Меняем Эфлару на Осталу.

— План на сегодняшний урок такой, — громогласно хлопнув в ладоши, призвал к вниманию физрук. Его глаза под широкими бровями оглядывали переполненный зал. Школьники вытянулись в неровную линию вдоль всей площадки. Они ещё не утратили пыл веселья от перемены. Кто-то перешептывался слишком громко, кто-то просто улыбался, вспоминая как несколько минут назад одноклассник бешено орал, убегая от летевшего в него мяча. Шум и гам не могло утихомирить даже присутствие преподавателя. Василисе, которая буквально недавно лежала с высокой температурой, не нравился поселившийся вокруг хаос. Несмотря на всю её любовь к спорту, было бы прекрасно, если бы их отпустили сейчас домой с последнего урока. Наличие двух полностью укомплектованных классов и явно не рассчитанного на такой объём спортивного зала, только подталкивали к столь мудрому решению. Но физрук всегда следовал правилу, которое гласит о том, что не стоит искать лёгких путей. — Проведём эстафету, — донесся голос физрука после небольшой паузы, будто из другой вселенной. — Девятый класс против одиннадцатого. Кто проиграет будет мыть спортивный зал после уроков. — Зачем? — в ужасе выкрикнул кто-то из девчонок, мигом прекратив разговор. Этот вопрос застыл на устах всех без исключения учеников. Оставаться, а тем более убираться после уроков не очень-то хотелось, от слова совсем. Если бы сегодня Влад не отпросился с урока, он бы точно кричал больше всех. — Скоро будет проходить концерт, надо всё подготовить, — невозмутимо продолжал говорить мужчина, сложив руки за спину. Теперь-то он заслужил всеобщее внимание. Его глаза с усмешкой глядели на возмущённых школьников. — Но до него ещё две недели! Тут всё перепачкается за это время! Такое разумное возражение физрук решил проигнорировать. Повернул голову слегка влево и попенял о чём-то хихикающих на лавочке девчонок. А те вроде и присмирели, но уже через секунду заново завели свою шарманку. Василиса лишь шумно выдохнула, смиряясь со столь гениальным планом действий. Будь у неё подходящее настроение, она бы, наверное, присоединилась к поднявшемуся возмущению. Сказать по правде, чувствовала себя сегодня она донельзя отвратно. По обыкновению странные сны стали ещё более странными (казалось бы, куда уже?), не давая нормально выспаться, а дождь за окном в купе с забытым зонтиком, лишь усугубляли положение. О том, что будет слякоть и куча луж в придачу, Василиса старалась не думать, сохраняя в себе баланс хороших мыслей. — Это эксплуатация несовершеннолетних! — выкрикнул Слава. Его голос Василиса узнала. Нотки возмущения слившиеся с ехидством, точно Слава. — Это общественные работы направленные на воспитание чувства ответственности и самостоятельности, — незамедлительно отчеканил физрук. Кажется, ему не впервой прикрываться этой фразой. — Заодно станете более уважительно относиться к труду уборщиц. — Это их работа, — несогласно пробубнил одноклассник Василисы. — Перекличка! — выкрикнул физрук предотвращая всякие споры, а точнее перекрикивая их. Сначала почти никто не обратил внимание, но строгий, не предвещающий ничего хорошего, взгляд учителя заставил успокоиться. Не хватало ещё, чтобы всех оставили. А так не повезёт только половине. — Ковалёва. — Я! — Закиров. — Здесь! Спустя почти пятьдесят имён все окончательно смирились с положением дел. Василиса, чьи ожидания на быстротечный и ничего не обязывающий урок рассыпались в прах, в который раз подумала, что легче было бы спросить, кого нет и отметить их сразу. Тем более оказалось, что как у них, так и у одиннадцатиклассников отсутствовало по два человека. То и понятно, сколько народа сейчас умещается в спортзал. Кислорода на всех в конце урока точно не хватит. — Ну, а сейчас разминка. Нужно разогреться перед боем! — снова будто через стекло услышала Василиса, на автомате поворачиваясь в сторону направления движения. Толпа школьников бежала вокруг спортзала неровной, расплывающийся линией. Большинство бегало вяло, и сходило на шаг, когда физрук не смотрел на них, отвлекаясь на что-нибудь своё. Василиса бежала бодренько, подстраиваясь под темп собственных мыслей. Ей не хотелось никакой эстафеты. Больно надо. Более того, она упорно не понимала, почему они сейчас не могут просто распределить кто, что будет делать и начать драить, это уже не казавшееся таким уж маленьким помещение. В сорок с лишнем пар рук, они как раз управятся к окончанию урока и никому не придётся оставаться. Василиса оглянулась на что-то весело насвистывающего физрука. Он увлечённо расставлял конусы в центре зала. Пробегая круг за кругом, мысли школьницы, невольно, то и дело возвращались к тому вечеру, когда Фэш дождался её и проводил до дома. Василиса находила в этом жесте что-то завораживающее. Фэш тоже был завораживающим. Пусть и не хотя, но себе то она могла в этом признаться. Симпатичный и вовсе не грубый. Если, конечно, не давать на то повод. И загадочный так точно. Весь он будто одна сплошная загадка. Вот, что он делал у