Разбитое сердце

- Даже если ты не будешь отвечать я не перестану болтать, - поделился Cакай, отгрызая кусок яблока. Темнело. Ставни были открыты, в комнате свободно гулял сквозняк. – Кислой рожей делу не поможешь. Хотя, тебе и делать-то ничего не надо, за тебя все придумают, - огрызок полетел в окно. - Может, я не хочу, чтоб за меня придумывали, - вяло огрызнулся Джури. Он сидел на лежанке, скрестив ноги вглядываясь в стену. - Да-да, знаю, ты вообще ничего не хочешь, только вернуться домой и сидеть со своими черенками и веточками, - нараспев произнес Сакай и ненадолго замолчал. «Десять», -про себя начал считать Джури. «Девять» «Восемь», - Сакай уставился в окно. Со второго этажа открывался неплохой вид. «Семь» «Шесть» - И что тут жемчужного? – спросил Сакай, оборачиваясь. «Даже десяти не выдержал», - хмыкнул Джури. - Озеро как озеро. Тоже мне, важное место. - Важное. Через северный берег проходит Дорога Семи Караванов. Вокруг полно пастбищ и пресных рек. Ущелья с обеих надежно защищают от врагов. В горах есть золото, медь и железо, а другая часть гор – глиняные. Неудивительно, что она нацелилась на здешние земли. Во-первых, это… - Возможности новых торговых соглашений, - подхватил Сакай. - Да. И… - Корм для скота, - вставил он. - Да. И… - Шанс объединить государства. - Да, - совсем уныло закончил Джури. - Вообще, амбиции вполне здравые, - заметил Сакай, хватая еще одно яблоко. Он несколько раз подбросил его, пока Джури вспоминал пустынные степи родного шахнията*, бескрайние, переходящие на юге в пустыню. – Да и в целом, свадьба всегда веселее похорон после военных походов. Джури тяжело взглянул на слугу. - Только решилось бы, кто женихом станет, - неожиданно серьезным тоном добавил он. – Ты его видел? – Джури покачал головой. – Жути нагоняет, это точно. Невысокий, но жилистый, хмурый такой, весь в черном, волосы длинные, на лице охряные знаки. Одним словом – дикарь. - Когда успел разглядеть? - Пока тащил со стола кусок мяса. - Что еще? - Да они все как на подбор. Говорит тихо и зло, рядом баба какая-то вертелась. Я подслушать хотел, о чем говорить будут, но меня заметили и выгнали, - Сакай криво глянул на яблоко в своей руке. – И мясо отобрали. - Зачем еще спускаться с высокогорий кроме как не за сватовством. - Я тоже так подумал. Ну, разбираться с этим все равно не тебе. - Хоть бы каган** выбрал сторону горцев, - горько произнес Джури. - Не выберет, - фыркнул Сакай. -Твоя матушка в жизни не позволит дикарям завладеть здешней территорией. - Если они объявят войну, то позволит. - Все равно не позволит. - У нас нет армии. - Армию можно нанять и всем это известно. Кочевники с радостью предложат свои мечи. - Говорят, небесные люди непобедимы. - Все победимы, Джури. Каждому из нас уготована смерть, разница только в том, как скоро ты позволишь кому-то посмотреть на твои кишки. - Вряд ли дойдет до вооруженного конфликта. Скорее всего последнее слово будет за каганом. - Хорошо все-таки быть отцом дочери, да? Сиди себе, да и думай, какой жених лучше для своей красавицы. - Видел бы ты ее, - Джури скривился. - Прекрасную луноликую Денизу? - Вот уж точно луноликую. У нее лицо как лепешка, - хихикнул он. Сакай изумленно уставился на него и оглушительно рассмеялся. - В общем, не из-за красоты ее прячут? - О, нет. Мне кажется, нет. - И кого думаешь выберет каган? - Не знаю, - признался Джури. – Если он откажет горцам, они захватят каганат силой. Унижение отказа они не снесут. Если он откажет ей, то будут разорваны все торговые соглашения и закрыт путь для Дороги Семи Караванов. Не такое уж и завидное предложение. Если же он откажет обоим, то она попробует заключить соглашение с горцами и сотрет каганат с лица земли. - Ну, дела у него тут так себе, вообще, - Сакай окинул широким жестом помещение, в котором они находились. Цвета фресок выцвели, древесина в ставнях рассохлась. Богато комната не выглядела. – Я ожидал большего. - Это летняя резиденция, - пояснил