Опытные Довакины

Пока Исмир неспешно выбирался из подземелья, Алдуин давно вернулась в лагерь снаружи и развеяла скрывающие её чары. Ей теперь было над чем подумать. Алдуин, конечно, заранее почувствовала, что в этом подземелье скрывается кто-то сильный, но появление великана в чёрных доспехах стало для неё неожиданностью. Такой же неожиданностью стало и то, что Исмир умудрился победить этого странного великана самостоятельно. Это несколько радовало Пожирательницу Мира, поскольку сильных союзников она любила. Да и гордость не позволяет иметь дел с слабаками. Хотя в то же время ей было немного обидно, что дело обошлось без её вмешательства. Она сама не могла объяснить почему, но ей очень хотелось, чтобы Исмир в том бою обратился к ней за помощью. Да, он не знал о её присутствии и да, она сама говорила ему, что это его испытание и он не должен рассчитывать на её помощь. Но ей почему-то очень хотелось выпендриться перед Исмиром. То есть она была сильнейшей дова, это все и так знали. И раньше она вообще не испытывала никаких побуждений кому-то это доказывать или лезть из кожи вон ради чужого одобрения. Но почему-то в данном случае ей хотелось, чтобы Исмир хорошо осознавал, насколько она сильная. Поразмыслив над этим странным желанием, она в итоге пришла к простому выводу. Дело было в том, что она по прежнему опасалась, что Исмир её предаст и подсознательно пыталась перестраховаться тем, что демонстрировала ему свою силу. Мол: «если ты меня предашь, то тебе предстоит иметь дело с моей силой, а ты не хочешь иметь с ней дело!». Хотя была и немного другая причина, которую Пожирательница Мира сформулировать и осознать не могла. Дело в том, что в их с Мираком отношениях драконорождённый был довольно… был бревном, так сказать и любые комплименты и реакции из него приходилось буквально тисками вытаскивать, а наложив на это изоляцию в несколько тысячелетий, которую Алдуин была вынуждена пережить после воздействия свитка… Скажем так, после этого всего Пожирательница мира остро нуждалась во внимании… А Исмир ей это внимание уделял, даже банальных комплиментов с его стороны Алдуин за эту неделю выслушала больше, чем от Мирака за всё время их «отношений». Так что не удивительно, что она пыталась впечатлить нового довакина ради ещё парочки комплиментов с его стороны. Мысли Алдуин вернулись к тому странному великану и его не менее странной душе, которую Исмир поглотил, хоть великан этот и не был дова. Судя по всему эта душа, как и душа драконья, оказывала усиляющий эффект на Исмира, только в разы более мощный, пусть и временный. И если, например, Исмир бы поглотил с десяток драконьих душ, а потом воспользовался этой душой великана, то он смог бы почти сравниться с Одавинг по силе, что уже впечатляет. Впечатляет и немного пугает. Но так, совсем чуть-чуть. По большей части это просто напрягало Пожирательницу мира. Притом напрягало не потому, что Исмир стал бы достаточно сильным, чтобы представлять из себя опасность. Уровень Одавинг был для Алдуин едва ли опасным. А вот то, что с таким уровнем силы Исмиру не потребуется более её помощь Пожирательницу мира, в глубине души, беспокоило. И вот Исмир, наконец, покинул подземелье и вышел к Алдуин. — Дай-ка угадаю. Там рога не было. — вместо приветствия сказала Алдуин. — А откуда ты знаешь? — охрипшим (горло ещё не восстановилось) голосом удивился Исмир. — Если бы рог там был, то ты держал бы его в руках. — пожала плечами дракониха. — А ещё, судя по голосу, ты встретился с кем-то опасным. — Да, был там один парень… — протянул довакин. — Я, похоже, поглотил его душу… — то, что Исмир решил не скрывать сего факта не могло не порадовать Алдуин. Она уж рассчитывала, что он попытается скрыть от неё этот факт — Правда? — изобразила удивление дракониха. — Да… — Ладно, с твоей поглощённой душой разберёмся потом. Что ты планируешь сейчас делать в связи с отсутствием рога. — спросила девушка сделав вид, что не обратила внимания на записку в руках Исмира. — Тот, кто взял рог, решил назначить мне встречу, так что нам надо отправиться в Ривервуд, где эта встреча состоится и забрать рог. — То есть рог украли у нас из-под носа? — перевела Алдуин на свой манер. — Не скажу, чтобы прямо украли. Скорее позаимствовали, чтобы обеспечить гарантию моего появления на встрече. — Похоже на ловушку… — протянула дракониха. — Есть немного…

