Made with love

      Всё выглядело не так сложно, как могло показаться на первый взгляд. Конечно, Акааши не думал, что это будет легко, но каждое обучающее видео или книга с инструкцией, которые он просматривал, делали процесс намного менее запутанным, чем то, к чему он пришел в итоге: ни одна петля не была одинакового размера, и каким-то образом ряды, казалось, становились короче по мере того, как Кейджи продолжал работу. Что я делаю не так? Клянусь, три ряда назад этой дыры здесь не было. Этот план должен был сработать совсем не так. План: • Купить нитки и иголки • Научиться вязать • Сделать шарф на день рождения Бокуто Всё было прекрасно спланировано и подготовлено, и всё же, несмотря ни на что, ничего не получалось сделать так, как хотелось бы. Акааши на протяжении всей недели пытался исправить свои ошибки, но всё тщетно. Скрывая свой подарок от Бокуто, он, конечно же, не делал процесс изготовления легче. Вот же чёрт. Я снова где-то пропустил петлю. Ничего не получалось, и если он не поймёт, что именно делает неправильно в ближайшее время, то не останется ни единой надежды на то, что подарок будет готов вовремя. Один день. Если я не смогу привести шарф в порядок за один день, то я уберу его куда-нибудь далеко-далеко, и мне придётся купить что-нибудь другое в качестве подарка.

***

У Кейджи определённо стало что-то получаться: эта попытка чуть ли не увенчалась успехом. Но, черт возьми, нет. Шарф вышел несколько длиннее, чем планировалось. Он не должен быть таким длинным. Не должен волочиться по полу. Ну, если длина, по крайней мере, была допустимой ошибкой, то петли… петли были настолько неодинаковые и неравномерно расположенные, что шарф рос и уменьшался в размерах примерно в восьми местах из-за того, что закрепляющая петля ужасно сужала его окончание. Пришло время сдаться и бросить эту затею. Акааши не мог выбросить столько пряжи, но также ему не хватало времени, чтобы распустить шарф, он был разочарован в себе. Я просто спрячу шарф в шкаф и постараюсь никогда больше не вспоминать об этом. Хорошо, что я уже нашел запасной вариант для подарка.

***

Дверь захлопнулась с весьма сильным глухим звуком позади Бокуто, когда он вошёл в дом, стараясь не разбудить Акааши. Он задержался у Куроо немного дольше, чем рассчитывал — было около полуночи. Негромкий скрип двери напугал Котаро и он, подняв голову, увидел Кейджи, укутанного в одеяло и сонно стоящего в дверях спальни. Бокуто вздрогнул, но продолжил путь к спальне, нежно целуя Акааши в лоб, уже подойдя к нему. — Извини, Акааши, я пытался быть тихим. — Всё хорошо, Бо, — пробормотал себе под нос Кейджи, опираясь на приобнимающую руку Котаро, — имею в виду, я ещё не спал, когда ты вернулся. — Я бы вернулся раньше, если бы Куроо не потерял ключи во время правды или действия с дженгой, — ответил он, слегка посмеиваясь, — все ещё не понимаю, как у него это получилось. Ответом на его слова послужило приглушенное «мххмм» от Акааши, который начал медленно подбираться ближе к Бокуто, засыпая на ходу. Бокуто наклонился, осторожно поднимая на руки Акааши — одеяло и всё такое — прежде чем поднять его и направиться в комнату. — Давай ляжем в кровать, Акааши. Прости, что из-за меня тебе пришлось лечь спать так поздно. Кейджи зашевелился, когда Бокуто усадил его на кровать и, набрав достаточное количество энергии, чтобы поцеловать его в щеку, добавил почти неразборчиво: — С днем рождения, Котаро. Он уже спал, так что не получил возможности увидеть Бокуто, который мягко улыбнулся, аккуратно убрав волосы с лица Кейджи и, забравшись рядом с ним, сказал: — Спасибо, Акааши. Спокойной ночи.

***

— Это для меня, Акааши? — возник вопрос, который, вероятно, должен был быть произнесён шёпотом, но получился гораздо громче от волнения. — Что для тебя? — сонно ответил Акааши, прячась под одеяло. — Это, — и звук чего-то тяжёлого, упавшего рядом с Акааши, послужил единственным ответом. Вздохнув, он медленно вылез из-под одеяла и увидел Бокуто, надевшего его неудачно вышедший шарф, который он спрятал в шкафу, видимо, недостаточно хорошо. — Ты не должен был этого видеть, — простонал он, — не могу поверить, что когда-либо я делал для тебя что-нибудь, что выглядело бы настолько ужасно. Бокуто ахнул: — Ты сделал это? Для меня? На мой день рождения? Мне очень нравится! — Бо, нет. Положи его обратно. Я планировал распустить его и позже снова скрутить нитки в клубок. — Нет, я оставлю его. — Что? Но этот шарф ужасен. — Нет, это не так. Ты сделал его для меня, и он прекрасен. О нет. Бокуто прижимался к шарфу и… что это было? Бокуто покраснел? Из-за неполучившегося шарфа? Акааши спрятал своё смущённое лицо в подушку и невнятно пробубнил: — Мфффммхм. — Что ты сказал, Акааши? Слегка приподняв голову, он ответил, явно смущенный: — Я сказал, что ты можешь оставить это. Лицо Бокуто расплылось в широкой улыбке, когда он запрыгнул к Акааши, крепко обнял его и уткнулся носом в его обнаженную спину. — Это лучший подарок, который я когда-либо получал. Люблю тебя, Акааши. Смеясь, Кейджи перевернулся и, поцеловав Бокуто в макушку, ответил: — Я тоже люблю тебя, Котаро.