Скорпион.

      Дверь оглушительно распахнулась. Вошла высокая девушка с каштановыми волосами до плеч. Её карие глаза не отличались хорошим зрением, поэтому ей пришлось носить очки в чёрной оправе.       — Господин Хокаге, срочное письмо из деревни песка! Предпологается, что Харуно Сакура была похищена преступником S-класса, Акасуна но Сасори родом из деревни Песка. На этом всё.       Шестой сразу вспомнил его. Рыжеволосый паренёк с карими глазами, который всегда прятался в Хируко. Он же умер в сражение против Чиё-сама и Сакуры, а позже Канкуро с помощью Сакуры забрал его кукольное тело, пополнив свою коллекцию марионеток. А что, если всё это было лишь ловушкой, которая отвлекла внимание?       Надо срочно послать кого-нибудь искать Сакуру. Коноха не может потерять самого лучшего ниндзя-медика. Какаши проверял все возможные варианты, как вдруг в его кабинет ворвался голубоглазый блондин.       — Какаши-сэнсэй, — взревел Наруто, — это правда, что Сакура-чан была похищена?!       Как без Наруто Узумаки обойтись в этой истории? Как же быстро разлетаются новости. Какаши кивнул ему в ответ, чего уж скрывать-то. Наруто тот человек, который так просто не отстанет. Саске Учиха покинул деревню, а теперь ещё и Сакура Харуно пропала. Седьмая команда медленно, но разваливается. Он понимал его чувства, ибо сам через это прошёл.       — Наруто, я не собрал ещё поисковую команду, так что доверяю тебе это дело, ведь она твой товарищ и часть седьмой команды. Если Сакуру и правда похитил Акасуна но Сасори, то стоит собрать хороший отряд. Он не тот человек, с которым стоит шутить. Не будешь серьёзен — умрёшь. Всё понял?       — Пф, — паренёк состроил рожицу в своём привычном стиле «я самый сильный», — да кто он такой? Этот старикашка мне не ровня. Я его одним взглядом одолею.       Узумаки как всегда не понимал всей серьёзности задания и недооценивал своего противника, считая себя лучше всех. Это часто его губит в бою.       — Наруто, Сасори убил Третьего Казекаге и сделал из него человеческую марионетку, — сказал Какаши, поднявшись с места Хокаге. Он повернулся к Наруто спиной и посмотрел в окно на деревню. — Он признанный гений своей деревни, создавший пятьдесят рабочих марионеток, тремя из которых владеет Канкуро. Его куклы — это смертельное оружие.       Хокаге услышал вздох.       — Я понял, — хмыкнул Наруто, скрещивая руки на груди. Ему всё-таки пришлось признать правоту Какаши-сэнсэя. — Я соберу самых лучших в отряд.       Он вышел из кабинета Хокаге, легонько хлопнув дверью.

***

      Прошёл уже месяц после исчезновения Сакуры Харуно. Её отчаянно искали, но всё поиски увенчались прахом. Продолжали искать, но не так усиленно, как ранее.       Выяснилось, что Сакура потерпела поражение от иглы, пропитанным неизвестным, сильно действующим снотворным, которое и до сих пор не исследовано до конца. Сомнений не осталось вообще — это сделал Сасори, но цель его неизвестна.       Ино до сих пор выполняла миссию в деревне Песка, она справилась самостоятельно, хорошо обучив медиков. Близился день, когда она сможет вернуться из этой пустыни в свою родную и безумно любимую деревню Листа. О делах Листа она узнавала только из писем, но этого было мало, хотелось увидеть всё лично своими глазами.       Голубоглазая девушка часто вспоминала Сакуру, несколько раз в день точно. Разные мысли мучили её голову, от всего этого порой становилось даже физически плохо. Их зародившаяся дружба из-за большого лба, соревнование за любовь Саске-куна, два экзамена на чуунина, один из которых она была в команде с ней и Акимичи Чоджи, а ещё разные задания. Если честно, то Ино никогда не думала о том, что когда-нибудь подруга её внезапно покинет. Надежда не покидала её. Сакура обязательно вернётся, а всё будет как и прежде.

