На кончиках лезвий

      Гарри Поттер потоптался у бортика, но все же решился выйти на лёд. Огромный простор катка потрясал его. После крошечного льда, на котором он тренировался в родном городе, настоящая ледовая арена подавляла его своей необъятностью.       Северуса Снейпа он увидел моментально. Всё внимание было приковано к нему, все на льду, даже технический персонал, держали его в поле зрения, как особо опасного преступника.       Гарри сплел дрожащие пальцы и покатил к противоположной части катка. Туда, где Снейп что-то выговаривал манерному блондину в серой спортивной форме. Рядом с ним стояла строгая дама в изумрудном костюме.       — Мистер Снейп, простите, — промямлил Гарри. Снейп даже не повернулся. — Разрешите мне с вами поговорить.       Блондин недовольно зыркнул на Гарри, видно, хорошо его пропесочили, и Снейп наконец соизволил обратить свое внимание на вторженца. Он резко повернулся и застыл, вглядываясь в Поттера. Рядом, удивленно приподняв брови, замерла дама в изумрудном.       — Вы кто еще такой? — справившись с изумлением, спросил Северус. Он постарался не слишком пялиться на посетителя.       — Меня зовут Гарри Поттер. Прошу, разрешите мне попробоваться к вам в группу, — не давая возможности вставить кому-то хоть слово, он продолжил: — Вы лучший, я готов работать как проклятый, чтобы к вам попасть, — Гарри выпалил все на одном дыхании и молитвенно сложил руки.       — Поттер, — Снейп искривил губы, будто учуял что-то неприятное. — У меня нет на вас времени. Свободны.       Гарри уставился на Снейпа, не находя слов. Он готовился показать все, что умеет, ждал, что придется уговаривать, нет, умолять. К чему он не был готов — что Снейп не даст даже шанса.       — Северус, — вмешалась дама. — Если мое слово еще хоть что-то значит в этой команде, — тон ее говорил что-то вроде: «Попробуй только сказать мне обратное», — я бы взглянула на мистера Поттера. Думаю, пять минут у нас вполне найдется. Мистер Малфой как раз обдумает все свои ошибки.       Малфой вздернул нос, надменно глядя на пришельца. Снейп коротко и зло выдохнул, но все же кивнул.       — Поттер, — выплюнул он, — на лёд. У вас есть пять минут.       Стараясь не обращать внимания на явное раздражение тренера, Гарри судорожно зашарил по карманам, нащупал флэшку с музыкой и заозирался в поисках, куда ее можно воткнуть. Снейп, заметив его метания, выхватил флэшку, держа двумя пальцами, как мерзкое насекомое.       — На лёд! Я что-то непонятное вам сказал?       Гарри спешно снял очки. Дама ободряюще ему улыбнулась и забрала их из непослушных пальцев.       Нервно разминая конечности, Гарри устремился к центру катка. Тренирующиеся неподалёку малыши уставились на него во все глаза. Тренер тут же увела их поближе к бортику.       Люди споро освобождали для Гарри место. Он встал в центре, пытаясь не думать, что в него вперились десятки взглядов. Гарри постарался успокоить дыхание.       Заиграла знакомая мелодия, и он улыбнулся.

***

      Поттер рванул сразу, как загромыхала музыка.       Северус скривился. Конечно, мальчишка Поттер выбрал что-то громкое, шумное и ужасно пафосное.       Музыка ревела, и Поттер неистовствовал на катке, едва не высекая искры на дорожке шагов. Прыгал высоко, с хорошим пролетом, а вот приземлялся он грязно, но мчался по льду с такой скоростью, что Северусу хотелось по-детски закрыть глаза. Он был безумен, но он был прекрасен в этом своём ледовом безумии.       — Звёздный мальчик. С такими генами грех не кататься, — сказала МакГонагалл. В школе она отвечала за хореографию и, несмотря на почтенный возраст, была похожа на стальной прут. Ее волосы всегда были собраны в тугой пучок, а стрелками на брюках можно было порезаться. — Учился в каком-то захолустье. У тренера-любителя.       Снейп не стал спрашивать, откуда она это знает. Дамблдор наверняка следил за жизнью Гарри Поттера хоть вполглаза.       Поттер катался, как варвар, рассекая лёд и усеивая свой путь снежной стружкой.       Он мало что умел, но все, что делал, Поттер наполнял такой энергией, будто выступал на Чемпионате Мира, не меньше. Он сорвал вращение, и Снейп невольно застонал от разочарования.       Поттер мог бы стать выдающимся фигуристом, если бы его не сослали на долгие годы в крохотный городок в Сибири, к тётке.       Минерва продолжала нашептывать Северусу подробности жизни мальчишки. Северус не сомневался, что она как-то замешана в появлении этого субъекта на его катке.       Поттеру исполнилось шестнадцать. За его плечами были местные соревнования и — венец карьеры — третье место на «Сибирских коньках», подарившее ему КМС. По меркам питерской школы он был считай что новичком.       При этом Поттер был взрослым, сложившимся не-спортсменом. Сделать из него профессионального фигуриста было просто невозможно.       Снейп любил невозможное. А еще Снейп ненавидел свое тренерство. Ненавидел всех этих ленивых и бездарных детей, которых приводили родители, жаждущие славы и признания.       После допингового скандала это было лучшее, на что он мог рассчитывать. Северуса оправдали, но репутация была уничтожена. Два потерянных из-за тяжб года не могли не сказаться на спортивной форме. Перед Северусом встал выбор — уходить из катания и начинать жизнь заново или остаться на льду в качестве тренера. Он не верил, что хоть кто-то захочет у него учиться, но глава его спортивной школы — Альбус Дамблдор — клятвенно заверил, что ученики у него будут. Так и случилось.       Северус наотрез отказался от парников и взялся за тренировки мужчин-одиночников. Сейчас лидером в его команде был Драко Малфой. Тонкий, гибкий, он творил на льду настоящее шоу. Ему доставало и музыкальности, и выносливости, все у него было, кроме покладистого характера. Драко считал себя звездой и вел соответствующе.       А теперь у Северуса будет Поттер, помоги ему, Господь. Может, они и не убьют друг друга.

