До Луны и обратно

      — Вот это да, — говорит Мэнни, чтобы хоть что-то сказать. Крис заканчивает свой в общем-то недолгий и сбивчивый рассказ нападением синих супермутантов, которых надоумил прийти в РЕПКОНН Энтони Роч. Остальное Мэнни и так знает со слов Курьера. — Ну и попал ты в историю. Но это все совершенно не объясняет, почему ты так быстро ушёл и ничего не сказал мне.       — Попрощаться времени не было, извини. Всю последнюю неделю мне казалось, что за мной кто-то следит. Но я отмахивался, думал, что разыгралось воображение. И не хотел, чтобы ты решил, будто я параноик. А вчера, сразу после того, как ты ушел на работу, в дверь постучал новый охранник доктора Штраус. Он сказал, что мистер Роч передает мне привет, и ушел.       — Странно, — говорит Мэнни. — Наверное, они решили, что ты тут же побежишь за деньгами? Чтобы перепрятать или свалить вместе с ними от Роча?       — Понятия не имею. — Крис пожимает плечами. — Может не хотели рисковать, и решили поймать подальше от Новака. Как, собственно, и произошло.       — И все-таки, если б вместо того, чтоб бежать… — начинает Мэнни, но Крис перебивает.       — Я не хотел тебя втягивать, — говорит он, — а ты бы втянулся, я знаю. Я был уверен, что Тони просто не рискнёт нападать на тебя или Новак. Ты – бывший военный, кто вообще посмеет тебя тронуть? Так я решил, но, как видишь, снова ошибся.       — Да уж, — произносит Мэнни, а сам думает: «Ошибся – вернее не скажешь. Во мне ошибся».       Они недолго молчат.       — Он не отстанет, — говорит Крис.       — Он долбанный псих, — говорит Мэнни.       Они еще какое-то время обсуждают, что им делать. На ум ничего не приходит.       Первоначальный план Криса никуда не годился и закончился провалом, но в одном Крис прав: от Энтони Роча нужно избавиться. Энтони Роч – опасен. Энтони Роч не остановится ни перед чем.       — Если человек Роча работает у доктора Штраус и до сих пор не свалил, — вслух размышляет Мэнни, —я думаю, стоит начать с него. Поговорим по-соседски. Может, он знает, где прячется гуль.       Крис кивает.       — А что потом?       — Потом, — Мэнни пожимает плечами, — устроим Рочу засаду. Выманим туда, где у нас будет явное преимущество.       Он чувствует, что растерянность ушла, страх ушел, и он наконец-то способен мыслить здраво. Он ведь действительно военный, черт побери, и в учебке его научили не только держать винтовку и бить без промаха.       Но Крис не разделяет его спокойной уверенности.       — Нас всего двое, — говорит он. — А у Тони куча наемников. Нас поймают. Тебя убьют.       — Не поймают, если продумаем все, как следует. Ты же хорошо знаешь РЕПКОНН? А чокнутый гуль сказал, что там ничего не нашел, но, возможно, он просто не знал где искать, — Мэнни хитро улыбается. — Вот и заманим его обратно туда.       Крис устало потирает виски, делает глоток воды из бутылки.       — Мне не нравится, — говорит он немного позже, — но, кажется, выбора у нас нет.                     В Новаке темно и пусто: жители давно разошлись по домам. И все равно Мэнни и Крис пробираются крадучись: если Тони отправил сюда кого-то на случай появления беглецов, то эти люди не будут бестолково светиться, а затаятся в самых неприметных углах.       К счастью, дом Юджина – нового охранника Ады Штраус – на окраине города. И поэтому вовсе необязательно идти со стороны шоссе, можно без проблем двигаться по старой железке.       Крис и Мэнни никого не встречают. У дома Юджина они останавливаются. В окне горит свет, но голосов не слышно – если Юджин дома, то он один.       — Ты уверен, что нам сюда? — едва слышно спрашивает Мэнни.       Крис кивает.       Мэнни негромко стучит в дверь, так, чтобы услышал только хозяин, а не соседи.       Кто-то не спеша подходит к двери и спрашивает:       — Кто там?       Крис жестом заставляет Мэнни молчать.       — Свои, — внезапно изменившимся скрипучим голосом отвечает Крис. Это голос гуля. — Выходи поболтать, лапуля, есть разговор.       Звенит цепочка, отъезжает в сторону засов, щелкает замок. Юджин или параноик, или ему есть, что скрывать.       «Например то, что он работает на чертового психопата».       Дверь открывается, и на пороге возникает перепуганный человек. Он не успевает ничего сказать и ничего сделать, как Мэнни коротким ударом в челюсть отправляет его на пол.       Мэнни не нравится, что ему приходится действовать методами Роча, но других вариантов нет. Судя по лицу Криса, он тоже, мягко говоря, не в восторге. Они связывают Юджина, залепляют ему рот скотчем и только потом приводят в чувство. Юджин ошалело смотрит на них, пытаясь понять, что происходит. Потом его взгляд становится осмысленным, и Мэнни видит, что он их узнал.       — Хорошо, — говорит Мэнни. — Я сниму скотч, но обещай, что не будешь кричать. Иначе я снова быстро тебя заткну. Понимаешь, о чем я?       Юджин кивает.       — Отлично.       Быстрым движением Мэнни срывает скотч, и пленник морщится от боли, а потом начинает плакать.       — Так, мужик, хныкать будешь потом, — тоном строгого школьного учителя говорит Крис.       — Я ничего не знаю, — ноет Юджин, — а Тони меня убьет, если что-то скажу... Вы нормальные ребята, я же видел, что вы не такие как он, поэтому, пожалуйста, отпустите меня...       — Извини, чувак, — говорит Мэнни, — не можем. Тони и нас убьет, если мы его не опередим.       Юджин в ужасе распахивает глаза.       — Вы... хотите грохнуть старого Тони?! Вы определенно рехнулись. Вот так, вдвоем? Или вы умудрились собрать целую армию?       — Так мы тебе и сказали, — отвечает Крис.       — Это не твое дело, — добавляет Мэнни.       — Слушайте, — в глазах Юджина мелькает надежда, — если у вас и правда армия, и вы прикончите этого гада, я до конца жизни буду на вас молиться. Вы думаете, я от нечего делать подвязался работать с ним? Эта сволочь занял мне денег, когда я был на мели, но, когда я не успел вовремя расплатиться, он сказал, что теперь я должен в два раза больше. А откуда мне столько взять? Я же не печатаю эти крышки... И тогда он предложил мне вернуть долги по-другому: выполнить для него кое-какую работу, — он кивает на Криса и тяжело вздыхает. — Извини, парень, я просто пытался выжить.       — Ты знаешь, где прячется Тони? — спрашивает Мэнни.       Юджин качает головой.       — Такие вещи он не докладывает абы кому, сам понимаешь.       — Ладно, — задумчиво говорит Крис, — а как насчет связи? Ты же как-то сообщил ему, что я покинул Новак?       — В комнате стоит рация, — отвечает Юджин. — Я передал ему сообщение.       — И сейчас сможешь передать?       Юджин мотает головой.       — Нет! Ни за что! Вы не представляете, на что он способен. Если он узнает, что я его обманул...       — Ты не будешь его обманывать, — говорит Крис. — Но, если ляпнешь что-нибудь лишнее, вот этот суровый снайпер, — он показывает на Мэнни, — тебя пристрелит и даже не дрогнет. Понял?       — Понял, — жалобно отвечает Юджин. А Мэнни думает, что признание Крисом его крутости – палка о двух концах. И не понятно, кем Крис на самом деле его считает: суровым вершителем справедливости или кровожадным убийцей.       Крис объясняет Юджину, что он должен сказать. Юджин вроде бы понимает. Вроде бы – потому что испуган он не на шутку, просто, видимо, не знает, кого стоит бояться больше: гуля с подельниками или их двоих.       Мэнни развязывает узлы. Юджин, бледный как смерть, плетется в комнату. Мэнни и Крис следуют по пятам.       На вызов рация долго трещит и ничего больше не происходит. Мэнни уже думает, что план провалился, как вдруг через шипение слышит недовольный скрипучий голос.       — Какого дьявола тебе надо? — спрашивает Энтони Роч. Крис вздрагивает от звука этого голоса, Мэнни тоже не по себе.       — Мистер Роч, мистер Роч, — повторяет Юджин, — вы меня слышите?       — Слышу, кретин. Чего тебе понадобилось в два часа ночи?       — Я видел этих двоих из Новака. Они спорили у железки, а я их увидел.       — Да? Думаешь, они совсем идиоты, чтоб возвращаться в Новак? Или, думаешь, я идиот?       Юджин сжимается от страха, но Мэнни ободряюще хлопает его по плечу, дескать, все нормально, продолжай, и Юджин садится ровнее.       — Вы совсем не идиот, мистер Роч, сэр. Я слышал, что они спорили насчет денег.       — Продолжай.       — Один говорил, что раз деньги никто не нашел, то пусть они еще полежат, а им стоит поглубже залечь на дно, а другой... правда я так и не разобрал, кто из них говорил, потому что стоял далеко и...       — Ближе к делу! — рявкает Тони.       Юджин переводит дыхание.       — В итоге они решили пойти в РЕПКОНН и забрать деньги, сэр.       Энтони Роч хрипло смеется.       — Чудесная новость, лапуля, — говорит он, — я как раз торчу тут и думаю, где их искать, пока они сами идут ко мне в руки. Может быть, я прощу тебе долг, — ухмыляется он напоследок и отключает связь.       Побледневший Крис одним движением смахивает рацию со стола. Она ударяется об пол и разваливается на части. Мэнни с удивлением на него смотрит.       — На случай, если наш новый друг передумает, пока мы будем идти в РЕПКОНН, — объясняет Крис. Он выглядит как человек, которому только что объявили смертельный диагноз или вот-вот поведут на расстрел. Как тот, у кого нет шансов вернуться назад и переиграть.       — На пару слов, — говорит Мэнни и жестом предлагает Крису выйти из комнаты. — Только без глупостей, — предупреждает он Юджина.       — Ты понимаешь, что это идиотизм? — шипит Мэнни, когда они с Крисом остаются один на один.       — Да, — отвечает Крис, — но другого выхода у нас все равно нет.       И хоть он сильно нервничает, взгляд его полон решимости. Мэнни начинает злиться. Всего пару часов назад этот человек доказывал ему, Мэнни, что хоть как-то продуманный план – это самоубийство. Но сейчас, когда план провалился и все обернулось как нельзя хуже, собирается слепо его выполнять. Какого хрена?       — Черт, — говорит Мэнни, — одно дело – идти туда и занять удобную позицию, перекрыть подходы и загнать теленка на бойню. И совсем другое – идти в ловушку самим. Мы должны придумать другой вариант.       — Нет никаких других вариантов, — твёрдо говорит Крис, — но ты и сам это знаешь. Ты не обязан со мной идти. Это моя война, и я не хотел тебя в нее втягивать. Я пойду один, дам себя взять, и это докажет Тони, что я не вру, что нет никаких денег, понимаешь? Я расскажу ему про Брайта, покажу ему дневники...       — Крис, остынь, — тихо говорит Мэнни, и делает шаг к нему, чтобы положить руку ему на плечо. Но Крис отходит назад.       — Ты не должен пострадать, — продолжает Крис, а дальше его мысль начинает ходить по кругу, — я не хотел тебя втягивать. Я пойду один....       — Замолчи, — едва слышно говорит Мэнни, он слишком зол сейчас, чтобы кричать. Упрямое желание Криса списать его со счетов выводит из себя. — Ты несешь чушь. Крис Хеверсем – самый разумный человек из всех, кого я знаю, несет долбанную чушь.       Крис опускает глаза.       — Мэнни, — начинает он, но тот не дает ему продолжить.       — Просто заткнись, — почти вежливо просит Мэнни, у которого злость начинает перерастать в ярость. — Ты уже втянул меня в это дело своим идиотским молчанием. Поэтому хватит строить из себя сраного героя и пытаться играть соло. Ничего не выйдет. У нас и вдвоем вряд ли выйдет, но так хотя бы есть шанс. Эй, ты вообще меня слышишь?       — Да.       — Самое умное сейчас – никуда не лезть, но как только этот вонючий гуль поймет, что его обманули, такой финт – заманить его и ухлопать – уже не пройдет. Пока он на шаг впереди, потом – будет впереди на целую милю. А если мы, уже втроем, удачно спрячемся, это все равно не спасет Новак. А это мой дом, черт побери. Если тебе охота самоубиться — иди один, но учти, что я все равно пойду следом, и ради тебя, и ради Новака.       Мэнни выдыхает. Он иссяк, слова закончились, он больше не знает, как и чем ему пытаться переубедить Криса. Но неожиданно Крис поднимает глаза и говорит:       — Хорошо. Тогда мы пойдем вдвоем.                     