Джури. – Но этот факт не оправдывает бедности. Каган стар и глуп, раз не может использовать ресурсы своего государства. - А как ты использовал? – прищурился Сакай. - Не начинай. Я придумаю, как отвертеться от власти. - Как? - Придумаю, - упрямо повторил Джури. Он вспомнил Ю – самого любимого своего брата, мудрого и спокойного, который точно придумал бы, как выпутаться из положения, в котором оказался Джури. Но Ю и шестеро остальных его братьев, как большая часть армии, были мертвы. - Я никак не возьму в толк, чем тебе не мил титул царя? - Тем, что царь из меня никакой, - вздохнул Джури. – И мне хватает ума это понимать. Анзи, Ю, да даже Соно подошли бы куда лучше. - Подошли бы, - кивнул Сакай. – Есть лишь одна маленькая проблема – они мертвы. Джури ничего не ответил, только снова обреченно вздохнул. Двери резко распахнулись, жалобно скрипнули петли. - Ой, - пискнул Сакай, отступая назад. - Вон, - шикнула на него вошедшая женщина. Тело, одрябшее от старости и бесконечных родов, скрывала богато расшитая одежда. Редкие седые волосы скрывал витиевато завязанный платок. Царица опиралась на позолоченный посох, перчатки укрывали напряженно вцепившуюся в него ладонь. Сакай вылетел из комнаты, не забыв прикрыть за собой дверь. В помещении будто бы стало холоднее. Шерин прошла вглубь комнаты, а Джури вскочил, вытягиваясь перед ней, как солдат на построении. - Сын, - начала она, хмуро глядя на него. – Не бог весть какой, младший, никчемный сын. Джури сглотнул. Мать давила одним своим присутствием. Ее боялись – и боялись не зря, ее опасались и уважали. Цепкие руки этой женщины удерживали власть шахнията вот уже двадцать первый год – она начала свое тайное правление еще тогда, когда Джури не появился на свет, с годами уже перестав скрывать, что фактическая власть вовсе не в руках мужа, и окончательно убедив в этом всех, когда усадила на престол Аямэ. - И единственный, кто у меня остался, - закончила она, упираясь в Джури тяжелым взглядом. – Только что я разговаривала с каганом и вождем горцев. Ты уже понял, зачем небесные люди пожаловали в низину? - Да, - крякнул Джури. - Каган – этот глупец – не смог отказать им в приеме, - Шерин отошла от сына, подходя к окну. – Они прибыли с калымом*** – целый табун чистокровных кобылиц за Денизу. Но даже это не сравнится с теми сокровищами, что посулила ему я. Он мечется в страхе, как хорек, одинаково желая заграбастать все и также сильно переживая, что от его захудалого государства ничего не останется. Знаешь, о чем я подумала, сын? - Э-э… Я… - Как ожидаемо, - холодно отрезала царица блеяние Джури. – Я пыталась убедить его, но старик трясется от одного только вида горцев. Так что он предложил другой выход, - мать замолчала на мгновение и повернулась к Джури. – Поединок. Внутри у Джури все оборвалось. Бросило сначала в жар, потом в холод, он уставился на мать, глуповато раскрыв рот. Но Шерин смотрела на него совершенно серьезно. - Время – все, что я смогла выторговать, - она скривилась, видимо, вспоминая сцену предыдущего разговора. – В день новой луны ты выйдешь против главы небесных людей. - Но… - До новолуния три недели. Для тебя это время для тренировок. - Но я же ни разу в руках не держал оружия, - несмело возразил Джури. – Меня же убьют! - Так сделай так, чтоб не убили, - отрезала мать. – Я приставлю к тебе Хиро, начнешь занятия с завтрашнего дня, - добавила она, выходя из комнаты. – На рассвете. Он долго не мог уснуть, ворочаясь с боку на бок. За стенами дворца мягко шумело волнами озеро, но шум этот, умиротворяющий ранее, раздражал. Сны, что снились ему, были тревожными, а едва взошло солнце, в его покои ворвался Сакай, бешено тряся за плечо. - Вставай, Джури, ну же, просыпайся. - Ненавижу это все, - выдавил Джури, отлепляя себя от лежанки. - Надо выбрать, что ты сегодня наденешь, чтобы я успел приготовить одежду пока ты на тренировке. Пополудни встреча с горцами и каганом. - Если ты думаешь, что я здесь могу что-то