My affectionate killer

После пробуждения Чимин первым делом пошёл умываться. На душе было паршиво, за окном шёл дождь, а в глазах чётко стояла картина вчерашнего вечера: Юнги с пистолетом и очень много крови. От этих воспоминаний выворачивало, но не думать о произошедшем было просто невозможно. Ночью, когда хён привёл его обратно в общежитие и спросил, нужна ли помощь, младший закрылся на замок и прогнал его. Тогда он был явно не готов. Была истерика, хотелось кричать, но не ходить за Шугой в этот вечер. Не видеть всего этого. Чимин надел чёрную толстовку с капюшоном и такие же чёрные джинсы, затем аккуратно высунулся в коридор. Подметив, что с кухни слышны голоса и звуки телевизора, блондин понял, что парни наверняка уже завтракают, поэтому поспешил вниз. Он оказался прав: все шестеро сидели за столом, а на стене работал телевизор. — О, Чимин! Ты проснулся! У тебя все хорошо? — на этот возглас макнэ старший поднял голову, едва заметно улыбнулся ему, показывая, что всё в порядке, и сел за стол. Подальше от Юнги. Тем временем по телевизору начались новости. — Сегодня рано утром на *** улице было найдено ещё одно тело. Парень был застрелен и оставлен убийцей гнить в своей же крови прямо на улице. Улик не найдено, дело о массовых убийствах этого района расследуется, — далее шли кадры с места преступления. К горлу Чимина поступила тошнота, и он нечитаемым взглядом смотрел в экран, на котором уже показывали какую-то дорожную аварию. — Ещё одно убийство, — выдохнул Хосок, выключая телевизор. — Совсем рядом, — вторил ему Намджун. — Нам нужно остерегаться. — Кто ж такой этот загадочный убийца, который не оставляет улик… — озадаченно пробормотал Джин, сминая край своей футболки. Чимину поплохело. Он встал из-за стола, прикрывая рот рукой, поймал на себе несколько обеспокоенных взглядов и выбежал из кухни, направляясь прямиком к туалету. С размаху плюхнувшись на колени перед унитазом и не рассчитав силы, разбил руку. Слезы потекли по щекам. Через минуту рядом опустился Юнги, смотря на младшего с беспокойством и гладя по спине дрожащими руками. После того, как тошнота прошла, Чимин продолжал захлебываться в своих слезах и соплях, но думая лишь о том, что Юнги рядом. А тот тем временем наклонился ближе, зарылся рукой в волосы, слегка массируя кожу головы, и проговорил очень тихо, но достаточно для того, чтобы младший его слышал: — Чимин… Ты хочешь… — он сглотнул. — Ты хочешь поговорить? Если тебе будет легче или… — младший поднял на него красные глаза, полные слез, вцепился пальцами в его плечи так, будто хён сейчас исчезнет, и яростно закивал головой. — Всё, тихо, прошу, — Юнги прижал к себе трясущегося Чимина и погладил по голове, успокаивая. — Это б…больно, Юнги, — промычал Пак куда-то в плечо старшего. — Больно не знать… В…видеть… — Юнги закусил губу и уткнулся носом в волосы младшего. — Я знаю, знаю, прости меня, — Юнги сам готов был расплакаться, когда смотрел на то, до чего довёл Чимина. Он не хотел причинять ему боль, не хотел ввязывать его в это всё. Не получилось. — Ты не должен был видеть меня таким… Чимин резко отстранился и посмотрел брюнету прямо в глаза. — Каким? — голос ощутимо дрожал, но это Пака не останавливало. — Чудовищем, — также смотря в глаза младшему с сожалением и держа его за плечи, прошептал Юн. Чимин опустил взгляд и всхлипнул. — Ты не чудовище, хён, — он замотал головой и поднял взгляд, полный боли, на Юнги. — Как же? — горько усмехнулся старший. — Ты сам всё видел, — Чимин поморщился от воспоминаний и судорожно выдохнул, все же обращая внимание на кровоточащую руку. Юнги опускает глаза туда же. — Пойдем, я помогу тебе, — прошептал Юнги, несмело протягивая младшему руку. — Ребята волнуются, но если ты хочешь, я могу попросить их пока не трогать тебя и… — Чонгук. — Что? — Чонгук, — Чимин поднял напряжённый взгляд на хёна. — Я хочу, чтобы Чонгук пришёл. Только Чонгук, — Что-то внутри Шуги явно треснуло в этот момент, но он растянул губы в дружелюбной улыбке и помог младшему подняться. — Хорошо.

