Гарри Поттер и книги о нём

Глава 18. Добби вознаграждён — Чего? — Не понял Ремус. — Сейчас всё поймёшь. — Только и сказал Гарри. Когда четверо подземных странников — Гарри, Рон, Джинни и Локонс — с головы до пят мокрые, грязные, а Гарри еще и в пятнах крови, вошли в кабинет, все, кто там был, ошеломленно замолчали, но тишина в тот же миг взорвалась воплем: — Джинни! Увидев дочь, миссис Уизли, сидевшая в слезах перед камином, вскочила, за ней — мистер Уизли, и оба бросились к дочери. Но Гарри смотрел не на них — у камина стоял, улыбаясь, профессор Дамблдор, рядом — профессор МакГонагалл, она тяжело дышала и держалась за сердце. — Вы слишком переживаете, профессор. — Повернув к Минерве голову, произнёс Гарри. — С подобными приключениями за вас невозможно не переживать, мистер Поттер. — Выдохнула Макгонагалл, убирая руку с сердца. Прошуршав крыльями возле уха Гарри, феникс опустился на плечо Дамблдора, а Рон с Гарри по очереди очутились в крепких объятиях миссис Уизли. — Вы спасли ее! Спасли! Как вы это сумели? — Ловкость рук и никакого мошенничества. — Перебирая пальцами, усмехнулся Гарри. — Ну а если серьёзно, ответ вы уже слышали. — Лучше бы я его не знала настолько подробно. — Покачала головой Молли. — Вы сами согласились на чтение книг с первой части. — Пожал плечами Рон. — Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла профессор МакГонагалл утратившим обычную твердость голоса. Миссис Уизли выпустила Гарри и тот, мгновение поколебавшись, подошел к столу и выложил Волшебную шляпу, меч, украшенный рубинами, и жалкие остатки дневника Реддла. А потом он заговорил. Около четверти часа в полной восхищения тишине он рассказывал о том, как услышал бесплотный голос, и Гермиона одна поняла, что это голос василиска, ползавшего по трубам внутри толстых стен замка, как они с Роном пошли за пауками в лес и Арагог поведал им, где умерла последняя жертва василиска, как они догадались, что Плакса Миртл и есть эта жертва и что вход в Тайную комнату не где-нибудь, а в ее туалете. Гарри замолчал, чтобы перевести дух. — Замечательно! Итак, вы отыскали вход, нарушив — не премину добавить — вопиющим образом сотню школьных правил. Но как же вы оттуда выбрались живыми, Поттер? — МакГонагалл сгорала от любопытства. — Тут я полностью солидарна с тобой, Молли. Лучше подобное не знать. — Выдохнула Минерва и дрожащей рукой взяла стакан, чтобы отпить воды. — Нам вполне хватило тех общих фактов, о которых вы нам поведали. — Это и была ошибка. — Вмешалась Лили. — Если бы вы знали абсолютно всё, возможно, как-нибудь повлияли на Дамблдора и Хогвартс стал немного безопаснее. Гарри, слегка охрипший, перешел было к тому, как вовремя подоспел Фоукс, как Волшебная шляпа вооружила его мечом, и вдруг запнулся. Он старался избегать упоминаний о дневнике Реддла, поглядывая на Джинни — она стояла в двух шагах, прижавшись к матери, и слезы безостановочно бежали по ее щекам. — Сейчас-то что случилось? — Нежно улыбнулся Гарри, заметив слёзы в глазах Джинни. — Не знаю, они сами наворачиваются. — Прошептала девушка и тут же уткнулась ему в грудь. — Ты ж моё счастье. — Прижимая к себе Уизли, прошептал Гарри. — Тише, это в прошлом, всё хорошо. Я рядом и никому не позволю тебе навредить, слышишь? — Продолжал говорить он, взяв за плечи и оттянул от себя Джинни, после чего переложил руки на щёки. — Каждый, кто сделает тебе больно, будет иметь дело со мной, поняла? — Ага…- Прошептала она, стирая упавшие с ресниц слёзы. — Вот и славно. «А вдруг ее правда исключат? — подумал Гарри в смятении. — Дневник Реддла замолк навсегда — поди-ка теперь докажи, что это он своей магической властью заставлял ее совершать то страшное, что творилось в замке!» В поисках поддержки Гарри взглянул на Дамблдора — тот едва заметно улыбнулся, и огонь камина блеснул в стеклах его очков-половинок. — Я вот что хотел бы узнать: как лорд Волан-де-Морт изловчился околдовать Джинни? — тихо спросил директор. — Ведь он, по моим источникам, укрылся