МИ-2

Маша встала рано. Это субботнее утро не несло ничего приятного. Она собиралась на прием к терапевту. С понедельника она была на больничном, потому, что в воскресенье вечером у неё поднялась температура. По тому, каким образом терапевт выписывала больничный, было понятно, что в пятницу вечером она ждет сообщение на телефон: «всё в порядке, прошу закрыть мой больничный». И чисто формально, Маша чувствовала себя хорошо. И больничный уже можно было бы и закрыть, да и на работе, по мнению начальства, больничный у девушки был липовый, раз уже в среду она выбиралась на прогулку. Но вот морально выходить на работу Маша была совсем не готова. Она думала, что бы ей такое сказать врачу, чтобы еще хотя бы до следующей среды остаться дома. В это самое время ей позвонила мама. Маша уже давно жила отдельно от родителей, мечтая о покупке собственной квартиры, но пока приходилось довольствоваться съемными. -Как ты, Машенька? – заботливо спросила мама. -Да вот, собираюсь к врачу. И почему я записана так рано на восемь часов? Полагаю, врач всё же не ждала, что я к ней соберусь, - хоть и жила Маша отдельно, но прописана то она была в родительской квартире, поэтому и поликлиника была местная и всё остальное. И сейчас ей надо было выйти и пройти 15 минут пешком. Но она опасалась, что мама может сказать, что папа за ней сейчас приедет и отвезет в поликлинику. Маша очень любила родителей, но легкий родительский контроль её иногда раздражал. -Ох, это здорово, что я успела. Хотела позвонить еще вчера, но закрутилась. -Мам? -Да, я понимаю, что тебе в понедельник отчаянно не хочется на работу, поэтому, я позвонила и от твоего имени описала такие симптомы, что на приём тебе в среду. Но вот меня не может не пугать это твоё отсутствие сил и усталость. Поэтому, я записала тебя в «МедОк» на прием к иммунологу. На восемь ноль пять. И идти тебе недалеко совсем. Всего лишь в первый корпус твоего жилого комплекса. -Мам? -Ну что ты всё мам, да мам. Я действительно хочу как лучше. Ты же у меня тот еще скептик. Так почему бы не узнать о реальном состоянии своего здоровья? Маша была очень благодарна маме. Во-первых, мама вряд ли будет сидеть под дверью и слушать, о чем Маша говорит с врачом, как обычно бывает в таких случаях. Ну и правда, далеко идти её не хотелось. А здесь можно надеть легкую курточку и сделать всего несколько шагов до другого корпуса. Она еще ни разу не была в этом медцентре, но слышала о нём много хороших отзывов. Не успела она сдать одежду в раздевалку, как девушка из ресепшен обратилась к ней. -Тараблина Мария Евгеньевна? -Да. - Доктор немного задерживается, пробки, но зато потом он сможет уделить вам больше времени, так как запись после вас отменилась. И это будет вам бонусом. -Отлично, - улыбнулась Маша. Обстановка в медцентре была располагающей. Скандалить ей не хотелось. Тем более, если верить глазам, то в куллере можно было набрать её любимый «Нарзан». -Вот вам ваша карта, а я вас провожу до кабинета 208. Через десять минут в кабинет вошел…Шикарный мужчина в белом халате. В нем было всё от молодого Антонио Бандероса и Джонни Деппа, ранние фильмы с которыми Маша просто обожала. «И этому человеку я должна буду рассказывать что-то о проблемах со здоровьем?» А еще через минуту, над кабинетом мигнул сигнал «Войдите». Она вошла, дверь за её спиной как-то странно щелкнула. -Здравствуйте, Мария Евгеньевна. Не волнуйтесь. Это защита от тех, кто хочет просто зайти. Для персонала существуют внутренние двери. Извините, на дорогах пробки, задержался. -Ничего страшного, - Маша сидела на стуле и была немного скована. В голове играла мелодия из «Отчаянного». - Меня зовут Анатолий Николаевич. Вы ко мне по какому вопросу пришли? -Знаете, это так просто и не объяснишь. Я вообще на больничном. Но сейчас себя хорошо чувствую. Просто два дня была высокая температура, а потом просто сил не было. Сидела дома, сериалы смотрела и понимала, что на работу мне не очень хочется. А врач надеялась, что я сегодня