Адская любовь

Минуя уже третий пролёт я тщетно пыталась найти свою новую комнату. Первый день в школе, а я понятия не имею, что здесь делаю. Мать отправила меня почти насильно, а отец, к которому меня едва пустили, только поддержал её идею. Я не хотела сюда, не хотела знакомится с напыщенными ангелами, или вспыльчивыми демонами, но ещё больше я не хотела встретиться с НИМ. Тогда, какзалось, прошло не мало времени, но чувство вины до сих пор не давало мне спокойно жить. Хоть и по факту я не была ни в чем виноватой. Чертов Гарсино! Чертов маленький гадкий ублюдок, что признал в мне главного информатора Низших. Это его вина! Его! Я злилась. На себя, на Гарсино, и даже на него. Ведь я объясняла. Я честно говорила правду, и искренне думала, что после всего, он не отбросит меня. Но он мне не поверил и никогда уже не поверит. Хоть мы и помирились, общения у нас больше не вышло, да и как бы вышло, если после погрома в тюрьме его больше почти не выпускали из замка. Да, он иногда сбегал, а потом очень сильно за это платился. Но даже это я узнавала не от него. Тренировки, тренировки, тренировки! Но ещё больше наказаний, побоев и боли. Тюрьму восстановили очень быстро, а после этого ещё быстрее заставили поплатится Низших за войну. Никто даже не выстраивал стратегий: просто выступили всеми силами – и кровь Низших сделала землю ещё краснее. Гарсино тоже подох, как жалкий червь, до конца молящий о пощаде, и поя дифирамбы Сатане, делая нашу семью главным виновником всего. Мы снова пали в статусе, но так как моя мать, уже пришедшая в былую форму, ещё не раз доказала свою верность власти, мы потихоньку стали на ноги. На Землю я больше не ходила: нельзя было позволить себе повзрослеть, но тренировки у меня всё таки были. Я не была сильна, но ловкость это очень даже хорошо компенсировала, настолько, что спустя время я смогла не проигрывать в бою с непонятными тварями в видениях от матери. Дар я так и не смогла в себе открыть, что очень даже огорчало мою мать и отца, и тогда они решили, что именно школа поможет мне это сделать и не позорить уже немного подбитую честь семьи. И что же, я в школе! И вот, кажется, была моя дверь. Я вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Запах табака ударил мне в лицо. Дым клубился под самый потолок. Вокруг было не очень светло, единственное окно скрывалось под цепкой тканью штор. В сером облаке виднелся тёмный силуэт что раскинулся в кресле с отведенной вбок рукой, между тонких пальцев горела искорка, голова была повернута влево, ноги перекинуты одна через одну. Я точно там где мне надо? Что за спектакль? Но мне это не удалось узнать. Рука потянулась к голове – и туман вокруг силуэта стал ещё гуще. Ноги разомкнулись, голова повернулась ко мне. Искорка упала к ногам и сразу же погасла под массивным кожаным ботинком. Поднявшись с кресла силуэт расправил крылья, дым в тот же момент бросился в разные стороны открывая сперва лицо, а потом и остальное тело демонессы. Лёгкий туман быстро развеялся. — Ну привет, солнышко,- немного хрипловатый голос полностью соответствовал своей носительнице. Что же, как по мне – очередная стерва. Её тёмные волосы едва касались плеч, небрежно заложены за уши, карие глаза отдавали холодным серебряным блеском. Лицо худое, отчётливо виднелись скулы. Она легко прикусила нижнюю губу, осматривая меня с ног до головы. Красная свободная рубашка была расстёгнута на две пуговицы и открывала вид на чёрный топ, рукава были подкачены немного ниже локтей. Заправлена в чёрные брюки, что заканчивались на талии. На долгих ногах – армейские кожаные ботинки. Она театрально, но от этого не менее грациозно поклонилась, волосы упали ей на лицо. — Арги,- представилась девушка, протянув правую руку, с массивными перстнями на них. На запястье – несколько кожаных браслетов и серебряных цепей. Они звонко звякнули. Я протянула ей руку в ответ. — Мими,- Арги немного опустила голову, холодный метал исчез из её глаз. Белозубая улыбка девушки, заставила меня непроизвольно улыбнуться самой. Арги подошла ко мне почти в плотную, я в ожидании сигаретной воны непроизвольно задержала дыхание, дёрнувшись назад. На долго меня не хватило и я громко выдохнула, чем заставила бровь демонессы изогнуться и слегка возвысится над второй. Судорожно ухватив носом воздух, я почувствовала приятный запах корицы, что исходил от девушки. От неожиданности меня передернуло. Арги поняв всё без слов заливисто рассмеялась. Её смех был очень приятным, я почему-то отвела взгляд в сторону. Но мне очень хотелось слушать и слушать его. Арги сперва показалась холодной, стервозной девушкой, но сейчас я уже и сама в это не верила. Хоть и перегрызть мне горло она точно могла. — Прости, я просто не привыкла,- начала оправдываться я. Это так было странно, какого черта я вообще оправдывалась перед ней? Хотя она меня пугала. Закончив смеяться Арги перебила меня: — Ничего, не каждому нравится,- она подошла к занавескам и распахнув их, открыла окно. Золотистые лучи солнца наконец-то проникли в комнату и нормально осветили её. Запах табачного дыма теперь полностью исчез, легкий ветерок принёс как-то сладкий аромат цветов. Интерес Арги ко мне пропал ещё быстрее, чем дым из комнаты, и пока