Адская любовь

— Я знаю, мама. Она вышла наперёд из самого тёмного уголка комнаты. Каблуки звонко отчеканили каждый её шаг. — Конечно,- начала мать - я и не ожидала от тебя ангельского характера, но... - повисло тяжёлое молчание - такой тупости, Мими, я тоже не ждала. На её лице не было эмоций и от этого ставало ещё больше не по себе. Я сдавила в руках простынь, неотрывно смотря ей в глаза. Думать было невыносимо, слова, сказанные полушёпотом, я понимала только после нескольких секунд. Поднявшись на локтях, я села, мама выжидательно склонила голову набок. Я молчала и её это бесило ещё больше, даже если она этого не показывала. — Ладно... зайдём с другой стороны... Мать подошла вплотную, села на кровать и склонилась надо мной. Наши лица разделяло всего пару сантиметров. — Какого. Черта. Ты. Потащила. Сына. Сатаны. На Землю? - Прошипела она, бросив каждое слово мне в лицо. Сегодня мне доводилось видеть жестокость в глазах матери впервые. Сперва фантом, сейчас это. Я знала что она демон, знала что сама оплошала, но все равно в какой-то степени мне было больно. — Ты понимаешь, что если бы вы где-то задержались хотя бы на двадцать минут, у меня и твоего отца были бы неприятности? Внутри все опустилось. Она не переживала что со мной могло что-то случиться, она боялась гнева Сатаны. И от осознания того мне стало ещё хуже. Сперва меня накрыла грусть, но потом в груди разлилось пьянящее тепло гнева. Сон смело рукой. Мне хотелось ссоры. И к тому же. Мы из-за тебя ещё добрый час добирались назад. — Говоришь, как будто сама не применяла на Люцифере своих фокусов,- резко бросила я. Показно смягчившись она сперва немного отсела, а дальше схватившись руками за бортик кровати за моей спиной, резко бросилась вперёд, снова нависнув. — Оххх, милая... неужели ты думаешь что я бы позволила себе его мучить,- она улыбнулась - Моя глупышка, то что видел он и то что видела ты – совсем разные вещи. Подумаешь, постоял неподвижно, пока вдалеке бушевала буря. Конечно потом из под земли появились руки, что заставили его упасть, но это же пустяки. — Мне было больно! — А как же иначе? Нужно хоть как-то учить тебя. Я замолчала. — Однако как мило: ты так переживаешь за него. Аж тошно. Ты Низшая, знай своё место. — Я могу стать сильнее!- Я вскочила. Ком подступил к горлу, голос задрожал. — Правда?- Она усмехнулась, явно стараясь вывести меня на эмоции. - Тогда почему ты ведёшь себя как жалкие людишки? Сочувствие? Нет. Демонам это не нужно. Жалкие людишки? Я жалкая. Я знаю. — Переживания? Нет. Мать приблизила лицо. — Сила? Да. Ещё ближе. Её голос с каждым словом ставал тише. — Мощь? Да. Уже шептала. — Хитрость? Да. Начала всматриваться в мои глаза, просматривая сегодняшний день. Мои воспоминания крутили как на пленке, останавливаясь только на отдельных моментах. Моментах с Люци. Вот он смотрит на меня, поправляет свои волосы, склонив голову немного вниз. Вот улыбается и отводит взгляд, устремляя его в небо. Протягивает руку, помогая вылезти на ящик. Она чувствует все: как я боюсь, как радуюсь, спокойствие, злость. Она слышит мои мысли. Лицо матери было заинтересованным. Немного приоткрытый рот вдруг расплылся в злорадной улыбке. — Но в тебе нет ничего этого,- спокойно бросила она. Мать уже собралась отвести глаза, но увидела что-то новое. Колодец. И то как я отбрасываю Люцифера. Насмешливо расхохотавшись, мать закинула голову назад, я отвела лицо вбок чтобы она больше ничего не увидела. — Ох, ты