Пороки

      Главнокомандующий. Как же гордо звучит! Громко, отчетливо, как приказ, как смертный приговор. Одно это слово может заставить весь лагерь задрожать. Преклонить колени. Покориться.       Дейр вздернул голову и оправил китель. Из зеркала на него смотрел молодой решительный юноша с огнем в глазах. В форме мажортесты. Дейр усмехнулся. Да, это — настоящий лидер. За таким лидером пойдут сотни. Этот лидер приведет свой лагерь к победе.       Он опустил взгляд. Сильные руки, облаченные в тонкие перчатки, двигались быстро и резко, готовые в любое мгновение выхватить из-за пояса клинок. Дейр коснулся пальцами пояса. Холодный, блестящий, тугой, он только подчеркивал статную фигуру юного главнокомандующего. Подчеркивал его мощь. А о власти напоминал короткий меч, покоящийся в ножнах — до поры до времени.       Взгляд скользит ниже и находит себя среди отблесков на начищенных сапогах. Дейру стоит огромных усилий сохранять обувь чистой в пыльных коридорах цитадели, но он отлично справляется с этой задачей. В облике главнокомандующего все должно быть безупречно. Иначе кто-то подумает, что человек, носящий это звание, не способен даже с собой справиться — что и говорить о целых отрядах!       Дейр в последний раз косится на свое отражение, и на лице появляется довольная улыбка. Кто сказал, что форма авитара — самая красивая? Очевидно, этот глупец просто не видел форму мажортесты. Или же видел ее на том, кому она не подходила.       С этой мыслью Дейр вышел из комнаты и пошел по коридору, отбивая четкий ритм каблуками сапог. Солдаты, идущие навстречу, замирали перед ним в поразительном сочетании страха и восхищения, и Дейр с удовольствием ловил их взгляды. Он — главный. Ему — подчиняются. И ни один человек на этом острове, ни один, не…       Из-за угла выскочил мальчишка лет десяти и с разбегу врезался в Дейра. Дыхание перебилось, а идеально расправленный китель смялся. Нарушитель замотал головой, сбитый с толку ударом, и уже хотел помчаться дальше, как Дейр схватил его за шкирку и поставил перед собой. Мальчишка был совсем мелким, поэтому Дейр глядел на него сверху вниз.       — Тебе не кажется, что ты что-то забыл? — сдержанно проговорил Дейр.       Мелкий солдат прищурился, окинул взглядом своего командира, с ног до головы, и попытался вырваться из цепкой хватки.       — Нет, — выплюнул он. — Пусти меня!       — Сперва извинись — тогда отпущу, — все так же твердо заявил Дейр. Он не хотел тратить нервы на этого мальца. Но научить его уважению все же надо.       — Не буду! — топнул ногой мальчишка, и Дейр от удивления широко распахнул глаза.       Солдаты, проходящие мимо, остановились и настороженно зашептались. Дейр расправил плечи, но мальчишку не отпустил. Всех возмущало такое неуважение к главнокомандующему. Но сам главнокомандующий должен остаться спокоен и уверен.       — Ты знаешь, кто стоит перед тобой? — спросил Дейр, насильно удерживая голос на одной ноте.       Мальчишка снова дернулся, быстро огляделся, но, не обнаружив в окружающих поддержки, буркнул:       — Дейр.       Дейр усмехнулся, пытаясь скрыть оскал за улыбкой:       — Это верно. Но я говорил о звании. Ты знаешь, что я мажортеста, так? Ты не можешь называться каннором, если не знаешь своего командира в лицо.       И тут мальчишка извернулся, так резко, что Дейру пришлось разжать пальцы, чтобы не вывихнуть себе руку или ему плечо. Малец отбежал на несколько метров. Дейр уже думал, что он просто сбежит, как трус — это бы выставило главнокомандующего достаточно снисходительным к недостаткам своих солдат, но в то же время смелым на фоне маленького беглеца. Но мальчишка замер в отдалении и развернулся. В его глазах сверкнули отблески ближайших факелов.       — Да какой ты мажортеста! У тебя от мажортесты одна форма! — выкрикнул он и только после этого пустился наутек, мгновенно исчезая за спинами ошарашенных солдат.       Дейр глубоко вдохнул и сжал руки в кулаки. Вокруг уже собралась целая толпа. Все стояли, перешептывались — и смотрели только на него. Дейр выпрямился и окинул своих солдат взглядом, чтобы убедиться, что все до одного смотрят на него, как прежде.       — Найдите его и приведите ко мне! Живо! — приказал он, голос сорвался на крик лишь единожды. — Неуважение к главнокомандующему — это неуважение ко всему Каннору. Он должен попросить прощения у всего Каннора. Иначе будет осужден как предатель!       Солдаты бросились исполнять приказ и передавать его другим. Дейр проводил их довольным взглядом и одернул китель. На форме осталась одна мелкая, едва заметная складка.