be mine

      Конечно же Феликс не придумал ничего лучше, чем оставить Хёнджина и Чонина наедине, буквально бросив на произвол судьбы. Как он себе представлял их воссоединение? Что они так быстро начнут разговаривать, будто сто лет знакомы, быстро подружатся, а позже начнут встречаться, поженятся, заведут детей... Ладно, я разошлась, но Ликс действительно надеялся на то, что всё будет супер-пупер классно. Но как же он ошибался.       Буквально всё время они то и делали, что молчали, сидя в своих телефонах, который Хван хотел выкинуть к чертям собачьим, потому что ему хотелось пообщаться с его предметом обожания, узнать его поближе. Но Ян весь день от него то и дело шарахался, боялся будто. А черноволосого это бесит, он хочет подойти и начать разговаривать, но спугнуть как-то не особо хотелось. Джин надеялся, что парень поскорее привыкнет к его компании, потому что он не ставил себя в роль того, кого если тронуть, то будет кусаться.       А сам Чонин не то, что не хотел общаться, просто не знал, как начать, ведь он понимал, что пока он сам не поймёт, что всё то, что сейчас происходит – отличный шанс познакомиться поближе, то мёртвая точка так и останется мёртвой, бессмысленной. Поэтому его организм решил ему немножечко помочь: с момента, когда друзья приехали, ничего не положили себе в рот, отговариваясь, что поесть они смогут потом, а вот на веселье времени мало. Организм помог, безусловно, только вот смутил бедного Ина только больше. Живот предательски заурчал, а обладатель покраснел до кончиков ушей, опасаясь, что Хван мог это услышать. И, конечно же, он не пропустил это мимо ушей. — Хочешь кушать? — легко посмеявшись, Хёнджин повернулся и с заботой посмотрел на красного младшего. — Немного, — опустив голову, черноволосый ругал себя за то, что послушался Бока и не поел заранее. — Пошли приготовим что-нибудь. Вместе.       У Чонина от одного «вместе» запорхали тысячи бабочек в животе. Они будут делать что-то вместе. И это предложил он, человек, который ему нравится. Ин думал, что это ему снится, даже ущипнул себя пару раз для достоверности, и это всё оказалось реально. Глупо улыбнувшись тому, что они сейчас, словно семья, будут стоять на одной кухне и готовить ужин на них и Чанбина с Феликсом, которые что-то надолго ушли и пропали, будто они их детки, Ян встал с насиженного уже тёплого места и вышел из комнаты. А у Хвана сердце замерло, дыхание затаило, потому что Чонин улыбнулся. Пусть не ему, Хёнджину достаточно видеть его лучезарную улыбку и милые ямочки, в которых ох сука как хочется ткнуть пальцем или прижаться своей щекой, ощутить тепло чужого тела на себе, отдать своё и просто... просто быть рядом. Ему правда больше ничего не нужно, разве он многого просит?       Не став томить младшего, Джин вышел за ним и спустился по лестнице, наблюдая милую для него картину: Чонин старательно пытался развязать на спине себе фартук, который успел завязать явно случайно в узел, пыхтел, краснел, но в итоге жалобно заныл и опустился на стул, опуская голову. Парень не стал томить и прошёл поближе, поворачивая свой предмет любви к себе спиной на крутящимся стуле, чтобы помочь. Ин немного напрягся, так как старший был к нему слишком близко, но молчал, боялся нарушить эту тишину, которая совсем не напрягала его, но напрягала сзади стоящего черноволосого, который по-детски улыбался и тщательно пытался развязать узелок. Ян решил украдкой взглянуть на него и замер: его угольные волосы падали ему на глаза, мешая обзору, и иногда он своей худой рукой заправлял их назад, губы были растянуты в глупой улыбке и немного приоткрыты, глаза прищурены и направлены куда-то вниз, а нос изредка шмыгал от прохлады в доме, так как здесь всё таки лес и рядом речка, ну а ещё они просто выбрали неудачную погоду для поездки. Младший и сам стал невольно повторять некоторые движения за Хваном, а последний изредка поглядывал на него и улыбался только шире, его это забавляло.       Расправившись с узлом, черноволосый незамедлительно встал со стула и направился к холодильнику, чтобы достать все необходимые продукты для приготовления пищи. Чонину хотелось впечатлить старшего своими навыками в готовке, которые хоть и были малы, но он правда старался, ведь не впервой приходится готовить. Как мы помним, то Ин часто помогал своим родителям по кухне, у них были семейные вечера, поэтому в этом месте в доме он всегда чувствовал себя спокойно, ему даже доставляло это удовольствие. Поэтому готовка с Хваном сейчас была для него незабываема, потому что в голове у себя он нафантазировал вновь про семью. Ну, Ян может хотя бы представить это, раз в реальности всё совсем не так. Можно хотя бы помечтать.       Хёнджин, в свою очередь, постоянно старался помогать ему, так как Чонин буквально сразу провозгласил себя хозяином и предводителем, а Джину это даже нравилось. Не потому, что ему не нужно многого делать, а потому, что теперь он мог спокойно наблюдать за сосредоточенным Ином: за его по-своему изящными движениями, за меняющейся каждую секунду мимикой, за тем, как ловко он справляется со всеми кухонными предметами и продуктами; слушал серьёзную речь, которая руководила Хваном, а последний не смел ослушаться, лишь иногда бросал «есть, сэр!», наблюдая за недовольным Чонином, а сам заливаясь громким смехом, разносящимся по всему дому. Эти стены точно запомнят его надолго.       