всё-таки моя дочь, Мими,- дьявольский огонь затанцевал в её глазах. - Но так же и этого мягкотелого старика. Ведётся с бескрылыми вот и теряет рассудок. В воздухе зависло тяжёлое молчание. Я неспокойно заёрзала на кровати, сжала в руках покрывало и устремила взгляд вниз. Мать же выжидающе смотрела на меня. Ненавижу когда она так делает. Выставляет отца мягкосердечным и неправильным как на демона, а перед ним играет в хорошую жену. Чертова лицемерка. — Знаешь, то что ты до сих пор любишь слушать идиотские истории своего отца, не значит, что ты маленькая девочка, Мими. Посмотри на себя,- она кивнула в сторону зеркала, что стояло во весь рост справа от кровати - тебе прийдется отвечать за свои поступки. Я развернулась и мои глаза увидели сами себя. От удивления губы раскрылись на половину. В зеркале не было того кругленького личика что я привыкла видеть каждый день. За сегодня я стала намного старше. Ахнув, я вскочила на ноги. Мать все так же сидела на краю кровати. Отражение в зеркале имело продолговатое лицо, чёрные, как смоль волосы, что теперь достигали чуть ли не до пупа и очень, очень испуганный вид. — Надо тебя подстричь,- она взяла одну прядку пальцами и брезгливо откинула её. Я все ещё ошарашено разглядывала себя. Черт, а что если это снова просто фантом? Просто сон. Почему я должна верить в происходящее? Я начала судорожно думать, пытаясь найти где правда, а где ложь. Или же ещё просто несноснейшая для меня правда. Воспоминания крутились вокруг ужина и того... и того что отец не увидел что я повзрослела. — Ты врешь, это только в моей голове,- я взялась за голову, запустив пальцы в волосы, а потом закрыв руками глаза. Нужно прогнать это чертово видение. «Исчезни. Исчезни. Исчезни»,- молила я. Неспешно открыла глаза, ожидая на то, что все прошло. Но на меня снова смотрели две пари глаз. Матери и моей повзрослевшей копии. — Да, Мими, пребывание на Земле, делает нас старше. Особенно тебя, так как ты довольно таки долго просидела в аду. Стресс не идёт на пользу ни людям, ни бессмертным,- она встала с кровати. - Твой дружок наверно тоже повзрослел. Вы ведь родились в один день двадцать земных лет назад. — Но папа... папа ничего не сказал. Он не заметил. Мать закатила глаза, резко выдохнув. — Этот пьяница такой же тугодум как и ты,- она с недовольством в голосе продолжила - Заключил спор с Асмодеем и сидит, пьёт. Как будто Сатана ему поможет. — Это плохо? — Его заключат если что-то пойдёт не так. * * * Тяжело раскрыв веки, папа огляделся в поисках чего-то. — Гарсино! Чертов ублюдок! Мне нужен глифт,- вскрикнул он, а потом схватился за голову. Застолье вышло на славу. Мы все сидели за столом: я, папа и мать. Утро началось в обед. Я тревожно посматривала то на одного, то на другую. Последняя подняла свой взгляд с тарелки на меня и сверкнув глазами снова опустила его. Мы говорили с ней только вчера и сейчас я не на шутку была взволнована. Она никогда не врала когда говорила, только играла чувствами, эмоциями, реальностью. И теперь когда я узнала о споре отца из приближённым к Сатане демоном, в горло не лез ни кусок. Если он проиграет то лишиться не только свободы. Но и трона. Хотя меня пугало только первое, в отличии от матери, для которой статус и сила – было всё. — Я, кажется, убедил Сатану,- начал папа. - Мне был нужен союзник и теперь, возможно, я его получил. Мать было всегда тяжело убедить, и сейчас она знатно бесила отца. — Да неужели? Ты хочешь