***

      Лёгкий сквозняк бродил по помещению. Сакура лежала на чём-то мягком и пушистом, было очень приятно и спокойно, что не хотелось вставать. Она чувствовала себя полностью отдохнувшей телом и душой, но пришло осознание того, что нужно вставать, так не может продолжаться дальше.       Глаза постепенно открывались. Очертания всего вокруг были мутными, но девушка поняла, что находится в тёмном и уютном помещении. Она потёрла глаза тыльной стороной рук, а потом медленной провела взглядом по комнате. Розоволосая увидела, что лежит на большой двухспальной кровати возле которой стояла тумбочка, а на ней белая свечка в маленькой тарелочке. Кроме этого, в комнате стоял стол письменный и шкаф от пола до потолка около двери. Ни одного окна. Странно. На данный момент Сакура была в комнате одна.       Розововолосая начала копаться в своей памяти, выискивая последние моменты. Она вспомнила резкую боль перед самым концом, но до этого рыжие волосы. Она мгновенно вспомнила. Акасуна но Сасори! Он пришёл за ней в тот момент, когда она была на могиле Чиё-сама. Победил её, хитростью, но победа есть победа. Хитростью или честностью — это не имеет никакого значения.       Сакура вскочила с кровати, но её осенило. Она была полностью голой. Девушка взвизгнула, залившись постыдным румянцем, а потом снова оказалась в кровати и накрылась мягким одеялом, пытаясь спрятать своё тело от чего-то. Сакура начала проклинать кукольника. Как он посмел её раздеть? В голове у медика это не укладывалось вообще. Ему точно конец.       За дверью послышались шаги. Вероятно Сасори услышал визг и решил проверить что к чему. Девушка повернула голову к двери. Дверная ручка повернулась и дверь распахнулась, впуская в комнату высокого рыжеволосого мужчину, а вместе с ним и яркий свет из коридора, который на несколько секунд резанул глаза острой болью. Он уставился своими пронзительными карими глазами на Сакуру. Та сидела на кровати, прижавшись спиной к спинке кровати и натягивала всё выше одеяло на себя, а лицо её было чрезвычайно красным, будто у неё температура. Великолепная картина, ничего не скажешь.       — Зачем ты меня раздел, извращенец?! — заорала во всё горло розововолосая. Крик неприятно резанул по ушам, сразу захотелось убить эту девчонку, но Сасори просто скривился.       — А мне нельзя разве? — Акасуна перешёл на издевательский тон в адрес куноичи Листа, а это явно её злило. Какая интересная реакция. Такое злое лицо, но в тоже время невинное. — Я не люблю, когда кто-то в грязной одежде спит со мной в кровати.       Лицо Сакуры резко побледнело, а глаза загорелись лютой ненавистью к мастеру кукол. Девушку начало бесить то, что пока она была без сознания, она спала с ним на кровати абсолютно голая.       — Ты труп, — сквозь зубы зашипела розововолосая девушка, скрипя зубами. Сакура попыталась сконцентрировать чакру в руке для удара, но ничего не вышло. Было чувство, что чакра вовсе без следа пропала. Послышался смешок.       — Какие-то проблемы? — мужчина улыбнулся. То снотворное, что он испытал на ней усыпляет от двух недель до месяца, а ещё даёт прекрасный эффект того, что шиноби не сможет использовать свою чакру какой-то промежуток времени. Сакура долго рассматривала свою бледную руку, а потом перевела пристальный взгляд зелёных глаз на Сасори. Она начала понимать суть этого снотворного.       Этот жуткий кукольник никогда не меняется. Всегда создаёт что-то новое страшное и эффективное. Лучше, чем было. Сакура осознавала всю суть своего нынешнего положения. Сейчас её способности не больше, чем у обычного человека, а это значит, что этот тип может убить её в любую секунду, а потом сделать куклу, но у него была другая цель. Хотел сделать куклу — убил бы на месте, а не потратил столько времени, мягко говоря, в пустую. Девушка не знала истинную причину, да и по виду Акасуны было видно, что так просто он не скажет. Хотя бы из-за того, что это очень длинная речь, а ему очень лень говорить, но попытаться стоит.       — Зачем я тебе? — тихо спросила Харуно, заглядывая в его красивые глаза, в которых отражался свет от свечи. На секунду взгляд красноволосого устремился в левый угол, а потом снова на девушку.       — Как-нибудь потом скажу. Сейчас тебе этого знать не надо, — сказал Сасори. Он просто не хотел ей говорить об этом. Вдруг что-то пойдёт не так. Меньше знает — лучше спит. — Одежда в шкафу. При желании можешь выйти на свежий воздух. Только без глупостей.       При слове «выйти» Сакура задумалась о побеге. А может у неё и правда получится, хотя кукольник бы не стал так опрометчиво поступать. Он не дурак какой-то, а гений.       Идеальные губы Акасуна но Сасори изогнулись в улыбке. Фальшивой улыбке. Явно ожидал что-то очень интересное, что, возможно, от души его рассмешит. Он поспешил покинуть комнату. Всё таки не хотел мешать этой розововолосой девчонке одеваться. Свои дела есть, в конце концов. Тем более, он уже всё видел, а другие шансы ещё впереди. Дверь тихо закрылась за ним.       Сакура скинула с себя одеяло и медленно ступила на пол, почувствовав ступнями холод деревянного пола.       Когда девушка открыла шкаф, то в нём было много одежды, но все со знаком скорпиона, изображённым на его марионетках. Вся одежда была в красно-чёрных или красно-белых тонах. Выбирать не приходится, не голой же ходить. Похоже Сасори любит красный, чёрный и белый цвет, ибо этот цвет часто встречается у него, а говорил, что ничего не чувствует и не любит. Лжец.       Сакура удивилась, увидев нижнее белье, но шокировало больше её то, что оно было нужного размера. После Сакура достала из шкафа алую блузку с мешковатыми рукавами и вырезом на груди, которая на спине имела знак скорпиона, и того же цвета мешковатые штаны, а на ноги надела чёрные сандалии, вес которых вообще не чувствовался. После этого она заплела себе косичку.       На дверце шкафа оказалось большое зеркало, так что Харуно смогла посмотреть на себя и оценить. Эта одежда была ей к лицу. Девушка закрыла шкаф и направилась к двери.       Пришло время выбираться из этого места как можно быстрей.