***

      Как только Поттер, окрыленный согласием, умчался домой, Северус направился к директору.       Дамблдор встретил его вопросительной улыбкой и дежурным предложением чая. На новость о Поттере он отреагировал вполне спокойно.       — Я написал ему письмо. Спросил о жизни, пригласил в школу. Но я не думал, что Гарри так быстро все устроит, — Дамблдор едва сумел изобразить притворное удивление.       — Мы не благотворительная организация, Альбус. Кто будет платить за его занятия?       — Джеймс удачно вложил свои призовые, и деньги не сгорели в дефолт. Так что в восемнадцать лет Гарри станет обладателем неплохого счета в банке. А пока я выдам ему заём на обучение.       — Почему вы не сделали этого раньше? Когда Поттеру было пять, семь? Когда я мог вылепить из него все, что угодно.       — А я не хотел, чтобы ты лепил из него все, что угодно, Северус. Я не был уверен, что ты сможешь справиться со старым обидами. Ломать психику ребенка я бы тебе не позволил. А сейчас Гарри вполне сформировавшийся юноша, и он сможет прекрасно развиться под твоим руководством.       — Вы хотите сказать, что он достаточно наглый и упертый, чтобы не прогнуться под меня?       — Я не сказал бы лучше, — улыбнулся Дамблдор.       Снейп недовольно фыркнул и отправился на лёд — обдумывать стратегию тренировок.

***

      В это время Гарри кутался в тонкий плед, сидя в своей каморке, и все никак не мог поверить. Он в группе Снейпа. В группе лучшего тренера в их стране. Он сможет, он всего добьется.       Гарри потянулся за своим рюкзаком. Развязал тесёмки, которые заменяли ему разломанный замок, и достал пухлую, засаленную папку. Раскрыл ее, в который раз перебирая пожелтевшие от времени листки.       Гарри с тоской разглядывал потрепанные вырезки. На одной из них счастливо улыбался отец, демонстрируя миру золото Олимпийских Игр. Ступенькой ниже с выражением брезгливости на лице застыл Северус Снейп. Он почти не изменился, только складки у губ стали глубже, а волосы — еще длиннее.       Снейп знал его отца. И, несомненно, он его ненавидел. Их обоих.