выбрать, то ты сбрендил. - Ха! Что для одних сумасшедший, то для других выдающаяся личность. Поднимайся, пока Хиро не поднялся сюда. - Этого еще не хватало, - процедил Джури, вставая и плеская себе в лицо водой из графина. – Чего мне сейчас точно не надо, так это еще дополнительных неудобств. - Жизнь состоит из неудобств, Джури. По ним ты узнаешь, что еще жив, - Сакай открыл сундук. – На тренировку наденешь это, - протянул он ему шаровары и мягкую закрытую кофту. -А… - Придумай сам, - бросил он слуге. Мрачнее тучи Джури переоделся и спустился вниз, где во внутреннем дворике его уже ждал глава личной охраны царицы. Каменное лицо Хиро было нечитаемым, но во взгляде его Джури разглядел презрение. - Ты действительно думаешь, что тренировки помогут? – спросил Джури, пока они шли к конюшням. Откровенно говоря, он еще не до конца пришел в себя после долгой дороги к каганату, и перспектива опять куда-то скакать, еще и по горам прельщала слабо. - Не думаю, - хмуро отозвался тот. - Ну да. Думать тебе не приказывали, - хмыкнул Джури, но Хиро упорно молчал, как молчал и весь последующий путь. Он уводил его достаточно далеко от дворца, пока тот не превратился в небольшую точку на горизонте. Кобылка послушно шла за жеребцом Хиро и тому даже не надо было управлять ею. Хиро остановился в низине, скрытой невысокими холмами и заполоненной балбалами**** и раскидистыми кустарниками с подвязанными лентами на ветках. - Разве это не священное место? – поинтересовался Джури, сползая с седла. - Поэтому мы и здесь, - пояснил Хиро. – Никто не сунется и не станет свидетелем твоего позора. - Зачем все это, если даже надежды нет, - пробурчал Джури. - Надеяться надо на лучшее, а готовиться к худшему. Первое упражнение – оббежать все изваяния десять раз. - Это что, тренировка, чтоб я мог убежать от горца? - Молчи и беги, - рыкнул Хиро. Джури поджал губы, передавая ему поводья. За свои семнадцать лет он никогда всерьез не занимался физическими упражнениями. В пятнадцать он выбрал для себя путь целителя, и полностью погрузился в изучение свойств трав и целебных вод, оставляя игры в войну старшим братьям. Джури не мог даже предположить, что он останется единственным наследником, никогда не интересовался политикой, экономикой, не принимал участия в дворцовых интригах, и из всех братьев достаточно близок был только с Ю. Мать Джури видел редко, услышав от нее в семь лет, что он являлся самым бесперспективным ребенком и после встречаясь с ней только на больших праздниках. У Джури был хороший учитель, совсем молодой пленный врач, об освобождении которого Джури ныл Ю не одну неделю, пока тот не согласился отпустить узника из-под стражи. За освобождение Маса был благодарен, и, обладая в целом достаточно мягким, покладистым нравом, без утайки делился с ним знаниями. Но самым важным чему научил его Маса, было, конечно общение с духами. Единожды открыв для себя ведичество, отказаться от него Джури уже не смог, и хоть и старался не прибегать в волшбе, мир заиграл для него иными красками. Первые два круга Джури пробежал легко, задыхаться начал на третьем, совсем выдохся к пятому, но Хиро был неумолим. - Я больше не могу, - прохрипел Джури, упираясь ладонями в колени. - Живо, - гаркнул Хиро, вытаскивая из колчана стрелу. - Ты не посмеешь ранить меня перед поединком. - Еще как посмею. Скажу, что был несчастный случай, глядишь его и перенесут. К тому же, я могу прострелить тебе палец. В сражении он ни к чему. Джури прищурился, вызов читался в его глазах, но Хиро натянул тетиву и также презрительно смотрел на него. Резко выдохнув, Джури сжал зубы и продолжил упражнение, с разницей только что теперь он был у Хиро на прицеле. После десяти кругов и секундной, по ощущениям Джури, передышки его заставили отжиматься пятьдесят раз и снова отправили на пробежку. Солнце медленно ползло вверх, не прошло и пары часов с рассвета, а он уже чувствовал себя вымотанным и совершенно обессиленным. Пот струился по его