Дочь горы Арреат

      Когда он проснулся, Джинвир уже не было.       — Гумберт… Гумберт!       — А! — неубедительно сымитировал пробуждение призрак. — Да, парень, чего голосишь в такую рань?       Его голос звучал глухо из-за туго затянутого мешка.       — Она ушла, правильно? — спросил Зейл, доставая Гумберта. — Когда? И куда?       — Я спал. Я сейчас даже сообразить ничего не могу. Нельзя будить вот так просто…       — Ты — призрак, — оборвал его тираду Зейл. — Вы не спите.       — Ну, в общем да, — виновато кашлянул Гумберт, — но это с точки зрения живых. В действительности мы погружаемся во что-то типа сна. Состояние между этим миром и тем.       — И я прекрасно знаю, что вы в таком состоянии воспринимаете и тот мир, и этот.       — Зейл, к чему этот разговор?       — Ответь мне.       — А что ты хочешь узнать?! — гневно воскликнул Гумберт. — Ты же сам сунул меня в мешок, сквозь который я ничего не вижу. Да, я слышал, как она всю ночь вставала и подбрасывала дрова в костер. Потом ушла. Вроде бы утром. А час назад, или два, или три — этого я не знаю!       Зейл сокрушенно покачал головой.       — И извини, что я не умею по звуку определять направление пути.       — Ладно, Гумберт, не злись. Просто… у меня такое чувство, что случилось что-то гадкое.       — Кроме того, что ты позволил себе… близость, которая не поощряется у некромантов?       — Да. Кажется, я назвал ее именем Сейлин.       — О. — только и смог что сказать Гумберт. Он затих на добрых полминуты. Зейл почти видел, как в пустом черепе вертятся шестеренки мыслей. — Ну, какой мужчина так не прокалывался! Что толку теперь об этом думать.       — Я не хотел ее оскорбить.       — А оскорбил ли? Думаешь она не думала в этот момент о своем Джейкобе? — резонно заметил Гумберт. — По-моему, вы оба в этот момент были не друг с другом. Она это поняла раньше тебя. И ушла. Потому что ничем вы друг другу не обязаны. Да и потом, если бы ты оскорбил ее, она б тебе голову оторвала. Помнишь, как она за невинную шутку грозилась мне череп раскроить?       — Может быть ты и прав, Гумберт.       — Я точно прав! — воскликнул череп. — При жизни я был великим знатоком дамских сердец. Знаешь, что обо мне рассказывали тристрамские селянки?..       Гумберт стал развлекать Зейла откровенно выдуманными байками о своих похождениях. Зейл понимал, что это только для того, чтобы отвлечь его от дурных мыслей, и был благодарен. Но он не слушал Гумберта.       Некромант вновь зажег огонь, достал солонины, вскипятил воду в котелке. Пока он завтракал, он думал о произошедшем прошлой ночью. Орден запрещает подобные отношения, даже единичные. Но как часто бывает в минуты после, в голове по этому счету не было почти никаких мыслей. Лишь одна возникала снова и снова.       «Если я все равно нарушил предписания Ордена, стоило ли отказываться от Сейлин тогда?»       Так и не найдя ответа, Зейл в конце концов затушил костер, оделся, собрал свои пожитки. В самом конце положил Гумберта в мешок и закрепил его на поясе, после чего вышел наружу.       Около пещеры по-прежнему валялись изрубленные на куски трупы — вещественное напоминание о ярости Джинвир. Утренняя свежесть и кое-где оставшийся лед запечатывали трупный смрад, но по весне, когда тела выглянут из-под снега, любой охотник легко найдет это побоище. Зейл хотел исправить это, но вернуть покойников в могилы он не мог. Не знал, кому какая могила на кладбище Вестмарша принадлежит. А отправлять толпу мертвецов на главную площадь - негуманно. Весной по обрывкам одежды люди опознают своих мертвых, хотя бы часть из них. А здесь же Зейлу делать было больше нечего.       Оставалось две дороги. На запад и на восток. На севере лежал Вестмарш, но идти туда уже не было нужды. А на юге ничего не было. По примятой траве и изрубленным сучьям Зейл понял, что Джинвир ушла на запад. Может, она оставляла эти метки специально, чтобы Зейл пошел за ней. Может, она просто вымещала злость на ни в чем не повинных деревьях. А может, она не вполне окрепла, чтобы следить за оставленными ей по чистой случайности следами. Кто знает! Зейл не собирался узнавать правду. Кому и что это даст?       Некромант пересек поляну, остановился у дерева с содранной топором корой, немного подумал, и круто развернулся на восток.