сейчас в албанских лесах. — Я уверен, что ответ вы знали. — Рыкнул Рон. — Нет, мальчик мой, не знал. — С лёгкой улыбкой, мягко говорил Дамблдор. — Значит, знаете сейчас. — Фыркнул Драко. — И если это так, то вы явно будете молчать до момента, пока это не расскажут книги. Дамблдор на это ничего не сказал. Горячая волна радости накатилась на Гарри, и у него отлегло от сердца. — Что? — ошеломленно воскликнул мистер Уизли. — Вы-Знаете-Кто… околдовал Джинни? Но Джинни, разве она… разве она не была… — Во всем виноват дневник. — Гарри поднял его и показал Дамблдору. — Реддл его вел, когда ему было шестнадцать. Дамблдор взял у Гарри дневник и принялся с любопытством рассматривать его, склонив длинный крючковатый нос над мокрыми прожженными страницами. — Изумительно, — проговорил он негромко. — Да, Реддл был один из самых одаренных учеников Хогвартса. Дамблдор повернулся к супругам Уизли, окончательно сбитым с толку. — Очень немногим известно, что лорда Волан-де-Морта когда-то звали Том Реддл. Я учил его здесь пятьдесят лет назад. Окончив школу, он исчез, скитался в дальних краях, якшаясь с самыми опасными колдунами и магами. И все глубже погружался в тайны черной магии. Он подверг себя такому количеству чудовищных превращений, что, когда вновь появился — уже под именем Волан-де-Морта, — был совершенно неузнаваем. Не было ничего общего между зловещим Темным Лордом и умным славным мальчуганом, который был когда-то старостой школы. — Но что могло с ним связывать нашу Джинни? — воскликнул мистер Уизли. — Его… его дневник, — всхлипнула Джинни. — Я в нем писала, а он отвечал… весь этот год. Мистер Уизли был потрясен. — Джинни! Как ты могла! Что я тебе всегда говорил? Мало ли кто или что может прикинуться добрым и понимающим! Как можно идти на поводу у того, кого совсем не знаешь! Почему ты не показала дневник мне или маме? — Не лучший момент, чтобы отчитать Джинни. — Сказал Билл. — Пап, она была в шоке, у неё эмоции через край, а тут ты ещё кричишь. — Я знаю. — Кивнул Артур, посмотрев на дочь. — Прости, солнышко. — Всё хорошо, пап. — Кивнула Джинни. Такая подозрительная вещь! Ясно же, что она полна черной магии! — Я этого не знала, — рыдала Джинни. — Он был в одном из учебников, помнишь, которые мама купила. Я подумала, кто-то вложил его в книгу и забыл… — Мисс Уизли следует немедленно отправить в больничное крыло, — не терпящим возражения тоном вмешался Дамблдор. — На ее долю выпало слишком тяжелое испытание. Ни о каком наказании и речи быть не может. Волшебники гораздо старше ее бывали обмануты Волан-де-Мортом. Он широким шагом подошел к двери и открыл ее: — Джинни нужен сон и еще, пожалуй, кружка горячего шоколада. Мне это всегда прибавляет сил, — добавил он и дружески подмигнул девочке. — Мадам Помфри еще не спит — она сейчас раздает сок мандрагоры. С уверенностью могу сказать, что жертвы василиска придут в себя с минуты на минуту. — Значит, Гермиона скоро будет в порядке! — обрадовался Рон. — Ещё бы. — Усмехнулась Гермиона. — Поттер, твоя удача какая-то зараза? Передаётся воздушно-капельным путём? — Неловко усмехнулся Блейз. — Она распространяется на довольно узкий круг близких. — Усмехнулся Гарри в ответ. — Вот черт, а так хотелось её получить. — Продолжил Невилл. — У тебя и своей удачи много, Невилл. — Как-то плохо она работает. — Насупился Лонгботтом. — Своя палочка появится, большинство проблем исчезнет, гарантирую. — Улыбнулся Поттер. — Все худшее позади, — кивнул Дамблдор. Миссис Уизли, поддерживая Джинни, повела ее из кабинета, мистер Уизли, который никак не мог опомниться, побрел за ними. — А знаете, Минерва, — улыбнулся профессор Дамблдор, — пожалуй, эта история стоит хорошей пирушки. Можно попросить вас пойти поговорить с поварами? — Можно, — сухо кивнула профессор Мак-Гонагалл и уже у дверей спросила: — Полагаю, в мое отсутствие вы разберетесь с Поттером и Уизли, не правда ли? — Истинная правда, — заверил ее Дамблдор. Она ушла, а Гарри с Роном опасливо посмотрели на