Петра Владимировича? Доктор отказался говорить. За мыслями Василиса абсолютно перестала обращать на что-либо внимание. Удар пришёлся в спину. Это были мальчишки, бежавшие позади Василисы. Похоже, они так же не особо смотрели по сторонам. Всё произошло настолько быстро, что она даже толком не успела сообразить. Удержавшись на одной ноге, но по инерции пропрыгав вперёд, девушка раскинула руки в стороны, ловя равновесие, наконец останавливаясь. Вуаля и ласточка готова. Подняв голову, девочка поймала на себе взгляд нескольких учеников и учителя, быстро приняла более устойчивое положение. — Ты не ушиблась? — спросил физрук, тут же подходя ближе. — Хорошие рефлексы. Ласточка вообще идеальная — пять! — Не успевшая отойти Василиса, вовсе оторопела от такого потока. — Так и знал, что ты занималась гимнастикой! — Я не занималась... — отрицательно покачала головой Василиса, а увидев неверующий взгляд физрука, добавила. — Никогда. — Ну, что, Ассоль, в тебе живёт не только мечта, но и талант! — выкрикнул кто-то из толпы одноклассников и те засмеялись, но Василиса даже не смогла разобрать, произнёс ли это мальчик или девочка. Она ошарашено стояла на месте, с неверием взирая на учителя. Какая из неё гимнастка? Она и гимнастика? Нет, школьница, конечно, замечала, что пластичнее большинства знакомых, но чтобы сразу гимнастика, нет. "Но ты не можешь этого утверждать" — тут же подкинуло сознание, припоминая периодические порывы, подхватить хоть этот волейбольный мяч и прокатить волной от одной руки к другой. Василиса сильнее тряхнула головой. За всей этой картиной внимательно наблюдал Фэш. Когда он увидел, как девушку сбили, он тут же дёрнулся в её сторону намереваясь поймать. Но стоило Василисе принять ту странную позу, как парень замер на месте. Перед глазами неожиданно всплыла картинка: огромные листья, бревно: "Может, тебя перевести? А то еще свалишься", плавно отрывающийся от ветки кроссовок. Фэш сильно встряхнул головой повторяя, недавний жест Василисы и усиленно проморгался. Он видел это так ясно, как сейчас видит всех перед собой. Чертовщина, не иначе. Что там про это говорил Пётр Владимирович? В последнее время парню казалось, что все его походы в больницу бесполезны. Чувствовал он себя не хуже, но понимать явно стал меньше. Хотя, может доктор прав и все эти вспышки вызваны Беловой? Что если она похожа на кого-то из его прошлого, а может и сама фигурировала в нём? Но почему тогда, когда они встретились в первый раз, в нём ничего не ёкнуло? Да и сама Василиса должна была бы что-нибудь сказать. Он окончательно запутался. Внезапно Фэшу вспомнился последний сеанс. Сон вновь повторился, которую ночь подряд. Темнота. Полнейшая. И лишь рыжие локоны, столь ярко выделяющиеся на фоне окружающего ничего. Режущий слух гул сирены и Фэш просыпается с чувством необъятной тревоги. Сердце бешено колотится, а в голове чёткое осознание, что он лишился чего-то важного. Быстро утратив интерес к акробатическому выступлению рыжеволосой, ребята продолжили наматывать круги по залу, а физрук вернулся к конусам, попутно напоминая, чтобы они смотрели куда несутся, чай не маленькие. Сама же девушка отошла чуть в сторону, чтобы не мешать бегущим, так и эдак разминая стопу. Кажется, она немного подвернула ногу пока прыгала. Боль была несильной, но некий дискомфорт доставляла, да и между лопаток ныло. Ей что с локтя зарядили? — Подвернула? — голос выдернул Василису из собственных мыслей. Девушка обернулась, упираясь взглядом в оказавшегося ровно напротив парня. Девушка вдруг широко раскрыла глаза и тут же отскочила, вскрикивая. Фэш попытался её придержать, но она ещё больше отшатнулась выдёргивая руку, окончательно падая назад. — Василиса! — парень склонился вперёд, собираясь поднять её, но так и застыл, не решаясь прикоснуться. Даже сидя на полу, она пыталась отстраниться от него. — Всё хорошо? Василиса сидела не шевелясь, и смотрела на него не моргая. Полный ужаса в начале взгляд, неумолимо становился стеклянным. Это появляющееся отсутствие напрягало парня больше всего. — Что у вас там происходит? — прогремел голос физрука. — Белова, опять сбили? Василиса будто очнулась, быстро вскочила на ноги, всем видом показывая, что всё в порядке. Фэш выпрямился, неотрывно следя за ней. Её поведение начинало пугать его. — Василиса? — вновь позвал её парень, аккуратно дотрагиваясь до плеча рыжеволосой. Василису, как током прошибло. Она дёрнулась, сбрасывая руку Богатырёва, и одаривая его, абсолютно затравленным взглядом. Фэш непроизвольно отшатнулся. Почему она так смотрит на него? Он стал лихорадочно перебирал в голове последние несколько секунд, пытаясь понять, чем он мог вызывать такую реакцию, но причины упорно не видел. Всё это очень и очень не нравилось Фэшу, и дело даже не в том, что сейчас на них все глазели. Он впервые видел Василису в таком состоянии. Да даже, когда её похитили, она не выглядела такой загнанной. Лицо Фэша выражало крайнюю степень замешательства вперемешку с беспокойством. Василиса