сказать, что Сатана, вдруг взял да и перешёл на твою сторону? Какой наивный! — Почему ты никогда не можешь порадоваться за меня? — Потому что твои идеи бредовые! Лезть на рожон, а потом искать возможности не расплачиваться. Мне надоело постоянно бояться за свою жизнь! — Ладно... Мими,- он обернул голову ко мне - ты так сильно подросла! Я даже не заметил! Мать пыхнула. Я же наконец смирилась со своей старостью. — Как будто ты хоть что-то замечаешь. Сузив глаза отец открыл рот чтобы продолжить обмениваться любезностями с матерью, но в залу вошли. Гарсино – сгорбленной старый смертный что продал души своей семьи за золото, был единственный смертный среди безликих слуг – медленно подошёл к отцу, за что получил целый выговор от него. Матерясь как сапожник, (набралась уже от людей словечек) он забрал из подноса бутылку, ловко открыл её и припал губами прямо к горлышку. — Не хватило вчерашнего?- Едко спросила мать, резко воткнув в кусок мяса вилку. — Как видишь, нет,- не менее едко кинул отец и приложил бутылку к виску. Блаженно простонавши от удовольствия он прикрыл веки и закатил глаза так, что были видны сами белки. Снова подошёл Гарсино. На подносе лежало письмо. Удивленно подняв брови доверху папа забрал его и начал трясущимися руками открывать. Гарсино не спешил уходить. — Чего тебе?- Отец отложил письмо в сторону и развернувшись в кресле непонятливо спросил - Неужели сегодня день «Не наори на чертового ублюдка Гарсино»? — Нет, нет, нет, прошу пана,- замотал головой Гарсино, кланяясь отцу в ноги - Ещё рано. Он только через три месяца. Папа перебил слугу. — Тогда что, медлительный ты кусок дерьма? Испуганно задрожав Гарсино пробормотал: — Тот кто послал письмо – в замке. Он ждёт на ваш ответ, а потом хочет поговорить сам-на-сам. Наконец открыв письмо отец даже не читая сказал: — Черт, это Асмодей, только он любит эти прелюдии. Я неспокойно заёрзала на стульчаке. Мать посмотрела на меня, мол «ну вот», а потом встала з-за стола. Натянула лицемерную улыбку. — Я на Землю, к завтрашнему обеду не ждать,- она развернулась и направилась к выходу, на что отец поднял бутылку глифта вверх, немного отпил, а потом кивнул. Дверь за матерью громко закрылась. Обернувшись к папе я негромко спросила: — Ты уже уходишь? Он мягко улыбнулся, протянул руку ко мне и взлохматил волосы. — Да, малышка Мими, но я ведь ненадолго. Асмодею нужно, наверно, что-то уладить, а потом мы можем так же спуститься на Землю, чтобы знатно наесться сладостей. Что думаешь? Гарсино все ещё стоял около стола, растягивая рот в улыбке из которой виднелись на все стороны кривые жёлтые зубы. Он выглядел так как будто это ему предлагают сегодня прогуляться. Он охотно кивал на каждое слово отца, хотя его даже ничего не спрашивали. Как странно. — Думаю что будет круто,- я обняла папу и он мгновенно просиял. — Тогда я пошёл. Сегодня все должно быть замечательно! — Нет, папа! Нет! - Я бежала, минуя рогатых демонов что равнодушно смотрели на меня. Он стоял на коленях, руками опираясь в землю й втыкал вперёд себя затуманенными глазами. На его руках были массивные цепи, лицо помятое, в кровоподтёках. Услышав мой голос папа расправил плечи и поднял голову. — Мими,- тихо прошептал он. Дорогу мне переступил какой-то Низший демон, я юркнула ему между ног, к отцу оставалось всего полтора метра. Я уже рядом, он ведь так близко. Ему больно, я вижу, я должна ему помочь. Пробежав последний метр я протянула к папе руки, с последних