Мэнни забирает у несчастного перепуганного Юджина пистолет и боеприпасы к нему, но обещает вернуть, если, конечно, вернётся сам. Крис не в восторге от такой формулировки, он говорит, что Мэнни непременно вернется, и Мэнни, в свою очередь, не нравится, что говорит Крис только о нем.       Некоторое время они идут по дороге, ведущей в РЕПКОНН, но потом Крис забирает в сторону, в горы. Он объясняет, что помимо главного входа и двух неглавных, есть еще тайный, совершенно секретный с довоенных времен.       Он ведет в отсек подвала, откуда осуществлялось управление запуском ракет и был доступ к наблюдению за стартовой площадкой. И, поскольку испытательный полигон мог использоваться не только для запуска космических ракет, но и для ракет баллистических, попасть в этот отсек могли далеко не все. Даже вход со стороны подвала был замаскирован, чтобы только человек с допуском, который знает, где он, мог туда войти.       — А допуск у меня как раз есть, — Крис достает из кармана пластиковую карточку и показывает Мэнни. Карточка очень старая и потертая, и что на ней написано – не разобрать.       — А у Роча не может быть точно такой же? — спрашивает Мэнни.       — Не может, — отвечает Крис. — Сохранилась всего одна.       Мэнни думает, что все же у них есть хоть какое-то преимущество, а значит – не все потеряно.       Крис, для человека, прожившего большую часть жизни под землей и потом долго торчавшего в пределах одного здания, отлично ориентируется на местности. В почти полной темноте он безошибочно выбирает верное направление и через некоторое время приводит их к неприметному люку. Мэнни высовывается из-за скалы: через площадь желтеет окнами мрачное здание испытательного комплекса. Перед ним копошатся какие-то фигурки. Мэнни вначале думает, что это дикие гули, но потом ветер доносит до него голоса, он присматривается и видит, что это люди. Но это не люди Роча, это старатели.       — Хреново, — говорит Мэнни. — Я-то думал, что хотя бы их здесь не будет, потому что нормальные старатели спят по ночам.       — А может они ненормальные, — говорит Крис. — Не удивлюсь, если их нанял Тони.       — Чтобы искали деньги?       — Любой из этих бродяг, если найдет деньги, тут же постарается скрыться. И Тони прекрасно об этом знает. Скорее всего он совмещает приятное с полезным и, пока их коллеги из Новака спят, эти ребята составляют им конкуренцию.       Крис берется за крышку люка, но Мэнни его останавливает.       — Окей, мы пройдем секретную часть подвала, воспользуемся твоей карточкой, и что потом?       — Будем надеяться, что охрана нас не пристрелит, а Тони будет тихо сидеть в лабораториях. Я проведу нас туда кратчайшим путем.       — Хорошо, — говорит Мэнни, достает пистолет и перехватывает руку Криса. — Но я пойду первым. На всякий случай.       Крису приходится согласиться.                     В подвале полумрак от искусственного света. Мэнни тихо спрыгивает с лестницы, выглядывает в длинный тоннель, долго прислушивается. Пока никого. Но все равно надо быть осторожней.       Мэнни делает Крису знак, разрешая спуститься. Крис заходит в комнату с окном во всю стену, по-хозяйски осматривается и печально вздыхает.       — Отсюда они улетели, — говорит он, показывая в окно. За окном – пустой ангар и пусковые установки.       — Как думаешь, они достигли цели? — спрашивает Мэнни.       — Не знаю, — отвечает Крис. — И никогда не узнаю.       Мэнни хочет сказать, что это прекрасно, что они все же уговорили его не лететь вместе с ними, ничем хорошим для Криса это бы не закончилось, но Крис уже идет вверх по тоннелю. Да и наверняка он скажет, что если б он улетел, то не втянул бы Мэнни в эту дрянную историю. А Мэнни ответит, что ему все равно, потому что... Потому что ему было хорошо с Крисом все это время. Но вряд ли сейчас подходящий случай, чтобы об этом сказать.       Они проходят тоннель до конца и останавливаются перед ступенями, ведущими в никуда. Слева от ступеней – горит красный огонек датчика, и Мэнни понимает, что вот она – секретная дверь. Крис достает пластиковую карту и прикладывает к датчику. Красный огонек потухает, и одновременно рядом загорается зеленый. Мэнни выставляет руку с пистолетом вперед и ждет, пока дверь не откроется полностью. Старые механизмы скрипят от натуги, но срабатывают исправно. Мэнни поднимается на пару ступеней и осматривается – никого нет. Их появления отсюда и правда не ждали. Хотя, может быть, Роч отозвал охрану, и ждет, пока они заберут деньги и надумают выходить, намереваясь схватить их на обратном пути.       Крис поднимается следом, доходит до аналогичного датчика по эту сторону секретной двери и долго с ним возится.       — Ну что там? — не выдерживает Мэнни. Адреналиновая буря внутри него заставляет стремиться вперед, стоять на месте и ждать – просто невыносимо. Если б он знал, куда идти дальше, то уже пошел бы, чтобы разведать путь.       — Тут что-то заело, — мрачно сообщает Крис.       — Ну и хрен бы с ним, — говорит Мэнни.       — Дверь надо закрыть, — возражает Крис. — Если нам придется использовать этот путь для отхода, я бы предпочел, чтоб он был свободен от людей Роча.       Звучит разумно, и Мэнни согласно кивает.       — Слушай, ты не мог бы мне принести кое-что снизу? — спрашивает Крис. — Там в одной из комнат лежит ремонтный набор, с ним я бы справился за пару минут. Если не трудно.       Мэнни мигом спускается вниз. Сбегать за ремонтным набором – совсем не трудно. Это лучше, чем бесполезно стоять на месте.       Мэнни находит в одном из маленьких помещений старый кожаный саквояж, и, когда поворачивает обратно, слышит, как дверь со скрипом медленно закрывается. Мэнни бежит вперед так быстро, как может, но все равно не успевает.       Вначале он думает, что Крис просто починил систему своими силами и ждет, но дверь не торопится открываться, и Мэнни с опозданием понимает, что на самом деле произошло.       Он стучит в дверь. Тихо, очень слабо, он боится, что его услышит кто-то помимо Криса.       — Мэнни, — слышит он голос из-за двери.       — Какого хрена? — спрашивает Мэнни. — Какого хрена?!       — Извини, — говорит Крис, — но это необходимая мера.       