Дамблдора. Что значит — разобраться с ними? Быть не может… наверное, все-таки не наказание? — Помнится, я говорил, что придется исключить вас обоих из школы, если вы еще раз нарушите правила, — начал директор. — Сделали то, что не смогли бы провернуть многие мракоборцы, а он про исключение заливает. — Фыркнула недовольная Тонкс. — Как мы видим, никто никого не исключил, Тонкс. — Усмехнулся Ремус, положив руку ей на плечо. От ужаса Рон вытаращил глаза. — Это лишний раз доказывает, что даже самые лучшие из нас иногда вынуждены брать свои слова обратно, — усмехнулся Дамблдор. — Вы оба получите Особые награды за услуги школе. И… дайте-ка подумать… да, по двести баллов каждому для Гриффиндора. Рон сделался ярко-розовый, как цветы Локонса на Валентинов день. — Но почему-то еще один здесь присутствующий хранит слишком упорное молчание. А было бы интересно послушать о его участии в этом рискованном предприятии. — Дамблдор посмотрел на Локонса. — К чему эта излишняя скромность, Златопуст? По залу прошлась волна смеха, представляя дальнейшие действия. Гарри вздрогнул — он успел начисто забыть о Локонсе! А тот стоял в углу комнаты, по-прежнему улыбаясь растерянной, чуть дурашливой улыбкой. Услыхав Дамблдора, он огляделся вокруг, силясь понять, к кому это обращаются. — Профессор Дамблдор, — поспешил вставить Гарри. — Произошел несчастный случай — внизу, в Тайной комнате. Профессор Локонс… — Я что, профессор? — осведомился Локонс с кротким удивлением. — Вот те на! А я-то считал себя идиотом… — Он хотел наложить на нас заклятие Забвения, — продолжил Рон, — а палочка возьми и стрельни в него самого… — М-м-да. — Дамблдор покачал головой, и его длинные серебряные усы задрожали. — Значит, поражен собственным оружием? — Оружием? — эхом отозвался Локонс. — У меня нет оружия. А вот у этого мальчика есть. — Локонс указал на Гарри. — Меч, очень красивый. Он вам может его одолжить. — Слушай, а ему это заклинание кажется мозгов добавило. — Прыснул смехом Рон. — Сомневаюсь, он всё так же тупой. — Пожал плечами Гарри. — Говоришь так, будто ты был у него в Мунго. — Нахмурив брови, сказала Гермиона. — Не был я у него. Мне что, заняться нечем? — Хмыкнул Гарри. — Рон, пожалуйста, отведи профессора Локонса в больничное крыло, — обратился Дамблдор к Рону. — Мне еще нужно сказать Гарри несколько слов. Локонс неуверенно поплелся к двери. Рон, выходя, оглянулся, бросил на директора с Гарри любопытный взгляд и, взяв Локонса за руку, вышел с ним в коридор. Пройдя через комнату к камину, Дамблдор опустился в одно из кресел. — Садись, Гарри, — предложил он, и Гарри сел, испытывая необъяснимое волнение. Дамблдор разгладил усы. — Прежде всего, я должен поблагодарить тебя. — Глаза его вновь блеснули. — Там, внизу, ты проявил настоящую доблесть — иначе Фоукс не прилетел бы к тебе. Он провел рукой по перьям феникса, который легонько хлопал крыльями, сидя на его колене. Гарри лишь неловко улыбнулся в ответ. — Значит, ты встретился там с Томом Редцлом, — произнес Дамблдор в раздумье. — Я полагаю, что ты-то и интересовал его больше всего… Внезапно все то, что подспудно грызло Гарри, сбивчиво, в беспорядке вырвалось наружу: — Профессор… Реддл сказал, что я похож на него… Странное сходство, говорил он… — Он так сказал? — Дамблдор внимательно глядел на Гарри из-под густых седых бровей. — А ты сам что об этом думаешь? — Думаю, что совсем не похож! — слишком громко выпалил Гарри. — Я ведь учусь в Гриффиндоре… Он умолк, в душе у него вдруг зашевелилось сомнение. — Профессор, — через мгновение продолжал он, — Волшебная шляпа сказала, что лучше всего мне было бы в Слизерине. И многие думали, что наследник Слизерина — я, ведь я могу говорить на змеином языке. — Ты говоришь на языке змей, Гарри, — ответил Дамблдор спокойно, — потому что на нем говорит Волан-де-Морт — единственный оставшийся потомок Салазара Слизерина. Если не ошибаюсь, он нечаянно вложил в тебя толику своих сил — в ту ночь, когда наградил этим шрамом. Уверен, сам