* * *

Долетели до Ривервуда довольно быстро, что не удивительно, поскольку во-первых, мы хотели разобраться с этим побыстрее, а во-вторых Алдуин среди всех дов была как самой сильной, так и самой быстрой, так что длительные и дальние перелёты для неё не были проблемой. Хотя мне драконьи перелёты не очень нравились ввиду глупого положения, в котором меня переносили. Меня просто брали на руки а-ля принцессу и таким образом перевозили из одной точки в другую и это было настолько неловко, насколько вы можете себе представить. И это я не говорю, что было несколько боязно смотреть вниз… Так или иначе, по достижению Ривервуда я осознал одну странную вещь. Меня обошёл слабительный эффект зелий лечения. То есть, когда я пил эти зелья посреди боя, то я делал это с расчётом на то, что мне хватит времени на то, чтобы одолеть тот берсерк-референс до того, как слабительный эффект возьмёт своё. В итоге же этот эффект и вовсе не проявился. Хотя нет, вру, по достижению Ривервуда я, таки, забежал опорожниться в сельский сортир. То есть получалось, что эффект подействовал на меня только через несколько часов? Блин, был бы здесь Йорм, уточнил бы у него по этому поводу, а так придётся строить свои теории. Тут либо мой организм, обременённый драконьей и берсерковой душой несколько перестроился и теперь на меня не так быстро действует отходняк от зелий, либо сами зелья были немного другими. И если вспомнить, то да, те зелья, с которых я, когда-то давно, был вынужден засесть у «белого друга», были из разряда слабых и разбавленных, а те, которые я употребил в бою с великаном были мало того, что старыми (сколько тысячелетий они пролежали в этом данже, в конце-концов), так ещё и неразбавленными. И вот теперь гадай, по какой причине слабительный отходняк решил накрыть меня только в Ривервуде. Всё могло зависеть от качества зелий, мол дешёвые зелья они с примесями и разбавленные, поэтому так и бьют по желудку. А возможно зелья должны некоторое время отстаиваться, чтобы их слабительный эффект ослаб (поэтому зелья из данжа, что простояли там хрен знает сколько времени, вдарили по желудку только сейчас.). Ну и гипотез, почему меня слабительный эффект накрыл только сейчас, можно было строить великое множество. Так или иначе, опорожнившись, я с трудом уговорил Алдуин не идти со мной и отправился в «Спящего Великана» где обратился к Дельфине с просьбой снять комнату на чердаке. Дальше всё было почти по игровому. Мне сказали, что чердака нет и предложили обычную комнату, там Дельфина раскрыла карты и потом завела меня в «хозяйскую» спальню где через секретный вход в шкафу провела в секретную комнату. Там мне вернули рог Юргена и далее уже дела пошли немного не по игрововму. — Так значит ты довакин… — она слегка прищурилась, словно пыталась заглянуть в меня и увидеть хоть что-то довакинское. И всё бы ничего, но она, занимаясь этим, держала меня у стены и приставив кинжал к горлу. — У меня не так много информаторов осталось, но те, кто остались, говорят, что на Высоком Хротгаре сейчас полно драконов и, что самое интересное, упоминалось, что ты на Хротгаре тоже был, притом до того, как драконы «заключили мир» с местным ярлом. И мне вот интересно, с какой это стати драконорождённый — прирождённый убийца драконов, стал с этими самыми драконами якшаться. Неужели ты повёлся на этот бред о мирном сосуществовании? — Сейчас у драконов другие правители… — ответил я и тут же кинжал стал сильнее прижиматься к горлу, с такой «помехой» говорить было боязно, авось рука у Дельфины слегка дёрнется и меня «чиркнет» по артерии… [...] — Это не отменяет того, что эти правители — драконы, а драконы не могут