закусила губу и отвела взгляд в сторону, всячески стараясь не сталкиваться с парнем глазами. — Д-да! — запоздало и излишне бодро произнесла она, натянуто улыбаясь. — Всё в порядке! Просто... Просто ты так резко подошёл и я не ожидала... — затараторила девушка, чувствуя, как начинает краснеть. — Ещё и глаза, так близко... и вот удивилась. Да, я удивилась! — утвердительно кивнула Василиса, на секунду ловя взгляд Фэша, и тут же разрывая контакт. — Ах-хах, всё в порядке! Прости, что напугала... Вот. Василиса отрывисто сделала несколько шагов в сторону, огибая парня. Скользнув по всем взглядом, она ещё раз улыбнулась, говоря, что всё хорошо, и развернувшись быстро выскочила из душного спортзала. Одиннадцатиклассники притихли, пребывая в шоке от увиденного, когда рыжий всполох волос, скрылся за дверью. Девятиклассники же не стесняясь, уже вовсю шушукались, списывая весь инцидент на причуды Ассоль. Она же виновата. Ну, а кто ещё? — Ужас просто, только пугает всех, — к Богатырёву подошла Света, его одноклассница. — Не обращай на эту ненормальную внимание. Фэш не слушал. Он так и стоял на месте, всё ещё продолжая смотреть на дверь, за которой только что скрылась девушка. Он всем своим естеством хотел рвануть за ней, но ноги как будто приклеились к полу. Он вдруг осознал, что боится вновь увидеть тот полный ужаса взгляд направленный на него. Неужели это он вызвал собой этот ужас в глазах? — Ребят, так сегодня же полнолуние, — припомнил один из одноклассников Василисы, ухмыляясь. Вся эта ситуация явно забавляла его. — Обострение походу, — под конец парень всё-таки не выдержал, заржав. Его настроение тут же подхватили стоящие рядом ребята. Поднявшийся гогот прервал громкий свист. — Так, я не понял, чего встали? — прокричал физрук. — Команды закончить упражнение не было. На-пра-во, бегом марш! *** Василиса умывала лицо водой, пытаясь смыть нахлынувшее на неё наваждение, но как бы она не старалась перед ней, то и дело всплывали эти ужасные глаза. Даже собственный цвет радужки в отражении, казался намного-намного темнее. Василиса с силой похлопала себя по щекам и подставила лицо под струю холодной воды. Как это произошло? Она не понимала, что спровоцировало приступ. Едва Василиса осознала, что к ней подошёл Фэш, взгляд расфокусировался, а картинка на мгновение поплыла. Стоило чёткости вернуться, как напротив оказались угольно-чёрные глаза. Абсолютно неправильные на этом лице и от этого ещё более пугающие, настолько, что её тут же охватило иррациональное чувство страха. Изображение продолжало, то размываться, то снова становиться ясным. Только вот каждое такое прояснение было хуже предыдущего: к глазам присоединился животный оскал, в руках появилась какая-то железка, ногу обдало жаром. Прогоняя воспоминания в голове, Василиса ещё сильнее затряслась. Да что же с ней такое, откуда этот страх? Это ведь очередные игры её разума, ничего нового. Девушка закрыла глаза и начала глубоко дышать, как учил Пётр Владимирович. Глубоко вдохнуть. Медленно выдохнуть. Вот так: Вдох-выдох. «Просто не выспалась» Вдох-выдох. «Всего лишь неприятное стечение обстоятельств» Вдох-выдох. «Обычное помутнее. Как всегда» Вдох-выдох. «Но они же никогда не были такими затяжными» Вдох-выдох. «Такими яркими» Вдох-выдох. «Такими пугающе реальными» Вдох. БОЛЬ! Василиса резко обернулась на прогремевший голос, оглядывая помещение. Никого. Кроме неё в туалете никого не было. Но она же услышала его так отчётливо. Так близко. Сердце забилось так сильно, что его стук отдавался в висках, уши заложило, а лёгкие горели. Василиса судорожно выдохнула, осознавая, что перестала дышать. Она медленно повернулась к раковине, упираясь на неё руками, и стараясь собраться. Василиса подняла голову, утыкаясь в собственное отражение: лицо бледное, мокрое, с местами прилипшими, местами взъерошенными волосами, глаза с лихорадочным блеском широко раскрыты. Из уст вырвался нервный смешок. И она ещё называет себя нормальной. Сумасшедшая. «Представляю, что сейчас обо мне говорят» Василиса выключила воду и потянулась к бумажному полотенцу. Капли стекали по лицу и шеи, затекая под футболку. Становилось холодно и от этого, то и дело передёргивало. Хотя сама Василиса, скорее списывала это на нервы. «Покажи-ка нам свои крылышки» Девушка так и замерла с салфеткой у шеи. Внезапно бросило в дрожь, ещё более сильную, чем от банального холода, а только успевший утихнуть страх, вернулся с новой силой. — Нет, нет, нет, — Василиса обессиленно скатилась по стене вниз, зажимая уши руками, — только не снова. Перед глазами вновь поплыло. Кафельная плитка стремительно теряла свой жёлтый цвет, становясь каменно-серой. Лампочка под потолком заморгала, но она была уверена, что это только у неё в голове. Тёмные, влажные стены. Чей-то ехидный взгляд. Холодно «Ты уже поняла, почему всем мешаешь?» Голос доносился, словно из-под толщи воды. В голове всё смешалось. Она с силой зажмурила глаза. Картинка не уходила. — Хватит... — Василиса раскачивалась