телу. - Сегодня тебя спросят, чем ты предпочтешь биться. Ты ответишь, что мечом, - Хиро опустил лук. Вытащил из ножен клинок, за вторым сходил к лошади, протягивая его Джури. Тот с кислым видом взял в руки оружие. Его вес тяготил, рукоятка никак не могла удобно улечься в взмокшую ладонь. Хиро покрутил оружие, разминая запястья. - Твердо стой на ногах. Займи удобное положение, чтобы ты мог отклониться в любую сторону и с легкостью развернуться. Согни одну ногу в колене. Держи меч перед собой, - Хиро сделал резкий выпад, чего Джури, все еще воюющий с рукоятью, даже не заметил, пока лезвие не оказалось у кончика его носа. Хиро шумно выдохнул. - Твердо стой… - Я не глухой, - огрызнулся Джури. – Предупреждать надо. - Думаешь, горец будет тебя предупреждать? – осклабился Хиро. - Ну ты не он, - парировал Джури, вытягивая оружие перед собой. В конце концов, он сжал эфес двумя руками, и несколько раз ему даже удалось остановить удар. Удары были несильными, каждый из них сопровождался пояснениями, но Джури так и не разобрался к концу экзекуции, где был колющий, а где рубящий. Он тяжело дышал, Хиро же выглядел больше разъяренным, но ничуть не уставшим. - Двигайся, не стой на месте, - чуть не кричал тот. Джури послушно отступил на шаг назад, споткнулся и завалился на бок. В пятнах солнечного света сверкнул металл меча, вывалившегося из его рук. - Святая Праматерь! – взорвался Хиро. – Ты можешь хоть немного стараться? Ты понимаешь, что стоит на кону? - Не ори на меня как на ребенка! – взорвался Джури. - Тогда веди себя как взрослый! - Может, будет шанс, - как-то жалобно проговорил Джури, поднимаясь на ноги. Все тело ужасно ныло. - Шанс на что? Шанс отдать дикарям то, что должно принадлежать нам? Шанс убраться с поджатым хвостом и прослыть трусами? – Хиро убрал свой клинок в ножны. – Можешь попытаться пригласить их потанцевать в цветочных венках, или смазливо поулыбаться, если думаешь, что будет «шанс». - Сомневаюсь, что улыбки будет достаточно. - В таком случае ничего не остается кроме как убить его, - выплюнул Хиро. Джури снова вздохнул. С этой позиции ситуацию он не рассматривал, и неизвестно, что было для него хуже – умереть самому или же лишить жизни другого человека. Время их возвращения пришло на полднень. Прохлада горного ветра не спасала от палящих лучей, и за дорогу Джури в очередной раз вымок, желая скорее забраться в лохань и лежать там как можно дольше. Однако все его надежды рассыпались, когда он, вползая в комнату, услышал Сакая: - Переодевайся скорее, собрание почти началось, - он надкусил сливу и указал рукой на белоснежный костюм, расшитый золотом. - Я буду выглядеть как павлин. - Сегодня тебе надо выглядеть как павлин, чтобы произвести впечатление. - Пойду я хоть голый нужного не произведу. - Это будет оригинально, - хихикнул Сакай. – Поторопись. На глиняных стенах некогда был выбит орнамент, теперь же некоторые кирпичи выпали, зияющими дырами нарушая целостность рисунка. За Джури неотрывно, но, как положено, на расстоянии четырех шагов шел Сакай. Он остановился около ворот в главную залу. - Не пропусти ни слова, - велел Джури, заходя внутрь. Убранству залы можно было позавидовать с десяток лет назад, он выглядел довольно пустынно и обветшало. По центру на полу тянулся дасторкон***** с разложенными вокруг подстилками и богато расшитыми подушками, на торе, как и положено, сидел каган, рядом с ним, словно статуя, замерла Дениза. По правую руку сидела мать, никак не отреагировавшая на вошедшего сына. Позади нее застыл Хиро, скрываясь в тени. Свет от высокого узкого окна падал на скатерть, уставленную яствами. Звук шагов Джури съедала мягкая подошва кожаных сапог. Он согнулся в поклоне, перекрещивая руки, после выпрямился и занял место рядом с матерью. Слуга налил в пиалу чай, протягивая ее Джури, тот принял чашу, едва не выронив ее из трясущихся рук. - Пользуясь случаем, хочу снова вознести дань красоте Денизы, от которой мой сын потерял дар