***

      Гарри ждал, что знаменитый Северус Снейп раскроет ему секреты четверных прыжков, и готов был тренироваться до седьмого пота, наслышанный о его жестокости. Вместо этого Снейп отправил Гарри оттачивать перебежку и, если его след был присыпан ледяной крошкой, заставлял начинать все сначала. Снова и снова.       Малфой ухохатывался над ним, глядя, как Гарри скользит по катку словно пятилетка.       Когда же Снейп — спустя неделю! — разрешил ему перейти к шагам тройкой, Гарри готов был летать от счастья. Он пристал к Снейпу с расспросами, когда же тот позволит отрабатывать прыжки, но Снейп был неумолим:       — Поттер, я и так знаю, что в тебе есть все, чтобы прыгать. Но на одних прыжках далеко не уехать, уж прости за каламбур. Поэтому я должен понять, способен ли ты освоить то, что так беспечно проигнорировал во время своего обучения у другого тренера.       МакГонагалл тоже заваливала его критикой, комментируя буквально каждое его движение:       — Непринужденное положение рук! Вам знакомо такое понятие? Вы исполняете ласточку, а не боевого воробья.       — А что, такой есть? — заинтересовано спросил Гарри, замедлившись.       МакГонагалл рассвирепела и отправила его отрабатывать ласточку в зале.       Гарри, недовольно ворча, пошел расшнуровываться. В это время на лёд вышел Малфой и начал откатывать программу. Драко невероятно гордился, что в свои шестнадцать все еще способен вытянуть идеальный бильман. Гарри смотрел на него с завистью.       МакГонагалл гоняла Гарри просто нещадно, но его растяжка оставляла желать лучшего. Он позорно не мог даже сесть на шпагат, чем, кажется, ранил преподавательницу в самое сердце. Она помянула прекрасную растяжку Джеймса Поттера, и Гарри дал себе слово, что к концу недели он разорвется пополам, но сядет в этот проклятый шпагат.       Полюбовавшись еще минуту на отточенные движения Малфоя, Гарри отправился в тренировочный зал. Сегодня была пятница, а шпагат все еще не давался.       В зале заканчивали тянуться парники. Высокий рыжий парень кряхтел, сгибаемый железной рукой своей напарницы. Завидев Поттера, он радостно вскинулся и, вырвавшись из цепкой хватки, направился к нему.       — Ты правда Гарри Поттер? Сын того самого Поттера? — начал он, даже не представившись.       — Мой отец — Джеймс Поттер. Это тот самый?       — Приятно познакомиться, Гарри, — вмешалась девушка. — Меня зовут Гермиона Грейнджер, а этот невоспитанный тип — Рон Уизли.       — А у тебя есть, ну, ты знаешь, — Рон потеребил воздух около своей груди, а потом сделал вид, что подносит что-то ко рту и целует.       Гарри смотрел с недоумением.       — Медаль, — страшным шепотом проговорил Рон. — Ну?       — Да, я храню медаль отца.       — А дашь поглядеть?       — Рон! — одернула его Гермиона.       — Что? Я вряд ли увижу её на своей шее.       — Нужно больше работать, и тогда ты обязательно получишь свое золото. Пойдем, хватит прохлаждаться. Рады были поболтать, Гарри.       Рон оглянулся, утаскиваемый прочь Гермионой, показал большой палец и заговорщицки подмигнул Гарри.       Гарри ошарашено смотрел ему вслед. Было странно встретить людей, которые знали об отце. В его родном городке никому дела не было до фигурного катания. Любимым занятием местных были выпивка и рыбалка. Гарри всегда гордился родителями, но впервые столкнулся с теми, кто тоже считал их удивительными. Ну, или хотя бы медаль отца казалась кому-то удивительной.       Вытряхнув лишние мысли из головы, Гарри устроился на коврике, с тяжелым вздохом разминая натруженные ноги.       Время пролетело незаметно, было десять или около того, за окном царила непроглядная осенняя тьма. Гарри практически погрузился в транс, растягивая непослушные мышцы.       — Поттер!       Гарри вздрогнул и тут же болезненно дернулся. Ноги горели адским огнем, и неосторожное движение словно пустило по ним ток.       — Сколько вам повторять, тело требует отдыха. Вы не добьетесь хороших результатов, работая на износ.       Гарри поморщился и попытался встать. Снейп без слов подошёл ближе и вытянул его с пола.       — Где вы живете? Я отвезу.       — Нет, не надо! Я тут рядом, пешком дойду.       — Пешком? — Снейп скептически его осмотрел. — На утренней тренировке чтобы вас не было. Вперед.       Гарри со стоном сделал несколько пробных шагов.       Они вышли из ледового дворца, и Гарри замер, разглядывая Снейпа; тот стоял под фонарем мрачный, как всегда недовольный. В привычном черном пальто он казался продолжением теней. Снейп смотрел в ответ, искривив свои губы, нетерпеливо поигрывая ключами от машины.       Ни слова похвалы он не слышал от этого человека, и вот сейчас Снейп собрался везти его домой, просто потому что Гарри увлекся и совсем забыл про время.       — Вы в чужом городе, Поттер, — ответил на его молчаливый вопрос Северус. — Разгуливать в такое время одному — небезопасно. Не делайте из меня святого.       — Как скажете, сэр.       Дорога заняла не больше пяти минут, Гарри не врал, что может дойти пешком.       Машина замерла у длинного бетонного забора, украшенного поверху колючей проволокой. Гарри поблагодарил Снейпа и потянулся к дверной ручке.       — Это же промзона, — с подозрением проговорил Снейп. — Куда вы собрались?       — Эм-м, тут мой дом. Всего хорошего и спасибо, что подвезли.       — Стоять, Поттер. Я провожу вас.       — Нет! Я сказал, спасибо, мистер Снейп. Я пойду, — твердо сказал Гарри.       Северус не стал настаивать, только посмотрел на него недобро, и Гарри мог поклясться, он уже замыслил какую-то пакость. Гарри еще раз благодарно кивнул и припустил к огромным железным воротам, охая и ахая от боли в ногах.       Северус провожал Поттера долгим взглядом, пока его тощая фигура не скрылась в тенях.