Старший получал от всей этой ситуации своеобразный кайф, ведь теперь он может находиться с человеком, который ему не безразличен, так близко, иногда касаться его и не извиняться за это, потому что всё равно делал это намеренно, получая грозный взгляд Яна. Ему было очень легко, будто наконец смог прочувствоваться семейной атмосферой, которой так ему не хватало, так как родители постоянно ссорились, портя бедному ребёнку психику.       Мать и отец не особо любили парня, так как изначально он не планировался, был нежеланным. А что с них взять? Папа крупный бизнесмен, а мама востребованная модель, им было просто не до семьи. Аборт? Было запрещено по причине здоровья, поэтому они и оставили ребёнка, возможно, испортив ему жизнь: таскали по разным секциям, которые ему не нравились, чтобы просто он хоть как-то убивал время и редко появлялся дома, водили в простые школы, хотя могли позволить себе частную. В детстве Хваны часто переезжали из-за угроз нападения на их семью, но в итоге когда Хёнджину исполнилось четыре, то прекратили, остановившись на Сеуле.       Особо в его жизнь они не лезли, никогда не интересовались, как у него дела и что у него вообще происходит, лишь на людях могли вести себя, как настоящая семья, что было совсем не так. А Хёнджин просто привык. Ему не дали нормального воспитания, за ним всё время бегали горничные и воспитатели, няни, а ему это было не нужно, он сделает это всё сам, ему не нужна помощь, он самостоятельный.       В его возрасте четырнадцати лет родители начали ссорится почти каждый день. Сначала Хван терпел это, но после не выдерживал и сбегал из дома, но никто не замечал. А его это радовало, что хотя бы здесь они его не преследовали. Бесконечные ссоры, вечные громкие крики, редкие избиения убили в нём всё представление о любви, он просто не мог любить, не удавалось, не верилось, что будет не так, как у его родителей, потому что чем он хуже? Ничем. Потому что он Хван Хёнджин из семьи Хван. Он такой же, как и они: такой же чёрствый, алчный, озлобленный на весь мир человек, которому нужны были только деньги и Чанбин (с которым, к слову, он познакомился через мать в парке, которая впервые соизволила выйти с ним на улицу и строить из себя любящую), который несмотря на все его загоны остался с ним и дружит до сих пор. Детское обещание всегда быть вместе сохранилось до сих пор, чему черноволосые просто не могут не радоваться. Даже на последние деньги купили себе тонкие браслеты из настоящего белого золота с маленьким бриллиантом в знак вечной дружбы, потому что могли себе позволить, ведь что у того, что у другого родители откупались купюрами. И да, дружба была единственной вещью, в которую верил Хван. Единственной до тех пор, пока не встретил Чонина.       Их школа была разделена на три корпуса: младший, средний и старший. И вот на последнем году средней школы он и заприметил его: пока ещё маленького четырнадцатилетнего мальчика с маленьким букетом алых лилий, в белой идеально выглаженной рубашке, чисто чёрных классических брюках со стрелками, в лаковых ботинках. На голове у Ина были немного растрёпанные волосы, явно торопился, чтобы не опоздать. Он стоял и вертел ей в разные стороны, его глаза бегали, будто пытаясь кого-то найти. Помнится, что Хёнджин слишком долго на него смотрел, что даже не заметил, что этот мальчик тоже стал на него смотреть. Тот покраснел и, словно пуля, убежал в сторону входа в школу, но Джин следил, не мог оторвать взгляд. В горле встал ком, глаза загорелись, рот открылся от удивления, что такие красивые люди и правда существуют. Чонин показался ему милым и тёплым, но с наступлением старшей школы холодным и не особо эмоциональным, будто что-то произошло, то, что убило в нём все до этого ярко проявляющиеся эмоции. Его это испугало и не на шутку заинтересовало, что хотелось узнать всё здесь и сейчас. И если сначала он яро отрицал свои чувства, пытался доказать, что не влюблён, то примерно на первом году старшей школы понял, что всё то, о чём Хён думает – чистый обман, и этот Ян Чонин нравится ему. Определённо и безоговорочно.       Наверное, по этим всем причинам Хёнджину сейчас безумно комфортно находится рядом с младшим на кухне даже в полной тишине, потому что он понимал, что они связаны чувствами, взаимными, но жаль, что об этом знает пока что только одна сторона. Надеюсь, что пока что. — Хоть мы и находимся в этом доме уже целый день, но так и не смогли поговорить, — Джин хотел слышать этот ласкающий слух голос хотя бы ещё немного, насладиться им перед сном, поэтому поспешил прервать уже не такую гнетущую тишину. — А ты хочешь? — не отрываясь от приготовления, немного монотонно спросил Ин. — Конечно хочу, мы же теперь друзья. — Быстро же ты нас друзьями провозгласил. Знаешь, ими так быстро не становятся. — А почему нет? Мы всё равно будем общаться в одной компании. — Ладно, — не ладно, Чонину не хотелось говорить, так как от каждого слова сердце начинало трепетать, а в голове становилось пусто, ничего не лезло, он боялся сморозить какую-нибудь глупость. — И о чём ты хочешь поговорить? — М-м-м... — задумался, — допустим, что ты любишь? — Читать, смотреть фильмы, проводить время с друзьями. Я скучный. — И почему же ты считаешь, что ты скучный? — Ну, я ничем не занимаюсь особо, что с меня взять? — Хочешь сказать, что я тоже скучный? — В смысле? — Я тоже обожаю проводить дни за чтением книг или просмотров фильмов, могу с друзьями где-нибудь посидеть. Немного занимаюсь танцами, вокалом и играю на фортепиано. — Ну вот, ты хоть чем-то занимаешься. — Тремя последними я занимаюсь не по своей воле, но танцы ничего такие, люблю их больше остальных. Но книги и фильмы навсегда останутся моей любовью. Ты, кстати, какие жанры предпочитаешь? — Из книг детективы, из фильмов боевики. — Правда? — Хёнджин