The flame of my soul

      За несколько месяцев жизнь Хосе Лефлера медленно превращалась в ад. Всё началось в июне этого года, когда пришло известие об исчезновение Виктории Грин-де-Вальд. Ученики решили, что она присоединилась к Пожирателям смерти. Много фактов указывали на это: она покинула Хогвартс незадолго до смерти Альбуса Дамблдора, странное поведение накануне и скрытность. Всё это можно было трактовать по-разному, но ученики с других факультетов решили, что Вик отныне служит Тёмному Лорду. Если верить словам Мэта, то Вик весь год провела в компании Драко Малфоя и других слизеринцев, следовательно, она приняла сторону зла.       — Почему ты мне не веришь? — возмутился Мэт. — Ты готов поверить Грин-де-Вальд? Она предала нас всех! Спит с этим змеиным принцем…       Хосе Лефлер молчал, не желая делать поспешных выводов. Он вспоминал последние письма девушки. В них Вик рассказывала про эмоциональные переживания. Его крестница не рассказывала про свои отношения, как видно, желая не предавать этому особое внимание.       — Я не хочу вставать на чью-то сторону, — наконец-то произнёс хозяин дома, — Я доверяю Вик, и прекрасно знаю, что она бы не приняла сторону Тёмного Лорда просто так. Если ты утверждаешь, что наша Вик — Пожирательница смерти, значит, были на это причины.       — Что? Ты… ты не понимаешь, что теперь всем нам угрожает опасность?       — Мэт, я хочу услышать от Вик всю правду. Что она думает о своём решении? В последнем письме она писала, что мир находится на пороге войны и…       — Отлично! Мой отец за Грин-де-Вальд!       С этими словами Мэт вышел из гостиной. На просьбы отца вернуться и спокойно поговорить, юноша отреагировал остро. Несколько бранных слов, громких фраз — всё это было перед тем, как он трансгрессировал в неизвестное место. Все попытки поиска юноши были провалены, и в тот день Хосе Лефлер остался один дома. Испытывая волнение за детей, которые находились неизвестно где и какова будет их судьба, мужчина позволил себе открыть бутылку крепкого испанского вина.       Через час появился Луис Энтуистл, который был вынужден в начале этой неделе уйти из Министерства.       — Что случилось? — спросил он.       — Мэт ушёл из дома, — ответил Хосе, — Не знаю, где он сейчас. Может быть, у вас?       — Нет, Деспина не принимала гостей. Я просил её собрать все необходимые вещи. Лучше, пусть она побудет в другой стране до лучших времён. Эмма пока отказывается ехать, но есть надежда, что я её уговорю.       Луис налил себе в бокал вино, сделал глоток и пристально посмотрел на друга.       — Вик так и не давала о себе знать?       — Я уверен, она с Геллертом, — Хосе провёл рукой по своему лицу, стараясь стереть переживания и даже некоторую злость. — Он сбежал из своего замка. И… я думаю, что Грин-де-Вальд знал о нападении на Хогвартс, поэтому забрал Вик раньше.       — Весьма логично. Если они где-то скрываются, то, возможно, так будет лучше… Сириус Блэк переживает за Мелису и малыша. Его квартира отныне совсем небезопасное место. И он думал их спрятать где-то.       Хосе только кивнул. Он смотрел на свечи, которые пылали на краю стола. Отношение Мелисы и Сириуса Блэка развивались достаточно стремительно. Они тайно поженились ещё в начале сентября. А в последнюю неделю мая родился сын — Орион. Волшебники старались всеми силами скрыть его появление на свет, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание.       — Может, лучше её отправить в Америку?       — Мелиса хочет быть рядом с мужем, — несколько озлобленно сказал Луис, — И слышать ничего не хочет.       Можно было понять, что творилось в душе г-на Энтуистла. Опасность, которая нависала над домом Блэков, становилась с каждым днём более острой. Мелиса не хотела покидать с сыном дом, оставлять Сириуса. «Лучше я умру вместе с ним!» — говорила она, когда речь заходило о поездке.       — Я не знаю, что делать. А если штаб-квартира Ордена подвергнется нападению? Что если никого рядом не будет?       — Луис, может быть, мои слова прозвучат сейчас слишком жестоко, но… оставь её. Мелиса сама отдаёт себе отчёт, что делает. Если она решила быть с возлюбленным, то пусть.       Между друзьями повисла тишина. Они взглянули друг на друга, чувствуя, как внутри каждого всё больше появляется волнение за своих родных людей. Луис согласился с другом. Через пять минут молодой мужчина был уже у себя дома. Оглядев чемоданы, которые собрала его жена, на его губах застыла грустная улыбка. Деспина суетилась с последней частью вещей, не зная, как лучше сложить прикроватный коврик.       — Ты всё собрала? — почти шёпотом спросил Луис Энтуистл.       — Почти, — ответила Деспина, даже не посмотрев на мужа. — Пойди лучше поговори с дочерью. Отказывается ехать, ещё и в своей комнате заперлась.       Мужчина направился на второй этаж. Его шаги громко раздались по помещению. Комната дочери оказалась заперта. Не было слышно никаких звуков, которые свидетельствовали о прибывании Эммы в комнате. Луис решил, что их дочь отдыхает. Постучав в дверь, однако ответом послужила тишина. Ещё один стук — ещё одна тишина.       — Эмма, милая... Я знаю, ты, наверно, хотела остаться здесь, в сентябре поехать учиться в Хогвартс, — заговорил Луис, — Но пойми. Тот-кого-нельзя-называть непременно предпримет ужасные действия. Прошу, уезжай с мамой. Так будет безопасно…       Луис надеялся получить ответ от дочери. Эмма по-прежнему молчала, ничего не отвечала. Она лежала на кровати и пристально смотрела в потолок. Её глаза были влажными от слёз.       — Не открывает? — тихо поинтересовалась Деспина.       — Нет. Эмма, открой, пожалуйста, дверь. Давай поговорим? Расскажи, что ты хочешь?       Несколько секунд, и дверь распахнулась. На пороге появилась юная волшебница. Её волосы были растрёпанными и торчали в разные стороны. Она тяжело дышала, чувствуя, как слёзы вновь начинают блестеть у неё на глазах. Вздохнув, Эмма начала говорить:       — Мэт отправился с Гарри, Роном и Гермионой на поиски крестражей. Он мне сам написал, — девушка вновь задрожала всем телом. — Я люблю Мэта. А он… он просто сбежал, решил мне записку оставить. Взял и просто поставил перед фактом!       Родители переглянулись. Они обняли свою дочь, поглаживая по голове. Успокоить волшебницу удалось не сразу, так как её переживания были слишком глубокими. Переезд был отложен на неопределённый срок, чтобы не заставлять Эмму испытывать волнение вновь. Деспина заварила чай. Луис сидел за столом, о чём-то очень вдумчиво думая и анализируя какие-то детали.       — Случилось что-то? — спросила Деспина.       Мужчина неопределённо пожал плечами. Что-то случалось каждый день. И иногда новости были настолько ужасными, что приносили страдания. Каждый волшебник задумывался о судьбе своих родных. Многих одолевал страх неизвестного будущего. Страх печального опыта прошлого.       А что будет при победе Волан-де-Морта? Как можно обезопасить себя? Вновь по приёмнику был озвучен список пропавших. Сегодня на два волшебника меньше. А позавчера были жестоко убиты мои соседи только из-за, то что отец женщины был магглом!.. Как можно защитить своих детей? Когда Пожиратели смерти начнут нападение?       Сохранять при сложившихся обстоятельствах адекватность и здравый разум становилось практически невозможно.       Кто-то принимал инфантильные решения, решая сбежать. А некоторые волшебники делали глупости и поджигали себя вместе с домами. В Великобритании стали проходить всякие ужасы: похищение и убийства магглорождённых волшебников. Министерство устраивала допросы со всей жестокостью с людьми, которые, по их версии, представляли опасность всему миру. На улицах, на вокзалах и в местах, где можно иногда встретить кого-то — везде были расклеены объявления, что разыскивается Гарри Поттер.       Погода сделалась ещё прохладней, нежели чем была в первой половине месяца. На душе по-прежнему было ужасно. Мысли начинали сами уничтожать изнутри, прокручивая всякие разные моменты и воспоминания.       — Почему вы не уехали? — спросил как-то Хосе Лефлер.       Луис сидел вместе с другом в гостиной, пока жена первого волшебника прогуливалась в саду. Поглядев в окно, гость несколько печально вздохнул, словно вспомнил что-то страшное и ужасное.       — Подумали, что мы должны держаться вместе, — ответил Луис, как видно ему было тяжело говорить об этом решении. — Эмма очень переживает за Мэта. Оказывается, они очень любят друг друга.       Хосе печально улыбнулся, смотря на чашку чая.       — От него не было никаких вестей?       — Нет, — тяжёлый ком был проглочен, — И в списках не назвали его. Наверно, он жив.       Луис обнял своего друга, чувствуя, как спина мужчина тяжело задышала. Даже самые сильные личности могут почувствовать слабость сильнее, чем другие. Каждый день Хосе слушал радиоприёмник в надежде не услышать знакомые имена детей. Его пробирала дрожь, стоило задуматься о сыне и крестницы. От них по-прежнему не было никаких вестей. Верное решение отказывалось приходить.       Как можно было найти тех, кто сам захотел затеряться?       