это тело за прозрачной блузкой сводило с ума. Гриффиндорец буквально сводил его с ума. Он хотел прямо сейчас прижаться к этому мальчишке, прикоснуться к каждому миллиметру кожи и нагнуть его за любой партой. Но сегодня все должно быть аккуратно, нежно и чувственно. Юноша должен получить только удовольствие и наслаждение. Гарри развернулся и теперь его курс был прямо на профессора, что стоял у двери, не сводя с него глаз. Он прекрасно знал, как выглядит, знал, насколько сексуально смотрится во всём этом и чувствовал себя уверенно, шагая на своих шпильках. — Пройдём в мою комнату, — прошептал Барти, ведя гриффиндорца за собой. Едва Гарри вошёл туда, сразу же заметил повсюду горящие свечи. Это было... мило. Он даже смутился на секунду. — Ложись на кровать, — Крауч указал на мебель. Юноша сначала неловко присел на краешек, собираясь снять туфли, но мужчина покачал головой. — Оставь их. Хочу посмотреть на тебя такого, лежащего в моей постели. Гарри кивнул и хотел уже лечь, как был остановлен следующим вопросом: — Что у тебя под юбкой? — В каком смысле? — Не понял Поттер, недоуменно смотря на профессора. — Приподними её, хочу взглянуть, — Гарри неистово смутился подобной просьбы, не решая её выполнять, — не беспокойся. Мне просто интересно. Гриффиндорец замялся, но встал и задрал юбку к верху, краснея. — А теперь закрой глаза, — попросил Барти, подходя к нему вплотную. — Зачем? — Хочу кое-что сделать. Не бойся, тебя я не трону, — заверил его Крауч, садясь перед парнем на колени. — Что? — Гарри не понимал, зачем всё это и почему профессор сейчас так близко находится к его паху. — Просто сделай, как я прошу, — спокойно произнес мужчина, залезая в карман брюк. Юноша неуверенно сглотнул, но подчинился, закрывая свои глаза. — Зажмурь их и не смей открывать, — Гарри кивнул. Барти задержал дыхание и медленно начал спускать белье с парня, заставив того вздрогнуть. — Твой член уже практически полностью встал, — гриффиндорец сильнее зарделся, намереваясь прикрыться рукой, но профессор не позволил, — не стоит. Лучше обопрись на меня. Гарри схватился за плечи профессора, чувствуя, как собственное шёлковое бельё скатывается по ногам и краснея ещё больше. — Подними ноги, — юноша сделал, как было велено. — Мне можно открывать глаза? — Спросил Гарри, ощущая лёгкий холодок по телу. — Ещё нет, — сказал Крауч. Он облизался, снова взглянув на член ученика, восхищаясь гладкости паха и небольшому размеру достоинства, — ты не представляешь, как сильно я хочу сейчас взять тебя в рот, — признался он и ухмыльнулся тому, как дёрнулся сам парень и его член. Барти вытащил из кармана то, что вчера приобрёл в магазине: белые кружевные трусики. Они были женскими и не совсем удобными, но они были слишком восхитительными, чтобы оставить их лежать на прилавке. — Приподними ноги снова, — попросил он. Гарри нахмурился, когда почувствовал, как ног коснулась другая ткань. Крауч надел бельё на мальчишку и отошёл поодаль, голодно осматривая юношу. Когда в штанах стало теснее некуда, мужчина снова подошёл вплотную и опустил юбку на место. — Теперь можешь открыть глаза и лечь, — Поттер заполз на кровать, испытывая странные ощущения в паху. Было немного щекотно и некомфортно, но не особо заметно. Он положил голову на подушку и приподнялся на локтях, наблюдая за тем, как профессор пожирает его глазами. — Разведи ноги, — попросил тот его, и Гарри, краснея, согнул ноги в коленях, разводя их в стороны, как хотел мужчина. Крауч прижал руку к своему члену, осматривая картину перед глазами: гриффиндорец в кружевном белье, короткой юбке и в туфлях приглашал устроиться между его ногами. Хотелось взять всё это прямо сейчас. Он быстро снял все свои вещи, оставшись совершенно