искренне удивился, ведь редко встречает людей, похожих на него. — Да, чему так удивляться? — Ин повернулся, странно покосился на него, а, встретившись взглядом, резко отвернулся обратно к еде. — Я тоже просто обожаю детективы и боевики! Сейчас, правда, времени на чтение почти нет из-за подготовок к экзамену, потому что все мои книги состоят только из учебников и школьных произведений. Но вот боевики... Я смотрю их каждую неделю с Чанбином, пытаюсь так разгрузится от тяжёлых мыслей. Бину, кстати, вообще не нравятся боевики, он их ненавидит, но смотрит ради меня. Ну а мне просто не с кем их смотреть. — Я всегда смотрю их один, так как все мои друзья говорят, что это полная херня и скукота, мол, там наперёд всё прогадать можно; жалуются, что я постоянно смотрю только их. — А вот и нет! — недовольно прикрикнул Хван, а Чонин улыбнулся. — Ты постоянно сидишь в напряжении, дрожишь, вздрагиваешь, переживаешь вместе с героями, окунаешься с головой в этот сюжет. Меня очень раздражает, когда такие качественные фильмы ни во что не ставят, предпочитая какую-нибудь ванильную романтику. — Романтика, конечно, тоже неплохой жанр, просто не по мне, допустим. Я тоже иногда смотрю такие фильмы в основном с Джисоном, он у нас мечтат... — опомнившись, Ян закрыл себе рот рукой и распахнул глаза. — Ты чего? — Хёнджин немного обеспокоенно посмотрел на него и подошёл поближе, взяв за плечо и заглядывая в испуганные глаза Ина, а затем легко приобнимая, чтобы не спугнуть и хотя бы немного успокоить. Ладно, с последним он прокололся. — А-а-а, это нельзя было рассказывать, — взревел Ян, опрокидывая голову назад. Теперь лицо Хвана было на уровне мужественной немного карамельной шеи парня с катающимся вверх-вниз кадыком. Сглотнув застрявший ком в горле из-за напряжения, он следил за адамовым яблоком, скручивая губы в трубочку. — Не переживай, я никому не расскажу, обещаю, — буквально на одном выдохе произнёс, стараясь привести взбушевавшиеся чувства в порядок, попутно неохотно немного отстраняясь от нового друга. — Ну ладно. — И тебе не скучно смотреть фильмы одному? — старший пытался хоть бы как перевести тему, чтобы не думать о резко напавшем на него сексуальном давлении. — Да нет, я как-то привык. — Хочешь... я могу составить тебе компанию, скажем, прямо сейчас, ну, после того, как мы поедим? — Ин опустил голову, устремляя свои угольные глаза прямо на Хёнджина, немного чаще моргая, чем обычно.       А у Джина крышу снесло просто от обычного взгляда. Он невольно прищурил глаза, осматривая очертания его лица и останавливая свой взор на губах. Совсем забывшись, Хван стал медленно приближаться, закрывая очи. Чонин постоянно глотал нервный ком, стараясь отодвигать голову назад и не дать парню дотронуться до его губ, хотя, если честно, очень хотелось, но он не мог просто так отдасться. Он не Феликс, ему нужны взаимные чувства, а не просто обычный ничего не значащий поцелуй. Поэтому когда Хёнджин почти приблизился, то Ян просто отвернул голову в другую сторону, заливаясь пылающей красной краской. И только в этот момент у Хвана пришло осознание. Опустив глаза и немного отодвинувшись, он закусил губу, боясь, что только что испортил план В. Черноволосый только хотел извиниться, но его перебили. — Ну, только если ты не против, конечно, — Чонин, на его удивление, был спокоен, хоть и смущён, будто ждал этого. Нини, он тоже ждёт, очень ждёт. Жаждет тебя. — Определённо.       Друзья не стали томить и, быстро расправившись с едой, приготовленной ими, прошли обратно в комнату и обложили себя игрушками Чонина, который с пеной у рта доказывал, что это все вещи его младшей несуществующей сестры, на что Хёнджин лишь посмеялся, потому что знал, что ни сестёр, ни братьев у него нет, что Ин единственный в семье. Тем более, что он ещё днём ему сказал, что не верит ему, но тот всё равно старался доказать. А Джин просто не стал спорить.       Выбрав фильм, парни стали наблюдать за развитием сюжета, который старался не торопить события. Герои так быстро перемещались из одной локации в другую, нескончаемая стрельба и громкие звуки, бьющие по барабанным перепонкам обоих, определённо нравились обоим, что можно сказать по постоянно бегущим мурашкам на их телах. Чонин иногда дёргался от страха и резких звуков, закусывал нервно большой палец, а Хёнджину этот жест казался очень привлекательным. Последний не столько следил за сюжетом, сколько наблюдал за Ином, у которого менялись эмоции буквально тысячу раз в минуту, что очень забавляло его. Он спрашивал себя, что нашёл в этом хитром лисе, но ответа так и не мог найти. Чонин другой, отличающийся от всех, нестандартный, он привязал Хвана к себе ещё в средней школе и не дал отпустить мысли о себе, словно Хёнджин железо, а он магнит. Может, именно это и зацепило черноволосого в нём?       Из раздумий вывела вибрация гаджета, который закатился под задницу Хёнджина, потому что во время наблюдения за рядом лежавшим парнем пришлось привстать. Взяв телефон и разблокировав его, Хван увидел, наверное, самое радостное сообщение, которого ждал так долго. Нет, ожиданием это назвать тяжело, он желал, жаждал увидеть его как можно скорее, будто это было ему жизненно необходимо, что, в какой-то степени, отчасти, было правдой. И сейчас, спустя столько времени, Хван получил его. Seo Changbin феликс переключился на меня окончательно, и, кажется, мы встречаемся, но я не уверен, потому что официального подтверждения не было, но нам и не нужно а вообще, я не совсем об этом хотел сказать. начинай действовать, хван хёнджин, иначе я из тебя всю дурь выбью