Мэнни открывает рот, чтобы выругаться, чтобы сказать Крису все, что он о нем сейчас думает, но от отчаяния и крайней степени возмущения идиотизмом Криса, а заодно и своим собственным, не может произнести ни звука.       — Уходи, Мэнни, — просит Крис, — пожалуйста. Если я буду один, он поверит, что никаких денег нет. Если мы пойдем вдвоем, он начнет с тебя и рано или поздно убьет. Ты хороший человек, Мэнни Варгас, лучший из всех, кого я когда-либо знал... Прости за все плохое, что я тебе сделал. Мне очень жаль. И я не могу позволить тебе пострадать из-за меня еще больше.       Мэнни слышит, как шаги наверху начинают медленно удаляться. Он вновь обретает дар речи, только не может подобрать нужных слов. Ужас положения, в которое загнал себя Крис, сковывает его мысли.       — Не делай этого, пожалуйста, — шепчет он. Но Крис уже не слышит его: дверь безмолвствует.       Мэнни роняет саквояж, он раскрывается от удара об пол, и инструменты, громко звеня, вываливаются наружу. Мэнни садится на ступени под дверью и стискивает голову ладонями, пытаясь заставить себя хоть что-то придумать.       Он понимает, что этот отчаянный дурак, вообразивший себя защитником и героем, сейчас идет на заклание. Ему страшно представить, что сотворит с ним психопат Роч, который кроме чисто материального интереса вдобавок ненавидит Криса по личным причинам. Роч порежет его на куски, и будет делать это медленно и со вкусом. Он ни за что его не отпустит.       И Крис думает, что он, Мэнни, его послушает и просто пойдет домой, чтобы зажить спокойной и безмятежной жизнью?       «Да хрен тебе, — мысленно говорит Мэнни. — За кого ты меня вообще принимаешь, благородный тупой ублюдок?»       Он поднимает с пола моток скотча и кладет себе в карман. Он решает, что проберется в чертов РЕПКОНН да хоть через главный вход, если понадобится, и лучше погибнет в бою, чем будет сидеть, сложа руки. Он, черт побери, солдат, и солдат отличный.       Мэнни спешит к выходу, он настроен крайне решительно, но сердце его сжимается от мысли, что его добродушного Криса, возможно прямо сейчас начинает пытать злобный упырь.       — Эй, Тони, — слышит он сквозь помехи динамика на стене голос Криса и вздрагивает. — Я один и пришел с миром. Нам нужно поговорить.       — Чудесная новость, — почти сразу отвечает Энтони Роч. — Закуска подана, осталось дождаться главного блюда. Я в сборочном цехе, лапуля. Как здорово, что мы пришли к пониманию.                     Мэнни поднимается наверх, осматривает в прицел площадку перед главным входом. Кроме старателей он замечает троих наемников Роча. Потом он вспоминает о входе с ближнего к нему торца здания, и как можно быстрее идет туда, стараясь не шуметь, прячась за камнями и в глубоких ночных тенях.       Мэнни смутно представляет, где находится сборочный цех, он был тут всего пару раз, еще до работы на вышке – собирал металлолом, чтобы выручить хоть немного денег. Но пока что его проблема – не план здания, которого он не знает, а алый огонек сигареты, вспыхивающий во мраке.       Мэнни замирает в темноте, понимая, что охранник его не видит. Проходит минута или две, которые кажутся вечностью, прежде чем огонек, вспыхнув искрами, улетает в сторону. Охранник зевает, потягивается и направляется к двери.       Мэнни бесшумно прыгает к нему из темноты, и бьет рукоятью пистолета по голове. Звук глухой и, благодаря громким голосам старателей, почти неслышный. Мэнни подхватывает обмякшего охранника и укладывает на землю. Пульс у него есть, все в порядке. Мэнни забирает винтовку, на ощупь понимает, что она другого калибра, отличного от его, значит патроны не пригодятся, и отшвыривает подальше в темноту. Он крепко стягивает руки и ноги охранника скотчем, заклеивает рот и оттаскивает в сторону от двери, чтобы вдруг не попался никому на глаза.       Мэнни выдыхает и приоткрывает дверь. За дверью в небольшом коридоре светло, тихо и никого нет. Мерцает, потрескивая, люминесцентная лампа. Он проходит пару шагов и замечает на стене план эвакуации здания. Он бегло изучает его, ищет вход в сборочный цех. А потом осторожно вынимает стекло из рамы и на всякий случай берет план с собой. Теперь у него хотя бы есть шанс сориентироваться в лабиринте комнат и переходов.       Мэнни осторожно пробирается по коридору, стараясь не наступать в кафельную и бетонную крошку. Ему нужно пройти несколько поворотов и офисов и при этом желательно не попасться никому на глаза. Если его кто-то увидит и успеет передать по коммуникатору Рочу и остальным, что он рыщет по зданию, – все пропало. Крис, как единственный имеющийся у них источник информации, сразу станет всего лишь наполовину полезен.       Роч – не дурак, он явно не верит, что Крис пришел один, и по громкой связи вскоре раздается приказ прошерстить все здание. Другого ожидать и не стоило.       Мэнни слышит шаги – вначале сзади, и потому чуть быстрее идет вперед, но потом другие шаги доносятся спереди. Он мысленно чертыхается, наугад открывает ближайшую дверь и едва удерживает равновесие, чтобы не рухнуть в зияющий провал перед ним.       Мысли в голове Мэнни проносятся с невероятной быстротой. Отступать нет времени – шаги слишком близко. Спрыгивать вниз – все равно что вообще в никуда: внизу темно и черт его знает, что там вообще, не хватает еще напороться на торчащую арматуру. Он бы смог перепрыгнуть, но нет возможности для разбега. Остается только одно. Мэнни принимает решение.       Он, вцепившись в дверь, ставит ногу на небольшой уступ, который остался от обвалившегося пола, и пробует его на прочность. Держится. Тогда Мэнни отодвигает ногу еще дальше и ставит вторую, чуть проползает вперед, приникая к стене всем телом, и аккуратно притворяет дверь.       Стоять так – довольно сложно: Мэнни обливается потом, чувствует, как капли щекочут нос, но не может отнять руку, чтобы его почесать, он даже не морщится, чтобы ненароком не потерять равновесия. Напряженные мышцы начинает сводить, раненая рука ужасно саднит. Мэнни кажется, что чертово время не то что замедлилось, а вообще перестало идти. Он старается не думать о том, как долго этот уступ будет способен удерживать его вес, и начинает жалеть, что все же не рискнул спрыгнуть вниз – если он сорвется или остаток пола под ним обвалится, падение окажется худшим из всех вариантов.       