речи, - произнесла мать, едва заметно пихая Джури в бок. - Да-да, - он набрал воздуха в грудь, судорожно придумывая комплимент. – Красота ваша сродни лучам восходящего солнца, - нашелся он, обращаясь к Денизе. Та растянула губы в вежливой улыбке и сдержанно кивнула. При ближайшем рассмотрении наследница выглядела еще более уродливой, чем Джури показалось поначалу. Крупный нос на совершенно круглом лице притягивал внимание, узкие глаза шныряли по залу и по присутствующим, щедрая россыпь не то прыщей, не то язв покрывала лицо. В довесок, у Денизы явно наблюдался лишний вес. - Моя дочь… - заскрипел каган, - Первая красавица каганата. Чтобы перечислить ее достоинства понадобится не один день. «Страшно представить, какие у них остальные девицы, если она первая среди них», - ужаснулся Джури, но продолжал улыбаться. Резко раскрылись двери, внезапный сквозняк перевернул пиалу Денизы, но та даже не шелохнулась: внимание ее было занято вошедшими. Джури тоже хотел обернуться, но снова получил тычок под ребра. Горцы не стали утруждать себя церемониями, сразу садясь за стол. Охраны при них не было. - Позвольте представить вам главу небесных людей и начальника их армии, - каган повел рукой в их сторону. – Сойка и Айзу. И, в свою очередь, шаха Джури и его мать, вдовствующую царицу. Игра началась. Сила против денег, мечи одной стороны против золота другой. Джури почувствовал, как начинают пульсировать виски. - Мы рады приветствовать вас, - сказала Айза, прикладывая два пальца ко лбу. Такая традиция не была знакома Джури. Ее жест повторил Сойк. - Знакомство с вами сродни чести, - ответила на это царица. Дениза хлопнула в ладоши и вокруг засуетились слуги. - Примите наши соболезнования, - в тоне Айзы никакого сочувствия не слышалось. – Должно быть ужасно – потерять все в войне. - Судьба забрала у меня многое, но не все. Мой младший сын Джури щедро награжден Святой Праматерью, и моя опора и опора шахнията. Айза без зазрения окинула Джури оценивающим взглядом, который тот встретил со всей собранной в маске на лице холодностью. Горцы были одеты одинаково, в мешковатые бесформенные черные одеяния. Айза вскинула руку, почесав кончик носа, невольно демонстрируя покрытое татуировками предплечье, после провела рукой по своей лысине и скривилась, словно смотрела не на шаха, а на мальчишку-прислужника. - Шаткая опора не выдержит даже слабой грозы, - вынесла вердикт она. - Не одна буря стремится сломить кипарис, но после он всегда выпрямляется и плодоносит, - не растерялась Шерин. - На одном кипарисе державы не стоят, - усмехнулась Айза. Джури во все глаза смотрел на эту странную женщину, чья дерзость граничила с наглостью. Он знал, что слухи распространяются быстро, но не думал, что небесные люди знают про разгромленную армию шахнията. До приезда в каганат он вообще не слышал, чтобы те спускались с высокогорья. - Золотые корни прочная основа, - возразила царица. - Это… - Довольно, Айза, - вдруг встрял Сойк и Джури перевел взгляд на него впервые за весь разговор. Разглядывать того, чьи руки даруют ему смерть было странно, волнующе, но не страшно. В противоположность женщине рядом, чернь волос Сойка свободно спускалась ниже поясницы. Сакай не обманул – тот выглядел жутковато со знаками на лице и густо накрашенными глазами. В губе и брови торчали серьги. - Да-да, - закряхтел каган. – Конечно, мы собрались обсудить за мирным столом грядущий поединок. - Не только поединок, - возразила ему Шерин. – Мы бережно относимся к традициям вашего народа. Насколько нам известно, поединку предшествуют охота, игры и неделя пиршеств, - она вцепилась хищным взглядом в кагана. – Грядет великое событие – свадьба наследников государств! Об этом надо думать в первую очередь. Надеюсь вскоре увидеть представителей знати и завести с ними знакомство, - и без того бледное лицо кагана побелело еще сильнее, - Со своей стороны я отправила гонца в шахният с приглашениями. Гостей будет немного, не более тридцати, вы же