***

      Первая неделя летних каникул пролетела незаметно почти для всех. Хёнджин даже после поездки старался проводить больше времени с Чонином, наконец, сдвигаясь с мёртвой точки; Чанбин и Феликс начали встречаться, ходить вместе на свидания каждые три дня, потому что Ликсу дико не хватало Бина каждый раз, когда они расходились. Он требовал слишком много внимания к себе, постоянно лип к нему, писал, звонил, но Со это не особо напрягало. Бок постоянно спрашивал его, мол, не отталкивает ли его это, на что черноволосый спокойной отвечал, что всё в порядке и он может не переживать. Чанбина забавлял и безумно интересовал этот парень, потому что он всегда был разным: милым до жути или горячей секс-машиной, без конца болтающим или чересчур тихим, слишком активным или очень спокойным. Ему нравилось видеть Феликса таким разносторонним, так как таких людей он встречал крайне редко. Ему нравился Феликс.       Что касается Минхо и Джисона, то после приезда последнего с базы отдыха они ни разу не списались. Точнее, Сон писал, что они могли бы встретиться и позаниматься литературой, но тот отнекивался и говорил, что нужно немного подождать, чтобы он пришёл в себя, не говоря никаких причин. Хану было, конечно, грустно, но он понимал, что ничего сделать с этим не сможет, Минхо наотрез отказывается ему открываться. А Джисон переживает, что то, что наговорила ему Рюджин, оказалось ложью, и Хо сейчас просто проводит время со своим возлюбленным или -ой. Но это просто Джи у нас фантазёр, ничего более.       Тот странный незнакомец Джэхён уже больше недели пытается связаться с Джемином, но ничего не выходит, его постоянно что-то останавливает. Руки дрожат, а пальцы отказываются водить по экрану телефона. Джэ миллион раз переписывал сообщение с извинениями, говоря, что поступил неправильно, должен был помочь ему, а не кидать в чёрный список, не агрессировать, а войти в его положение, но слова не казались ему искренними. За такой короткий срок общения он слишком привязался к нему, что просто не мог отпустить его. Он слишком много знает, чтобы вот так всё закончить. И раз сообщения не идут, то стоит, наконец, показаться Джемину, дать рассмотреть себя и послушать голос, наблюдать за его реакцией, мимикой, жестами, просто за ним. Он знал, что ошибки в этом быть не может, а даже если и спугнёт его, то хотя бы поймёт, что всё окончательно кончено и между ними больше ничего быть не может.