сил он сделал так же. Наши пальцы ухватились друг за друга, но тогда чья-то стальная хватка остановила меня и отбросила назад. Я почувствовала лёгкое щипаные в одном крыле, оглянулась: Низший вырвал горсть моих перьев, а затем резко подкинул их в воздух, они разлетелись и упали вокруг меня. — Ах ты ублюдок,- прорычал отец и кинулся ко мне, своими крыльями сперва откинув всех демонов вокруг, а потом накрыв нас ими, заключая меня в крепкие тёплые объятья. Мы оказались как будто под куполом. Как же тепло. Я уткнулась носом в его грудь, ухватилась за одежду и вдохнула такой родной запах. Руки папы гладили меня по спине, я закрыла глаза, прижимаясь к нему ещё сильнее. По папиным крыльям что-то ударило, я услышала треск. Он вскрикнул, а потом сжал челюсти. Я коснулась его лица, прижалась своей к папиной щетинистой щеке. — Не уходи, прошу, пап. Не надо,- мой голос стал ещё тоньше. - Ты мне нужен, слышишь? Он молчал. Когтистые руки демона показались над нашими головами, пробуя раскрыть его крылья, ломали кости на них. — Скажи что нибудь,- я смотрела ему в глаза но он отводил взгляд. - Пожалуйста,- прошептала. Его руки зарились мне в крылья и нашли место где осталась проплешина. Он ласково погладил нежную кожу, посмотрел вверх, а потом выдернул одно своё чёрное перо из золотом на конце и прижал его к моему крылу. Оно быстро срослось, проплешина уже пропадала. Теперь среди моих перьев было одно его. Тепло разлилось моей грудью, папа посмотрел на меня, в его глазах была огромная грусть. Он наклонился и нежно поцеловал меня в лоб, погладил по щеке. Холодные цепи на его руках дотронулись ко мне. Я вздрогнула. По его крыльях перестали бить. — Будь сильной малышка Мими,- он обнял меня крепче - ты все сможешь, я знаю. Я должен остаться, я сам оплошал. — Пап, нет,- по моим щекам потекли слезы. Я уткнулась в шею отца. — Не нужно, Мими, все будет хорошо. Не ври. Не надо. Зачем? Ничего уже не будет хорошо, я зарыдала сильнее. Внутри, начиная с груди и к позвоночнику появился холод, стало очень тяжело дышать. — Вернись, вернись ко мне,- хрипела я. Он снова молчал. Почему? Скажи мне ещё что-то. Молчит. Прошу. Скажи. — Я рядом Мими, только позови,- прошептал. Он отстранился, посмотрел мне в глаза, увидел влажные ручейки на лице и начал протягивать руку чтобы вытереть их. За шею папы ухватилась рука в кожаных перчатках и подняла его вверх. Я упала на землю, протянула руку пробуя взять отца за пальцы и не дать его в их лапы. Крылья разомкнулись, папу поволокли спиной по полу и чёрные пёрышки вымазались в пили. — Хватит,- крикнула я. - Не надо. Я бросилась к нему, на пути у меня встал долговолосый высокий демон. Он безразлично посмотрел на меня, сел передо мной на корточки и взял за подбородок. — Малышка Мими,- он как будто пробовал слова на вкус - как мило. У него были ярко голубые глаза, алые губи и темные волосы. От него веяло чём-то непонятным. Какие-то новые чувства нахлынули на меня. Хотелось... обнять его?... Черт. Нет, нет, нет. Я замотала головой. — Я тебе аж так противен?