Наконец дверь открывается, и Мэнни перестает дышать. Он слышит, как стучит его сердце – слишком часто и слишком громко, и боится, что охранники тоже его услышат. Проходит целая вечность, прежде чем они закрывают дверь. Мэнни осторожно выдыхает и ползет обратно.       Судя по плану, соседняя комната – проходная. Он заходит в нее, и ему тут же приходится спрятаться за бетонной перегородкой: двое людей Роча идут прямо ему навстречу. Они кружат по офисному лабиринту как хищные птицы над Пустошью, заглядывают в каждый угол. Уйти обратно не выйдет – Мэнни затворил за собой дверь, чтобы не вызывать подозрений.       Он осторожно выглядывает из укрытия: эти двое уже близко, идут по разным проходам, лишая Мэнни возможности хоть какого-нибудь маневра. Он дожидается, когда ближайший к нему подойдёт на расстояние удара, бьет его прикладом винтовки по ногам, так что тот теряет равновесие и падает, ударившись головой о перегородку.       — Эй, ты чего? — второй тут же подбегает к нему, и Мэнни, стремительно выскочив из укрытия, наставляет на него оружие.       — Ни звука, — тихо говорит Мэнни, давая понять, что выстрелит, если он скажет хоть слово. — А теперь положи винтовку и повернись.       Тот послушно выполняет все требования. Он молодой и очень напуганный, у него большие зеленые глаза, и Мэнни искренне жаль, что он связался с плохой компанией.       — Пожалуйста, не убивайте меня, — шепчет парень. — Я сделаю все, что надо.       — Я и не собирался, — говорит Мэнни. Он заносит рукоять пистолета над светлой коротко стриженной головой, но потом опускает: у парня на поясе он видит наручники. — Заведи руки назад, — приказывает он.       Парень, дрожа всем телом, подчиняется. Мэнни заставляет его залезть под стол и пристегивает к ножке стола, а ноги обматывает скотчем. Потом просит повернуть голову и залепляет рот.       — Будь паинькой, — говорит Мэнни, — лежи смирно. Или мне все же придется вернуться и убить тебя.       Парень испуганно кивает и застывает, скрючившись под письменным столом.       Мэнни надеется, что, когда его найдут и освободят, он разорвет контракт с этими подонками. Но скорее всего он считает, что подонок вовсе не Роч, а он, Мэнни.       Первого охранника связывать нет необходимости: он мертв.       Мэнни отволакивает его с прохода и пытается затереть лужу крови старой спецовкой из шкафа с одеждой. Получается плохо, потому что кровь уже частично впиталась в бетонный пол. Тогда Мэнни оставляет спецовку на полу прикрывать пятно, надеясь, что никто ничего не заподозрит.       Он пересекает комнату, выходит в очередной коридор и долго кружит по офисам. Чертово запутанное здание сбивает его с толку, и Мэнни дважды проходит одним путем. План ни хрена не помогает. Наконец, методом проб и ошибок он выбирает нужное направление и находит сборочный цех.       То, что там происходит, едва не толкает его на необдуманный поступок, но Мэнни вовремя понимает, что так он Крису помочь не сможет: у дверей – двое охранников, третий стоит рядом с Рочем.       Он не успевает разглядеть, что именно Роч делает с Крисом, только слышит, как Крис стонет от боли.       — Я знаю, что ты использовал Джесси и отправил свихнувшегося пророка в безумное путешествие в один конец, — говорит Роч. — Снимаю шляпу перед твоим талантом, но ты задурил мозги не абы кому, а моему лучшему другу и прикарманил наши с ним деньги, хитрожопый ублюдок!       На плане есть еще один вход в это помещение: сверху, через лаборатории. А в сами лаборатории можно попасть этажом выше. Мэнни находит лестницу, прячется, чтобы не попасться на глаза паре старателей и поднимается наверх.       За очередным поворотом он сталкивается с одним из наемников и, не растерявшись, бьет его кулаком в кадык. Наемник, хрипя, хватает ртом воздух и с грохотом валится на пол. Мэнни замирает: он боится, что вот-вот услышит шаги, но, к счастью, больше никого нет. Видимо, ресурс Роча весьма ограничен. Или гуль просто экономит на собственной безопасности.       Мэнни довольно быстро находит нужную дверь и стоит перед ней, испытывая острый приступ отчаяния. Дверь почти доверху завалена обломками. Чтобы тут все расчистить нужно, как минимум, час или два.       Мэнни вновь разворачивает план, внимательно его изучает, но третьего входа в лаборатории нет. А путь в сборочный цех есть, но он лежит через чертов подвал, в который Мэнни никак не попасть, потому что у него нет гребаной карточки.       Ноги перестают его держать, и Мэнни тяжело опускается на пол.       «Все пропало, — думает он. — Это конец».       Все, что ему остается, — это собраться с духом и пойти на безумный штурм.       «Допустим, — думает Мэнни, — двоих пристрелить я сумею, но есть еще третий и сам Роч».       По всем раскладам итог получается невеселый: последний охранник, только если он не совсем криворукий, подстрелит его, Мэнни, или даже убьет. А Роч, испугавшись, что пленника вырвут из его лап, прирежет Криса.       «Но так Крис хотя бы не будет долго страдать под пытками», — приходит к Мэнни горькая мысль, и ком подступает к горлу. Ему внезапно кажется, что чья-то ласковая рука нежно треплет его по затылку. Он оборачивается, прекрасно понимая, что это глупо, потому что сзади только стена, и упирается взглядом в вентиляционную решетку. Новый план возникает у него в голове вместе с надеждой.       Не теряя времени, Мэнни пытаться снять решетку, но ничего не выходит.       Тогда он бежит в соседнюю комнату и начинает метаться в поисках чего-нибудь, что может сгодиться в качестве отвертки. Комната набита всякой всячиной, совершенно ему бесполезной: бумага, пресс-папье, ручки, карандаши, степлеры и рекламные буклеты. Все это ему не поможет.       