***

— Чимин? — Чонгук неловко просунул голову в дверной проём и, увидев старшего, прошёл внутрь. — Что с тобой? — младший уселся напротив Чимина и взял его руку в свою. — Это Юнги. — Юнги? — Да, — Пак смотрел на Чонгука без сомнений и был точно уверен, что тот ему поможет и не расскажет никому. — Я видел вчера. Он убийца, Чонгук. И уже не первый год. Он рассказал мне. Глаза макнэ широко распахнулись от удивления, смешанного с ужасом, но потом он проморгался и снова посмотрел на хёна. — Так… Хорошо, ты… Ты хочешь сдать его?.. — Гук заглянул в глаза Чимина, но тот агрессивно замотал головой. — Нет, конечно нет… Просто… Это сложно, Чонгук~а. Очень, — Пак поднял на младшего глаза, которые снова наполнялись слезами. — Я понимаю, Чимин~и, — брюнет сочувственно посмотрел на старшего и погладил большим пальцем по тыльной стороне ладони, чтобы хоть немного поддержать. Тот снова поднял на младшего взгляд. — Ты ведь не расскажешь никому? — Чимин смотрел с неким недоверием, но расслабляясь уже с первого движения его головы. — Нет, Чим. Конечно нет, — Гук слегка помотал головой, поджал губы и улыбнулся, сжимая его ладонь крепче. Чимин выдохнул и развернулся спиной к макнэ, опираясь на него, а тот обнял его и уткнулся носом в макушку, вдыхая аромат шампуня. Так они сидят около пяти минут, молча, но потом… — Чонгук. — М? — Я хочу покрасить волосы.

***

— Ты точно уверен? — Гук вопросительно поднял бровь, замешивая ярко розовую краску в чашке. На это Чимин, сидящий в кресле, уверенно кивнул головой. — И ты не боишься, что я накосячу? — Нет. — Намджуна в гневе тоже не боишься? — Нет. — А что стилисты и менеджеры прикончат тебя… — Так, хватит читать мне нотации, — возмутился Чимин. — Ты сам уже делал это, жив здоров, значит и со мной всё нормально будет. Чонгук усмехнулся и подошёл ближе к другу, для начала убедившись, что дверь запрета. — Вот надо было сразу так, — наконец закончив замешивать краску, Гук взял кисточку и намазал первую прядь, смотря на волосы Чимина, как художник, готовый сотворить новый шедевр, на чистый холст. Началась работа. Спустя час Чимин уже стоял возле зеркала с покрашенными и высушенными волосами и любовался собой. Чонгук подошел к нему и встал рядом, довольно усмехаясь и глядя на свою работу. — Ну красавец же, — с частичкой гордости в голосе заявил макнэ. Чимин в ответ улыбнулся. — Спасибо тебе. — Обращайся, хён. — Интересно, а что скажут ребята на… — Эй вы двое, ну-ка открывайте дверь! Не знаю, что вы там делаете, но вряд ли что-то хорошее! — прокричал Намджун из коридора, барабаня в дверь. — Вот сейчас и узнаем, — подмигнул Чонгук, обращаясь к Чимину и открывая дверь Намджуну, который оказывается не один, а со всем оставшимся составом группы за спиной. — Ну и что… — Намджун застыл в дверях, упираясь взглядом в бывшие белыми волосы Чимина, которые превратились в ярко-розовые. — И что это такое? — Чимин лишь пожал плечами. — Вообще-то это творение искусства, — выглянул из-за спины хёна Чонгук. — и способ самовыражения, — Намджун сейчас же стрельнул в его сторону убийственным взглядом так, что макнэ сразу закусил язык и удалился к остальной толпе, похлопав Чимина по плечу в знак поддержки. — Ты понимаешь, что натворил? — возвращая свое внимание к Паку, проговорил Джун. — Вполне, — Чимин смотрел уверенно и выглядел в этот момент по-настоящему шикарно. Спросите, у кого хотите, каждый бы принял это. А у Юнги при виде такого младшего вообще сердце из груди выпрыгивает, и голова кружиться начинает. — Перед менеджерами будешь оправдываться сам, — Намджун поджал губы. — Мне надоело. После этих слов лидер развернулся и пошёл к коридору, останавливаясь около самого выхода из комнаты и оборачиваясь к Чимину. — А вообще, тебе идёт, — слегка подмигнул он. — Красавчики, — с этой фразой рэпер скрылся за дверью. — Офигеть, — нарушил первым повисшую тишину Тэхён. — И что это было?