я разглядывалась по сторонам, она уже полностью была погружена в свои мысли и дела, а меня как будто и не было. Хотя это даже к лучшему. Но комната мне понравилась. Она была как будто поделена на две ровные части. На одной, левой, было видно что кто-то живёт, а вот моя оставалась девственно нетронутой. На части Арги располагалось окно, на подоконнике которого она сейчас сидела читая книгу и иногда бросая на меня беглые взгляды. Я медленно поплыла к своей кровати и только тогда меня наконец снова заметили. — Ла-а-адно,- протянула Арги, оборачиваясь ко мне и взвесив ноги - у тебя сегодня есть уроки? Я могу провести тебя куда надо, если хочешь. — Правда? Это было бы круто,- я раскрыла свой чемодан и распрямилась, улыбнувшись Арги. Она кивнула снова уткнувшись в книгу. - Только я не знаю есть ли они у меня. — Тогда я об этом тем более не знаю. Ну, а вдруг? Я пожала плечами ложа одежду в шкаф. Здесь их было два: один стоял на части девушки, книжный, а второй с одеждой на моей. Заполнены они были ровно на половину. Я несмело зашла на часть Арги, открыла книжный, хоть у меня и не было своих книг, и начала разглядывать не маленькую коллекцию демонессы. Большинство – это книги взятые снизу. Для учебы было всего несколько грубых томов. Я прошлась пальчиком по переплётам, мысленно читая названия. — Возьми себе что-то если хочешь,- тихо, не отрываясь от исписанных страниц, сказала Арги. Я ничего не ответила. Арги вдруг снова (да-черт-тебя-подери) включила отчуждённость и цепляться к ней я не хотела. Она не обязана быть со мной лучшими подружками. Ладно что хоть не ведёт себя как стерва. И на этом спасибо. (Но ещё не вечер) Моя рука остановилась на книге с красной обложкой. Она была знатно потёртой, некоторых золотых букв в названии не хватало. Я аккуратно вытащила её с тесных объятий соседних книжек, что, наверно, облегченно выдохнув, теперь лежали одна на одной. «Р-ро-м-ео и Дж-у-льетта»,- прочитала я, немного запинаясь на недостающих буквах, и всматриваясь во впадины от них. — Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте,- мечтательный голос заставил меня обернуться, крепко держа книгу и прижимая её к себе. Арги снова улыбалась. — Прости что?- Немного испуганно спросила я. Все так же театрально закатив глаза и вздохнув, Арги соскочила с подоконника, оставив на нем своё чтиво, и подошла ко мне. Каждый шаг по светлому мрамору был тяжелим. — Она так начинается, Мими. Ромео и Джульетта. С этих слов. Я тупо кивнула. — Ты помнишь начало каждой книги?- Заинтересовано спросила, снова рассматривая обложку и страницы книжки. — Охххх, солнышко, ну это же классика. Грех не помнить. — Классика? — Да, Вильям Шекспир. Его пьесы до сих пор ставят в театрах. Черт, почему я чувствую себя идиоткой. Арги что-то говорит, а каждое третье слово для меня незнакомое. Театр? Что это твою мать такое? А пьесы? Классика? Единственное что я хоть как-то поняла это имя. Вильям Шекспир. Хоть что-то людское. Глупо улыбаясь я решила не спрашивать её об этом, но заметив в моих глазах растерянность Арги сказала: — Прости, черт, ты наверно и на Земле толком не была,- Арги отвела взгляд в сторону и мельком облизала сухие губы. - Театр это такое большое здание, где актёры играют свои роли. Из пьес. Там нету каких-то описаний, только диалоги и действия. Ничего лишнего. Ладно, хоть не насмехается с меня. Но я также почти ничего не поняла. — Нет, слушай, я не объясню тебе нормально. Это всё надо видеть,- у Арги загорелись глаза. - Ты просто должна сходить со мной в театр. Я не потерплю возражений. — Да, хорошо,- я активно закивала головой, (о Шепфа почему ты меня так пугаешь?), а потом отошла назад, Арги резко, но нежно схватила меня за голову. Я уперлась крыльями в стеклянную дверцу шкафа. Арги отпустила мою голову и она почти сразу же коснулась макушкой холодного стекла. По моему телу пробежался разряд страха, от позвоночника, заканчивая в пучках пальцев. — Аккуратно, давай без попыток самоубиться ещё к началу твоей учебы здесь. Ты пообещала мне театр, помни об этом, солнышко. Дверь резко открылась и легко закончила свой путь, со стуком отскочив, а потом упершись в стену. Любезность Арги мгновенно сменилась на раздражение, обернувшись на самих каблуках она обозлено выпалила: — Какого придурка сюда принесло? Стучать не учили? Он стоял в проходе, с под лба рассматривая меня. Чёрная рубашка была немного тесноватой, широкие плечи, крепкий торс, на шее появились татуировки. Я бросила на него беглый взгляд и сразу же опустила глаза, заинтересовано смотря на носки своей обуви. Вау, а я хоть когда-то замечала то что она чёрного цвета? Люцифер выгнул бровь и бросил на Арги холодный взгляд. Интересно, ответила ли она ему тем же? Хотя не думаю, он ведь сын Сатаны, ей по статусу не положено. Стоп. А какой статус у Арги? Я не могу прочувствовать её энергию, как без особих усилий делала с другими ангелами, демонами или даже с Непризнанными. Кто она такая? Из мыслей меня вывел голос и чувство того как меня сверлят глазами. — Ну привет, малышка Мими. И меня снова захлестнула надежда. Ведь он ко мне? Ведь так, ведь я ещё хоть что-то значу? Я хотела бросится ему на шею, но ровно до того момента как он продолжил говорить.