грезить о мире. — мда… Это будет тяжёлый разговор. Дельфина с фанатизмом будет отстаивать свою точку зрения: «драконы — зло» и вряд ли до неё выйдет достучаться. Как минимум в данном положении, когда она прижимает лезвие к моему горлу. — ZUN-HaaL-ViiK — произнесла подкравшаяся со спины Алдуин, притом этот крик был, считай, что шепотом. Кинжал от этого «шепота» банально вылетел из рук Дельфины и я сразу же воспользовался моментом скрутив её и прижав лицом ко столу в центре комнаты. — Спасибо, Алди. — применил уменьшительно-ласкательное, это было уже привычкой использовать «Алди» в городах и населённых пунктах, а то на «Алдуин» норды очень пугливо оборачивались и это в общем сеяло смуту в народе. Чего уж поделать, Пожирательница Мира успела заслужить себе не самую благоприятную репутацию. Ах да, ещё если бы я в данной ситуации употребил «Алдуин», то Дельфина бы устроила истерику, осознав с кем я «якшаюсь» из драконов. А несмотря на раннее холодное приветствие с кинжалом у горла, мне лишать местного трактирщика жены не особо хотелось, да и Алдуин, судя по тому, что обезоружила Дельфину, а не убила на месте, тоже руки марать не желала. — Итак… — наклоняюсь я к скрученной бретонке. — Поговорим о драконах… — Здесь не о чем говорить! Пока тебя здесь отвлекают от твоего предназначения, другие драконы пользуются твоим бездействием! На Рощу Кин уже напала одна из этих тварей! Разве ты не понимаешь? Пока одни драконы тебя отвлекают, их дружки продолжают бесчинствовать вне твоего ведома! — Мятежницы… — хором протянули мы с Алдуин, сразу поняв к какому лагерю принадлежит нападавшая на Рощу Кин. — Что? — не поняла бретонка. — Не все из драконов единогласно приняли смену власти и новое направление, которому следует эта раса. Среди них есть и мятежницы, которые как раз таки и грезят порабощением остальных. Это не хитрый план, где одни драконы меня отвлекают, чтобы другие могли спокойно нападать на города и поселения. — пояснил я. — Нам следует теперь залететь в эту «Рощу Кин» и разобраться с той мятежницей… — устало вздохнула Алдуин и обратилась к Дельфине. — Давай я объясню тебе ситуацию так. Если бы драконы по прежнему жаждали всех поработить и только притворялись бы миролюбивыми, то сейчас мы бы с тобой не разговаривали ибо, без обид, но ты сейчас слишком… неадекватна, чтобы оставлять тебя в живых. Тем не менее мы честно пытаемся не позволить тебе умереть глупой смертью. Это всё потому, что наши намерения сейчас именно, что мирные. — Вы… Вы сейчас держите меня в таком положении… — она одним взглядом указала на меня, что до сих пор держал её скрученной и вжатой в стол. — И смеете при этом говорить что-то о своих мирных намерениях?! — Ты угрожала перерезать ему глотку/Ты угрожала перерезать мне глотку. — хором выдали мы с Алдуин. Алди даже красноречиво приложила ладонь к лицу, после чего на незанятой её руке заиграло бирюзовое сияние и Пожирательница Мира применила «успокоение» на бретонке, чтобы та, наконец, смогла спокойно нас выслушать, а то сейчас, когда она на эмоциях, с ней любая беседа будет как об стенку горох. И вот таким образом, ценой драгоценных и невосполняемых нервов, мы убеждали эту фанатичку в своём миролюбии. Со стороны наши диалоги выглядели до тупого просто: «Мы хорошие/Нет вы плохие» и так повторялось из раза в раз на протяжении нескольких часов. Пару раз Алдуин честно, но шёпотом, чтобы её не услышали, предлагала мне просто прикончить эту ненормальную, на что я напоминал ей, что подобный инцидент не пойдёт на пользу драконьей фракции. Имелось ввиду что будет тяжело уверять других в своём миролюбии, когда мы буквально укокошили одну из несогласных из-за того, что она с нами не согласна. В конечном итоге Дельфина сдалась под нашим напором и приняла существование «хороших драконов». Правда существование драконов «плохих» из её сознания никуда не далось, просто несколько видоизменилось. Теперь «плохие» драконы, это драконы-мятежницы… Чтож, это был прогресс, так что мы довольствовались и им.