Наконец, в одном из ящиков он находит несколько довоенных центов и стремглав несется обратно. Монетки отлично справляются с ролью отвертки, но с последним болтом приходится повозиться: он проржавел и намертво прикипел к решетке. Мэнни никак не удается его повернуть, разозлившись, он изо всех сил дергает решетку на себя, и отрывает ее вместе со шляпкой болта.       Проход свободен.       Мэнни забирается внутрь и лезет по уходящей вверх вентиляционной шахте. Предпоследний отрезок пути ему приходится ползти почти вертикально, упираясь руками и ногами в стальные гладкие стены и несколько раз скатываясь обратно вниз, пока, наконец, не удается уцепиться за край – там, где шахта вновь принимает горизонтальное положение и идет дальше, прямая как стрела.       Уже не заботясь о том, есть ли кто в лаборатории, он выбивает ногами решетку и спрыгивает на пол, но, судя по тому, что никто не сбегается на шум, здесь никого нет.                     Мэнни бессистемно кружит по одинаковым комнатам. Он начинает паниковать, понимая, что потерял слишком много времени внутри вентиляционной шахты. Плана этого сектора здания у него нет, и страх, что он заблудился и наверняка из-за этого опоздает, только подстегивает панику.       Он находит дверь с горящей над ней табличкой «Выход». Но дверь закрыта, и открыть ее никак не выходит.       Мэнни бежит дальше и упирается в точно такую же дверь.       Закрыто.       От досады он ударяет в нее кулаком, так сильно, что старая сине-зеленая краска осыпается в месте удара.       Закрыта и третья дверь.       Это похоже на западню, на дурацкий сон, кошмар из которого не выбраться, пока не проснешься. Чертов Роч – прогнивший злобный умник – наверняка все просчитал и специально заманил его сюда.       Мэнни заставляет себя успокоиться. Сейчас совершенно неподходящее время терять голову. Он несколько раз глубоко вдыхает и выдыхает, прикрывает глаза и слушает свое дыхание.       Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох.       «Два входа в лабораторию», — вспоминает он. И смотрит на дверь перед собой. Дверь с осыпавшейся сине-зеленой краской.       «Дерьмо», — думает Мэнни. Но одновременно с этим он рад, потому что понимает, что все это время ходил по кругу.       Он опять с самого начала преодолевает свой путь от вентиляции, на этот раз концентрируя внимание на деталях, чтобы снова не угодить в ловушку безликой схожести комнат и коридоров.       Дверь с табличкой «Выход» – ничем неотличима от той, у которой он только что был. Сестра-близнец, клон – если не пытаться найти отличий.       Мэнни осторожно толкает ее, и она открывается.       Голос Энтони Роча, усиленный хорошей акустикой, заполняет все огромное помещение. Как будто сам сборочный цех говорит голосом Энтони Роча.       — Представлял себя гулем, лапуля? Хотел стать таким, как мы? Санта Тони с радостью исполнит твою маленькую тупую мечту. Если ты, конечно, не сдохнешь.       Зрелище, которое открывается Мэнни сверху, заставляет кровь застыть в жилах.       Крис привязан к стулу и выглядит крайне паршиво. Мэнни не видит ран на его теле, не видит крови, Крис просто как будто очень долго и тяжело болеет, и надежды выздороветь у него нет. Под глазами у Криса – темные круги, смертельную бледность лица оттеняют лихорадочные пятна, как у чахоточного больного, пальцы судорожно сжимаются, будто от нестерпимой боли, а грудь тяжело вздымается, и изо рта доносятся только стоны.       Роч отходит немного в сторону и Мэнни видит, что в руках у него не пистолет, не нож, не что-то такое, чем можно долго и мучительно пытать человека, а... кружка.       Отставив мизинец, по-театральному элегантно и вычурно, Тони опускает кружку в бочку с зеленоватой жидкостью и опрокидывает ее на Криса, как будто какой-то богач в ресторане на Стрипе поливает свежеприготовленный стейк из соусника. Только это не соус, а гребанное жидкое радиоактивное топливо.       Мэнни целится в Роча, он намеревается снести ему голову, а потом прикончить охранников, если те не решат убежать, но ему мешает чертова лестница, спускающаяся вниз прямоугольной спиралью.       Мэнни проходит немного вперед, выбирая точку получше. Он чувствует, что ладони противно вспотели, и крепче сжимает винтовку. Ему нельзя промахнуться, только не сейчас, когда от этого выстрела зависит не успех целого государства, не его собственная судьба и судьбы его товарищей, за которыми сотни гражданских, а жизнь одного-единственного неприметного человека, о существовании которого он даже не подозревал всего полгода назад, но который за эти полгода стал ему очень и очень дорог.       Мэнни выдыхает и нажимает на спусковой крючок.       Выстрел грохочет, отзываясь многократным эхом, оглушает.       Роч отпрыгивает в сторону, а потом согнувшись уползает за бочку с топливом.       Он промахнулся. Пуля прошла выше на несколько дюймов.       В последний момент старая железная лестница под ногами Мэнни немного просела вниз.       Роч что-то кричит внизу, но Мэнни уже не слышит: несколько одновременных выстрелов заглушают звуки, пули с пронзительным звоном ударяются о железо, в сумрачном освещении ярко сверкают искры от их ударов.       Высунувшись лишь на секунду, он видит, что Крис повалился на пол вместе со стулом и теперь из последних сил пытается отползти в сторону.       Мэнни делает несколько быстрых шагов вперед, и на этот раз лестница его не подводит: голова одного из охранников разлетается на куски.       Мэнни снова меняет позицию, чтобы постараться дезориентировать тех, кто внизу. Маневр удается: второй охранник падает с пробитой навылет грудью.       Роч на мгновение показывается из-за укрытия, но Мэнни пресекает эту попытку. Его первостепенная цель – не дать ему добраться до Криса.       Роч стреляет вслепую, высунув из-за бочки руку с револьвером, уповая на свою дьявольскую удачу, но удача подводит его – ни один из выстрелов не попадает ни в Мэнни, ни в Криса.       Третий охранник Роча, после того как его босс перезаряжает оружие и снова начинает палить, решает сменить укрытие, чтобы, наконец, достать Мэнни. С новой точки тот будет у него как на ладони. Он хаотично и быстро начинает движение, и Мэнни, отвыкший стрелять по движущимся целям в полумраке, промахивается. Он стискивает зубы, понимая, что почти проиграл, когда охранник поскальзывается на луже крови и падает. Пуля Мэнни не дает ему встать.       