Дочь горы Арреат

      Когда Зейл нашел Джинвир, она стояла на груде убитых, окончательно убитых мертвяков. Некромант тут же подбежал к ней.       — Видел бы ты как она сражалась, мальчик, — восторженно воскликнул Гумберт, — это что-то с чем-то!       — Я видел раньше.       — Такого — не видел.       Зейл с трудом оттащил Джинвир в пещеру. Она упиралась, пробовала идти сама, но сильно ослабла, так что ей пришлось в конце концов принять помощь некроманта. Как и прежде он развел огонь, после чего занялся осмотром варварши. Ей крепко досталось. Одежда была в нескольких местах порвана, а кожа испещрена множеством ран. Джинвир потеряла много крови. Но никаких серьезных повреждений на ней не было. Тем не менее через них мог попасть трупный яд — частое осложнение после нападения мертвых.       — Твои раны надо промыть. Раздевайся. Не стесняйся меня, я не причиню тебе вреда.       — Я и не стесняюсь, — просто ответила варварша, — я тебе доверяю.       Джинвир села на пол, привалившись к стенке, после чего сняла свой топ, из которого тут же вывалились огромные спелые груди с темными сосками, гипнотически притягательные в неровном свете пламени. Варварша швырнула надорванную тряпицу в сторону. Следом за ним последовала набедренная повязка, — Зейл против воли тяжело сглотнул — а последними Джинвир стянула сапоги.       Зейл вскипятил воду в походном котелке и принялся тряпкой обмывать тело варварши. Некромант не смущался голых женщин, но даже его впечатлили формы своей боевой подруги. А ее поведение… Она не стеснялась наготы как кисейная барышня, просто и легко поворачиваясь к нему нужным боком, приподнимая тяжелую грудь и раздвигая ноги, когда дело доходило до ран на внутренней стороне бедра. Зейл аккуратно прижимал мокрую тряпку к ранам и выжимал ее, оттирая кровь и грязь. После этого по бугрящимся мускулам Джинвир текли лишь струйки теплой воды.       Зейл хотел вылечить Джинвир, но он все еще опасался, что она отнесется к его магии враждебно. Особенно сейчас, пострадав от другого некроманта.       — Джинвир, я умею исцелять раны. Если ты позволишь…       — Позволю.       Зейл поднял на нее взгляд. Варварша сидела, закрыв от усталости глаза. Ее грудь часто вздымалась. Джинвир тяжело дышала. Частью от ран, частью от еще бушующего в крови адреналина. Некромант кивнул своим мыслям и приступил к лечению. Он положил ладонь на самую крупную рану, и его пальцы засияли теплым зеленым светом. Вместе с его магией в тело Джинвир хлынул поток если не его мыслей, то настроений. Ведь магия идет прямиком из души через сердце. Разве могла она не нести отпечаток личности своего волшебника?       Джинвир почувствовала зуд быстро зарастающей плоти, и вместе с тем то, как с ней сливается магия Зейла. Это единение душ было в новинку варваше, она даже не поняла, что произошло. Даже не заметила резкой перемены. Просто ее захлестнули мысли о некроманте. О том, что она понимает его. Понимает его никем не понятую душу. Он, как и она, имел дурную репутацию. Некромантов сторонились лишь немногим более, чем варваров. Первых считали чистым злом, вторых — охочими до битв безумцами. А ведь варвары — древний народ с богатой культурой, стоявший на защите камня мироздания! Они не заслужили славы безрассудных бретеров. Равно как и некроманты — не служители зла. Они поднимают мертвые тела, да, но зато помогают упокоиться душам. Джинвир внезапно поняла, как много у них общего. Замкнутые, нелюдимые, они оба несли в сердце скорбь по потерянному счастью.       Джейкоб оказался недостижим для Джинвир, и это ее крест. Зейл же грустил по женщине, чей мимолетный образ сам собой появился в обостренном восприятии Джинвир.       «Рыжая… как и я.»       Магия влияла на сердце, заставляя быстрее качать кровь. И Джинвир, еще не вполне отошедшая от драки, вновь почувствовала прилив сил. Ее мускулы налились мощью, подпитываемой приятным покалыванием на месте затягивающихся ран. На руке, на животе, на груди, на внутренней поверхности бедер.       Снаружи подул холодный ветер. Джинвир зябко поежилась.       — Достаточно. Для остальных царапин сделай обычную перевязку.       Зейл кивнул и оборвал заклинание. Его магия покинула Джинвир, но те мысли, что она принесла, остались с ней. Она думала о некроманте, наблюдая за его движениями. Чтобы нарвать ветошь на бинты, он придерживал тряпки между колен, а рвал их единственной оставшейся рукой.       