Сандаловая мелодия эрху

      Золото. Прекрасное и всеми желанное золото. Блестящий металл великолепно отражает такое же золотистое солнце так, что, взглянув, в голове возникают только два варианта действий. Отвернуться и спрятать свои непривыкшие обожжённые глаза в тень или смотреть, жадно впиваясь пейзаж, вырисовывая в памяти этот миг. Конечно, выбор очевиден и ты продолжаешь смотреть на великолепную панораму всего происходящего, не сводя глаз, игнорируя боль.       Светило уже сошло с зенита, но поблескивать на крышах Башни Кои не переставало. Мирная жизнь в этом величественном ордене текла своим чередом. Глава Цзинь, он же Цзинь Лин, только закончил разбирать документы и неторопливо прохаживался по холлу собственной резиденции. Внезапно что-то сзади в него врезалось, и тот, нахмурившись, посмотрел назад через плечо.       — А-Ло…       — Да, отец? — мальчишка поднял голову и ярко-ярко улыбнулся, демонстрируя все двадцать три белых молочных зуба.       — Эх, ничего. — Жулань потрепал сына по макушке и поднял на руки. Он прикрыл глаза и обнял его за шею, укладываю свою маленькую темненькую головушку с косой на плече отцу.       Когда же Фенг устроился удобнее, Лин вздохнул и продолжил свой путь. Сегодня должен был состояться Совет Кланов. Опять… И ему совершено не хочется ничего делать.       — Желание удрать куда подальше, весь день лежать на траве и не думать ни о чем… — в слух произнес свои мысли глава Цзинь, от чего Ло погладил того по длинным волосам.       — Тогда удирай и делай что хочешь, отец.       — Если бы все было так просто. — вздохнул Глава и вновь погладил сына по спине.       — А что в этом такого сложного? — непонимающе нахмурил тонкие бровки мальчишка и посмотрел отцу в глаза.       — Ну… — состроил губки бантиком Цзинь Лин, в задумчивости прикрыв глаза. — Во-первых, у меня есть обязанности, как Главы одного из Великих Орденов.       — Это спорный пункт, так как многие Главы Орденов, исполняя свои обязанности, успевают и на охоту сходить, и в гости наведаться в другой орден, и балду попинать.       — Во-вторых! — перебил его Жулань, закатив глаза. — Сегодня Совет Кланов, и он проходит тут, мне нужно подготовиться.       — До него полно времени никто еще даже не приехал.       — В-третьих, ответственность за происходящее так или иначе лежит на мне, ведь как бы то ни было, а я молодой и неопытный Глава Ордена.       — Пф, Глава Лань с тобой одного возраста…       — Он позже вступил на пост!       — И?       — И его обучали всему, у меня же это произошло…       — Отец, не ищи себе оправданий. — мальчишка нахмурился и вновь обнял его за шею, уложив голову на плече и закрывая глаза. — Ты такой же, как и матушка, все ищите в чем вы не справляетесь и стараетесь оправдать себя перед людьми, и доказать это себе. Но вы ведь и сами понимаете, что это не так.       Жулань застыл, на глаза упала тень. Он стоял так пару минут, А-Ло успел задремать и сейчас мирно посапывал. Лин грустно смотрел себе под ноги, а затем кинул взгляд на западную беседку, где обычно в это время читала его жена.       — Иронично. — изрек Глава и побрел в приемный зал, где по логике кто-то уже сидел.       Стоя перед массивной дверью с ребенком на руках, он нервно вздохнул. По телу пробежались предательские мурашки, ему до сих пор слегка страшно заходить. Потоптавшись на месте еще пару секунд, наконец решился и распахнул дверь.       — Дядя Цзинь!       — А-Ян?       — Привет, братец А-Лин.       — Сестрица Юминг?       — Глава Цзинь.       — Сычжуй?!       — Молодая госпожа!       — Цзинъи… — проворчал Жулань, закатывая глаза.       — Для тебя — Глава Лань. — безразлично ответил мужчина в белом.       От криков А-Ло проснулся и, сладко потянувшись, радостно воскликнул:       — Глава Лань!       — А-Ло, я тоже тут…       — А-Ян!       Жулань опустил сына на землю, и тот, радостно рассмеявшись, схватил сестру за руку, и они, хохоча и что-то говоря, выбежали из зала. Цзинъи, ярко улыбаясь, смеялся вслед ребятне. Он по-прежнему все такой же яркий, даже слишком. Аж в глазах рябит от этой светлости и яркости. Юминг с Сычжуем мило улыбались по всем нормам вежливости и приличий приветствуя Главу Цзинь. Лин тут же попросил их выпрямится и перестать говорить «Глава Цзинь», из уст сестрицы это до сих пор вгоняло его в краску. Не смущало, а просто напрягало, ему хочется, что бы круг лиц называющих его по имени не сужался. Цзинъи хлопнул друга по спине и рассмеялся.       — Ну что, молодая госпожа, ты все больше походишь на девчонку, обвешал себя не пойми чем, ходишь как девица, да от тебя то ли духами, то ли цветами несет! — он театрально прикрыл нос рукой и отмахнулся. Жулань поднял брови и, скрестив руки на груди, надменно на него посмотрел, он по-прежнему был выше Главы Лань, пусть и не намного, но этой разницы хватало, что бы смотреть на друга свысока. Ланю это всегда не нравилось, и тот, фыркнув, заткнулся, отходя и начиная что-то бубнить под нос.       — Ох, Глава Лань, а вы знаете как ходит и пахнет девушка? — решил надавить на больное Цзинь. Реакция произошла мгновенная:       — Знаешь что, молодая госпожа! А вот и знаю! — фыркнул Лань, краснея, возмущаясь и отворачиваясь. Цзинь ехидно прищурился и заглянул за плечо. Улыбка стала еще довольнее и ехиднее.       — Правда что ли?       — Да! Я женюсь! Скоро!       — Глава Лань, не заводитесь так, вы что, не видите, он вас провоцирует. — Юминг смеялась, кладя руки на плечи двум мужчинам. — Вы же уже взрослые, давайте без этих глупых споров.       — Женишься?! Пхаха, ты?! С трудом вериться, дядя, кажется, так же говорил. — не унимался Лин, ему давненько этого не хватала, да, хорошего спора, а лучше… Драки! Оно самое. Посетившая мысль очень пришлась ему по вкусу, видя багровое лицо Ланя и слыша его пыхтение, это будет несложно.       — А вот и женюсь! Еще увидите, все вы увидите, моя жена будет самой-самой! И вообще, какое тебе до этого дело, живете оба женатые, а как же я?! Я может тоже влюбиться хочу… — погрустнел Цзинъи и надул щечки. Послышался дружный хохот, виновник смеха отвел обиженный взгляд и, ворча погрузился в мечтания о своей невесте. Которую мечтал когда-то встретить.