он этого не хотел. — Волан-де-Морт в меня вложил… частицу самого себя? — прошептал Гарри как громом пораженный. — Судя по всему. — Погодите. — Гарри нахмурился и задумался над словами Дамблдора. — Ты чего? — Заволновалась Джинни, заметив напряжение парня. — Да не ничего, предположение крайне глупое, хотя объясняет многое. — А что за предположение? — Заинтересовался Дамблдор. Но Гарри его показательно проигнорировал, посмотрев на друзей. — Оставь при себе. Если твои предположения верны, то они объяснятся в книгах. — Сказал Рон, на что Гарри кивнул. — Ну да, твоя интуиция тебя редко подводит. — Согласилась Гермиона. — Значит, мое место в Слизерине. — Гарри с отчаянием посмотрел в лицо Дамблдора. — Волшебная шляпа почуяла во мне эту частицу, и… — Определила в Гриффиндор, — успокаивающе договорил Дамблдор. — Видишь ли, Гарри, так вышло, что в тебе много качеств, которые столь высоко ценил Салазар Слизерин у своих любимых учеников, — находчивость, решительность, чего греха таить, пренебрежение к школьным правилам. — Тут усы директора вновь задрожали. — И, наконец, редчайший дар — змеиный язык Однако же Волшебная шляпа направила тебя в Гриффиндор. Знаешь почему? Подумай! — Только потому, что я просил не посылать меня в Слизерин… — сокрушенно произнес Гарри. — Верно. — Дамблдор опять улыбнулся. — Именно в этом твоё отличие от Тома Реддла. Ведь человек — это не свойство характера, а сделанный им выбор. — Не верно. — Перебил отца Драко. Все тут же обратили на него внимание. — Гарри постоянно влипает в неприятности и не убегает от них, как это сделали бы многие, не смотря на факультет, а решает их. Да, не без помощи Рона и Гермионы, но давайте вспомним, что они сами выяснили, кто находится в Тайной Комнате, как туда попасть, а Гарри так вообще в одиночку победил Василиска и всё это в двенадцать лет. Да они храбрее и ответственнее многих. Тот же случай с Гермионой на первом курсе. Они не пошли отчитываться взрослым, понимая, что времени может быть мало и это решение спасло её от тролля, на втором курсе это спасло Джинни по той же причине. Мало времени, да и Гарри вам всё равно нужен был бы. — Не могу не согласиться с вами, мистер Малфой. — Кивнула Минерва. — Хоть оба случая и кажутся безответственными, на самом деле таковыми не являются. Гарри неподвижно сидел на стуле, оглушенный услышанным. — И если тебе нужны еще доказательства, что ты не случайный гость в Гриффиндоре, прочитай-ка, что здесь написано. Дамблдор подошёл к столу профессора МакГонагалл, взял испачканный кровью серебряный меч и протянул его Гарри. Тот недоуменно перевернул его — меч в свете камина полыхнул рубинами — и прочитал выгравированное под рукояткой имя: Годрик Гриффиндор. — Знай, Гарри, вынуть меч из этой Шляпы может только истинный гриффиндорец. Минуту оба молчали. — Что тебе сейчас нужно, Гарри, — Дамблдор перешел на обычный тон, — это еда и отдых. Ступай-ка ты к себе, вымойся — и за праздничный стол. А я сейчас напишу в Азкабан — надо вызволять нашего лесничего. Заодно набросаю объявление в «Ежедневный проповедник». — Выдвинув верхний ящик стола, Дамблдор достал пузырек чернил, ножичком заточил перо и прибавил: — И еще нам потребуется новый преподаватель защиты от темных искусств. Ох, что-то они у нас не задерживаются… — А следующий, хоть и не задержался, но был самым лучшим. — Заулыбался Симус, посмотрев на слегка покрасневшего Люпина. — Профессор, вернитесь, мы без вас как без рук. — Тётя, ты же видишь, как мы относимся к профессору Люпину. Сделайте исключение, пожалуйста. — Полные мольбы глаза студентов посмотрели на Амелию Боунс. Пару минут молчания и Минерва встала со своего места. — Я могу вас заверить, что он никому не навредит. Всю ответственность беру на себя. — Что вы скажите, мистер Люпин? — Посмотрев на шокированного выпускника Гриффиндора, спросила Боунс. — Если никто не против… — Нервно заулыбался Ремус. — Тогда, я только за. — А никого не смущает, что Дамблдор должен согласиться? — Напряжённо