be mine

      Погода в Сеуле сегодня была, на удивление, очень пасмурная, так как только вчера обещали, что весь день будет светить яркое солнце и будет невыносимое пекло, так что стоило бы запастись прикрытием для головы, дабы избежать солнечного удара. Всё утро и по сей момент льёт дождь, капли бьют по школьным окнам, скатываясь вниз и вырисовывая необычные узоры. Ветер дул с такой мощью, что, казалось, деревья и все стоящие здания вот-вот рухнут. Молнии сверкали чуть ли не каждую секунду, а гром гремел так, что даже человек в дорогих наушниках, слушающий на полную громкость музыку, мог спокойно услышать его. В помещении было довольно прохладно, отчего школьники поёжились, укутываясь кто во что: в плед, который взяли из дома, в шарф, который до этого они повязывали на шеи, кто-то надел куртки. А кто-то пытался согреться, прыгая и устраиваясь поудобнее в объятия знакомых. Таким был Феликс, который считался самым тактильным из тактильных. И если тот постоянно вешался на своего бедного лучшего друга Джисона, которому отдавал всё своё тепло, ласково ёрзая щекой по плечу, то рядом стоящие Сынмин и Чонин лишь вздыхали, наблюдая за ними. Чонин предпочитал духоте и жаре холод и ветер, дождливую погоду, потому что именно тогда ему хочется начать заниматься делами, которые он откладывал в долгий ящик со словами «Потом сделаю», хочется спокойно дышать. А Сынмину было просто наплевать, какая погода была сейчас или будет потом. Он привык жить тем, что ему преподносят, не жалуясь на такие мелочи, от которых его жизнь никак не изменится. — Я слышал, что сегодня старшеклассники устраивают вечеринку, — Ликс было начал уже лепетать о предстоящем мероприятии, как был перебит Мином: — И мы туда не пойдём. — Ну Минни-и-и, — жалобно протянул Ли, ноя прямо под ухом Сона. — Нет. Ты помнишь, чем закончилась прошлая вечеринка? — Ну я же добрался до дома. — Ты добрался до дома только благодаря Чонину, который приехал к тебе почти под утро, к тебе, пьяному эгоисту, который пошёл туда один. Ты выглядел, как грязная шлюха, которую сняли на ночь. Хочешь, чтобы это снова повторилось? — Я с ним не трахался вообще-то, — буркнул веснушчатый, отводя глаза в сторону. Он помнит. Всё помнит. — А мог бы. Так что нет. Мы не идём, и ты не идёшь. — Ну Минни, я так хочу посетить её. Нини, скажи ему, — Ликс знал, что против Чонина Сынмин не попрёт, потому что любил младшего и не мог ему ни в чём отказать, сам не понимая, в чём кроется причина этого. — Ну, вообще-то... — Ин хочет придумать отмазку, но врать получается у него очень плохо. — Ладно. Я пойду, но только для того, чтобы присмотреть за тобой. — Ура-а-а! — веснушчатый оторвался, наконец, от Хана и подбежал к Яну, крепко прижимая к себе. — Я знал, что ты согласишься! — Не делай глупостей, Чонин. Откажись прямо сейчас, — Ким недовольно посмотрел на двух обнимающихся друзей. — Прости, но уж лучше так, чем потом посреди ночи он будет названивать мне, будя не только меня, но и моих родителей, чтобы я приехал и забрал его, потому что ему очень-очень плохо. А вы не пойдёте? — Ой нет, все эти вечеринки – полная бессмыслица и пустая трата времени. Я лучше делом займусь, чем буду посещать такие грязные мероприятия, — Мин не любил большое скопление людей, предпочитая находиться в компании спокойных и умиротворённых людей. Один лишь Ликс отличался от всех. Он был энергичнее и активнее всех. Как он попал в их компанию – остаётся загадкой. Или нет.