Джинвир забилась в угол пещеры, поджала ноги к груди и крепко их обняла. Будто и не было долгих лет суровых испытаний. Сейчас варварша напоминала Зейлу обычную женщину, оказавшуюся в трудном положении. На его вопросительный взгляд она буркнула: «Холодно».       — Мне тоже.       — Иди сюда.       Зейл подсел поближе, занявшись перевязкой оставшихся ран. Он смазывал их пахучей жгучей мазью и плотно затягивал узлы, после чего спрятал Гумберта в мешок, скинул доспех и сел штопать порванную одежду Джинвир. Из-под полуопущенных век она пристально смотрела за его работой, невольно отмечая как по тонкой шее бегут бусины пота, как Зейл наклоняется, чтобы перехватить иглу зубами, как ретиво мельтешат его локти. Иногда он забывался, и пытался помочь себе культей, но останавливался и замирал на секунду. Джинвир даже не могла представить какого это, потерять конечность. Настоящий варвар научился бы сражаться и одной рукой, но все-таки…       Снова подул холодный ветер, почти погасивший их костер.       — Ближе.       Зейл секунду с недоумением смотрел на Джинвир, но затем подчинился. Варварша раздвинула ноги и поманила Зейла к себе. Некромант уселся к ней спиной и вернулся к прерванному шитью. Джинвир обхватила его за талию и прижала к себе.       — Чтобы согреться. — буркнула та.       — Я это понял.       — Тебе не холодно?       — Я привык терпеть холод.       — А другие некроманты?       — Тоже.       Зейл завозился, пытаясь справиться с особо упрямым швом, и так бы он и застрял, если бы Джинвир не взялась за обрывок шкуры.       — Вот. Теперь тяни иглу рукой.       Зейл оглянулся через плечо.       — Спасибо.       Джинвир возвышалась над ним на добрый фут. На уровне его глаз были ее губы, потресканные и окровавленные. Ее теплое дыхание согревало шею, затылок и скулу. Зеленые глаза скрестились с серыми в коротком, решительном взгляде.       А потом Джинвир поцеловала Зейла, повинуясь внезапному порыву. Ее язык вторгся в его рот, ловко скользнул по линии зубов, исследовал небо и сцепился с его языком. Мускулистые руки сжали талию Зейла в крепком, медвежьем объятии. Джинвир стащила с него штаны и взяла в свою широкую руку его достоинство. По подбородкам целующихся потекли капельки слюны.       Когда воздух в легких кончился, поцелуй распался. Хорадримы остались смотреть друг другу в глаза, тяжело дыша. Зейл первым отвел взгляд и откинулся назад, ощущая лопатками упругие полушария грудей. Твердые соски кололи даже сквозь рубашку, и это только поддразнивало желание некроманта. Джинвир по-хозяйски поцеловала Зейла, став обеими руками поддрачивать медленно встающий член. Варварша чувствовала, как он наполняется кровью прямо у нее в руках, как крепнет, становясь все более теплым, а затем и обжигающе горячим. Он жег ладонь, а Зейла жгло горячее, влажное дыхание варварши. Из ее грубой глотки при каждом выдохе вырывался гортанный животный хрип.       Ее пальцы заскользили вверх, минуя впалый живот на пути к груди Зейла.       Огрубевшие пальцы ног Джинвир как могли бережно коснулись головки. Зейл выдохнул сквозь стиснутые зубы. Одной ногой варварша сжала головку между пальцев, а второй провела по всей длине ствола, и ущипнула складку кожи ниже.       Зейл сам поцеловал Джинвир, запустив руки в ее гриву и притянув к себе поближе. Поцеловал со страстью, так диссонирующей с холодной натурой некроманта. Как тлеющий трут, этот поцелуй разжег костер страсти в груди Джинвир. Она подалась вперед, опрокидывая Зейла на пол. Он закрыл глаза, сосредоточившись на быстрых горячих поцелуях, хаотично покрывавших его торс. Один раз Джинвир даже укусила его в плечо, а потом быстро, по-звериному зализала укус.       Она застыла, сидя на бедрах Зейла. Рыжая жесткая поросль щекотала ему уздечку. Длинные волнистые волосы рассыпались по широким плечам, свешиваясь на грудь. Крупные, набухшие соски проступали между крупных локонов. Джинвир молча сидела и ждала. Только сейчас Зейл понял, что она так не произнесла ни слова. Только ждала и ласкала его. Ждала. Некромант хотел было что-то сказать, открыл рот, но промолчал. Вместо этого он просто кивком указал ей на пол. Джинвир тут же слезла с него и встала на четвереньки как сука.       