***

      Как говорилось ранее, Минхо буквально подыхал от скуки в этих четырёх стенах и все, с кем он общался, были коты, которые не понимают человеческий язык. Единственной причиной, почему Хо покидал свою квартиру, был, наверное, магазин, и то чаще для домашних животных, потому что им он старался отдавать всё самое лучшее.       Из головы не выходил тот пост недельной давности, о котором он думал каждый день, и Джисон, с которым Ли пока предпочитал не видеться, чтобы разобраться в себе и не запутаться окончательно. И для этого ему понадобился его однотонный чёрный дневник, в котором уже неделю появляются новые записи, а на листах остаются следы от капающих солёных слёз. Минхо разбит. Окончательно и бесповоротно.       Он не думал, что будет рыдать из-за какого-то мальчишки, у которого уже есть любимый человек, а значит шансов на воссоединение у него нет, либо же они ничтожно малы. Ли чувствовал, будто у него совсем нет поддержки и понимания без Сона, корил себя за то, что был глуп и слишком груб по отношению к Хану, потому что теперь он вынужден рыдать по нему, вспоминая моменты, проведённые с ним, оставшиеся в памяти и не собирающиеся выходить из головы. Минхо привязан и зависим. Окончательно и бесповоротно.       Его сердце трепещет только от одного упоминания брюнета, голова идёт кругом, на лице появляется глупая бессмысленная улыбка. Но стоит встрече произойти, то глаза загораются, губы немного подрагивают и становятся сухими, из-за чего Хо невольно постоянно облизывает их, а ноги подкашиваются. Ему так не хватает касаний Джисона, голоса Джисона, настолько не хватает Джисона, что блондину стало казаться, что он сошёл с ума. А во всём виноват лишь Хан Джисон, второкурсник старшей школы. Минхо одурманён и влюблён. Окончательно и бесповоротно.       Решившись найти хоть какой-то способ отвлечься, Хо решился написать Чану, которого предпочёл не доставать всю первую неделю, чтобы тот мог спокойно провести каникулы со своей девушкой. У него ведь теперь есть, на кого тратить время, и это прекрасно. Крис неоднократно писал ему и спрашивал, всё ли с ним в порядке, а он отвечал обрывисто, коротко, давая понять, что диалог не получится. Но не сейчас, только не сейчас.

Lee Minho я прочитал один глупый и неинтересный пост в инстаграме, который в точности описывает то, что я чувствую к джисону. и что мне делать?

Bang Chan И тебе привет, Минхо Снимать штаны и бегать. Хо, что за глупый вопрос?

Lee Minho чан, давай нормально

Bang Chan Ладно, давай разберёмся, всё по порядку Итак, что это за пост?

Lee Minho я его потерял, но он называется, вроде сейчас как понять, что вы влюбились?

Bang Chan И что дальше?

Lee Minho как мне его забыть?

Bang Chan Пост или Джисона?

Lee Minho желательно обоих

Bang Chan А зачем тебе забывать Джи?

Lee Minho у джисона уже есть человек, который ему нравится, поэтому я в пролёте. тем более, я не хочу вмешиваться. это во-первых и во-вторых. а в-третьих, мы с ним даже нормально не общались ни разу

Bang Chan А ты попробуй?

Lee Minho при нашей последней встрече я очень некрасиво повёл себя. я не могу нормально разговаривать с ним, потому что сразу вспоминаю о рюджин

Bang Chan Да не уведёт она у тебя его. Ты же знаешь, как она говорит: «Парни самые тупые существа на этой планете, поэтому девочки – это лучшее, кто живёт на этом свете».