не откажете в гостеприимстве? Каган с трудом сглотнул. - Конечно же мы будем рады гостям, - вместо него ответила Дениза, цедя слова сквозь сжатые зубы. Отказ в гостеприимстве был сродни объявлению войны. - Это просто чудесно! – воскликнула Шерин. - И все-таки вернемся к поединку. Чем предпочитает биться шах? – поинтересовался Сойк. Джури подавил дурацкий смешок. Ему показалось, что сзади гоготнул Хиро, который точно будет смеяться при виде того, как дерется его новый подопечный. И вне всяких сомнений, самому Джури в этот момент будет явно не до смеха. - Мечом, - как можно тверже постарался ответить он. - Сколькими? - А… э… Одним, - отозвался Джури. Сойк кивнул и вернулся к еде, всем своим видом говоря, мол, что мне было надо я узнал, и большее меня не волнует. - С формальностями покончено, - заявила Шерин. – Я с радостью помогу кагану устроить охоту и прочее. - Благодарим вас, - ответила Дениза. Остаток трапезы она вежливо вела беседу с Шерин, изредка поддакивал каган. Пока царица отдавала дань вежливости, Джури исподлобья продолжал рассматривать горцев – оба они молча поглощали еду, не переглядываясь и совершенно не вписываясь в окружающую обстановку. Джури начало подташнивать от напряженной атмосферы, хотелось встать и сбежать из удушливого помещения. «Слушай, Джури, и запоминай, - властно говорила она, пока Джури смотрел на лежащих в ряд братьев. Никто из них не выглядел мертвым, словно они все заснули. До крови закусив щеку, Джури смотрел на Ю, и мысленно умолял его очнуться. Слезы жгли глаза и Шерин, заметив, влепила ему пощечину. - Теперь ты официальный глава шахнията. Праматерь видит, ни ты ни я этого не хотели, но нам никуда от этого не деться. Тебя не чтут и не уважают. Ты не внушаешь ужаса и не располагаешь к себе. У тебя нет союзников. Ты обязан скрепить наш дом браком с каганской дочерью. Ты обязан завладеть их армией и торговыми соглашениями. Теперь это твой долг». Джури помнил, и продолжал сидеть с неестественно прямой спиной. Когда, наконец, прием закончился, она двинулась в сторону его покоев. Обернувшись, Джури не увидел Сакая, но знал, что тот где-то рядом. За ними послушно топал Хиро. - Хоным*, он совсем не готов, - тихо произнес начальник охраны, когда они вышли во внутренний дворик. – Я ожидал большего, но сегодняшнее утро убедило меня, ему не выстоять против горца. - Готов не готов, а сражаться будет, - отрезала Шерин. – Продолжайте тренировки. Научи его всему, что можно в такой короткий срок, пока я разоряю этого старого дурака и думаю, как уничтожить дикарей, - распорядилась она. - Завтра на рассвете, - бросил ему Хиро и зашагал вслед за удаляющейся царицей. Едва они скрылись в лабиринтах дворца, словно из ниоткуда возник Сакай. Джури протянул ему несколько фиников, которые стащил со стола и успешно спрятал в кармане штанов. Сакай довольно заулыбался, принимая угощение и сразу вонзая в него зубы. - Ради хорошей еды можно вытерпеть какой угодно прием, - поделился он размышлениями. Джури вдохнул с таким видом, будто никогда не слышал ничего глупее. - Приготовь мне ванну, - бросил он Сакаю, заходя в свои покои и мечтая избавиться от помпезного костюма. – Ты видел горцев? На их фоне я действительно выглядел ряженым идиотом. Видел бы ты, как смотрела на меня Айза. - Не видел, но слышал, - отозвался Сакай, вытаскивая деревянную лохань из-за ширмы. – А еще слышал Хоным. Тебе не о чем волноваться, впереди еще три недели, за которые она точно придумает, как смести Сойка с твоего пути. - Я волнуюсь не об этом, - возразил Джури. - А о чем тогда? - О том, что понадобилось горцам в низине. Насколько я знаю, они никогда не спускались так далеко. Маса рассказывал мне, что для них это вроде как постыдно – якшаться с людьми долин. Сакай неопределенно повел плечами. - Может, он влюбился в Денизу, и сила любви согнала его с родных вершин, - в одной руке у него было ведро, в другой недоеденный финик, и он разрывался между желанием уплести