приду закрывать больничный. Или даже просто позвоню. Вот мне и посоветовали сходить к вам. -Очень толковое объяснение. Так, когда вы себя плохо почувствовали? -В прошлое воскресенье. У меня медленно стала подниматься температура. Я вызвала врача. -Врач пришел или консультировал вас по телефону? -Пришла. И даже в первой половине дня в понедельник. -Осмотрела или на слово поверила? -Ну, температуру померила, убедилась, давление…эту сатурацию, послушала, - начала перечислять Маша. -Значит послушала. И как? Сквозь одежду? -Я была в свитере, пришлось приподнять. -Ага-ага. Всё понятно. Живот не смотрела? -Нет. -Конечно. Полагаю, что пупок тоже не проверяла? -Представляете, даже экспресс ПЦР не делала, сказала, что мне не актуально, - если про живот Маша еще понять могла, то что за осмотр пупка? - И сейчас вы жалуетесь на апатию и полное нежелание выходить на работу? -Не совсем. Я люблю свою работу, но ощущаю, что у меня совсем нет сил. -Да так и есть. Жаль, что наша потоковая медицина погрязла в бумажках. Времени на каждого пациента не больше одиннадцати минут. Хорошо, что вы пришли ко мне. У меня времени много. Сейчас я вас очень тщательно осмотрю, и будем искать причину отсутствия сил. Раздевайтесь, пожалуйста. -До пояса? - Мария Евгеньевна, очевидно, вы не прочитали описание к осмотру? Ну, ничего страшного. Раздеться надо до трусов. И да, возьмите, пожалуйста, одноразовые тапочки. -Хорошо, - сказала Маша, а про себя подумала, что её черные кружевные трусики танга с большим бантиком, могут заставить доктора думать, что она пришла его соблазнять. На самом же деле, Маша обожала красивое и дорогое белье. Она знала, что даже такое белье, может быть удобным. Да, стоило дорого, да можно было бы и значительно дешевле, но Маша считала, что фигура у неё не совсем стандартная, поэтому нужны дополнительные способы привлечения. Хотя,стыдиться своей фигуры ей было нечего. Рост у неё был 167 сантиметров. Ноги у нее были длинные и стройные, округлые бедра ( 90 см) , очень тонкая талия (55 см) и очень аппетитная грудь (107 см). Маша про свою грудь всегда говорила, что она – очень удобная. Когда она надевала сарафаны и платья, то всё внимание окружающих было приковано к аппетитным формам, милой ложбинке, сердце парней иногда стучало в такт с легкими колебаниями. Если Мария надевала строгие костюмы, то объемность как будто исчезала, превращая Марию в цепкую деловую женщину. Груди были похожи на спелые грушки с небольшими ореолами и сосками – вишенками. Маша прекрасно знала, что была красоткой. Только вот в одних трусиках перед врачом, напоминающим терапевта, она оказалась впервые. Маша чувствовала себя очень странно. Вроде бы она прекрасно понимала, что на осмотре, с другой, сходила с ума от прикосновений врача. Всё началось с измерения роста и веса. Потом объем головы, шеи, талии, бедер, длина ступней и каждой ноги от бедра. Объем груди. Расстояние между грудей. Расстояние между сосками. От сосков до пупка. От сосков до ямочки на шее. И от ямочки на шее до пупка. Длину и ширину каждой ягодицы. Маше немножко пришлось подержать бантик на трусиках, пока врач измерял ягодицы. Маша подумала, что будь она в обычных трусиках, то, наверное, ей бы для этого измерениях, их пришлось бы приспускать. -Замечательно. Теперь руки, пожалуйста, на плечи положите и дышите нормально, - врач достал из ящика стетоскоп, прислонил к правой ключице. Диск был очень холодным, почти ледяным. -Холодно? Не переживайте, сейчас нагреется. Не надо усиливать дыхание. Дышите, просто дышите. Со стетоскопом в руках врач медленно двигался по грудной клетке, постоянно перемещаясь по на левую, то на правую сторону. Будто бы что-то сравнивал. Вообще, в своей взрослой жизни, Маша ни разу не болела. И этот домашний визит терапевта был первым за много лет. Во время диспансеризаций терапевт только измерял давление. Поэтому, в последний раз стетоскоп касался Маши, когда той было 14. Сейчас же ей было уже 25. «Наверное, я что-то не так