***

      Бегая по школьным коридорам, первоклассник старшей школы Ли Феликс, который приехал из Австралии учиться в Южную Корею, сталкивал всех мимо проходящих, попутно бросая непонятные фразы на корейском. Да, его корейский был плох, но Ли был полон решимости и уверенности, поэтому в первый же день учёбы побежал заводить друзей.       Ему отказал первый, второй, третий, десятый, а после Ликс отчаялся совсем. Он никогда бы не подумал, что начинать общение с кем-то будет так тяжело. Выйдя на школьный двор, веснушчатый заприметил брюнета, который сидел за книжкой под школьной сакурой, недовольно морщившись, когда лепестки дерева падали ему то на нос, то на рукопись, закрывая буквы, из-за чего чтение приходилось на время приостанавливать. Буркнув под нос что-то типа «Была не была», Ликс подбежал к парнишке. — Привет, — на ломаном корейском начал Ли, а тот брюнет лишь непонятливо поднял глаза. — Я приезжий. Меня зовут Ли Феликс. Буду рад знакомству!       Если честно, то тот парень и половины из сказанного не понял. Ликс настолько сильно проглатывал слова, что что-то разобрать было почти невозможно. Видя, как тот замешкался, веснушчатый перевёл на английский: — Привет. Я приезжий. Меня зовут Ли Феликс. Буду рад знакомству! — Привет. Это понятно, у тебя корейский... ну... в общем... — Он очень плох, я знаю. Как тебя зовут? — Ликс был так настойчив и резок, из-за чего брюнет немного наклонился назад. — Джисон, — пробубнил себе под нос парень. — Как? — Хан Джисон.       После того, как они познакомились, Феликс стал таскать его везде за собой. Хан был очень неуверенным мальчиком (хотя по сей день особо ничего не поменялось), поэтому заводить новые знакомства было тяжело. Ли как узнал, что в школе есть какой-то супер классный отличник, то сразу побежал к нему, дабы умолять его помочь подтянуть корейский, потому что то, как объяснял ему Сон, он не понимал. Тем самым отличником был Сынмин, а Ликсу повезло, что в этот момент он стоял с Чонином (друзья с детства), который и уговорил Кима помочь несчастному.