Lee Minho я знаю, что мальчики её не интересуют, но всё же... вдруг ей именно джисон понравился? а вдруг рюджин и есть человек, который нравится джисону? а вдруг они уже встречаются и поехали отдыхать туда вместе? а вдруг они сейчас целуются? а вдруг они трахаются? а вдруг они гуляют вместе? вдруг джисон забыл про меня?

Bang Chan Минхо, успокойся Ты не можешь отпустить ту ситуацию с парнем из средней школы? Поверь, Джи не способен на такое, его мозг не додумается до такого, не дорос ещё И да, у Рюджин, вообще-то, девушка есть, так что нет, вариант, что ей нравится Джисон, сразу отпадает

Lee Minho и как ты себе представляешь наше общение с ним?

Bang Chan Для начала пригласи его куда-нибудь

Lee Minho ты же знаешь, что я не любитель посещать людные места

Bang Chan Дурной социофоб, кончай с этим

Lee Minho я, кажется, уже

Bang Chan В смысле? Так Стоп Ты о чём подумал?

Lee Minho а, ты о том, чтобы прекратить бояться? ну, я, вообще-то, тоже подумал об этом

Bang Chan Так я и поверил Так вот, пригласи его куда-нибудь, посидите, поговорите, а если не любишь людей, то посидите тихо и мирно дома

Lee Minho думаешь, он придёт ко мне просто так?

Bang Chan А ты пригласи его под предлогом «позаниматься литературой»

Lee Minho я не уверен...

Bang Chan Не веди себя, как маленький мальчик. Яйца в руки и вперёд

Lee Minho но я правда не уверен, что это сработает...

Bang Chan Тогда Джисона уведёт кто-нибудь другой, а ты так и продолжишь сидеть и глазками хлопать

Lee Minho ладно... как приедет, сразу напишу...

Bang Chan Алло, Минхо, ты где пропадал? Они уже четыре дня как дома

Lee Minho а ну да я знал просто забыл

Bang Chan Так, напиши, чтобы пришёл к тебе завтра вечером

Lee Minho а можно не завтра? я немного отойду от всех этих переживаний, подумаю и приглашу

Bang Chan Окей. Тогда ты не против, если завтра я соберу всех в каком-нибудь кафе, и мы все посидим вместе?

Lee Minho не против, конечно стоп а ты уже у нас в городе?

Bang Chan Да

Lee Minho не хочешь прийти и поддержать меня?

Bang Chan Ты и сам прекрасно справишься. Я боюсь, что помешаю тебе. Тебе нужно одному полежать и хорошенько подумать, а я буду только отвлекать. Возьми тот дневник и испиши его своими переживаниями полностью. Всегда помогало и сейчас поможет. Наконец-то там хотя бы хоть что-то положительное будет

Lee Minho не думаю, что это супер положительное

Bang Chan Ну согласись, Джисон – это пока самое хорошее, что случалось в твоей жизни

Lee Minho пока, чан

      Да, Чан был прав, и Минхо знал это. Джисон действительно стал для него дорог не просто как репетитор, как друг, а как человек, как парень, который ему нравится. Он понимает это, но боится, что Джи отвергнет его, тогда Хо совсем разучится любить. Ли боится, что Хана уведут, он знал, что нужно действовать оперативно, но не мог, страшно, поэтому он предпочёл пока помолчать. Но сколько это будет длиться, Хо?

