Смерть императрицы

Стоило в процессе ожидания Аристии услышать о том, что её отец действительно взят под арест, сердце девушки болезненно забилось. «Как же так?» На глазах королевы чуть не наворачивались слёзы, но она стойко держалась. Никто не должен знать, как ей сейчас тяжело. Проявлять слабость означало подвергать под удар королевскую семью, которая в данный момент и без того была в пошатнувшемся состоянии. Из-за двери тронного зала вышел секретарь императора, который куда-то направлялся, но, увидев поникшую королеву, не смог пройти мимо. — Выражаю глубокие соболезнования по поводу утраты императорской семьи, Ваше Высочество, — глубоко поклонившись, изрёк человек с медового цвета волосами. — Благодарю вас, сэр Димарк, — сухим голосом произнесла Аристия. — Подумать только, как легко не стало Её Величества. Думаю, дворцу будет нелегко без прекрасной улыбки леди Джион. Моник покривилась про себя. Про покойников либо хорошо, либо ничего, так? Королеве обычное выражение лица императрицы казалось глупым и наигранным, но девушка согласно кивнула. Будто бы поняв, что собеседнице не нравится содержание разговора, Харен перевёл тему. — К сожалению, в данный момент Его Величество не может вас принять из-за встречи с маркизом Энесилом, — заговорщицки прикрыв рот рукой, сказал он. Такое положение дел очень удивило Аристию. С чего бы кому-то из рода, не проживающего в столице, приезжать в подобное время? Понятно было бы, пройди ещё пара дней, но… — Маркиз Энесил прибыл по делу расследования смерти Её Величества? — также скрытно спросила девушка. — Хм, не сказать что бы… — советник на некоторое время замялся, — Но думаю, что вы скоро сами обо всём узнаете. Тут королева заметила мешки под глазами на лице Димарка. Видимо, его уже успело потрепать ночное событие. — Слышал о вашем отце, — внезапно заговоривший мужчина заставил Аристию вздрогнуть, — Знаю, что вы сейчас не будете склонны доверять мне, но могу заверить вас, что всё будет хорошо. В довершение мужчина попрощался с ошеломлённой Моник и, откланявшись, пошёл дальше. Аристию потрясли эти слова. Да и всё происходящее сейчас походило на сон. Нервы королевы, уже столько месяцев находившиеся на пределе, подсказывали, что всё обернётся кошмаром. Но самой же ей больше хотелось верить фразе советника. Огромные двери вновь отворились, пропуская несколько выходящих мужчин, один из которых, подобно Харену, имел зелёные глаза и светлые волосы, однако иного оттенка. Они с королевой вежливо поклонились друг другу, и Моник двинулась вперёд. Чем ближе Аристия подходила к трону, тем сильнее расплывался её обзор и тяжелело на сердце. Когда она дошла до конца, то была готова обрушиться без сил, но многолетняя выдержка позволяла ей держаться достойно. — Ваше Величество, прошу вас, освободите моего отца, — взмолила девушка и обратила взгляд на мужчину, сидящего на троне. Император выглядел таким же изнурённым, как и его помощник, если не более — его лицо отливало нездоровой бледностью, а под глазами темнели круги. Поначалу Руфелис никак не отреагировал на слова супруги, однако спустя время медленно нахмурился, приложив пальцы к виску. Аристия внимательно наблюдала за действиями мужчины, ожидая его ответа. Молчание, длившееся перед тем как Камалудин ответил, было долгим. — Должно быть, уже весь дворец растрещал эту новость, — раздражённо произнёс он, — Королева, маркиз Моник действительно взят под арест из-за многочисленных подозрений, однако, как сама думаешь, могла бы клятва крови позволить ему пускай и косвенно, но убить члена императорской семьи? Золотые глаза девушки широко раскрылись от шока. Она так волновалась за участь отца, что совсем позабыла о клятве рода Моник. — Пусть он и приносил её предыдущему императору, её действие распространяется и на меня, — продолжил Руфелис, — Или же ты считаешь иначе? — Никак нет, Ваше Величество, но оте- нет, маркиз Моник… — Аристия растерялась. — С ним ничего не приключится. Однако, не дай я публичный указ следить за маркизом, аристократия могла бы взбунтоваться. Девушке осталось лишь выразить согласие кивком головы. Действительно, в противном случае общественность могла бы остаться недовольной, что привело не к самым лучшим последствиям. И как она сама этого не поняла? — Признаться честно, я удивлён, что такую беспринципную девушку как ты заволновала судьба родственника… — задумчиво протянул император и замолчал. — То есть, маркизу ничего не угрожает? — всё ещё не веря, чуть ли не выдохнула королева. Неужто все опасения оказались напрасны? — Абсолютно, — ответил Руфелис и добавил, — Выглядишь не лучшим образом… Возьми выходной. Правитель сделал знак рукой, обозначив, что аудиенция окончена. Девушка выполнила книксен и вышла из зала.