***

— А что насчёт тебя, Джисон? — Ин уже не знал, куда себя деть. Если он поедет один, то не мала вероятность, что Ли, бросив, уйдёт от него. Присматривать одному тяжело. Сынмин отказался, может, есть надежда на Хана? — Нет. Я лучше книжки почитаю дома. Как раз вчера в библиотеке взял новые, сюжет такой интересный, — наверное, среди этой четвёрки Сон был самым спокойным, не вступающим ни в какие конфликты, чем нравился Сынмину. Как друг. Только как друг. — Вот, адекватный человек, который не гадит временем, а саморазвивается в отличие от вас, оболтусов, — Ким довольно покачал головой, будто сказал сейчас что-то супер остроумное. — Пожалуйста, Сынминни, Джисонни, поехали с нами. Я один не продержусь, — Чонин всё ещё надеялся. Всё ещё. — Чонин, ты сам выбрал такой путь, так что будь добр, не ной и не жалуйся, и так тошно. — Минни злюка! — прикрикнул Ликс, легонько давая кулаком по плечу Кима. — И вообще, раз вы не идёте, то я на вас обиделся! — Понятно. И пяти минут не пройдёт, как ты вешаться на нас будешь, — Сон слишком хорошо знал своего друга, поэтому не видел смысла упрашивать Ликса простить его за... а за что? — Неправда! — Ну вообще-то, насколько я помню, то кто-то буквально вчер... — Хан бы договорил, если бы кто-то грубо не толкнул его плечом, проходя мимо, отчего парень пошатнулся, почти сталкивая с ног Ликса с Ином. — Нужно смотреть, куда прёшь, козлина, — цыкнул Мин, подходя к друзьям, спрашивая, всё ли с ними в порядке. — Чё сказал? — немного низкого роста парень из другой компании начал приближаться точно к Сынмину, сокращая в мгновение между ними расстояние. — Чё слышал. — Стойте-стойте! Ребята, давайте успокоимся и просто спокойно разойдёмся по своим делам, — Ликс встрял как нельзя кстати. Эти двое постоянно ругались по мелочам. Сынмин говорил, что погода не мешает ему жить. Зато этот парень точно мешает. — Чанбин, Сынмин, угомонитесь. Просто неудачная стычка. Джисон в порядке. Правда, Джисон?       Джисон молчал. Просто стоит и молчит. Причина, по которой Сон за всё это время не оборонил ни слова – Ли Минхо, которого он боялся, как говорят его друзья, «до усрачки». С самых первый дней Ли провозгласил себя тем, кто будет здесь командовать, собрал себе шайку таких же недоумков, и теперь они шастают по школе, задирая, унижая и оскорбляя тех, кто не понравится им. И если Чанбин и ещё два парня из их компании никак не относились к Хану, просто не замечая его существования, то Хо просто не мог пройти мимо, ничего не сделав. Собственно, в чём провинился сам Джисон? А ни в чём, по сути то. Просто Хан считается мальчиком-зайчиком, паинькой, занудой, который сидит за своими скучными книжками, не ходит на вечеринки, ведёт себя чересчур спокойно, будто совсем не умеет веселиться. А Минхо не любит таких. Минхо не любит простых людей, которые строят из себя уравновешенных. Минхо не любит, нет, его бесит, когда эти люди жуют сопли и ничего не могут ответить на очередное дерьмо, которым их полили с головы до ног на глазах у всех. Минхо бесит, когда люди пытаются быть спокойными. Минхо бесит, что ему не грубят. Минхо бесит Джисон.       А Чонин замер. Причина была не в том, что ему страшно или что-то подобное. Он не испугался ситуации, не испугался людей. Он не боится и готов драться, если надо. Но словесно победить он точно не сможет. Всё потому что есть то, что он скрывает, почему не может ответить, почему не может пошевелиться тогда, когда это необходимо, почему он стоит. Тайна, до которой так никто и не достучался, кроется в нём какое-то не особо продолжительное время, за которое он уже успел тысячу раз покорить себя за то, о чём думает. Он не должен этого делать. Он не может это рассказать. Никто не должен это знать. Нет. Никогда. Пусть ему подставят нож к горлу, он не скажет об этом. Хотя секрет не стоит того, совсем не стоит, просто Чонин не может. Точнее, УЖЕ не может. Да ведь, Ликс? — Алло! Джисон! Чонин! Вы меня вообще слушаете? — Ли пытался достучаться до друзей, которые перестали отвечать с того момента, как появилась эта шайка. — Успокойтесь, — холодный тон пронзил Сона. Это он – Ли Минхо, и Хан благодарен Богу, что сейчас этот тип обращается не к нему, а к его друзьям. Пройдя бесчувственным взглядом по Сынмину, Ли лишь ухмыльнулся. — Такие, как ты, должны молчать. Шавка, открывшая рот в сторону хозяина. Недопустимо. Тебя надо проучить. — Эй, ладно, Хо, успокойся сам, это уже перебор, — позади Чанбина и Минхо стояли ещё два парня, и один из них, черноволосый, пытался разнять уже не Бина с Мином, а Хо с Мином. — Хёнджин, не лезь. Я знаю, что делаю. Всё под контролем.       Нет, всё было не под контролем. Ни один бы нормальный человек не стал бы делать так, как хочет сделать он. Никто не заслуживает такого обращения к себе. Они не виноваты в том, что тебя так обидела жизнь, Хо. Сынмин, которому тотчас прилетел удар кулаком в челюсть, а затем плевок и кротко сказанное Минхо «Уходим», не заслуживает этого. За что ты так? Что они сделали тебе?       А Мин, который почти начал защищать себя, был остановлен Феликсом, который вовремя успел подкрасться и закрыть одной рукой рот, а другой крепко прижать к себе, как несколько минут назад он прижимал Ина. Ли был смышлёным мальчиком, везде и всегда успевал делать несколько дел сразу, и сейчас не было исключением. И как он только это делает?       Та задиристая компания ушла, оставив парней НЕ скучать в полном одиночестве. Напоследок Минхо всё же прожёг взглядом Сона, но ничего не ответил, лишь ухмыльнулся, когда увидел, как Хан начал дрожать только от одного присутствия Ли. Ему нравится это. Нравится, что его боятся. Определённо нравится. — Вот же ж чёрт сраный. Я ему это припомню, — вытирая кровь с нижней опухшей губы тонким пальцем, процедил сквозь зубы Мин. — Да что ты делаешь то? Сынмин, ты зачем на проблемы нарываешься? Ты же знаешь, что они неугомонные, что просто так не отстанут. Ну толкнули и толкнули, ничего, Джи встанет, отряхнётся, лишнего не скажет. А ты чё творишь? Я не понимаю, тебе нравится ходить избитым? Чонин, Джисон, а вы что стояли и не помогали мне? Разве я мог бы удержать их двоих? Один Чанбин чего стоит, машина, а тут ещё и Сынмин, — Ликс просто переживает. Ему даже на руку то, что те двое ему не помогли, ведь им могло хорошенько достаться. Пусть уж лучше получит Ли, чем его друзья. Единственные, наверное, настоящие друзья. — Прости... — буквально в один голос тихо пробубнили провинившиеся, отчего Феликс не смог сдержать улыбки. Подойдя, он крепко обнял их, приговаривая, что не злится, приглашая Сынмина присоединится. Тот сначала недовольно покачал головой, но всё таки подошёл и не менее крепко прижал к себе, отдавая всю заботу. — Там будет Хёнджин, — ни с того, ни с сего начал Ликс, а после сказанного все сразу отстранились от него и стали не понимающе коситься. — Что? — Ты же не хочешь сказать, что... — Джисон немного ошарашенно хотел задать, по сути, риторический вопрос, однако был перебит. — Да, я иду туда из-за Хёнджина. И что с того? — Ладно, Чонин, уговорил. Мы теперь точно обязаны пойти с тобой, иначе один ты Феликса точно не удержишь. Он же точно бухой с ним в постель при любой возможности прыгнет, — Мин потрепал по голове радостного Яна, который был счастлив, что на этой вечеринке ему всё же будет, с кем поболтать, будет, с кем не заскучать. — Не понимаю, что ты нашёл в этом своём Хёнджин... — Ким резко закрыл рот рукой и с огромными глазами осмотрел друзей, которые, кроме Ликса, сделали рука-лицо, горько промычав и опустив голову, покачивая из стороны в сторону, потому что сейчас случится то, чего они меньше всего ждали. — Да ты ничего не понимаешь! Хёнджин не такой уж и злой, каким кажется. Он не тот, за кого себя выдаёт, я уверен в этом. Вот увидите, когда я буду с ним вместе... — на этом моменте Ли немного потупился. Хоть он и был легкомыслен, но даже такие очевидные вещи веснушчатый понять мог. Нет, шанс есть всегда, просто... сейчас нет возможностей? — точнее, если будем, то я покажу вам его настоящего. Он красив, у него очень сексуальное тело, подстать корейским стандартам, бархатный голос, мягкие пухлые губ...       Этот звонок на урок стал спасительным кругом для тонущих в блаженном рассказе о предмете обожания Ли друзей, потому что выслушивать каждый раз одно и то же уже дико наскучило. Ликс так часто рассказывал о Хёнджине, что все уже наизусть знают, что и в каком порядке он скажет. А Ли не замечал. Он влюблён и готов говорить о Джине хоть всё время, хотя хотелось бы с самим Хваном, конечно.