***

      Дом оказался маленьким. Одна спальная комната, кухня и душевая со всем, что нужно и подвал, ведущий в мастерскую Сасори, а вот коридор был длинный и просторный. От Сакуры не укрылось то, что везде были полки, на которых стояли книги, а кое-где было и оружие ниндзя. Весь дом был светлый, лучики солнца проникали внутрь, только в спальне было темно и освещала одна свечка.       В конце коридора была дверь, которая, скорее всего, вела из дома. При виде двери на душе стало так прекрасно. Свобода. Душа ликовала. Сакура со всех ног понеслась по длинному коридору, а кукольник в мастерской оторвался от работы и посмотрел куда-то вперёд, услышав громкие шаги наверху. Улыбка заиграла на его губах. Клюнула. Осталось только ждать. Всё равно она никуда не денется.       Сакура отрыла дверь. Её взгляд сразу упал на лес, к которому она сразу рванула по ярко-зелёной траве. Чем дальше убежит, тем лучше. Ещё только раннее утро. Птицы пели на высоких деревьях и маленькие зверюшки шуршали в траве.       Девушка бежала быстро, думая, что Сасори бросится за ней в погоню, но ничего такого не было, поэтому она перешла на шаг. Это было странно. По пути она всё рассматривала, некоторые живые организмы казались ей совершенно незнакомыми, что очень пугало, такого она не видела в Конохе и где-либо ещё за свою жизнь. Сразу в голове всплывал вопрос: «Где я?». Как медику, Сакуре сразу захотелось изучить эти растения и животных, если Сасори не сделал этого раньше, а ведь он мог. Он хоть и кукольник, но и в медицине разбирается хорошо, что ещё в миллион раз доказывает — он гений, признанный всеми гений. Он красив, умён и силён. Он мог стать отличным шиноби, но выбрал путь преступника. Какая расточительность способностей не по назначению.       Ноги начали заплетаться от длинной дороги. Сакура прошла так много, но всё равно вокруг был только незнакомый лес, а солнце продолжало плыть по голубому небу, изредка заплывая за белые, пушистые облака.       Вдруг Сакура качнулась немного вперёд, а потом резко назад и упала. Взору зелёных глаз открылись пушистые ветви деревьев, переплетающихся друг с другом. Тёплый ветерок легонько ворошил зелёные листики. Шуршание перемешивалось с весёлым пением маленьких птичек. А это всё же спокойное место, прекрасное, даже можно сказать, волшебное. Если честно, Сакура бы тут осталась навсегда, но не могла. Её ищут и ждут близкие люди.       Медика потихоньку убаюкивали собственные мысли и пение тех самых птичек, которые преследуют её от самого дома. Сакура услышала пронзительный, хохочущий крик, перебивший шуршание ветра в ветках и весёлое пение птиц.       «Над моим бессилием в данной ситуации хохочут даже чайки, — усмехнулась про себя Сакура, медленно открывая глаза, она так и продолжала лежать на траве цвета своих глаз. — Так. Стоп! Чайки? Откуда…? Они же всегда существуют только около моря…»       Девушка поднялась на уставшие ноги и через силу сорвалась с места, ожидая чего-то грандиозного. Густой лес начал редеть, а хохот чаек громче стал. Харуно выбежала на песчаный берег, такой же песок как в деревне Песка, а после полосы песка начиналось бескрайнее море. Было безумно красиво. Синие волны лизали золотой берег, усыпанный разноцветными камешками, а чайки из воды пытались выловить себе рыбу для пропитания.       Сакура пыталась приглядеться, увидеть где-то вдалеке очертание хоть чего-нибудь, но ничего не было. Они очень далеко от другой суши. Вот что означала его фальшивая улыбка. Девушка не стала сдаваться, надо пройти весь берег, может это только с этой стороны.