Наступила осень.       — Мне Мэт написал, что их путешествие задерживается, — с долей радости сообщил Хосе Лефлер.       Это было первое сообщение от сына после его ухода из дома. Хосе лишь приходилось гадать, где может находиться сейчас Мэт. Но эта записка подарила надежду — он всё ещё жив. Следовательно, можно попытаться жить дальше. Сова, которая столь внезапно влетела в дом через открытое окно, явилась в самый подходящий момент — момент отчаяния.       — Он с Гарри Поттером? — уточнил Луис.       — Да. Не понимаю только, чего они пытаются найти?! И обязательно было срываться непонятно куда… А какие новости у тебя?       — Я пытаюсь уговорить Мелису на время переехать ко мне. Недавно было собрание Ордена Феникса.       Хосе промолчал. Он знал, как остро реагирует друг на все новости, которые связаны с Орденом Феникса. В какой-то момент Луис стал считать, что Сириус Блэк непременно погубит его сестру. И от безысходности, что ты никак не можешь повлиять на ситуацию, хотелось завыть. Даже Деспина не знала, как помочь мужу, поэтому при удобном случае пыталась сподвигнуть его на разговор с другом. Вроде бы Луис всегда успокаивался от общения и пребывания в доме Хосе.       Время тянулось медленно, словно испытывало на прочность.              *Несколько позже*       Сириус и Мелиса приняли решение неделю побыть в гостях у Луиса Энтуистла. Тот, в свою очередь, не мог нарадоваться этому известию. Общение с племянником доставляло для него истинное удовольствие. Он всех невольно убедил, что в его доме будет всем безопасно, особенно сестре и её муже.       — Мы заглянем к тебе в гости?       — Да, в любое время, — ответил Хосе, немного улыбнувшись.       Давно не было гостей у него дома. На улице выпал первый снег. Некоторые деревья заледенели от холодной ночи. В округе сделалось тихо, словно всё затаилось перед бурей. Не придавая особое значение какому-то внутреннему чутью, интуиции, волшебники разместились в гостиной за столом. Как же хочется почувствовать ощущение праздника в тёмные времена!       — Вик не нашлась? — тихо спросила Мелиса.       — Нет, — ответил Хосе Лефлер. — Меня беспокоит то, что Дерек Кэрролл пропал. Не хочется думать, что это дело рук Пожирателей…       Женщина провела рукой по плечам хозяина дома. Встретившись взглядами, г-н Лефлер попытался улыбнуться. Мелиса смотрела на друга взглядом, полным сочувствия и понимания. Они находились в комнате, где спал Орион. Из гостиной доносились оживлённые голоса.       — Ты счастлива с Сириусом?       — Да. Он — хороший муж. Мы думали после войны поселиться у моря, — с улыбкой ответила Мелиса. — Как же мне хочется окончания всех несчастий. Чтобы все были счастливы.       Хосе согласился. Он улыбнулся, пожимая руки своей подруги. Главное, чтобы Мелиса была счастлива. Внезапный звук разбивающего стекла заставил всех вздрогнуть. Не понимая, что могло произойти, Хосе Лефлер поспешил в гостиную. Поверить в увиденное было крайне сложно: Пожиратели Смерти атаковали его дом.       — Скажите нам, где прячется Виктория Грин-де-Вальд и никто не пострадает, — прозвучал голос откуда-то сверху.       — Беллатриса Лестрейндж, — заметил Сириус Блэк, узнав голос своей кузины.       — Где Виктория Грин-де-Вальд?       — Отвечайте на вопрос.       Пожирателей смерти было около семь или восемь. Яркие вспышки заклинаний разразили воздух. Вновь послышался грохот, посуда оказалась на полу. Среди непрошенных гостей был Драко Малфой, который печальным взглядом обвёл дом крестного его девушки. Вик не было здесь, в этом он был уверен. Однако, Беллатрисе вздумалось поразвлечься и устранить тех, кто был дорог Вик.       «Я ничего не мог сделать…» — мелькнула мысль в голове Драко Малфоя.       — Здравствуй, Сириус, — поприветствовала волшебница с безумной улыбкой. — Давно не виделись. Ты всё ещё позоришь благородной род Блэков?       Сириус никак не отреагировал. Он атаковал свою давнюю знакомую. Произнося заклинания, мужчина пытался обезоружить сторонницу Волан-де-Морта. Параллельно сражались и другие члены дома. Спустя несколько минут становилось ясно, что Пожиратели смерти не покинут просто так этот дом. Они завершат начатое.       — Пусти, — вскрикнула Эмма, когда её схватил Фенрир Сивый.       От его возгласа у юного Пожирателя прошиб холодный пот. Что он делает? Незаметно для себя, Драко обезоружил Хосе Лефлера, лишив его волшебной палочки. Радости Беллатрисы Лестрейндж не было предела. Её губ коснулась улыбка — секунда — смертоносное заклинание пронзило Сириуса Блэка.       — Ну же, Драко, — произнесла тётушка, — убей его. Живо!       Рука юноши дрогнула, смотря на хозяина дома. В чём они виноваты? Внезапное облако тёмно-синей пыли появилось в воздухе. Через секунду перед крёстным Хосе стояла Вик. Она пылко посмотрела на своего парня, который не смел двигаться с места. В серых глазах мелькнуло удивление, а после — отчаяние. Кто бы мог заранее подумать? Вик не должна была оказаться здесь. Нет! Её не должно было быть здесь.       — Какая встреча, — медленно произнесла Пожирательница смерти. — А мы вас искали? В гости зашли, а вас всё не было…       Вик с отвращением бросила на Лестрейндж взгляд, продолжая держать свою палочку на уровне чистокровного волшебника. Тот стоял, пристально изучая её лицо. Он невозможно соскучился по ней! Как же сейчас хочется подойти к ней поцеловать, а там и умереть можно. И как же она сейчас прекрасна в одежде чёрного цвета. На несколько секунд для них мир замер.       — Долор Вомикал, — произнесла волшебница.       — Протего, — ответил Драко Малфой.       Игра началась. Они не должны выдавать друг друга ни при каких обстоятельствах.       — Таранталлегра!       — Саплента!       — Остолбеней!       — Инкарцеро!       — Протего!       Вик чувствовала, как силы медленно стали покидать её. Успешно применяя контрзаклинания, девушка надеялась ускользнуть, выиграть время. Драко Малфой был хорошим дуэлянтом, но сейчас крайне осторожен. Разве он мог допустить, чтобы собственноручно причинить боль своей возлюбленной? Однако, со стороны могло казаться, что это настоящий бой.       Невольно от эмоций, которые на протяжении нескольких минут не подчинялись Вик, появилось сильное пламя. Оно разгоралось, делалось сильней и распространялось с мгновенной скоростью. Через несколько секунд половина первого этажа дома было объято голубым пламенем.       — Святой Мерлин, — прошептал кто-то.       — Мелиса, — закричал другой голос.       Драко чувствовал языки пламени. Дым помогал скрыть от посторонних глаз некоторые детали боя. В груди появилось першение. Тело содрогнулось от кашля. Рука волшебницы дрогнула, заклинание полетело куда-то в сторону. Метка начинала болеть сильней, заставляя Вик задрожать всем телом от боли. Малфой-младший попытался приблизиться, тем самым, скрыть от любопытных глаз всю развязку боя.       — Силенцио! — произнёс заклинание Драко Малфой, заставляя замолчать Вик.       Нельзя было позволить, чтобы он услышал голос своей возлюбленной. Иначе слизеринец вовек бы не решился на подобное. Её глаза пронзительно посмотрели на него. Она чувствовала, как по телу прошла дрожь. Вик позволила случиться этому заклинанию, не сопротивляясь парню. Даже в тот момент девушка понимала, что любит Драко.       — Секо, — прошептал Пожиратель смерти.       Тем временем, огонь объял всю гостиную. Почти все трансгрессировали, предпочитая спасти себе жизнь. Беллатриса Лестрейндж хотела проконтролировать убийство, удостовериться, поэтому она так пристально наблюдала за действиями племянника. Она осталась довольна! Вик начала падать, чувствуя, как её грудь пронзает боль. Её глаза были полны боли и слёз, но произнести что-то не было возможности. Драко подхватывая её, не позволяя упасть на пол.       — Молодец, Драко, — прошептала Беллатриса Лестрейндж, решаясь покинуть горящий дом.       — Прости меня, — одними губами прошептал слизеринец, пристально смотря на свою любимую Вик. Он почувствовал собственные слёзы на своих щеках.       Драко дрожащий рукой дотянулся до кулона, который всегда носила его девушка. Заметив кровь на одном краю треугольника Даров смерти, чистокровный волшебник на мгновение потерял самообладание. Как он мог? Руки задрожали сильней, и чуть не выронили кулон. Если бы не шаги, которые внезапно раздались среди потрескивания горящей мебели, Малфой-младший не смог бы так быстро оправиться.       — Вулнера санентур, — сказал Драко.       Где-то в глубине дума появилась мужская фигура, которая стремительно пробиралась сквозь огонь. Нужно уходить. Возможно ли сейчас оставить ту, что любишь всем сердцем, сейчас в таком положении? Драко ещё раз пристально посмотрел на Вик, запоминая такие родные черты лица. Осторожно проводя несколько дрожащей рукой по её щеке, он стёр грязь. У него вновь появились слёзы от воспоминания о своём поступке. Смогут ли они после такого быть вместе? Вряд ли Вик способна простить его. Сейчас точно пора уходить…       — Анапнео, — произнёс юноша перед тем, как трансгрессировать.