запомнила с детского времени. Разве этот процесс выслушивания, был приятным? Мне кажется, не очень. Почему сейчас я почти кайфую?» -Повернитесь спиной, пожалуйста, сделайте глубокий вдох и задержите дыхание, - врач положил ладони на её лопатки. Руки доктора были приятно теплыми, Маше понравилось это прикосновение, - хорошо, медленно выдыхайте. Еще раз глубоко вдохнув, задержите дыхание, - руки врача крепко сжали её талию, Маша чуть не ойкнула, но сдержалась, - медленно выдыхайте, вы просто умничка, встаньте, пожалуйста, максимально ровно, - врач очень медленно, провел пальцами по всему позвоночнику, попросил Машу наклониться, коснуться ладонями пола, после этого снова провел по позвоночнику, теперь от позвонка до копчика, а после стал простукивать и спрашивать о болевых ощущениях. Ни болевых, ни дискомфортных от того, что врач немного оголил её попу, не было. Распрямившись, она даже не стала поправлять трусики. Сзади голые ягодички, спереди, сантиметр до оголенного лобка, - Дышите глубоко, пожалуйста, очень глубокий вдох и долгий выдох, - и снова ледяной диск коснулся Маши, соски налились и окончательно затвердели, Маша радовалась, что врач этого не видит, потому, что она даже не могла прикрыться, её руки были подняты вверх, - Дышите глубже, пожалуйста, хорошо, еще глубокий вдох, выход и теперь дышите часто-часто, вот так. Голова не кружится? -Нет. -Замечательно, дышите спокойно, нормально. Вот так. Хорошо. Снова глубокий вдох, пожалуйста. Еще глубокий вдох. Покашляйте, пожалуйста. Еще немного. Снова глубокий вдох. Хорошо. Повернитесь, пожалуйста, раскройте подмышки, а руки положите на голову. Вот так. Хорошо, - врач убрал стетоскоп в ящик и стал простукивать сначала грудную клетку, потом опустился на живот, сначала простукивал, потом стал немного надавливать пальцами, несколько раз сплющил пупок, порастягивал его в разные стороны, понажимал. Попросил втянуть живот, стал снова простукивать и наживать, снова изучил пупок, потом попросил живот «надуть» и снова повторил. Пока врач изучал её живот, Машины соски и ореолы, к небольшой машиной радости, вернулись в нормальное состояние, привычное состояние. Хотя, больше, чем ощущение странного кайфа от прикосновения врача, её мысли были заняты тем, что трусики вот-вот оголят ей лобок полостью. А врач взял другой стетоскоп, с довольно маленьким диском и формой, напоминающей колокольчик, поставил его между грудей девушки и попросил дышать нормально. Руки Маши оставались в том же положении на голове. Диск же двигался очень медленно, по внутренней стороны правой груди, к ореоле, немного зажал сосок, замер на несколько секунд, дальше по внешней к подмышке, по подмышке на бок вниз до талии по животу к левому боку, наверх до подмышки, по подмышке к внешней стороне груди, к ореоле, потом полностью, накрыв сосок на несколько секунд, потом по внутренней стороне груди, снова между грудей и вниз к пупку и чуть ниже. -Замечательно, ложитесь на вот эту кушетку, на спину. И трусики до колена опустите, пожалуйста, - Маша легла, трусики приспустила, - Руки по швам, пожалуйста. Если будут болезненные или даже просто неприятные ощущения, сразу говорите, - он снова стал простукивать и проминать машин живот, иногда действительно, было немного неприятненько, Маша немного попискивала, врач кивал головой, и продолжал простукивать и проминать, то прося Машу максимально втянуть живот, то расслабить, то надуть. После этого очень долго выслушивал Машу. Прося по лечь на один бок, то на другой, то лечь на живот. Снова на спину. Долго изучал её пупок. Даже проникал внутрь какой-то, как Маше показалось, железной палочкой, это было не очень приятно, даже больновато. -Не волнуйтесь, расслабьтесь, я почти закончил это исследование, - поговорил он, когда Маша немного пикнула, потому, что стало больно. -Ага, - только и смогла сказать Маша. После этого он установил диск стетоскопа прямо на пупок и очень долго слушал что-то, кивал головой, потом снова простучал