Зейл пристроился позади, оглядел ее, судорожно выдохнул. Ему открылся прекрасный вид на мускулистую, бугристую спину, грязновато-бронзовую в колышущемся пламени костра. Рыжие волосы отливали медью и напоминали Зейлу о древних кинжалах, когда еще вместо стали кузнецы использовали медь. Джинвир вся была напряжена, мускулы как канаты, казалось, вот-вот лопнут. Неестественно прямая спина, подрагивающие плечи. В ложбинке между двух мышечных столбов прямо по руслу позвоночника скользили капельки пота, замирая во впадине перед холмами круглых ягодиц. Зейл обхватил их руками. Бедра этой женщины воистину были широкими. Некромант приготовился наполнить Джинвир собой, потерся об ее лоно. Варварша тут же сжалась. Под обманчивой мягкостью ягодиц проступил угловатый рельеф. Зейл раздвинул большие и малые губы, но так и не вошел в Джинвир. Она кинула пронзительный взгляд через плечо. Некромант попросту не доставал до нее. Она и вправду была очень большой женщиной.       Джинвир легла на бок и призывно подняла ногу. Не прошло и секунды, как она почувствовала ладонь на талии и головку члена у своего влагалища. На этот раз Зейл вошел, и вошел сразу целиком. Ни он, ни она не застонали. Они привыкли молчать.       Некромант вошел легко и просто, Джинвир явно требовался размер побольше. Но вряд ли она бы легла с незнакомым человеком. Зейл вышел из нее, оставив между губ только кончик члена, и вошел снова, медленно, чувствуя каждую ее складочку. Выдох. Вдох. Зейл стал двигаться внутри, и от каждого толчка Джинвир тряслась. Она сама поймала его руку и положила на колыхающуюся грудь. Зейл сжал ее сосок, ущипнул, оттянул его. Джинвир вскинулась, заиграла мышцами ягодиц, и сама насадилась на член Зейла до упора, до влажного липкого шлепка. Соскочила и упала на член снова. Эта простая грубая ласка только усилила ее течку.       Они поймали ритм и стали двигаться в унисон. Он вперед, а она — назад. Некромант и варварша полностью отдались инстинктам в богом забытой пещере на окраине леса близ Вестмарша.       Зейл повалил Джинвир на пол, сменил угол, чем вызвал у нее хриплый, скулящий стон. Она тут же стиснула зубы, чтобы не показывать слабости.       Это ведь все только ради того, чтобы согреться?       Зейл обхватил ее огромный зад, как мог, цепляясь за него. Его возбуждал этот контраст. Грубая, большая, мускулистая снаружи, Джинвир была нежной и теплой внутри. Внезапно она сильно сжала Зейла. Под рукой некромант ощутил ее пресс, ритмично двигающийся в темпе их близости. Мышцы внутри сжимали член Зейла, мяли его, обволакивали своей мягкой теплотой. По их бедрам текла смазка. Сквозь треск огня и ритмику дыхание уже давно слышались громкие, хлюпающие звуки. Зейл из последних сил ускорился, всем телом прижавшись к спине Джинвир, обхватив ее узкую талию, вцепившись мертвой хваткой в собственную культю. Больше сил у него не было.       От каждого быстрого шлепка Джинвир постанывала, плюнув на то, что этим показывает слабость. Сколько раз она ждала этого… сколько раз представляла Джейкоба, берущего ее сзади.       «Джейкоб…»       Джинвир зажмурилась, чувствуя приближающийся оргазм. В порыве страсти она схватила руку Зейла, стиснула зубы на костяшках его пальцев. Такие же худые и точеные руки были и у Джейкоба. Некромант зашипел от боли, но не оттолкнул варваршу, вместо этого он крепко ее обнял, зарывшись носом в густые рыжие волосы. Такие же были у его Сейлин.       «Сейлин.»       «Джейкоб.»       Руки Джинвир нашарили культю Зейла, и ее будто обдало ледяной водой. Она оттолкнула руки Зейла.       Это не Джейкоб!       — Сей… лин.       Чувствуя себя униженной, Джинвир кончила. Это чувство стало последним, что она испытала перед оргазмом. Внутрь варварши ударила сперма. Один раз, другой, пока Зейл полностью не выплеснул свое семя. Он растянулся на полу, размякший от полученного наслаждения. Некромант потянулся к Сейлин, но тут же одернул себя.       «Это не Сейлин. Не Сейлин».       Варварша встала, сверкая в пламени костра потной, напряженной, неестественно прямой спиной. Из раскрытого лона текли густые ручейки спермы. Не говоря ни слова, Джинвир оделась, достала из сумки легкое одеяло и легла спать к стенке. С щемящим сердцем Зейл отметил, что она на него даже ни разу не взглянула. Надев одежду как положено, он уснул, убаюканный звуками костра и ночного леса.        Как же давно он не спал по-людски.