***

      Чонин то и дело рассматривал фотографии спящего Хёнджина у себя в телефоне, которого успел нафоткать у себя дома за городом, умиляясь и улыбаясь экрану. Ему хотелось бы вернуть то время, когда он лежал с ним на одной кровати и наблюдал за ним, слегка касался своими тонкими ледяными пальцами его щеки, проводя до пухлых искусанных губ и трогая их. Он думал, что Хван очень много нервничает, хотел узнать, из-за чего именно, хотел помочь. Но всё, что мог – так это наблюдать и общаться лишь в живую, так как номер телефона старший отказывался давать, не отвечая, почему именно. Яна это, конечно, расстраивало, но то, что они предпочли видеться в реале, казалось лучшей идеей, потому что он мог наблюдать за ним, за его движениями, слушать его голос, а не просто читать сообщения.       Дверь открылась, и показалась блондинистая макушка. Феликс хотел сегодня зайти и поделиться чем-то очень классным. На этот раз он снова принёс любимый чониновый латте с кусочками тёртого шоколада и... неизвестная коробка со слишком яркой розовой лентой, откуда чувствовался запах малиново-шоколадного чизкейка. — Ты так не смотри, это не от меня. Вообще, это готовил не я, поэтому не знаю, вкусно ли. Так сказать, не ручаюсь, — Ёнбок стал открывать упаковку и злобно посмеялся: сладость немного растеклась и чуть-чуть в некоторых местах сломалась. — Ха! Лучше, чем у Ли Феликса, ни у кого не получится! Боже, я Бог готовки, — он демонстративно откинул волосы назад, заставляя Ина немного посмеяться. — Купил? — Нет, дал рецепт, а этот человек сам приготовил. Неидеально, конечно, но иначе быть не могло, потому что только я классно готовлю. — Да-а-а-да-а-а. А кто приготовил то? — Я пообещал не сдавать. — Ого, у меня есть тайный поклонник? — Ещё какой, — после слов Ликса Чонин решил отломить кусочек от чизкейка и распробовать вкус сладости. Феликс наблюдал с таким лицом, мол, что только у него вкусно получается его любимое, однако когда старший раскрыл глаза от удивления, то немного странно покосился на Яна. — Это что? Настолько вкусно что ли? — М-м-м! Это очень вкусно! У этого человека золотые руки! — Ой, хватит восхвалять его, — обиженно надулся Бок. — Но у Ликси же всё равно вкуснее? — щенячьи глазки, против которых Ин никогда не мог устоять. Сработает ли сейчас? — Конечно вкуснее. Но этот чизкейк тоже безумно вкусный, — как бы Чонин не любил своего друга, тут он соврал, потому что сладость обоих ему понравилась одинаково. У Феликса было всё отточено, всё идеально, а здесь... Вкус отличался, видок оставлял желать лучшего, но это только прибавило Яну аппетита, потому что ему немного надоела излишняя идеальность, хотелось простоты. Но что поделать, если Бок и правда хорош в приготовлении?       Черноволосый не заметил, как съел всё без остатка, даже крошечки не оставил, потому что все они были у него на лице. Немного посмеявшись, Ли убрал тонким пальцем лишнее и погладил по щеке друга. — Этот человек очень старался, даже с языком высунутым стоял, прям трясся над каждой деталью. Он делал это для тебя со всей душой. — Это заметно.       Феликс замолк, а Чонин не требовал от него быстрого ответа, ждал, пока тот настроится. Ли пришёл сюда рассказать о недавно начавшихся отношений с Чанбином, но жутко боялся, что Ин осудит его. Фел знал, что черноволосый несмотря ни на что всегда поддерживал его, будь это правильное решение или нет, но всё равно боялся. Тревога не покидала его вплоть до того момента, пока он не посмотрел на Яна: просто милый лисёночек с каким-то хитрым огоньком в глазах, преданный, который никогда не рассказывал его секреты, не сдавал его и всегда помогал. Разве есть сомнения, что в этот раз всё пойдёт наоборот? — Мне нужно тебе кое-что рассказать. — Что? — В общем, — потупился, — я встречаюсь с Чанбином, и на этот раз всё серьёзнее, чем с Хёнджином. Да, мы мало общаемся с ним, но я ничего не смог сделать со своими чувствами. Тем более, они оказались ещё и взаимными. Ты можешь посчитать меня легкомысл... — Правда? Ликси, я очень рад, — Чонин не дал ему договорить, а с счастья сразу же набросился на удивлённого друга с крепкими объятиями. — И ты даже не будешь осуждать меня за то, что я так мало общаюсь с ним, а уже встречаюсь? Не назовёшь меня легкомысленным? — Ну, зачем? Когда я так делал? И вообще, если ты по-настоящему счастлив, то почему нет? — Ёнбок одного понять не мог: за что ему такой чудесный друг? За какие заслуги он ему достался? Прижавшись сильнее к черноволосому, он тихим голосом проговорил: — Боже, спасибо за то, что ты появился в моей жизни, — на это Чонин лишь улыбнулся и почувствовал вибрацию телефона. Немного отстранившись от блондина, он взял гаджет и заглянул, нервно подавившись слюнями. Strange Stranger Jae давай встретимся       Сердце ушло в пятки после такого. Что ему на это отвечать? Что он согласен? А вдруг он всё таки маньяк? И вообще, они же, вроде как, поругались, и Джэхён злится? Что, уже всё прошло? А не рано ли? Эти и ещё тысячи вопросов крутились у него в голове, пока Ин просто пялился в экран телефона с немного трясущимися от волнения руками. — Ты чего? — Феликс заглядывал в гаджет друга и видел сообщения, но удивился такой странной реакции на него. — Да так, ничего важного. — Кто такой Джэ? — Никто, — Ян поспешил отложить телефон куда подальше, так ничего и не ответив Джэхёну, потому что не готов. По крайней мере, пока что, ещё слишком рано. — Ты не пойдёшь? — Нет, — черноволосый привык, что Ли постоянно заглядывает в экран, поэтому ничуть не удивился, что тот опять лезет не в своё дело, — нет смысла, мы поругались. — Это ваш шанс помириться, ты так не думаешь? — Я для него всего лишь Джемин. — Почему Джемин? — Потому что я побоялся говорить о себе настоящую информацию. Я не знаю, кто он, просто представления не имею. Мы ни разу не виделись, понимаешь? То есть я не знаю, как он выглядит, я не слышал его голоса, ничего, лишь сообщения. Просто в один день этот незнакомый номер написал мне и всё время помогал и поддерживал. Я во многом обязан ему, так как это единственный человек, которому я открылся, даже Сынмин столько не знает, сколько он. Благодаря ему я смог признаться тебе в том, что мне нравится Хёнджин, а я... — замолк, стыдно. — Чего, Нини? — Ликс немного обеспокоенно заглянул в глаза какому-то погрустневшему Чонину. — Я нагрубил ему просто потому, что был зол и расстроен из-за твоих слов в тот день, а он нагрубил в ответ, но это оправдано, потому что он и правда сказал всё по фактам. Боже, я такой идиот, — Ин со стыда закрыл покрасневшее лицо руками. — Так, раз вы поругались из-за меня, то... — Феликс нагло взял телефон друга и принялся печатать сообщения за него. Но Ян, почему-то, не был особо против.