- Невинно спросил демон и приблизил своё лицо к моему. - Что же это легко исправить. Его глаза засверкали, в них заплясал огонь. — Асмодей! - Я услышала дикий рёв отца. - Не смей её трогать, похотливый ты засранец. Асмодей встал на ноги, отпустил мой подбородок и отошёл в сторону. Я увидела отца. Как же его избили! Крылья связали, тело опутали цепями. Он еле держался на коленях. — Оххх,- выдохнул демон - какая забота. Но Мими ведь сама этого хочет. Бросив на меня взгляд он спросил: — Так ведь? Нет, о Шепфа, какого черта. Нет! Мими не смей даже думать иначе. — Да,- вырвалось у меня против воли. Нет. Нет, идиотка. — Вот видишь? Я хорошо развлекусь с ней, Маммон, можешь даже не сомневаться. Заливистый смех Асмодея заставил меня вздрогнуть. Папа с ненавистью смотрел на него, висел на цепях подавшись вперёд к Асмодею. Демон подошёл к нему в плотную. — Сколько ей? На вид уже одиннадцать, хотя ещё неделю назад и пяти не дашь. Ну ничего, возраст ведь это лишь цифра. Асмодей снова рассмеялся. Папа плюнул ему в лицо. Не отрывая взгляда от него Асмодей вытер слюну рукой, снял перчатку, а затем ударил ею. По зале разлетелся звонкий хлопок. — Уводите его,- металическим голосом бросил Асмодей и обернулся ко мне. — Мими, беги,- в отчаянии крикнул папа. И я побежала, но не к выходу, как этого хотел он, а прямо к нему. Но папу поволокли за вторую дверь, и я со всей дури напоролась на неё. Асмодей сделал знак рукой, вся его свита в один миг исчезла. Я рыдала под дверью, свернувшись калачиком и закрывшись крыльями. О, Шепфа, почему ты забираешь его у меня? Пожалуйста не надо. Прошу. Жгучие слезы расплывались влажными каплями по одежде, скатывались на землю и терялись в перьях. Меня трясло. Дышать было тяжело, я задыхалась. — Какая картина, но увы мне тебя не жаль,- ко мне донёсся бархатный голос Асмодея. Он медленно подошёл и положил руку мне на голову. Я скинула её, резко взлетела, но Асмодей схватил меня за ногу и потянул вниз, притягивая к себе. - Я люблю игры, Мими, но вот полюбишь ли ты мои, я не знаю. Губы Асмодея искривила пошлая ухмылка. Я попятила назад, стала на ноги. Асмодей начал дышать быстрее. Его взгляд блуждал по всему моему телу. Я уперлась спиной в стену, рука демона начала вытирать мои слезы. — Ненавижу грустные лица, все удовольствие пропадает,- он взял меня за щёки и растянул губы в улыбке. - Так вот лучше. Снова осмотрел мое тело, его пальцы задрожали от предвкушения. Асмодей поднял мой подбородок и начал всматриваться в зрачки. — Мммммм,- протянул демон - а ты папина дочка, Мими. Раздевайся. Я сглотнула ком в горле. Бежать некуда, отец в темнице, нужно ли сопротивляться? Я нахмурилась, сильнее вжалась в стену. Асмодей резко взял меня на руки и понёс в конец зала, вынес в коридор, нашёл отцовскую спальню, открыл её с ноги и бросил меня на кровать. Я вырывалась но все мои попытки оказались тщетными. — Знаешь, а выходит я был прав тогда,- Асмодей замолчал. - Твой отец таки здорово кричал,- прошептал он мне на ухо. Перед глазами снова возник военный лагерь, молодой солдат Микки, Люцифер и Адольф. — Ты... «Интересно насколько сильно он будет кричать?» — А как же, милая. Асмодей разлёгся на чёрных покрывалах. Снял з себя рубашку и откинул её в сторону. — Раздевайся,- повторил Асмодей хриплым голосом. Я замотала головой, обхватила себя руками и закрылась крыльями. — Оххххх, я не хочу тебя раздевать сам, будь хорошей девочкой, Мими. Давай же, нечего меня стыдится. — Да пошёл ты. Демон усмехнулся. — А у тебя есть зубки. Мне нравится. Ты станешь хорошей дьяволицей, но лучше со мной не портить отношения. Твой отец в эту сотню лет не увидит твоего милого личика, Мими, а я могу помочь тебе стать на ноги. Маммон – идиот. Но ты не должна от этого пострадать. Услуга за услугу. Снова сверкнув своими глазами, Асмодей ждал на мой ответ. В голове пронеслась мысль: что если он прав? Его голос шептал внутри моей голови, хотя Асмодей даже не раскрывал уст. «Соглашайся». Вязкая энергия, такая приторно сладкая, начала подавлять мою, связываясь с ней в одну нить. Стало очень жарко, странное желание обнять демона снова завладело моим разумом. Перед глазами был туман, чётко я выдела только лицо Асмодея, его чистые глаза, бархатную кожу, алые губи, которые искривила белозубая улыбка. Но закрыв глаза я повторила: — Иди к черту. — Ладно...