туда сюда, как заведённая повторяя одно и тоже. «Я ожидал от тебя большего…» — Довольно, — звук был всё чётче и чётче. «Ты и нужна была лишь для этого» — Я сказала хватит... «Твоя история закончилась» — Хватит! — Василиса выкрикнула, так громка насколько хватило сил. Перед глазами всполохнула синяя вспышка. Лампочка мелькнула в последний раз и полностью погасла. Всё прекратилось. Никаких выкриков, звуков. Лишь звенящая тишина. Василиса замерла, боясь пошевелиться. Она прислушалась, но единственным, что доносилось до её был, звук дождя снаружи. Посидев так несколько минут, восстанавливая дыхания, и бешено колотившееся сердце, девушка без резких движений поднялась на ноги. Она вновь подошла к раковине включая воду, благо света с окна вполне хватало, чтобы не искать кран на ощупь. Умывая лицо Василиса усиленно пыталась думать о чём-нибудь хорошем. Только вот тупое чувство злости на саму себя никак не помогало процессу. Как же ей всё надоело. Хотелось определённости и тепла. Банального покоя. Неужели она так много просит? Просто знать, что с ней, кто она. Обыкновенного тепла, когда знаешь, что рядом есть те кто утешат, помогут. В голове всплыла мать, но она и так странно смотрит на Василису, после того, как та пересказала один из своих снов. Сознание подкинуло ещё одного человека, но мысли о нём Василиса глушила на корню, опасаясь нового приступа. Насухо вытеревшись, Василиса спокойно выдохнула. Наконец взяла себя в руках. — Ты чего в темноте здесь? Девушка застыла, снова напрягаясь и слегка поворачивая голову в сторону звука. В дверях стояла уборщица и пыталась найти выключатель. — Так это... — тихо начала Василиса, но быстро справившись, продолжила обычны голосом. — Лампочка перегорела. — Как? — удивилась женщина. — Только вчера меняли, — она наконец нашла выключатель и безуспешно щёлкала туда-сюда. Василиса только пожала плечами. — Один брак везде! — не столько возмущённо, как обречённо протянула уборщица. — И не говорите, — в тон поддержала рыжеволосая. *** Василиса вернулась только под конец занятия. Эстафета уже подходила к своему логичному завершению. Физрук, окинув ученицу изучающим взглядом, предложил отсидеться на лавочке, но она вежливо отказалась. Вон, одиннадцатиклассники уже на целых три очка опережают. Такими темпами куковать здесь Василисе до вечера, а с учётом недавних событий, такой расклад был наихудшим. Василиса прошла к своему классу, надеясь, что её «гимнастический талант», не заканчивается на одной лишь ласточке. Её появление без внимания не осталось. Одноклассники, уже привыкшие к её заскокам, бросили парочку заезженных фраз, пошутили про реакцию на луну, да отстали. В сторону одиннадцатого, Василиса старалась не смотреть. Те, к слову, тоже лишь одарили её короткими любопытными взглядами, да тактично отвернулись, возвращаясь к эстафете. Ну, почти все. Взгляд Фэша она ощущала почти физически, но отвечать на него пока не решалась, всячески делая вид, что полностью увлечена соревнованием. — Что смыться не получилось? — Василиса даже не обернулась. Надменный голос Никиты был весьма узнаваем. — Но попытка хороша. А какое исполнение, — издевательски протянул парень. — Станиславский отдыхает. — Рада, что оценил, — в другой ситуации, она бы просто проигнорировала столь прямую провокацию, но сейчас девушка была даже счастлива возможности отвлечься. Колонна всё равно двигалась медленно. — Хотя до твоих сценариев мне ещё далеко. — В твоих же интересах не фигурировать в них, — высокомерие так и сквозило в его голосе. — Твоего героя, это тоже касается. Ему не всегда будет вести. Так и передай. Василиса еле сдержала, чтобы с разворота не влепить этому придурку. Она всё-таки повернулась к однокласснику, краем глаза замечая, что Фэш следит за ними. Пытаясь выглядеть, как можно более беззаботно — не хватало ещё Богатырёва в это втягивать — Василиса мило улыбнулась. — Что же ты сам ему не скажешь? — девушка слегка повела головой в сторону одиннадцатиклассников. — Участи гонца боишься? — Слушай, ты, — Никита дёрнулся в её сторону, но сделав буквально полушаг остановился. Рыжеволосая всё с той же улыбкой произнесла: — Ви-де-о, — настолько тихо, что парень скорее по губам прочитал, чем услышал. Он слегка отстранился назад, восстанавливая приемлемую дистанцию. — Не зевай, Ассоль, — сдержанно сказал Никита, награждая Василису тяжёлым взглядом. На них уже начало коситься пара ребят. Парень неожиданно растянулся в привычной ухмылке и кивнул за спину девушки. — Очередь пропустишь. Василиса обернулась, перед ней и вправду оставалось всего два человека. Она глубоко вдохнула и резко выдохнула, настраиваясь на забег. «Что же пора вносить лепту в общую цель». *** Они смогли догнать счёт, и всё определял балл, полученный в дополнительном соревновании. Ровно в тот момент, когда для решающего состязания было выбрано перетягивание каната, Василиса окончательно поняла, что карма ей за что-то мстит. В отличие от одиннадцатого, их класс чуть больше, чем наполовину