Револьвер Роча наконец выдает осечку. Тот поднимает его над бочкой и отшвыривает в сторону.       — Ладно, — говорит он, — ты победил, бойскаут. Я сдаюсь.       — Выходи, — требует Мэнни.       Роч встает и поворачивается к нему лицом, высоко подняв руки над головой.       — Ты же не будешь убивать безоружного? — спрашивает он. Голос его отчего-то совсем не напуганный, а наоборот, звучит интонацией победителя.       Мэнни не расслабляется, следит за ним через прицел.       Тони делает шаг, другой.       — Стой на месте, — говорит ему Мэнни, но он продолжает идти. Роч медленно и как будто совсем безобидно приближается к лежащему Крису. И только тогда Мэнни замечает в его руке свой собственный нож.       — Стой! — кричит Мэнни и нажимает на спусковой крючок.       Роч замирает. Выстрела нет.       Мэнни лезет в карман за патроном, но слишком поздно, и Тони тут же меняет план: воспользовавшись заминкой, он опрокидывает бочку и, припадая на правую ногу, ковыляет к выходу. Видимо, его все же задела шальная пуля.       Опасная лужа начинает медленно подползать к Крису. Крис пытается отодвинуться, но его силы заканчиваются.       Мэнни чертыхается: патрон выскальзывает из его пальцев – он даже не заметил, что повязка на руке совсем промокла от крови. Он лезет за следующим патроном, но его нет.       Мэнни хватается за пистолет, но пули не настигают Роча: он благополучно выбирается из сборочного цеха.       Мэнни стремглав несется вниз, перепрыгивая через несколько ступеней, совершенно позабыв о том, что старая лестница может просто развалиться под ним на следующем прыжке.       — Крис! — кричит Мэнни. Он уверен, что, если лужа доползет до него, никакой антирадин уже не поможет. Вообще ничто не поможет.       Мэнни успевает схватить Криса вместе со стулом и оттащить в сторону. От встряски Крис приходит в себя.       — Останови его, — шепчет он едва слышно. — Или все было зря. Пожалуйста. Ради меня.       — Ты только не умирай, — просит Мэнни. — Ради меня.       Он выбегает из сборочного цеха, и свет, который прежде казался ему неярким, больно бьет по глазам. Это дезориентирует все на пару секунд, он слышит шаги вдалеке и не понимает, откуда они доносятся, с какой точно стороны. Но потом замечает на полу капли крови, и выбирает нужное направление. Теперь он не боится запутаться.       Шляпа Роча мелькает за офисными перегородками, но Мэнни не успевает прицелиться.       Гонка, по его ощущениям, длится бесконечно долго, но расстояние все-таки сокращается.       Роч делает последний рывок и ныряет за угол. Мэнни слышит испуганный женский вскрик. Нехорошее предчувствие ударяет его под дых. Он поворачивает вслед за Рочем и останавливается.       — Бросай пистолет, — хрипит Роч. В руках у него перепуганная старательница, у ее горла – нож Мэнни. Чертов подарок Буна. — Бросай пистолет, сука, или я вскрою ей горло.       Роч вдавливает лезвие в шею женщины, тонкая струйка крови змеится вниз. Женщина в ужасе смотрит на Мэнни. Крупные слезы катятся по ее щекам.       — Пожалуйста, — просит она, — у меня дети.       Мэнни колеблется всего лишь долю секунды. В следующее мгновение он вскидывает пистолет и посылает пулю прямо в глаз Роча.       От крика женщины у него звенит в ушах. Он хватает ее, закрывает ей рот и убеждается, что с ней все в порядке: крохотная царапина на шее только и всего.       — Все хорошо, — говорит ей Мэнни, глядя на мертвого гуля. Гримаса удивления застыла на его безобразном одноглазом лице. — Ты жива. Все хорошо, слышишь?       Он отпускает ее, и она тоже смотрит на Роча.       — Подонок, — говорит она.       — У тебя есть антирадин? — спрашивает Мэнни. На территории полигона легко можно влезть в зараженное место, и старатели из Новака всегда имеют с собой комплект.       Женщина, словно очнувшись, быстро открывает сумку, вынимает пакет с препаратом и шприц с тонкой иглой.       — Спасибо, — говорит она, хотя сейчас это он должен ее благодарить.                     Мэнни отвязывает Криса, выносит его в коридор, подальше от радиоактивного цеха, и вкалывает сразу две дозы. Он боится, что большее количество может ему навредить.       Он и сам начинает чувствовать себя крайне паршиво. Может это проходит эффект адреналиновой встряски, может быть его тоже порядочно облучило, а может он просто чертовски устал.       — Ну как ты? — с тревогой спрашивает Мэнни.       — Как дурак, — мрачно отвечает Крис, — ты был прав. А я бесполезный тупица.       — Заткнись, — почти ласково просит его Мэнни. — Готов к небольшому путешествию домой?       — Вроде да. — И сообразив, что Мэнни собирается дальше сделать, тут же начинает протестовать: — Я пойду сам!       Мэнни не слушает его возражений, он молча взваливает Криса на плечо и, с трудом передвигая ноги, идет к выходу.       Дорога к Новаку как будто становится в три раза длиннее.                     — Ты уверен, что третья рука ему помешает? — невозмутимо интересуется доктор Штраус, придвигая к кровати стойку для капельницы. На кровати лежит человек, похожий на бледную тень настоящего Криса Хеверсема.       — Ада, пожалуйста, — умоляюще просит Мэнни. К шуткам доктора Штраус он сейчас совсем не готов. Он ужасно переживает за Криса, а еще у него перед глазами все плывет, и он чувствует, что вот-вот свалится в обморок.       — Знаешь что, мой герой, ложись-ка ты на соседнюю койку, — говорит Ада Штраус. — Я и без дозиметра чувствую, что от тебя фонит сильнее, чем от кентавра.       Мэнни кивает и послушно ложится.       — Он же не превратится в... гуля? — спрашивает он, с трудом удерживая себя в сознании.       — Разве что полысеет немного больше, — отвечает Ада, и Мэнни с облегчением отдается во власть темноты.                     Он видит странные сны. Страшные сны. Сны, перепутанные с реальностью, с прошлым и настоящим. Он видит себя и Криса. И Брайта с Энтони Рочем.       