произнёс Джордж. — В списке по отстранению от дел Дамблдор находится первый. — Сказала Амелия. — То есть сейчас все решения выношу я, как глава Магического правопорядка. — То есть сейчас вы по типу временного директора школы, я правильно понял? — Спросил Гарри. — Что- то в этом духе, и могу вас заверить, мистер Поттер, на мои решения Министр не влияет. — Мягко произнесла женщина. Гарри ей явно импонировал. — Что касается вас, мистер Люпин. То заполните необходимые бумаги и можете приступать к работе. В вашем случае министерство закроет глаза на ликантропию. Что касается тебя, Долорес, то сначала прочтём книги, а потом посмотрим. По залу прошлись радостные крики. Джеймс приобнял друга, поздравляя с возвращением на должность на преподавателя. После чего рядом с оборотнем оказались Гермиона, Рон, Джинни и Гарри, которые тут же «облепили» его со всех сторон. — С возращением, профессор. — Сиял Гарри и Ремус потрепала его по волосам. — Я ж с вас глаз не спущу. — Грозна проговорил он. — Да пожалуйста, — Сказал Рон. — Мы лезть никуда не собираемся. — Знаете, я им верю. — Улыбнулась Лили, смотря на довольных гриффиндорцев. Гарри встал, пошел к выходу и уже протянул руку, чтобы открыть дверь, как вдруг та распахнулась, да с такой яростью, что, ударившись, отскочила от стены. На пороге стоял Люциус Малфой с перекошенным от бешенства лицом. Чуть позади съежился весь обмотанный бинтами Добби. — Добрый вечер, Люциус, — дружелюбно приветствовал его Дамблдор. Едва не сбив Гарри с ног, Малфой подскочил к столу. Добби юркнул за ним с подобострастным ужасом на лице и, согнувшись в три погибели, засеменил следом. — Так, значит, вы вернулись. — Холодные глаза Малфоя впились в Дамблдора. — Попечительский совет отстранил вас, но вы, как я вижу, пренебрегли мнением совета. Сочли для себя возможным вернуться в Хогвартс. — Спешу известить вас, Люциус, — Дамблдор спокойно, чуть улыбаясь, смотрел на непрошеного гостя, — ко мне обратились одиннадцать членов Попечительского совета — все, кроме вас. Разговор был нелегкий и откровенный. Узнав, что очередная жертва дочь Артура Уизли, совет попросил меня без промедления вернуться. Похоже, пришли к общему мнению, что при нынешних обстоятельствах лучшего директора школы, чем я, не сыщешь. И вот что странно: некоторые члены совета намекают на то, что их согласие на мою отставку было вырвано под угрозой заклятия, которому могут подвергнуться их семьи. — Это весьма радикальная угроза, но стоит отдать вам должное, мистер Малой, вы хотя бы не побоялись противостоять ему. — Сказал Гарри. — Что? Дамблдор весьма хорош в манипуляциях и убедить в то, что именно он Хогвартсу необходим, спокойно мог без магии. — Заметив на себе непонимающие взгляды Отряда Дамблдора объяснил он. — Стоит понимать, что Гарри играл по его правилам довольно долго, чтобы понять ход его мыслей. — Поддержала его Гермиона. — Стоит только понять, что Дамблдор до моего появления в Хогвартсе просто увеличивал свой авторитет. Его признают многие. Как минимум из-за того, что до моего поступления в школу было тихо, отрицать это глупо, и ничего подобного не происходило. Но как только появился человек, который может его сместить, он тут же спохватился. Если бы не его авторитет, мистер Малфой добился бы того, что хотел. За не имеющим авторитет человеком никто бы не пошёл, не смотря на то, как он управляет школой. Хогвартс для Дамблдора — это способ контролировать происходящее и следить за его пешками. Мистер Малфой, и без того всегда бледный, сделался еще бледнее, глаза его превратились в щелки. — Ну и что, вы уже прекратили нападения? — спросил он с издевкой. — Преступник пойман? — Да, — все так же улыбался Дамблдор. — И кто же он? — Все тот же злодей — Темный Лорд. Только в этот раз он действовал через другого человека. С помощью вот этого дневника. Испытующе глядя на мистера Малфоя, Дамблдор протянул ему черную книжицу с большой дырой в середине. Гарри же все это время наблюдал за домовиком. Увидев