- прохрипел Асмодей и повалил меня на кровать. Его руки нащупали тонкую ткань моей одежды. - Интересно почему на тебя не действует моя сила? Хотя... это уже не важно. Поднял на ноги. Резкими движениями он разорвал все, превратив в лохмотья, что слегка зацепившись за кожу, упало на землю. Асмодей распахнул мои крылья, оглядел тело, а потом их, и увидев одно отцовское перо весело расхохотался. — Охххх, Маммон Маммон,- цокнул языком - что же будет если я его вырву? Протянув руку и ухватившись за перо он резко отдернул её. — Вот старый черт! - На пальцах начали надуваться пузыри, кожа слезла с красных ожогов. Терпя боль он снова посмотрел на меня. — Убирайся вон. У нас ещё будет очень много времени,- сказал Асмодей, скрежа зубами и замышлено добавил - И к тому же, ты слишком мала. Мне не нужно было повторять дважды. Я чувствовала себя грязной, каждое касание Асмодея оставило на мне невидимый ожог. Я обошла демона, вышла в коридор и ушла из замка. Сухой ветер осушил мои слезы. Кожа была стянута солью. Водоворот. Он затянул меня в нутрь, прокрутил как в мясорубке и выбросил посреди леса. Я пошла прямо. Озёрная гладь была совершенно спокойной. Серебряный свет луни кидал на воде отблески. Деревья бросали тёмные долгие покрученные тени. Я вдохнула хвойный аромат, сошла с влажной травы на болотистый берег. Неприятно чавкнуло, стопы погрузились в редкое месиво. Мои руки и оголенные плечи дрожали. Каждый выдох сопровождался паром изо рта. Вода была ледяной, но мне было все равно. Я даже не пыталась согреть себя с помощью силы. Да и зачем? Я вошла в воду по шею, остановилась, слушая непрерывную песню цикад и сверчков, огляделась: вокруг было темно, ветер гулял между стволов деревьев. Я склонила голову вниз, разглядывая своё нечёткое отражение, которое постоянно дрожало. Ещё старше. О, Шепфа, сколько же мне сейчас? Наверно тринадцать. Когда вернусь и вовсе будет шестнадцать. Ну и пусть, я и так уже слишком долго оставалась в теле ребёнка. В семнадцать уже буду стареть только от постоянного пребывания на Земле. Поэтому не страшно. Так даже лучше. «Его рука держала меня за подбородок, пока другая сжимала запястье. Я чувствовала вязкую и сладкую, как будто мёд, энергетику демона, что проникала внутрь меня через его прикосновения и опьяняла мой разум...» Черт, я все ещё слышала его голос. Коснулась кончиками пальцев к вискам. Моё тело дрожало, плечи затряслись, когда их обдал холодный ветер. На запястье были красные следи от цепких пальцев Асмодея, я потёрла место второй рукой, опустила в воду. Болеть начало только сейчас. «Раздевайся.» Я закрыла глаза, а потом нырнула вниз. «Он стоял на коленях пока его били по позвоночнику с ноги, пиная на пол. На шее затягивали петлю, руки заключали в цепи. С его лица скатывался крупными каплями пот, вперемешку с кровью. Он хрипел. На щеке был глубокий порез, губа разбитая, несколько мелких царапин усеяли лоб...» — Папа!