голым и устроился, там, где хотел – между ногами мальчишки. Барти снял обувь с парня, получив в ответ благодарный и облегченный вздох. Все-таки лежать на кровати в туфлях было совсем неудобно. Дыхание Гарри было сбивчивым, а сердце билось с бешеной скоростью. Он смотрел на своего голого профессора и возбуждался всё сильнее, чувствуя, как намокает ткань белья. Крауч навис над Поттером и наклонился к шее, начиная её зацеловывать, кусать, облизывать. Он расстегнул одной рукой пуговицы на блузке и принялся гладить грудь мальчишки. Кожа покрылась мурашками, а тело дрожало от невыносимо приятных ощущений. Гарри тяжело дышал и шипел, когда зубы мужчины пронзали его шею, а язык вылизывал место укуса. Член Крауча упирался промеж его ягодиц, распаляя Гарри и заставляя его поддаваться назад, чтобы прижаться сильнее к горячему органу. Барти даже пришлось положить одну свою руку на его бедро, чтобы попридержать. Профессор продолжал ласкать ученика, получая в ответ тихие стоны около пяти минут, прежде чем Поттер задрожал всем телом и излился в новое кружевное бельё. Он кончил от одних только прикосновений... Гарри закрыл покрасневшее от стыда лицо руками и попытался свести ноги вместе, но ему не дал это сделать мужчина, сидящий между ними. Барти сам убрал руки юноши с лица, стараясь поймать его взгляд, но парень сомкнул глаза, не желая видеть, как мистер Крауч смеётся над ним. — Открой глаза, Гарри, — попросил профессор, поглаживая живот гриффиндорца. Гарри помотал головой, отказываясь выполнять просьбу. Он чувствовал, как горели его щёки и очень хотел провалиться сквозь землю. — Открой глаза, — повторил Барти более настойчиво. На этот раз Гарри всё же подчинился. Он не хотел, чтобы профессор на него злился, не хотел, чтобы тот над ним смеялся. — Мне жаль, — проскулил юноша, смотря куда-то в сторону. — Это нормально, — заверил его Крауч, но не то чтобы Поттер поверил, — ты всего лишь подросток, в твоём возрасте это обычное явление — кончать от приятных ощущений, даже если это просто поглаживания и поцелуи. Гарри не знал, что на это ответить. Возможно, мужчина был прав, но это не мешало ему чувствовать небывалое смущение. Барти решил больше не медлить. Он снял бельё, что сам надел на мальчишку несколько минут назад, и откинул юбку наверх. Юноша сжался, зная, что прямо сейчас профессор рассматривает его промежность, и снова намеревался прикрыться, но широко раскрыл глаза от неожиданности. Крауч взял его вялый член в рот, начиная его облизывать. И не смотря на то, что он кончил совсем недавно, член постепенно начинал становиться твёрдым. Во рту у мужчины было мокро, тепло и так приятно, что Гарри приходилось кусать губу, чтобы не стонать во весь голос. — Не сдерживайся, — сказал Барти, и гриффиндорцу не нужно было повторять. Когда стоны начали выходить из него один за другим, юноша понял, что по-настоящему громкий. Настолько, что даже было неловко, но, кажется, мистеру Краучу это только нравилось. Барти на самом деле наслаждался членом ученика у себя во рту. Он лизал, сосал и глотал так усердно, что к какому-то моменту у него даже слегка закружилась голова, но он не придал этому никакое значение. Он хотел доставить мальчишке самое сильное удовольствие, и он это сделает. Крауч положил руки на бедра Гарри и, выпустив член изо рта, переключился на яйца, щекоча их языком и поочередно беря в рот. Поттер шипел и стонал, неосознанно запуская руку в волосы профессора и дёргая за них, когда было особенно хорошо. Барти закатил глаза от приятных ощущений. Да, его чертовски возбуждало то, что мальчишка делал с его волосами. Размазав выступающую смазку по всему основанию члена, мужчина потянулся за специальной смазкой, что лежала под