Он летит в тесной космической ракете сквозь пустоту. И чувствует себя ужасно паршиво и одиноко.       Нет ни звезд, ни планет, ничего. Только чернота вокруг, чернее которой он ничего себе и представить не может.       А потом из ниоткуда вдруг возникает яркий свет. Ракета влетает в него, и из иллюминатора Мэнни видит Джейсона Брайта.       Тот идет по облаку в белых одеждах и сияет, как сиял бы будучи гулем, только он человек. Красивый светловолосый молодой человек с яркими зелеными глазами.       Мэнни внезапно понимает, что никакой ракеты уже нет, а он сам парит в лучах света, и ему не страшно, а хорошо и легко.       Рядом с Брайтом стоит Крис Хеверсем. Он тоже в белом, только это не развевающиеся одежды, а лабораторный халат.       У Криса в руке какой-то прибор с красным огоньком на панели, Крис машет Мэнни свободной рукой и приглашает спуститься к ним. Он улыбается, и в уголках его глаз появляются такие знакомые и чертовски милые морщинки.       Мэнни поднимает руки над головой и спускается.       Облако очень мягкое, совсем как вата. И от него почему-то пахнет медикаментами. Но сейчас этот запах ему нравится. Ему вообще все здесь нравится.       Он смотрит на Криса, и тот кажется ему таким уютным, таким трогательно-беззащитным, без привычной хмурой складки между бровей, что хочется прижать его к себе и долго-долго держать, чтобы слышать, как бьется его сердце.       — Тук-тук, — говорит Брайт и протягивает к ним руки.       Крис достает из кармана пластиковую карту и прикладывает к прибору. На панели вспыхивает зеленая лампочка вместо красной. Облака расходятся в стороны. Внизу под ними уже знакомая Мэнни черная пустота.       — Нет, — говорит он, но не может сказать, что боится. Признаваться в слабости перед Крисом он ни за что не будет.       — Ради меня, — просит Крис. — Ради нас, — и берет его за руку.       Они шагают во тьму и бесконечно долго летят.       Мэнни страшно, но он чувствует ладонь Криса в своей ладони, и страх отступает. Тьма отступает.       Мимо них проносятся огромные планеты и звезды, кометы и космические корабли. А потом они замечают Луну.       Она медленно оборачивается вокруг своей оси, и Мэнни видит, что ее лицо, которое когда-то давным-давно показал ему юный Бун, это лицо Энтони Роча. Очень злое лицо.       — Здесь его нет, — скрипит Роч. — Вы меня обманули, здесь ничего нет!       Его крик звенит у Мэнни в ушах, он крепче сжимает руку Криса и в ужасе просыпается.                     В медицинской палатке светло. Наверное, он проспал пару-тройку часов. Крис, повернувшись спиной, спит на соседней койке.       — Как он? — спрашивает Мэнни у Ады Штраус.       — Лучше всех, — отвечает она.       — А сколько времени? — интересуется Мэнни, когда доктор Штраус приносит ему воды.       — Три пополудни, — отвечает она.       — Ого, — говорит Мэнни, — вот это я отрубился.       — Ага, — говорит Ада Штраус. — На целых четыре дня.       Она выходит из палатки, оставляя его наедине со своими вопросами.       — Четыре дня, — вслух повторяет Мэнни, но звучит это просто невероятно.       Он встает, чувствует легкое головокружение, но перебарывает желание тут же улечься обратно. Вместо этого он преодолевает проход и садится на край кровати Криса.       Крис не спит. Он натягивает одеяло поверх головы, и утыкается носом в подушку.       — Эй, — говорит Мэнни. — Ну ты чего?       Он пытается стащить с него одеяло, но Крис держит крепко.       — В прятки будешь играть? — усмехается Мэнни. — Окей, я тебя не вижу, ты победил.       — Уйди, — просит Крис. — Уйди и не смотри на меня. Я урод.       — Что? — смеется Мэнни. — Вот это новости.       — Тебе хорошо смеяться над бедным гулем...       — Что? — еще раз спрашивает Мэнни. Теперь ему совсем не до смеха. — Крис, ты не гуль... Ты...       — И кто я, по-твоему?       — Ты человек, ты... — На Мэнни вдруг разом наваливается все, что он пережил четыре дня назад, но так и не дал себе прочувствовать, потому что времени на эмоции у него не было. Ему перехватывает горло, и дальше он говорит с трудом. — Ты тот, кого я едва не потерял.       Крис стаскивает с себя одеяло и садится в кровати.       — Я же пошутил, — говорит он, не сводя глаз с дрожащих рук Мэнни. — Я пошутил насчет гуля.       — Да пошел ты! — неожиданно даже для себя взрывается Мэнни. — У тебя идиотское чувство юмора, и сам ты конченный идиот! Герой хренов! Если б тебя убили, я бы... я бы выгнал тебя на хрен из комнаты. И живи, где хочешь. Потому что ты просто невыносим!       Мэнни закрывает лицо руками, потому что сам понимает, какую чушь он сейчас несет.       Крис кладет руку ему на плечо.       — Извини, — серьезно говорит он. — И за шутку, и вообще за все. Я очень сильно виноват перед тобой. Спасибо, что вытащил меня.       — Да пошел ты, — тихо говорит Мэнни.       Крис долго молчит, потом спускает ноги с кровати и встает.       — Если ты хочешь, чтоб я ушел, я уйду, — говорит он, и неуверенно идет к выходу. Его сильно шатает, но он упрямо делает шаг за шагом.       Мэнни наблюдает за ним, а потом не выдерживает.       — Стой, — говорит он, — стой, идиот.       Он встает и подходит к Крису.       Крис замирает, не оборачиваясь, как будто ждет от него чего-то. Мэнни кладет ему руки на плечи и прижимается к его худой широкой спине.       Крис внезапно выворачивается из объятий, отчего сердце Мэнни ухает вниз: он боится, что совершил ошибку, нарушил границу, и...       Но Крис поворачивается к Мэнни лицом и утыкается лбом ему в ключицу.       — Не стой столбом, — привычно ворчливо говорит Крис, и Мэнни растеряно обнимает его, чувствуя, как руки Криса решительно ложатся на его спину. Крис поднимает голову и выглядит таким трогательно-беззащитным, что Мэнни очень сложно его не поцеловать. И он целует.       Мэнни думает, что Крис Хеверсем совершенно точно не перестанет его удивлять. Никогда. А еще Крис ему нравится, причем так, что думать сейчас он больше уже ни о чем не может. Но это Мэнни наконец-то узнает о себе самом.