- Начала я кричать сквозь толщу води. Я не услышала своего голоса, только сдавленный вопль. Сквозь открытий рот к поверхности поплыл большой пузырёк с воздухом, куча мелких – с носа. Обхватив себя руками я начала опускаться на дно, села на нем. «Выдернул перо и приставил к моему крылу...» Интуитивно зарилась в тяжёлых от води перьях руками. Нащупала его перо. Я должна быть сильной, но не сегодня. Прости пап, я слишком слабая. Плакать уже не было чем, воздуха в легких почти не осталось. Я оттолкнулась от илистого дна. «Руки рвали ткань, касались моих плеч, рук, оснований крыл. Прочертили линию от шеи к ключице...» Глоток морозного воздуха обжег горло. — Хватит,- я впилась ногтями в свою спину и начала расцарапывать каждый сантиметр кожи, где меня касались руки Асмодея. Мне казалось, только так я смогу отмыться от этого. Вода вокруг меня стала металической на вкус. Тяжёлые крылья потянули меня на дно. Отхлебнув немного води, я все также превращая себя в месиво окунулась с головой. «Я хорошо с ней развлекусь...» Боли нет. Я слышу его голос. «...будь хорошей девочкой, Мими.» Заткнись. Ногти оставили отметины в форме полумесяца на шее и ключице. «...полюбишь ли ты мои игры?» Хватит. Я задыхалась, спину изрешетили красные полосы из которых сочилась кровь. Глаза зажмурены, челюсти сжаты, а губи наоборот – были широко распахнуты. В голове постоянно я слышала смех. Его смех. Он смеялся, пока я беззвучно кричала в воде. Он смеялся, пока я кусала себя за губы и впивала ногти в спину. Он смеялся, пока я начала судорожно напиваться водой. Он смеялся. Смеялся. Смеялся. Новый глоток воздуха привёл меня в чувства. Волоча за собой полные води крылья я вышла на берег. Кровь струилась по моему телу, я посмотрела на свои руки, они так же были в крови. На запястье кожа была содрана. Протянув ноги несколько метров я почувствовала боль. Ступив на влажную мягкую траву я упала набок и зарыв пальцы в волосы, закрыла глаза. Тянуть крылья не было сил. Тело болело. Тихо скуля я начала ждать, постоянно содрогаясь от холода, пока все заживёт. Ветер свистел, стонал, витая между деревьями. Пение цикад и сверчков закончилось, было едва слышно как шелестит трава. И моё мычание. Вода скатывалась ручьями на землю, а с ней и моя кровь. * * * Пустой бокал разлетелся на осколки, ударившись об стену. Посыпалось стекло, разлетелось по комнате. Я резко отпрянула. — Чертов идиот! - Истеричный крик моей матери, больно бил меня по барабанным перепонкам. - Что мне теперь делать? Вот скажи, Мими, что?- она бросила взгляд полный безумия, пока её рука искала что бы ещё бросить в стену или уничтожить. Схватив бутылку с глифтом, она так же разбила её. На пол потекло синее пойло, я стёрла несколько капель что попали мне на лицо. — Ну скажешь, а?- Спросила мать, сдавливая в руке второй бокал. Я молчала, смотря на носки своей обуви и содрогаясь каждый раз как что-то с треском разбивалось. — Нет, вашу мать, мне никто не скажет. Костяшки на её пальцах побелели, она судорожно сжала их – и хрупкое стекло треснуло. Осколки впились в руку, потекла кровь. Даже не поморщившись, мать посмотрела на неё, а потом начала вытаскивать их. Один за другим они падали на пол, кровь текла ручьём. Рваные рани начали затягиваться. Вскоре кроме лужи крови и окровавленных осколков ничего не осталось. Мама прислонилась спиной к стене, а потом медленно сползла на пол. Закрылась крыльями, обхватила руками колени, дальше лицо и начала плакать. Я несмело подошла к ней. — Мам,- позвала. В ответ услышала