***

      Была уже глубокая ночь, яркие звёзды мигали на небе, когда Сакура добралась обратно. Удивлению не было предела, дом находился с другой стороны острова, рядом с водой. Девушка так и не смогла разглядеть что-то с берега этого острова.       На берегу сидел Сасори. Он высоко к звёздам запрокинул свою голову, а его густые, рыжие волосы ворошил ночной ветерок. Сейчас этот опасный преступник, предавший собственную деревню из-за своих амбиций, казался таких умиротворённым. Его лик казался самым прекрасным из всех, что Сакуре доводилось видеть. Рот девушки сам по себе открылся, а тело окаменело. Сердце начало гулко биться, но этот ритм сердца доставлял Сакуре приятные чувства, нежели с Саске-куном, с ним была абсолютно другая история.       Продолжился этот момент недолго. Сасори повернул голову и посмотрел на неё своими глубокими карими глазами, в которых отражались яркие звёзды. Сакура сглотнула и покраснела, отводя взгляд в сторону. Если она так будет на него открыто пялиться, то он может подумать о чём-то не том. Ночь была на руку, мужчина не увидел её яркого румянца. Она подошла к нему и села рядом, скопировав его позу.       — Ну как, нашла выход? — ухмыльнулся мужчина, глядя на реакцию Сакуры, но та даже не думала злиться. Видимо, ей понравилось это место, даже Сасори полюбил его. Он нашёл это место вскоре после битвы с бабулей Чиё и этой розововолосой, это было небольшое путешествие для накопления знаний, но благодаря нему кукольник обнаружил этот остров, который был совершенно без людей. Именно в этот момент зародился гениальный план.       — Сколько я спала? — девушка знала, что долго, но это было для уточнения. Она посмотрела своими огромными глазами на его лицо. Порыв ветра сдул на пару секунд длинную чёлку с его лица, показывая взору Сакуры метку «Сила ста печатей». Глаза расширились. Он всё-таки не кукла. Так вот как он может в свои годы выглядеть так молодо. Использует ту же технику, что Цунаде-сэнсэй в свои пятьдесят шесть лет. Что и ожидалось от него, но весьма шокировало.       — Две недели, — коротко ответил Сасори.       Сакура удивилась. Месяц слишком долго. В памяти всплыла деревня Листа, которая от её исчезновения перевернулась с ног на голову. От таких размышлений сердце больно кольнуло, а на глазах выступили еле заметные слёзы душевной боли, которые Акасуна тут же заметил, но не подал вида. Девушка всегда была очень эмоциональная, её легко было довести до слёз. Привыкнет. У неё просто нет выбора.       — Я приготовил еду, так что нам лучше пойти в дом и поесть, — предложил вдруг кукольник, а у Сакуры при упоминании еды заурчал громко живот, заставляя вновь покраснеть перед кукольником. Она отвела свой взгляд на спокойные волны, лизавшие берег и кивнула.       Мужчина встал и подал Сакуре свою большую и сильную руку. Та приняла помощь Сасори. На самом деле он хороший человек, который может помочь всегда, но почему-то прячет истинную сущность глубоко в душе за жестокостью и цинизмом. Губы медика на секунду посетила нежная улыбка.