дневник, Добби вдруг повел себя весьма странно. Выпучил огромные зеленые глаза, указал Гарри взглядом на дневник, затем — на мистера Малфоя и стал бить себя кулаками по голове. — Ясно, — нараспев проговорил мистер Малфой, не замечая ужимок Добби. — Умный план. — Дамблдор внимательно глядел в глаза Малфою, голос его оставался таким же ровным. — Если бы Гарри… Малфой бросил на мальчика быстрый, пронзительный взгляд. — …и его друг Рон, — продолжал директор, — не нашли эту книжицу, даже я считал бы виновной во всем Джинни Уизли. И никто никогда бы не доказал, что она поступала так не по своей воле… Мистер Малфой молчал. Его лицо превратилось в маску. — А теперь вообразите, — говорил Дамблдор, — каковы были бы последствия. Уизли — одна из самых известных чистокровных семей в мире волшебников. Артур Уизли — один из авторов Закона о защите маглов. А его дочь убивает полукровок. Подумать только, что стало бы с ним и с его Законом! Большая удача, что дневник был найден, прочтен, а записи в нем потом исчезли. — Да, большая удача, — с трудом выдавил из себя Малфой. — Стойте, вы подбросили Джинни дневник? — Спросила Сьюзен. Малфой ничего не сказал. Девушка посмотрела уже на Золотое Трио. Они лишь согласно кивнули, но ничего не сказали. А за спиной у него Добби, как заведенный, — глянет на дневник, на хозяина и колотит себя кулаками по голове. И тут до Гарри дошло. Он понимающе кивнул, Добби попятился в угол и, сменив вид самобичевания, стал выкручивать себе уши. — Мистер Малфой, — Гарри поближе подошел к нему, — а не знаете ли вы, как к Джинни попал этот дневник? — Откуда мне знать, где эта паршивка его взяла! Но Гарри уже ничего не могло сегодня смутить: — Да ведь это вы ей его подсунули в магазине «Флориш и Блоттс». Я помню, вы тогда взяли у нее из котла учебник по трансфигурации, а потом положили обратно. Потому-то дневник в этом учебнике и оказался. Что, будете спорить? Бледные пальцы Малфоя сжались и разжались. — Попробуй докажи это, — прошипел он. — Доказал. — В один голос ответили все братья Уизли, зло посмотрев на Люциуса. — А вот дальше Джинни разберётся сама, если вообще захочет марать руки. — Спокойно ответил Гарри, заметив, как девушка достаёт палочку. — Больно надо. — Хмыкнула она. — Разумеется, этого никто доказать не может, — кивнул Дамблдор, улыбнувшись Гарри. — Тем более теперь, когда Том Реддд исчез со страниц дневника. И все же, Люциус, позвольте предупредить вас не раздавайте налево-направо вещей Волан-де-Морта. Если хоть одна попадет еще в чьи-нибудь невинные руки, не сомневаюсь, Артур Уизли сможет доказать, что это ваши проделки. Люциус Малфой на секунду замер, и Гарри увидел, как у него дернулась правая рука, хотел, видно, прибегнуть к волшебной палочке. Но, оценив обстановку, повернулся к домовику: — Идем, Добби! Он рывком открыл дверь, домовик послушно побежал за ним, и хозяин пинком вышвырнул его из кабинета. Добби взвизгнул от боли и визжал до конца коридора. Гарри нахмурил лоб: как же все-таки помочь бедняге? И его осенило. — Профессор Дамблдор, — торопясь, заговорил он. — Можно вернуть дневник мистеру Малфою? Пожалуйста! — Конечно, Гарри, — невозмутимо ответил Дамблдор. — Не забудь только про банкет. Гарри схватил дневник и стремглав выскочил из кабинета. За углом еще слышались затихающие вопли Добби. Боясь, вдруг план не сработает, Гарри поспешно сдернул с ноги ботинок, стащил мокрый грязный носок, сунул в него дневник, и бросился вдогонку по безлюдному коридору. Нагнал он их на площадке лестницы и, запыхавшись, остановился: — Мистер Малфой, возьмите это обратно… — сказал он и сунул носок в руку Малфоя. — Что тут еще… Малфой содрал носок с дневника, швырнул в сторону и перевел взбешенный взгляд на Гарри. — Ты так же плохо кончишь, как твои родители. И в самое ближайшее время. — Тон его был тих и зловещ. — Они тоже были глупцы, совали нос не в свои дела… — Ну знаете, уже лучше погибнуть в двадцать один, защищая своего ребёнка, чем быть настолько