состоял из девочек. Но физрук со словами, что здесь главное командная работа, а не индивидуальная сила, и слушать ничего не хотел. Результат непредсказуемостью не отличился. Девятиклассники проиграли. Зато теперь, когда им зачитывали фронт работ, они, как настоящая команда, испытывали одно общее на всех чувство — раздражение. — А можно нормативы пересдать? — крикнул кто-то из одиннадцатиклассников. — У нас никто так и не успел сдать прыжки в прошлый раз! — Ну, давайте, раз вы никуда не торопитесь. Пока ребята ходят за вёдрами, у вас есть время. Что стоите? Оно пошло! Василиса заметила, что Богатырёв направился в её сторону, и чтобы избежать разговора, поравнялась с одноклассниками, уходя за инвентарём. Она не хотела с ним говорить. И дело было даже не в опасении за новый приступ. За последнии эстафеты, рыжеволосая несколько раз специально задерживала на нём взгляд, полностью убеждаясь, что вновь нормально реагирует на парня. Она не хотела слухов. Василиса привыкла слышать своё имя со словами «ненормальная» и «мечтательница» в одном предложении, и совсем не хотела делиться такой сомнительной славой с Фэшем. Она и так опасалась, что сегодняшний инцидент может не лучшем образом отразиться на его репутации. Когда девятиклассники вернулись с полными вёдрами, повидавшими лучшие временя швабрами и тряпками, одиннадцатиклассники уже вовсю сдавали нормативы. Кто-то подходил к этой задаче серьёзно, кто-то лишь бы сдать, да наконец свалить. Окинув уходящих тоскливым взглядом, ребята начали потихоньку прибираться. Мальчишки донесли заполненные вёдра от ближайшего туалета до спортзала, честно решив, что дальше, каждый носит себе сам. Василиса уже протянула руку к тяжёлому ведру, чтобы перенести, как его подхватила чужая ладонь. Где-то она уже видела такую уверенную руку, держащую за ручку ведро. Знакомая уверенная рука. — Иди, я сам отнесу, — послышался не менее уверенный голос. Это был Фэш, да и кто ещё мог быть? Влада же сегодня не было. Богатырёв был серьёзным и напряжённым. Он внимательно наблюдал за мимикой Василисы, пытаясь что-то уловить в ней. А девушка почувствовала любопытные взгляды направленные на них. «Только не это» — Не стоит, — попыталась перехватить ручку она. — Оно не тяжёлое. Фэш на это действие лишь поднял ведро на уровень груди, ясно давая понять, что для него оно ещё более лёгкое. — Стоит. Лучше пока вытри пыль с подоконников, ладно? — Фэш внутри улыбнулся тому, как смешно она сдвинула брови, явно не согласная с его командованием. — С тобой точно всё хорошо? Я тоже иногда смотрю на кого-то и могу просто не узнать, когда задумаюсь так, что не переживай ты так. В этом нет ничего такого. Фэш хотел ободрить и всё-таки как-то растормошить Василису. Она хоть уже и выглядела куда лучше, но взгляд по-прежнему отдавал отстранённостью. Девушка удивлённо на него посмотрела, кажется, совсем не ожидавшая таких слов, а потом тепло улыбнулась. — Спасибо, Фэш, — парень улыбнулся в ответ и опустив ведро на нормальную высоту, направился к ближайшему подоконнику. Василиса последовала за ним, вновь переводя взгляд на до странности знакомую руку, обхватывающую ручку ведра. Всё-таки где-то она, это уже видела. Завистливо-удивлённые взгляды девчонок, она уже не замечала, плутая в потёмках собственных мыслей. — Пойдёмте поможем что-ли, — махнул рукой Слава, наблюдавший всю эту сцену со стороны. Он решил поддержать инициативу Богатырёва, тем самым разрушив натянутую атмосферу. — Давайте останемся, — сказала одна одиннадцатиклассница подругам, но глядела она прямиком на Фэша. И началось движение. Кое-кто конечно слинял, и не только из одиннадцатиклассников, но и из девятиклассников, сославшись кто на музыкалку, кто на запись к врачу, кто ещё на что. Но даже физрук не ожидал, что будет такое оживление, большинство ребят всё-таки осталось. Два класса быстро разговорились между собой. Тем для болтовни было много, хоть взять ту же школу и учителей с их вечными причудами. В общем, уборка прошла, как нельзя лучше, а главное быстро. — Видите, можете же, когда захотите, — подытожил физрук, оглядывая уставшие лица учеников. — Вон, как играючи управились. Все вместе, дружненько. Дружненько или нет, это надо было ещё посмотреть. Кто-то помогал, так помогал, а кто-то просто делал вид и во всю болтал. Все закруглялись. А Василиса решила хорошенько промыть свою тряпку. Она легко выпрыгнула из спортзала. Настроение понемногу поднималось. Девушка намеренно старалась думать о чём угодно, только не об произошедшем инциденте, всё-таки он оставил после себя неизгладимые ощущения. — Всё хорошо? — нагнал Василису знакомый голос, когда она шагала в направлении туалета. — Ты уже в седьмой раз за последний час это спрашиваешь, — на выдохе протянула она. Повернувшись, девушка подметила, что лицо Фэша светилось улыбкой. Искренняя. Дружелюбная, вопреки всему. А её вид? Наверное, доброжелательностью точно не блещет. Измотанность точно видна. Страшно представить. — Я что такой страшный? — бровь