лакомство и скорее выполнить приказ господина. - Ну уж, влюбленным он точно не выглядит, - хмыкнул Джури. – Попробуй разузнать что-нибудь об этом. Посмотри, как устроен их лагерь, сколько стражников на входе и чем они вообще дышат. Если повезет, подслушай разговоры. - Ладушки, - кивнул Сакай, решивший, что Джури подождет, а вот финик - нет. Слуга исчез из покоев на закате. Глядя в окно Джури напряженно думал о вещах, что творились вокруг него, но не было в нем присущей Сакаю беззаботности – он не желал полагаться на мать, хоть и предполагал, что данного слова она не нарушит. Головоломка не спешила складываться. Когда золото звезд раскрасило небосклон, Джури тихонько выскользнул из комнаты, стараясь ступать как можно тише, выбежал из дворца, проверяя, нет ли за ним слежки. За пазухой у него лежало огниво и необходимые травы, а путь лежал к берегу Горячей Слезы. Пару раз он поскользнулся на повлажневшей от ночной росы траве, но добрался до интуитивно необходимого места, густо заросшего кустарниками, без происшествий. До слуха Джури доносился шорох ветвей и шум волн, как вдруг он замер. Гулко заколотилось сердце в момент понимания, что он не один на пляже. Он специально отошел подальше от дворца и думать о том, что это кто-то из слуг не приходилось. - Покажись, - приказали ему. Шаг, другой, он вышел из тени зарослей, глядя на натянутую тетиву уже почти привычно – все-таки с утра прошло не так много времени. – Что тебе надо? - Мне не спалось, и я решил пройтись, - без запинки соврал Джури. Сойк был абсолютно голый, дорожки воды стекали по его телу, впитываясь в песок, кажущийся черным. - Подними руки, - приказал тот. Джури поднял обе руки, демонстрируя отсутствие оружия. Подумалось, что для Сойка эта ночь оказалась куда удачливее, чем для него самого. Беспокойство разрослось в нем до самых корней волос. - Ну, чего медлишь? – после паузы не выдержал Джури. – Хочешь стрелять – давай. Сойк смотрел на него, хмуро насупив брови. Вид его Джури совсем не нравился, он перевел взгляд ниже, блуждая по животу, внушительного вида члену и ногам. - Мне не нужны проблемы, - наконец произнес он, опуская лук, чтобы стрела смотрела в сторону. – Если ты сказал правду – уходи и гуляй в другом месте, - он четко выговаривал каждое слово. Их язык был Сойку чужд, но знал он его, вероятнее всего, неплохо. Тело его напоминало тетиву его лука, такое же подтянутое, жилистое, напряженное. - Ты ведь можешь убить меня сейчас и избежать поединка, - ляпнул Джури и тут же ужаснулся сказанному. Он что, только что пригласил своего врага убить себя? - Нечестно и мелочно, - ответил горец, совсем уже опуская лук. – Будь моя воля я бы избежал кровопролития. Но мне нужна победа. Это мой долг. - Долг главы – побеждать, - усмехнулся Джури. – Остальное не важно, не так ли? - К чему ты клонишь, малец? - Мое имя Джури. - Итак, Джури? - Для стрелы нет разницы, кто что заслужил, правда? У меня тоже есть долг, и мне тоже надо быть тем, кто стреляет. В этом нет никакой справедливости. - В мире вообще нет справедливости, - выплюнул Сойк. – Ни для тебя, ни для меня. Этот мир смотрит в ту сторону, где плевать на всех. Но это не значит, что я не убью тебя, Джури. - Значит, такова воля Святой Праматери, - совсем тихо выдохнул Джури. Он повернулся к Сойку спиной, запоздало думая о том, что тот может передумать и его легкие разорвет железный наконечник, но этого не произошло. Позже он нашел подходящее место для разговора с духами озера, но те так и не откликнулись на его зов. ---- *шахният - вымышленное название государства Центральной Азии по территории схожее с халифатом. **каган - высший титул суверена в средневековой кочевой иерархии. ***калым - плата; выкуп, уплачивавшийся родителям или родственникам невесты. ****балбал - тип каменной бабы; небольшой, иногда обработанный каменный столб, устанавливавшийся возле курганов. *****дасторкон - стол на коротких ножках. *хоным - почтительное обращение к почетным дамам