живот. И держа оба больших пальца на пупке, попросил Машу несколько раз максимально втянуть живот. -Сейчас я буду проводить полное сканирование вашего организма, вам нужно будет снять трусики. -Конечно, сказала Маша, снимая трусики, которые за время этого исследования и так самостоятельно опустились максимально низко. -Расслабьтесь, пожалуйста, сканер довольно холодный, - Маша лежала и боялась закрыть глаза. Едва она это делала, то начинала проваливаться в фантазию, где Анонию Бандерос, времен «Отчаянного», откладывая гитару, на которой играл полностью обнаженный, опускается перед лежащей Машей на колени и начинает целовать её груди, вылизывать ореолы и целовать соски. Маша вздрагивала от того, насколько были реальными эти прикосновения губ и языка, врач же по-своему расценивал эти вздохи. - Пожалуйста, расслабьтесь, это всего лишь сканер, не волнуйтесь, - а Маша думала, как не волноваться, когда врач этим самым сканером, делал такое, что в её понимании было почти лаской. Её парень также водил по соскам «ласкателем». Единственное отличие, пожалуй, что ласкатель был на разных скоростях, а здесь скорость была одна. -Ну вот, теперь вы можете встать, - Маша лежала на животе, а сканер прошелся по её ступням, - Пожалуйста, ложитесь вот на эту кушетку, еще ряд исследований. Сначала так называемые стресс тесты. Когда Маша легла, врач вернулся с коробочкой, на которой было написано «стерильно» и достал оттуда нефритовый диск. Коснулся им правого соска девушка. Диск был очень холодный. Маша вздохнула. -Какие у вас ощущения? -Холодно, - проговорила Маша. -Ага, а здесь? – похожий диск коснулся левого соска. -Холодно, - проговорила Маша. -Сейчас, я положу вам очень холодные диски. Как только они станут теплыми, сообщите. Маша не успела сказать: «Хорошо», как на ореолы, зажав соски легли лядянующие диски. Это было довольно приятно. Вообще, Маша обожала такие ласки. Она специально замораживала лед, а её парень водил кубиками по груди и целовал. Странно, но своего парня Маша сейчас совсем не представляла, её изводил ласками Антонио, она подставляла груди, навстречу его ласкам. И с трудом отвлекалась от этого занятия, чтобы отвечать на вопросы врача. Дисков было несколько. Врач то водил ими по телу Маши, то устанавливал на разные точки. И всегда спрашивал об ощущениях. -Ну вот, возьмите полотенце, протритесь и можете одеваться. Хотя, подождите секундочку, еще один момент, - Маша уже встала с кушетки и подняла, что очень расстроена, что осмотр закончен. Врач подошел к ней с еще одним стетоскопом, - Сейчас, кое-что уточним. Присядьте. Подышите-ка глубоко, - диск снова прошелся по грудной клетке, между грудей, по животу. Затем врач зашел со спины, - да, теперь всё окончательно понятно. Одевайтесь, пожалуйста. - Если уж совсем по-честному, вы сильно забили на своё здоровье. Давно не были на банальном осмотре у терапевта. Так, чтобы вас просто прослушали, как следует. Нет, так то, волноваться не стоит, вы в отличной форме. И да, почти здоровы. Но теперь вы под моим наблюдением. Вы нуждаетесь в специальном прогревании и оздоровительном массаже. Когда вы сказали вам там на прием к вашему врачу? В среду? Так. Вот. Пойдете через среду. Я так понимаю, живете вы недалеко? Вот и хорошо. Через пять часов вернетесь. Душ Шарко, бочка и лечебный массаж. Под моим наблюдением. -Хорошо, - сказала Маша и вышла. -Маша, что с тобой? Статус твоего приема у врача изменился, перенесся на неделю, - мама позвонила, когда Маша еще не успела зайти в квартиру. -Мам, всё хорошо, врач просто сказал, что у меня усталость накопилась. И я, поэтому никак не могу полностью восстановиться. Поэтому, врач мне назначил процедуры и продлил больничный. -Тогда хорошо. Может, придешь к нам вечером? -К сожалению, мне на сегодня назначена первая лечебная процедура, - проговорила Маша. Спустя пять часов, лежа обнаженной на массажном столе, и ловя кайф он медленного массажа «груди» , она думала, что в родительском контроле есть свои плюсы.