подскочила в изгибе. — Да... Ой, то есть нет! — тряпка в руках нелепо подскочила. Василиса сперва произнесла, а лишь потом поняла, что сморозила. Вот теперь Фэш смотрит на неё как-то странно... Обиделся. — Я совершенно не это имела ввиду, — примирительно подняла руки девушка. — Василиса, я понимаю, что спрашивать такое неправильно, — серьёзный вид Богатырёва заставил девушку внутренне сжаться. Она предполагала, что хочет спросить парень. — Но, пожалуйста, ответь честно, это я виноват, что тебе стало плохо? Ну вот. Именно это вопрос она и ждала. Ждала и совершенно не хотела отвечать. Ведь, чтобы ответить на него, ей бы пришлось рассказать о себе ту часть, что в девяносто девяти процентах случаев, делала её изгоем. Фэш внимательно смотрел на неё, а на лице застыла плохо скрываемая озабоченность. Он действительно винил себя в случившемся. Василиса вымученно улыбнулась, собирая все оставшиеся силы в кулак, и пытаясь правильно подобрать слова. Вторая попытка у неё навряд ли будет. — Ты не страшный, Фэш. Я не то хотела сказать, правда, — сперва отвечая на первый, изначально шуточный вопрос, начала Василиса. — И тогда, вовремя разминки, я действительно удивилась. Только не тебя... — она отвернула голову, не желая наблюдать реакцию парня, и невольно, мысленно возвращаясь к тому моменту. — Видишь ли, у меня такое бывает. В голове, что-то перемыкает и картинка перед глазами мутнеет, а когда восстанавливается становиться, как бы это сказать... богаче на детали. Иногда они настолько чёткие, что полностью перекрывают реальность. Даже звук может прорезаться, представляешь. — Василиса по-прежнему не смотрела на парня, говоря с улыбкой и небрежностью в голосе. Настолько наигранной, что Богатырёв до боли сжал челюсть, только бы не перебить девушку и не извиниться за вопрос. Вывести человека на откровенность и не дослушать, ровно тоже, что и плюнуть тому в душу. — Собственно, именно это и произошло сегодня. Я испугалась не тебя, а твою извращённо отредактированную версию. Понятия не имею, что послужило причиной, но точно не ты так, что не вини себя за мои, эм... — Василиса неопределённо покрутила кистью — за мои закидоны. Она замолчала, давая Фэшу переварить услышанное, и внутренне готовясь услышать вердикт. Парень молчал и Василиса не выдержав, посмотрела на него. Богатырёв выглядел мрачнее тучи и смотрел куда-то поверх её головы. Ну, конечно, он будет зол — связался с ненормальной. Кому такое счастье надо? — Я...я... — голос предательски дрогнул. Дурочка, она ведь знала, чем это закончится. Только вот от этого было не менее больно. — Прости меня, Фэш. Надо было сразу предупредить о такой моей особенности. — Богатырёв пару раз моргнул и уставился на Василису. — Понимаю, как тебе неприятно. Но м-меня сегодняшний приступ тоже шокировал. Такого сильно никогда... никогда прежде не было. — Василиса говорила всё быстрее, местами запинаясь, уже отвадя взгляд то в стороны, то в пол. Глаза парня испуганно расширились. — Пётр Владимирович говорил, что... Фэш порывисто схватил рыжеволосую за плечи и пару раз встряхнул, заставляя замолчать и посмотреть на него. — Не смей, слышишь меня. Не смей извиняться за такое, — опешившая от такого девушка, только и могла, что растерянно смотреть в голубы глаза парня. — Василис, всё хорошо. Я вовсе не злюсь на тебя, и уж тем более не считаю ненормальной. Я понимаю, — либо Василисе показалось, либо действительно голос Фэша был добр, а в глазах проскользнуло понимание. Лишь бы не показалось... — Я очень хорошо тебя понимаю. А людей, которые смеют, принижать тебя и говорить, что ты какая-то не такая, шли куда подальше, ясно? И вообще, мы ходим к одному и тому же мозгоправу, — под конец ухмыльнулся парень, подмигивая, и растягиваясь в озорной улыбке. — Как могла забыть, Белова? Василиса пару секунд осознавала сказанное, а после так же усмехнулась, позволив себе лёгкую улыбку. — И то правда, — она чувствовала, как хватка сковывающая сердце, разжимается, а с плеч сваливается огромный груз. Так свободно она в последний раз себя чувствовала, когда Влад назвал единственным её недостатком излишнюю чувствительность к чужому мнению. Именно он всё это время был тем единственным процентом, не дающим ей прогнуться под давлением окружающих. И вот теперь таких людей двое (доктора она не считала). «Если весь сегодняшний день был платой за это, то я явно попала на распродажу» — Так, не в обиде? — всё-таки поинтересовалась она, понимая, какая у неё сейчас, наверное, глупая улыбка. — Не в обиде, — выражение лица Фэша было не лучше, но определенно не менее счастливым. Он всё ещё продолжал держать Василису за плечи, а когда осознал это, резко отдёрнул руки к себе. — Кхм, как там говориться:«Мир. Дружба. Жвачка»? — щёки парня немного покраснели и это единственное, что не дало девушке уйти в собственное смущение с головой. — Жвачки, к сожалению, сейчас нет, но я обещаю раздобыть её в кратчайшие сроки. Даю своё благородное слово. Василиса звонко рассмеялась с