* * *

С мятежницей в Роще Кин расправились мы с Алдуин, поскольку нам это было банально ближе и быстрее. И насчёт второй своей битвы с драконом мне сказать было нечего. Мы прилетели, к нам вылетела мятежница, Алди прикончила её одним криком и я поглотил её душу, конец. Конечно, мы просто хотели разобраться со всем побыстрее, но я всё-равно остался неудовлетворённым. Хотелось опробовать на драконе свою душу берсерка, а в итоге её за меня одолела Алдуин. Главное меня опустила, сказала смотреть внимательнее и одним криком! Одним, блин, криком!!! То есть да, потом она заявила мне, что эта дракониха была довольно слабой, но знаете, на фоне Алдуин любая дова будет слабой! Похоже во мне играла нордская кровь и кулаки чесались… Ладно, теперь я получил усиление своего пассивного баффа благодаря второй драконьей душе, так что грех жаловаться. Далее мы доставили рог Юргена Седобородым, на что они провели мне инициацию и, скажу откровенно, в игре гг выдерживал её в разы эффективнее. Для меня же их «приветствие» чудом не окончилось потерей сознания. Я упал на колени в первые десять секунд с момента начала, а всё оставшееся время пытался заткнуть уши, чтобы ослабить голоса, которые отбойным молотком долбились мне прямо в мозг, но как бы я те не затыкал, голоса доносились до меня без каких либо осложнений, словно бы я и не пытался заткнуть себе уши. Зато в момент, когда голоса стихли, я испытал настоящую эйфорию, можно даже сказать, что ощутил катарсис после этих мучений. Впрочем, сутью испытания было не перенести голос седобородых и бровью не поведя, а банально выстоять. С чем я успешно и справился после чего получил свою награду за принесённый рог. Правда если в игре меня обучали последнему слову «безжалостной силы», то здесь, так-как я уже изучил этот крик от Алдуин, меня стали обучать медитациям. В игре вроде тоже было что-то подобное, вот только с Партурнакс и «обдумыванием слов», когда ты выбирал себе бафф к тому или иному крику. Здесь же вместо обдумывания слов были медитации, после которых действительно становилось как-то спокойно и безмятежно на душе. Притом на том горячем комочке в груди, коим ощущалась моя новая душа берсерка, медитации сказывались в том числе. По ощущениям, при медитациях я заковывал этот огненный комочек во льдах, тем самым сводя на нет вызываемый им жар. А жар этот ощущался как потребность организма выплеснуть негатив или размять кулаки. То есть я, ввиду своей нордской крови, и раньше испытывал некоторое влечение к хорошей драке и разочаровывался, когда противник оказывался несерьёзным, но после получения души берсерка, эти желания стали играть во мне с новыми силами, словно душа берсерка подливала масла в огонь. Притом делала она это очень ненавязчиво, притом настолько, что я заметил её влияние только когда от этого влияния избавился с помощью медитаций! И меня это кардинально не устраивало! Одно дело когда меня накрывало во время активации души, а другое дело, когда душа на меня влияла даже в неактивном состоянии. — Не отвлекайся! — крикнула мне подскочившая в плотную Алдуин и попыталась пнуть меня ногой. — А? — вернулся я в реальность и тут же, на чистой реакции, схватил Алдуин за ногу и, крутанув пару раз вокруг своей оси, метнул в ближайшую скалу. Нет, душа берсерка, конечно, позволяла мне хоть что-то ей противопоставить в наших тренировках, но то, что меня может так запросто «отключить» от реальности меня нисколько не устраивало. Будь на месте Алди какой-нибудь другой дракон, желающий меня грохнуть, подобная отвлечённость с моей стороны добром бы не кончилась. — Сосредоточься на битве! Ты когда отвлечён становишься слишком предсказуемым и пассивным! — ответила мне Алди, отлипая от покрывшейся трещинами скалы (это с какой силой я её метнул?!) и уворачиваясь от