отвратительным человеком. — Сощурился Гарри. — Как вы вообще с ним живёте? — Привычка. — Ответил Драко, говоря это без звука, только шевеля губами. …Пошли, Добби. Я кому сказал, пошли! Но Добби стоял как вкопанный. Он сжимал в руке пойманный на лету грязный, липкий носок и смотрел на него, как на бесценное сокровище. — Хозяин дал Добби носок, — произнес он в изумлении. — Хозяин дал его Добби… — Что такое? — фыркнул мистер Малфой. — Что ты там лопочешь? — Добби получил носок, — пролепетал домовик, не веря своему счастью. — Хозяин бросил, Добби поймал, и Добби… Добби свободен! Студенты вновь засмеялись. — Так вот как ты облапошил отца. — Не сдержавшись захохотал Драко, даже грозный взгляд Люциуса не успокоил его. Мистер Малфой, окаменев, уставился на эльфа, затем ринулся к Гарри: — Ты отнял у меня слугу, мальчишка! Но Добби крикнул ему: — Ты теперь не можешь причинить вреда Гарри Поттеру! Что-то загрохотало, и мистера Малфоя отшвырнуло назад. Он полетел вниз по ступенькам, отсчитывая по три за раз, и упал бесформенной кучей площадкой ниже. Побагровев от гнева, вскочил и выхватил из кармана волшебную палочку, но Добби погрозил ему длинным, тонким пальцем. — Сейчас же уходи, — велел он. — Ты не тронешь Гарри Поттера. Ты сейчас же уйдешь. И Люциус Малфой подчинился. Метнув последний, горящий ненавистью взгляд на обоих, закутался в мантию и вышел с площадки в коридор. — Гарри Поттер освободил Добби! — пронзительно завопил эльф, зачарованно глядя на Гарри. Его круглые глазищи сияли в лунном свете, лившемся из ближайшего окна. — Гарри Поттер освободил Добби! — Да, а теперь пускай он не будет вытворять подобное. — Тяжело вздохнул Гарри. — Большего я не мог для тебя сделать, — улыбнулся Гарри. — Но ты мне, Добби, пообещай никогда впредь не спасать мою жизнь. Уродливое землистое лицо домовика расплылось в широкой, во весь рот, улыбке. Гарри смотрел, как он трясущимися руками натягивает его носок, и вдруг кое-что вспомнил. — У меня есть один вопрос… Ты мне тогда сказал, что грозящая мне опасность не связана с Тем-Кого-Нельзя-Называть, помнишь? Ну а что вышло? — Так это же был ключ, сэр, — ответил Добби, еще больше округлив глаза, как будто речь шла о самоочевидных вещах. — Добби вам намекнул. Ведь раньше-то Темного Лорда спокойно называли по имени. Это уж потом, когда он придумал себе новое имя, стало нельзя. Понятно? — Понятно, — не очень уверенно согласился Гарри. — Ну, ладно, я, пожалуй, пойду. Там внизу празднуют… да и Гермиона вот-вот очнется… Добби обхватил Гарри тонкими ручками и крепко обнял. — Гарри Поттер еще более велик, чем думал Добби, — воскликнул он с рьщанием. — Прощай, Гарри Поттер! И с громовым треском, похожим на прощальный залп салюта, Добби исчез. * * * Гарри бывал в Хогвартсе на многих праздниках, но никогда еще ничего подобного не видел: все были в пижамах, и торжество растянулось на целую ночь. И сколько же радости эта ночь принесла ему! Гермиона встретила его с восторженным криком: «Ты победил, Гарри!», Джастин выскочил из-за стола, долго тряс его руку, бесконечно извиняясь за свои подозрения, а в половине четвертого внезапно появился Хагрид и с таким жаром хлопнул Гарри и Рона по плечам, что те ткнулись носом в тарелки. Вслед за этим профессор МакГонагалл сообщила, что по случаю столь отрадных событий дирекция сочла возможным отменить экзамены («Как жаль!» — огорчилась Гермиона), и прибавила, что четыре сотни баллов, полученные Гарри и Роном, обеспечили Гриффиндору Кубок школы еще на один год. А тут еще Дамблдор объявил, что, к сожалению, профессор Локонс не будет больше преподавать защиту от темных сил, он потерял память и едет лечиться — ликование школьников разделили и несколько профессоров. — Вот жалость, — проворчал Рон, уплетая пончик с джемом. — Он только-только начал мне нравиться… Гарри никогда в жизни не был так счастлив. — В следующем году стану ещё счастливее. — Заулыбался Гарри во все тридцать два зуба. — А про этот перфоманс вообще молчать