подушкой, куда была положена заранее. Гарри внимательно следил за действиями мужчины, чувствуя отголоски страха. — Не переживай, я хорошенько растяну тебя прежде чем войти. Поттер лишь кивнул, позволяя Краучу засовывать в него пальцы. Он стойко терпел всю боль, надеясь, что дальше будет лучше. И он не прогадал, когда внезапно пальцы профессора нащупали что-то внутри него, заставляя его выгнуть спину от пронзившего тела тока удовольствия. — Сделайте так ещё раз, — попросил Гарри, сам пытаясь насадиться на пальцы, но мужчина резко вытащил их и стал смазывать свой член. — Скажи мне что-нибудь, что возбудит меня сильнее, — Крауч в ожидании уставился на гриффиндорца. Поттер долго думал над этим, но в итоге просто решил рассказать, как дрочил на своего профессора: — Я трогал себя, думая о Вас. Это был первый раз, как я прикоснулся к себе таким образом, — признался он, заливаясь краской. Когда-нибудь он перестанет это делать, но точно не в ближайшее время. — И о чём же ты думал? — Спросил Барти, пристально смотря на юношу. — Я представлял Вашу руку на себе, — Гарри отвернулся, не в силах справиться со смущением. — Хочешь, чтобы я поласкал твой член руками? — предположил он и, получив в ответ нетерпеливый кивок, схватил орган парня, начиная делать плавные и неторопливые движения вверх-вниз. Поттер прикусил свою ладонь, чтобы не закричать. Да, ему хотелось кричать. Это ощущалось даже приятнее, чем он себе представлял. Руки профессора были скользкими от смазки и такими мягкими, что Гарри боялся кончить во второй раз, так и не дойдя до самого главного. Он извивался и чуть ли не брыкался, но мужчина держал его крепко на месте и усилил скорость. — Профессор! — Простонал он, собираясь предупредить, что подходит к концу. Барти тяжело сглотнул и сжал член у основания сильнее, не давая кончить раньше времени. То, что Гарри называет его профессором, только сильнее распаляло и возбуждало его. Он сразу же вспоминал, что является учителем и совращает своего собственного ученика. И почему-то одна только мысль об этом заставляла его сердце биться чаще. Гарри расстроенно захныкал, когда ему не позволили кончить, но в ожидании посмотрел на мужчину. — Называй меня профессором, Гарри, называй меня мистером Краучем. Ты не представляешь, как сводишь меня с ума, когда обращаешься ко мне в уважительной форме, — попросил Барти и поддался вперёд, чтобы поцеловать. Но на этот раз по-настоящему и с языком. Гарри незамедлительно разжал зубы, впуская в свой рот язык профессора. Он стонал в поцелуй и хватался за плечи мужчины, впиваясь в кожу ногтями. Просьба мистера Крауча вертелась в его голове, и Поттер понял, что, называя мужчину профессором и мистером, сам возбуждался сильнее. Это было запретно и неправильно, но оттого и таким невыносимо чарующим. Барти разорвал поцелуй и наклонился к его уху, шепча: — Что ты хочешь, чтобы я сделал Гарри? Не стесняйся, отбрось все сомнения, раскрой мне свои желания. По телу юноши прошлась дрожь, и он уставился на мужчину полным желания взглядом. — Я хочу почувствовать Вас в себе, мистер Крауч. Пожалуйста, профессор, — томно прошептал Гарри в ответ. Барти зарычал и ни секунды не медля, приставил член ко входу мальчишки. Поттер неуверенно сжался, но расслабился, давая мужчине начать медленно входить. — Какой же ты тесный. Даже после растяжки, — прошипел Крауч, чувствуя, как его член обхватывают тугие стенки. — Пожалуйста, профессор, — Гарри прикусил губу от боли. Но он терпел, знал, что дальше будет лучше. — Ты такая шлюшка, Гарри, — юноша застонал, — ох, тебе нравятся грязные словечки? Нравятся, когда зовут шлюшкой? — Продолжал Барти, начиная двигаться. — Мистер Крауч, — хныкал гриффиндорец. У него кружилась голова