только тихие всхлипы. Подошла вплотную, потянула на себя одно её крыло и прижалась к ней. Одна рука матери обхватила меня и обняла. — Что я могу сделать, мам? Она зарыдала сильнее, вжимая лицо в свои руки, а потом резко вскочила. В её глазах загорелся огонь. — Узнай в сына Сатаны как нам освободить его,- она серьёзно посмотрела на меня, втирая свои слезы. Я отпрянула. Коснулась отцовского пера. — Но... — Ты должна, Мими. Ты должна. * * * — Если хоть кто-то узнает что я здесь, мне сильно попадёт,- Люци беспокойно поправил воротник на своей рубашке. «Я должна». Сейчас мы стояли в тридцати сантиметрах друг от друга на дне колодца, еле умещая свои громадные крылья. Голова Люцифера стремилась над моей, он знатно вырос. Мы не виделись где-то с две недели, но сейчас я едва узнавала эту шпалу с глазами и голосом Люци. «Я должна». В темницу к папе меня не пустили, мать с каждым разом все дольше и дольше пропадала на Земле. Глифт стал для неё всем: завтраком, обедом и ужином. В день она смеялась, постоянно находясь в весёлом настроении, а по ночам уничтожала батарею из бутылок что собирались возле кровати и стола. Я всё так же пропадала в мире смертных. Скиталась по горам, бегала по полянам, ночуя прямо под открытым небом. Иногда гуляла в городах. Иногда залазила в чужой дом, опустошая запасы еды и ночуя в теплоте, когда на улице была непогода, а в аду мать, с целью убыть каждого кто попадётся под руку. — Я быстро,- сказала - ты слышал о моём отце? Люци пожал плечами. — Слышали все, но ничего конкретного. Его заточил Асмодей и заточил надолго. Молча кивнув я устремила свой взгляд вниз. На дне колодца было довольно таки темно. Я едва видела свои ноги. Запах сырости заставлял чихать меня почти каждую минуту. — Ты очень вырос,- несмело начала я. — Да... - согласился Люци, а затем добавил - Мой отец очень обрадовался что я повзрослел и теперь я тренируюсь с ним каждый день по несколько раз. Он готовит меня к школе. Говорить с ним было очень тяжело для меня. Чувство того что я собираюсь использовать его разрывало душу на части. — Все хорошо?- Спросил он, заметив как я ещё больше опустила голову й удушено выдохнула. — Нет, вообще нет,- я едва выговорила эти слова, чувствуя как глаза наполняются влагой. Мой голос дрожал. Ничего не говоря Люцифер крепко обнял меня, одной рукой обхватывая под основанием крыльев, а второй гладя по голове, плечам, спине. Успокаивающе покачиваясь он посмотрел вверх, в красное небо, я зарилась лицом в его шею. Слушая размеренное дыхание парня, биения сильного сердца я постоянно содрогалась, всхлипывая и портя своими слезами ему рубашку. При каждом вздроге, Люци всё сильнее прижимал меня к себе. — Я могу тебе помочь?- Тихо спросил Люцифер. «Да. Да, черт возьми. Но я не хочу использовать тебя. Не могу, хоть и должна. Должна поступить как демон? Как хорошая дочь? Я хочу и не хочу одновременно.» «...почему ты ведёшь себя как жалкие людишки?» «Черт, конечно я жалкая. Я знаю, спасибо, мам.» «О, Шепфа, прости меня, Люци. Мне нужен отец. А ты... я почти не знаю тебя. Если я вытащу отца, я буду хорошей дочерью, я заслужу любовь матери. Я ведь ничего не потеряю? Тогда почему я чувствую себя так паршиво?» Успокаивая себя идиотскими мыслями я ухватилась руками за его шею. — Не знаю,- выдавила из себя, говоря прямо в грудь Люци. Он всё также гладил меня по плечам, а затем отстранился, поцеловал в лоб и вытер ручейки солёных слез. — Я сделаю всё, что будет нужно.