летящего в неё топора. А что? Я свой талант к метанию топоров ещё в подземелье том отметил и решил добавить его в свой арсенал. Вот и Алди явно стала больше напрягаться на наших тренировках, раньше-то она со мной, как с дитём малым игралась! — Молодец, не упускай возможности перехватить инициативу! — комментировала она, попутно уворачиваясь от ещё пары топоров. На последнем моём топоре, она резко перехватила тот в воздухе и, схватив тот за рукоять, подскочила ко мне с помощью первого слова «стремительного рывка» и попыталась ударить меня только что пойманным топором. Я успел ударить своим стальным наручем по древку топора и погасить инерцию удара оного. Алди, быстро поняв, что удар топором не сработает, моментально сменила тактику и попыталась ударить меня свободной рукой в нагрудную пластину и у неё удалось. Притом она либо забыла сдержаться, либо даже сдерживаясь засадила знатно, просто теперь в моей нагрудной пластине образовалась вмятина, а под вмятиной должен был вскочить синяк, да и я сам отлетел на добрые десять метров назад. Точнее она так думала, но… — Wuld! — крикнул ещё в полёте я, и тут же растущая меж нами дистанция свелась к нулю и я, вместо того, чтобы лететь в соседнюю скалу, стоял перед Алди, занося руку с топором для удара. Правда тут же ощутил, как что-то обмоталось вокруг моей ноги, а когда до меня дошло, что это её хвост, я уже летел затылком на землю а повалившая меня Алди уже держала меня за шею, вжатым в снег Высокого Хротгара. Со стороны столпившихся неподалёку драконих послышались аплодисменты и Алди меня отпустила, позволяя горящей от души берсерка голове «остыть» в снегах Высокого Хротгара. Я решил ещё немного так полежать, пока меня не отпустит, но Алди просто протянула мне руку, предлагая помощь, на что я отказаться уже не мог. Почему кстати «Алди»? Алдуин, тьфу! Совсем голова плывёт от души берсерка! Чтож, этот бой, как минимум, был не односторонним, так что я был доволен результатом. Да, Алдуин сдерживалась, двигаясь медленнее и не используя весь свой арсенал (хотя бы потому, что крики в пол силы использовать тяжело, а крики у неё убойные, если судить по недавно умерщвлённой мятежнице. Нет серьёзно, один, блин, крик!), но раньше я и противопоставить ей ничего толком не мог, хотя она предельно сдерживалась. — Итак, твоя… Как ты там называешь ту душу великана? — обратилась ко мне чёрная дракониха, пока мы шли к остальным. — Душа берсерка. — напомнил я. — Да. Так вот, она пусть и усиляет тебя до уровня средней дова, но не даёт достаточно быстро мыслить и тебя становится проще читать. Так что тебе следует особенно сильно сохранять концентрацию в бою, если ты планируешь и дальше применять эту душу. Хотя ты уже способен на неожиданные приёмы, вроде твоего «Wuld». Меня он, откровенно, застал врасплох… — По тебе было незаметно… — перебил я её, на что дракониха лишь тепло улыбнулась. — Просто я не позволяю противнику прочесть слишком много, иначе я стану более предсказуемой, а быть предсказуемым можно только если у тебя разница в силе с противником слишком подавляющая. Тогда да, ты можешь на одной силе его подавить и не напрягаться с тактиками и ухищрениями. Суть в том, что твоя выходка заставила меня применить хвост в бою, а этого я не делала… Вообще никогда не делала, так что сегодня ты заставил меня адаптироваться к себе в достаточной мере, чтобы я была вынуждена придумать новый приём, это уже что-то, да говорит. Тебе главное держать себя в узде и, как ни странно, уделять время медитациям, поскольку что-что, а они позволяют держать себя под контролем, что будет тебе очень полезно с учётом твоей «души берсерка». К слову, что ещё за «берсерк»? — Ну… Были некогда среди древних нордов такие воины… — начал я издалека, адаптируя местный лор под свои знания термина.