***

      Акасуна очень хорош в готовке. Весь ужин Сакура смотрела на него, изучая его черты лица и эмоции. У него широкие серо-карие глаза, обрамленные длинными и очень густыми ресницами чёрного цвета, казалось, эти ресницы были настолько тяжёлыми, что тянули веки вниз, создавая впечатление сонного состояния. А кожа… Его кожа была очень бледная, неестественного цвета, даже можно было разглядеть голубые венки, но это его не портило. Высокие скулы, взгляд Сакуры пополз ниже, на губы… Они были идеальные, чуть пухлые и красноватые. А потом на нос обратила внимание, прямой и без лишних изъянов с едва заметной родинкой на кончике. В первую встречу он выглядел иначе немного: его лицо было округлым и не было видно скул, да и вообще все его черты лица были нежными, а сейчас приняли заметную резкость, помимо этого, он был намного меньше ростом. Верно. Раньше он был подростком, а сейчас взрослый мужчина.       — Ты моешь посуду, — резко объявил Сасори. Он встал из-за стола и быстро направился в душевую. Сакура вздохнула, но всё честно: он приготовил еду, а она её должна вымыть посуду. Каждый вносит свой вклад.       Девушка отметила про себя, что характер у кукольника не из простых. Говорит всегда только чисто по делу, а ещё всегда спокойный, но вывести его из себя очень легко. Это было ещё доказано в споре с Дейдарой, когда они спорили чьё искусство лучше и то, кто будет биться с Наруто. Они совершенно не замечали присутствия гостей, но при попытке Наруто нанести удар сюрекеном фуума, хвост Хируко без труда отразил его. Сакура в тот момент думала, что они сейчас поубивают друг друга, но челкастый просто сбежал, оставив Сасори в гневе.       Сакура доела свою порцию, а потом не торопясь вымыла посуду, думая о своём, а после приняла освежающую ванную перед сном. Чистота превыше всего, залог здоровья и красоты.       Когда Сакура зашла в комнату, то Сасори сидел в вечернем халате за письменным столиком. Он что-то делал с серьёзным видом, чуть сгорбив свою идеально ровную спину. Подойдя поближе, она увидела очередной набросок для куклы на большом листе белой бумаги. Сердце сразу пропустило пару ударов. Страх засел внутри, что кукольник до сих пор делает человеческих кукол, но её страх рассеялся.       — Я больше не делаю человеческих кукол. Расслабься, — бросил он, тихо фыркнув себе под нос. Он так и не отрывался от своей работы. Вот как всю жизнь можно только этим заниматься, не имея других интересов?       — Мне нужно переодеться, кхм, — тихо сказала Сакура, покраснев. Мысль о том, что ей придётся переодеваться перед мужчиной не радовала вовсе, поэтому она хотела того, чтобы он как можно скорее покинул комнату, но Сасори отрицательно махнул головой. Он не хотел отвлекаться от работы.       — Пожалуйста.       