стоит. — Указывая на родителей, добавил он. * * * В жарком солнечном мареве промелькнул остаток летнего семестра. Хогвартс вернулся к своим обычным будням — правда, с небольшими изменениями. Отменили занятия по защите («У кого, у кого, а у нас практики по защите было навалом», — утешал Рон огорченную Гермиону), исключили из Попечительского совета Люциуса Малфоя. Драко перестал разгуливать по школе с таким видом, будто весь Хогвартс — его вотчина. Вид у него теперь всегда был обиженный и угрюмый. Зато Джинни, напротив, сияла от счастья. Быстро, слишком быстро наступило время отъезда. И наши друзья — Гарри, Рон, Гермиона, Фред, Джордж и Джинни — заняли купе в экспрессе Хогвартс — Лондон. До начала каникул остались считанные часы — ученикам пока еще можно колдовать, и вся компания самозабвенно отдалась любимому занятию. Играли в исчезающие карты, пускали последние оставшиеся у близнецов хлопушки и обезоруживали друг друга с помощью заклинаний. У Гарри это получалось мастерски. Почти у самого вокзала Кингс-Кросс Гарри вдруг кое-что вспомнил: — Джинни, а помнишь, ты видела: Перси делал что-то такое, чего потом очень стеснялся и просил тебя никому не рассказывать? Что это было? — Конечно, помню. — Джинни хихикнула. — У Перси завелась подружка. — А, это. — Как —то расстроенно в унисон проговорили близнецы, махая на брата рукой. — Я уж думал там что-то по истине интересное. — Сказал Билл. — Вот именно. — Кивнул Чарли. — Эх, ты. — Да идите вы к чёрту! — Возмутился Перси. Фред, вставший за книгами, уронил целую связку — прямо на голову Джорджу. — Что-что? — Староста Коггеврана, Пенелопа Крисгал, — объяснила Джинни. — Это ей он писал письма все прошлое лето. В школе они встречались тайком. Я как-то вбежала в пустой класс, а они там целуются. Потому он и был не в себе, когда на нее… ну… понимаете… когда на нее напали. Вы ведь не будете его дразнить, не будете? — спросила она с тревогой. — Я? И не подумаю! — просиял Фред. — Конечно, не будем, — поперхнулся Джордж. Экспресс замедлил ход и остановился. Гарри достал перо, кусочек пергамента и повернулся к Рону с Гермионой. — Это номер телефона Дурслей… — Твою мать! — Крикнул Рон, пряча лицо в ладонях, под смех Гарри и Гермионы. — А ну перестаньте! — И не подумаем! — Заулыбалась Грейнджер. Рон лишь возмущённо вздохнул и посмотрел на Джинни. Та лишь пожала плечами. …сказал он Рону, дважды наскоро написал номер, пополам разорвал пергамент и вручил друзьям половинки. — Прошлым летом я объяснил твоему отцу, как пользоваться телефоном, он научит тебя. Позвоните мне: два месяца говорить только с Дадли — я этого не вынесу! — А ты расскажи дяде с тетей, какое геройство ты совершил, — сказала Гермиона, когда они окунулись в людскую толчею перед заколдованным барьером, — и они будут тобой гордиться. Все трое Поттеров со скепсисом посмотрели на Гермиону. — Я уже поняла, что сморозила глупость. — Гордиться? Они знаешь как расстроятся! Столько раз дорогой племянник был на волосок от гибели и уцелел! Боюсь, как бы они от злости не умерли! И друзья, на этот раз без помех, прошли все вместе сквозь барьер, разделяющий два мира: маглов и магов. — Конец книги. — Объявил Люциус, захлопывая книгу. — Эх, пошлите, профессор. — Сказал Гарри, вставая с дивана. — Но сначала возьмём мётлы. — Вы в Тайную комнату? — Спросила Лили. — Да, я обещал показать ему кое-что интересное, теперь вы знаете, что я имел ввиду. — Я с вами. — Сказала Поттер. — Хочу своими глазами посмотреть на это чудовище. — Мародёры? — Не издавая и звука, только одними губами спросил Гарри, смотря на них. Ремус и Джеймс переглянулись, тоже встали и подошли к Гарри и Лили, возле которых крутился Бродяга. — Вы долго? — Спросила Джинни. — Думаю, нас не будет около часа, может больше. — Ответил он. *** — Все готовы? — Спросил младший Поттер смотря на всех собравшихся в туалете Плаксы Миртл. — Да. — Кивнул Сириус, вернувший себе человеческий облик. — Тогда пошлите. — Улыбнулся Гарри и повернулся к раковинам.