Yang Jeongin хорошо, где?

Strange Stranger Jae в парке неподалёку от твоей школы есть детская площадка. сядь на качели, а я подсяду рядом

Yang Jeongin хорошо

Strange Stranger Jae прямо сейчас

Yang Jeongin хорошо, я скоро буду

— Он знает, где ты учишься, — Бок говорил это максимально спокойно, хотя его самого очень сильно насторожило это. Это ведь незнакомец, Чонин не разглашал о себе личной информации, постоянно врал. Тогда откуда он знает? Может незнакомец совсем не незнакомец? — Что?! — прикрикнув, Ян немного грубо отобрал телефон. — Откуда?! — Не такой уж ты и скрытный, Джемин. — Боже, я не пойду. — Пойдёшь.       После этого парни не обмолвились и словом. Феликс хоть и боялся, но чувствовал, что всё пройдёт хорошо. Блондин подошёл к шкафу и начал выбирать одежду другу, чтобы тот выглядел сногсшибательно и сразил этого Джэ наповал, произвёл на него максимально хорошее впечатление, поразил своей необычностью и суперской красотой, хоть Чонин и без всяких выкрутасов был прекрасен.       На улице уже ночь, прохладно, поэтому одев его в стиле Ина, а именно в больше на пару размеров голубую толстовку с лисёнком в кармашке и капюшоном и такого же, но чуть потемнее цвета свободные джинсы, дал ему телефон, ключи и раскладной ножик (а мало ли?) в руки, заставил обуться и свои немного пошарпанные чёрные кеды и буквально выставил его за дверь дома. Сам вышел за ним же и помахал рукой на прощание, пожелав удачи и выжить. Нервно посмеявшись, Ян пошёл в сторону того парка, о котором говорил Джэхён.       Всю дорогу Чонин думал, как выглядит этот незнакомец, какой у него голос, о чём они будут разговаривать, что он вообще хочет от него и почему так резко решил встретиться? Сердце бешено колотилось, норовясь выпрыгнуть из груди или сломать грудную клетку и ничего от неё не отставить, из-за жуткого переживания; дыхание сбилось до предела, что полностью вдохнуть и выдохнуть удавалось с трудом; ноги еле передвигались, казалось, что он вот-вот упадёт и разобьёт себе колени и руки в кровь. Голова кружилась от излишнего волнения, но Ин понимал, что никакой Джэхён не достоин его измотанных нервов.       Вплоть до того момента, пока он не увидел эти злосчастные свои любимые качели, на которых любил проводить вечера. Может, этот Джэ и здесь прогадал с этим? Он точно наблюдал за ним. Ян хотел бы развернуться, но раз он здесь, уже в назначенном месте, то уходить поздно, нужно быть чуточку смелее.       Сев на качели и нервно кончиком кед водя по немного влажному от дождя песку, Чонин ещё с минуту сидел в полном одиночестве и гнетущей тишине, пока не услышал, как цепи качелей рядом не зашевелились. Он пришёл. Сделав глубокий вдох и медленный выдох, дабы успокоить бушующие нервы, Ин закрыл на три секунды глаза, а после открыв и неуверенно повернувшись, сразу же распахнув очи от удивления. Вот кого-кого, а его увидеть он точно не думал. Джэхёном всё это время был... — Чан?!