того, с каким озабоченным видом говорил Фэш. Будто отсутствие жвачки было той проблемой, которая требовала самого серьёзного подхода и незамедлительного решения. — Что же, вверяю сию ответственную миссию Вам, о благородный, — подыграла Василиса, напуская на себя наисерьезнейший вид. — С честью принимаю и немедленно приступаю, — положа руку на сердце и слегка опустив голову, отчеканил Фэш. — В путь. Ну, а я тогда пока всполосну тряпочку, — помахав тканью перед лицом парня, Василиса развернулась и зашагала в направлении ближайшей уборной. А глаза голубые, не чёрные. Как только могла спутать эти чистые глаза с углями? *** — У тебя ничего не выйдет. Василиса резко притормозила у входа в туалет, в него только что вошли одноклассницы Фэша. С одной стороны, она пока не очень хотела контактировать со свидетелями её недавнего позора. Но с другой, было бы крайне глупо из-за этого тащиться в другое крыло, только чтобы всполоснуть эту несчастную тряпку. «Тем более, что скорее всего, лампочку там пока не поменяли» — разумно подкинуло сознание. Через секунду она резко распахнула дверь, быстро шагая к умывальникам. Скользнув взглядом, в конце помещения она увидела трёх девчонок, и взгляд у одной из них был крайне недовольный. — Он до сих пор не может забыть свою старую любовь. У тебя, как и у всех, ничего не выйдет. Почему-то на этих словах Василиса решила слегка притормозить, и послушать о ком именно говорят девчонки. То ли интонация у них была слишком заинтересовывающая, то ли просто захотелось свежих сплетен. Звук воды, немного приглушил разговор одиннадцатиклассниц. — Это он вам сам рассказал, ну, про бывшую? — в голосе девушки чувствовалась ирония. — Или вы просто нашли удобное объяснение своего провала? — Тц, ей помочь пытаешься, а она насмехается ещё, — заходя в кабинку, проворчала девушка. — Поблагодарила бы нас лучше. Василиса абсолютно не представляла о каком именно парне говорят девушки. Интерес к их разговору стал иссекать также стремительно, как и появился. Тем более, что и тряпку она уже промыла. Находится здесь более не имело никакого смысла. — А что до доказательств: видела его медальон, который он постоянно на шее носит? — Это серебряный, который? — припоминая ответила девушка. — Конечно видела. «Стоп, что они сказали?»— уже хотевшая перекрыть кран рука Василисы замерла. — Вот, а я видела, что у него внутри, — явно наслаждаясь преимуществом, протянула девушка. — Там фотка девушки. Зуб даю, медальон принадлежал его бывшей. — Да ну... Что такая красивая? — Не знаю, я лишь мельком видела. Он как заметил меня сразу спрятал, — не без сожаления продолжила девушка. — Но как девочки он на меня посмотрел тогда, ухх, прям до мурашек. Определённо что-то личное. «Серебряный медальон? — Василиса знала лишь одного парня носившего медальон, да ещё и серебряный. — Да нет, мало ли людей с похожими предпочтениями». — И он до сих пор не может оправиться? — любопытство так и закипело в голосе, а Василиса продолжила смиренно подслушивать. «Но они именно его одноклассницы. Какое-то странное совпадение» — намывая тряпку по четвёртому кругу раздумывала Василиса. Она точно помнила, что похожий медальон был у Фэша. Белова его сразу заприметила, да и как не заметить, он так выделялся, будто был создан для... для чего? Для того чтобы она увидела его? Это очень глупый аргумент, но единственный. Но тут Василису словно поразило молнией. Неужели всё это время она подслушивала разговор о Богатырёве. «Ох, лучше-ка мне уже уйти от греха подальше» — мелькнула в голове здравая мысль. — Не о том мыслите, девочки, — послышался новый голос, вырывая Василису из размышлений. Она почувствовала на себе взгляд. — Видели, как он сегодня за рыжей тоскался. «Сматываемся» — бегущей строкой пронеслось в голове, и Василиса вылетела из уборной. В раздевалке атмосфера стояла ничуть не лучше. Девчонки перешептывались, и стоило Василисы войти, как все взгляды беззастенчиво остановились на ней. От такого внимания девушка почувствовала, как щёки начали краснеть. Не желая отыгрывать роль экспоната, она прошла к своей сумке. — Как тебе удалось? — остановил Василису визгливый девичий голос, а путь преградила его обладательница. Высокая, уверенная и самодовольная девица. — Что удалось? — решая не играть в угадайку, ответила Василиса. — Как тебе удалось? — как-то агрессивно повторила та. — Да что? — начинала злиться Василиса. — Ты нормально формулировать вопрос умеешь? — Не прикидывайся, дурочкой. Как так получилось, что Фэш и ты встречаетесь? — она слегка отклонилась, показательно осматривая рыжеволосую с ног до головы, и достаточно однозначно, показывая своё мнение. — Что? — только и смогла выдать девушка. Если бы она сейчас что-нибудь пила или ела, то обязательно бы поперхнулась. Удивление было таким искренним, что только глупцы бы не заметили его. — С чего ты взяла?! Василиса заново окинула взглядом собеседницу. Неужели, она смотрит на неё завистливо? Она и Богатырёв? Это какое-то необычное сочетание. Как