Сасори продолжил заниматься своим делом, не обращая никакого внимания на Сакуру. А он довольно упёртый. Девушка поняла, что добиться от него чего-то просто невозможно, закатив глаза она подошла шкафу, открыла его и переоделась в ночнушку, а другую одежду аккуратно сложила и положила на место. Мужчина на неё изредка бросал взгляды так, чтобы она не заметила этого. Её фигура была хороша, накачена, только грудь маленькая очень, но аккуратная и красивая. Кожа была очень светлая и нежная на вид, усыпанная множеством родинок разного размера и цвета. Чуть влажные розовые волосы начинали виться. У мужчины от такого вида участилось дыхание. Честно сказать, он до Сакуры не видел голых девушек вообще. Да, он делал марионеток из живых людей, но все они были исключительно мужчинами. Если так продолжится и дальше, то он вряд ли сможет сдержать себя в руках перед ней.       Харуно легла в кровать, которая обдала её прохладой. Спать хотелось очень сильно. Через некоторое время Акасуна закончил свою работу и бережно отложил всё на край стола. Он встал, развязал бархатный халат, который повесил в шкаф. Девушка увидела прекрасное тело атлетического сложения, которое было в миллионы раз прекраснее кукольного. Как Сасори мог променять такую красоту на обычную деревяшку?       — «Господи, на это тело невозможно так легко смотреть. Оно же великолепно, что и сказать нечего».       Сакура пыталась как можно более равнодушно рассматривать его чудесное тело, впитывая каждый изгиб. Кареглазый это заметил, а потом криво усмехнулся.       — Извини уж, что я не Саске Учиха, тогда бы у тебя было больше эмоций, — пытаясь разозлить, сказал Сасори, наблюдая за ней. Девушка мигом залилась краской, а глаза запылали гневом. Да-да, задел за живое. К его удивлению, девушка резко улыбнулась, мило прикрыв зелёные глаза. Он не придал этой улыбке особого значения.       Мужчина сел на кровать, внезапно почувствовал шевеление за спиной и решил посмотреть на Сакуру. Не успел он повернуть голову, как резко почувствовал удар кулаком по лицу. Этот удар был настолько сильным, что кукольник упал пятой точкой на холодный пол и уставился озлобленным взглядом на Сакуру, потирая ушибленную часть лица окрасившуюся в красноватый оттенок. Даже под действием эффекта снотворного она сильна очень.       — Сумасшедшая сука, — прошипел кареглазый. Лицо жгло дико, точно будет синяк, отвратительное чувство. Вспомнилась такая же сцена, когда она ударила по щеке его кукольное тело за очень яркие словечки, но тогда он сказал бесчувственно лишь одно: «Только руку повредишь». Тот удар ни в какое не шёл сравнение с этим.       — Ещё хоть раз скажешь что-то про Саске-куна, мразь, — начала Сакура, смотря на него сверху вниз, щёлкая костяшками пальцев. — И я тебя убью. Я, надеюсь, ясно выразилась?       При желании Сасори мог убить её хоть сейчас, но он лишь смиренно кивнул, а Сакура отвернулась от него и положила голову на подушку. А она очень злобная, однако. Он кое-как забрался на кровать, укрывшись одеялом. Щека до сих пор жгла, но не так сильно. Из-за этого кукольник долго засыпал.       В комнате разносилось тихое сопение двух людей, которые спали к друг другу спиной, но потом всё же во сне повернулись друг к другу и обнялись, проспав так до самого утра. Они такие разные, но это их только сближает.