от всего этого. Как же это было горячо, будоражающе и возбуждающе. — Ты чувствуешь, как двигается мой член в твоей жаждущей дырочке? Чувствуешь, как твои стенки обхватывают его? Слышишь самого себя? Стонешь, как последняя шлюха в школе. А ты именно шлюшка, милый, ходишь в этой чертовски короткой юбке, на этих шпильках. Ты же так и просишь оттрахать тебя, — продолжал мужчина и, поменяв угол, коснулся головкой простаты, заставив Гарри прогнуться в спине и закричать. Поттер стонал, шипел и хныкал, не в силах себя сдерживать. Он слушал то, что говорит ему профессор, и вроде как это должно было его оскорбить, но нет. Гарри лишь кусал губы, царапал ногтями спину мужчины и держал глаза плотно закрытыми. С каждым толчком мистер Крауч задевал в нём особую точку, что приносила такое немыслимое удовольствие и наслаждение. У него буквально сносило крышу от всего этого. Барти двигался в нём рвано и без всякого ритма, совсем позабыв, что хотел изначально нежного секса без всяких грязных слов, но видя, как Гарри стонет и хнычет, ему уже было всё равно, главное, что парень чувствует себя восхитительно. — Профессор! — Закричал Гарри, кончая себе на живот и юбку, не в состоянии больше терпеть. Он почувствовал, как мистер Крауч начал двигаться в нём ещё сильнее и закатил глаза от блаженства. Спустя пару минут, Барти понял, что подходит к краю и вытащил свой член, изливаясь на грудь мальчишки. Он рухнул рядом с Гарри и вяло поцеловал того, слыша отрывистое дыхание их обоих. — Я весь в сперме, — усмехнулся Поттер, глядя на испачканную в белой жидкости одежду и тело. Барти улыбнулся и вытянул руку, размазывая сперму по всей груди и животу, но не получая в ответ ни капли протеста. — Ты прекрасен, — выдохнул он. И сейчас он говорил не только о внешнем виде, но и о самом мальчишке в целом. Его характер, его стойкость, неуверенность и решительность, всё это до невозможности умиляло и удивляло. — Мне нужно идти, — заявил Гарри, собираясь встать с кровати, но был остановлен чужой рукой. — Что случилось? — Спросил Барти беспокойно, замечая резкую смену настроения. — Ничего, — попытался отмахнуться юноша, снова предпринимая попытку встать. — Не лги. Я вижу, что тебя что-то волнует. Просто скажи, в чем проблема. Это из-за того, что только что было между нами? Тебе не понравилось? Было больно? — Начал он сыпать вопросами. — Я просто вспомнил, — грустно усмехнулся Гарри, — что все хотят меня только трахнуть, а теперь у Вас это получилось. — Ляг, поговорим, обсудим всё это. Не нужно так рьяно пытаться убежать. — Какое Вам дело? Вы получили то, что хотели. Я тоже этого хотел, не спорю. Но просто... — Гарри сморгнул слёзы, — мне отвратительно от того, что все хотят от меня лишь одного. — Это не так, — Барти уложил переставшего сопротивляться гриффиндорца обратно на кровать. — Всё так, профессор, — едва эта фраза слетела с его языка, Гарри осознал всю ситуацию, — поверить не могу, что переспал с собственным профессором. — Знаешь, — начал Барти, запуская пальцы в волосы юноши, — сначала я действительно хотел лишь насадить тебя на свой член, — Гарри подавился воздухом от возмущения, — но сейчас, лёжа с тобой вот так вот рядом, я понимаю, что хочу не только секса, но и просто проводить с тобой время. Разговаривать, гулять, ну и зажечь ещё десятки свечей, — Барти усмехнулся, оглядывая комнату. — К чему они, кстати? — Вдруг спросил Гарри, вспоминая о них. — Хотел, чтобы твой первый раз прошёл отлично, запомнился надолго, был особенным, — ответил Крауч и приподнялся на локте, глядя на лицо гриффиндорца. — Просто поцелуйте меня уже, — попросил Гарри, замечая, как профессор жадно разглядывает его губы, и сам потянулся за поцелуем, не желая ждать ни секунды.