только она подумала об этом, то стала краснеть ещё сильнее. Внезапно в голову пришли мыслий о том, что её частенько не покидало стойкое ощущение того, что Богатырёв следит за ней. Как будто наблюдает изподтишка... Наверное это просто фантазии. Даже те девицы в туалете говорили, что нечего не мечтать о том, что Фэш обратит на неё, а точнее хоть на кого-то внимание. Большая любовь видетели у него была. Кто интересно эта большая любовь?.. — С того, что он никому не помогает. Всегда сам за себя, а тут помчался драить физкультурный зал за проигравших, и подошёл именно к тебе! Что теперь скажешь, а? Видно этой девушке было виднее, как, кому и когда Фэш помогал, так как он был её одноклассником. — Мы не встречаемся, и я всё ещё плохо понимаю, почему ты так решила, — Василиса стала складывать рубашку, которую только что вытащила. Здесь ей не дадут переодеться — Да, мы знакомы, — не стала упираться она, глаза в глаза смотря на собеседницу, — и наверное, поэтому он проявил доброту и решил помочь мне. И что с того? Неужели, это так необычно? «Интересно, а узнай они, что он меня до дома вечером провожал то, что кольцо на пальце уже выискивали бы?» — раздражённо подумала Василиса. Пока девчонки, выглядевшие сейчас так, как будто они не были хрупкими обладательницами слабого пола, а стаей голодных собак, готовых заживо сгрысть жертву, думали о том, что Василисе даже наивной было бы полагать, что такой парень как Фэш обратит на неё внимание. Женская логика, да и только. — Я смотрю ты не только мечтательна, но и глупа, Ассоль, — вступила в разговор, одноклассница Инна, которая отчасти и придумала Василисе это прозвище. — Ещё раз повторю, — тон Василисы тут же стал более твёрдым. — Между нами нет ничего из того, что вы себя напридумывали, — она конечно, опасалась, что поползут слухи, но определённо не такие. — А вообще, у всех своя правда. И я не собираюсь тебе или кому-либо ещё, что-то доказывать. Сначала слушать научитесь. — Помяни моё слово, парни просто так не будут самовольно идти и убирать, особенно огромный спортивный зал. — Да-да, по-моему, я уже это слышала от тебя, — решила прервать разговор Василиса и, развернувшись, пошла прочь от надоедливых собеседниц, так и не переодевшись в школьную форму. Василиса ожидала всего, но только не того, что её жизнь как-то незаметно начнёт превращаться в кинофильм. Сначала кража документов, потом нападение с похищением, а теперь ей приписывают роман с одним из популярнейших парней в школе. Может у неё всё ещё температура и она спит? Хотя это бы отменило только последний пункт. Неужели, с ней чуть не поссорилась девчонка из-за какого-то парня? Это же просто ужас какой-то. Не хватало только нападения в туалете, как в изощрённых фанфиках. *** — Дневник Рока? — в который раз переспросил Маар. Он не мог просто так поверить в такую находку. Он буквально вырвал книжку из рук Драгоций. Весь Орден Дружбы уже, как повелось, сидел в небольшой комнатке с диваном. Все ребята были уставшими, и за последние недели, это состояние уже стало их неотъемлемой частью. Ребята чаще стали не высыпаться, поэтому то и дело спали на ходу. В общем, чувствовали они себя не шибко хорошо. — Да! — воскликнула Захарра, плюхаясь на свободное место. — И по тем записям, что я успела прочитать, я подумала, что нам всем стоит на него взглянуть, включая Зодчий Круг. Осталось только их дождаться. — Кстати о них, — подал голос Ник. — Помните, я рассказывал, что мой отец с Мираклом принесли с собой, какой-то странный механизм? Отец показал мне его, — несмотря на усталость, голос Ника был возбужден. Что не говори, но он был счастлив, что старший Лазарев вернулся целым и невредимым. — Устройство действительно выглядит крайне необычно. Вроде и астролябия, но на поверхности размещён циферблат со стрелками, а внизу есть отдельное место для даты, что очень и очень странно. Они так до сих пор и не разобрались, что это может быть. — А они правда были в доме Эстермикуса? — Захарре было очень любопытно, и не ей одной. Диана также, как она заинтересовано вытянула шею. Когда Нортон вернулся с Лазаревым и Мираклом, весь Зодчий Круг заперся на «переговоры». И пока что ребятам ни о чём не рассказывал. Кроме, как оказалось, Ника. — Были. И как я понял, кое-кто, кто помог сбежать Астрогору интересовался этим домом. А если правильнее сказать, то знаниями, которые там хранятся. Но мне сейчас гораздо интереснее посмотреть на то, что мог бы записать Рок. — И мне тоже, — подала голос Диана, которая уже вместе с Мааром листала дневник. — Похоже в последнее время Рок себя как-то неважно чувствовал. — Может, совесть заела за то на какую подлость он идёт, помогая Астрогору, — саркастично заметил Маар. Вся ситуация с войной его уже порядком измотала. Приспешники Астрагора не дремли и наносили новые удары по Чародолу, а в особенности по Астрограду. — Нет, тут не всё так просто, как может показаться... — хорошенько вчитываясь в одну из записей, пробормотала Диана, в воцарившейся тишине.