***

— Нини-и-и, ты мой самый-самый-самый лучший друг, — еле выговаривая слова, лепетал Ликс, вешаясь на Чонина.       Как и ожидалось. Напившись быстрее всех, Ли вешался на того, на кого можно. Если Сон и Мин отталкивали его (первый, потому что ненавидел запах алкоголя и всё, что с ним связано, а второй не любил пьяного Ликса), то тот сразу бежал к Яну, потому что несмотря ни на что мальчишка выслушает младшего, даст пригреться у себя под боком, поговорит, когда это необходимо, будет просто рядом. Феликс поистине считал Чонина очень хорошим и нужным другом, без которого он бы не знал, что делал, ведь именно Ин помогает ему выкарабкаться из ям, в которые он очень часто падает. Несмотря на то, на сколько он пьян, Ликс говорил честно, потому что что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. — Насколько я помню, Джисон твой лучший друг. С каких пор Чонин заменил тебе Джи? — Сынмин решил напомнить о их существовании, потому что за весь вечер за всех отдувался один Ин. — Ну да, я помню, вы все мои самые лучшие друзья. Идите обниму.       Потянувшись к друзьям, Ликс упал им точно в руки, а потом звонко рассмеялся, прижимаясь ближе. Само же трио лишь неловко заулыбалось. Веснушчатый ещё такой глупый наивный беззащитный ребёнок, которого хочется оберегать. Ему постоянно хочется пробовать что-то новое, что-то запретное, что-то, что не пробовали другие. Он не взаимно и слепо влюблён, но всё равно счастлив находится хотя бы в одном помещении с предметом воздыхания.       И эта идиллия бы продолжалась, если бы кто-то не пролил на немного помятую белую с каким-то чёрным непонятным принтом футболку Джисона бокал дорогого красного вина. — Вино ужасно плохо отстирывается, знаешь ли. — Знаю, но это уже не мои проблемы, что ты мешался мне под ногами.