Семья.

      Рука невольно опустилась вниз. Телефон упал на голую плитку, разносясь по всему помещению мерзким эхом. Энтони понятия не имел, как ему поступить. С одной стороны его вновь обретенная семья, а с другой самый мерзкий демон в Аду, который всю жизнь паука сводил к однообразной и монотонной пытке. К тому же, если этот палочник сюда заявится, то пострадает не только нерадивый работник, но и его близкие (на Хенроина, по большей части, Энджелу было плевать, но все же). — Хэй, ребята… Я ухожу, окей? – неуверенно начал паучок, поглаживая свои волосы. — Эй! Почему?! – вскрикнула Молли, топнув своей лапкой и с злобным недоумением глядя на брата.       Арахнисс же молча опустил глаза в пол – ему и без слов все было ясно. *” Этого следовало ожидать. Сказка не может быть вечна. Точка рано или поздно прервет скитания героев, превратив их лишь в воспоминания в голове читателя, а со временем они и вовсе исчезнут, как детские мечты… Снова… Вновь все возвращается к тому же, с чего и начинал. Разве что с Энтони наладил отношения… Нет уж, этот ублюдок его так просто не получит.”* — Не уйдешь, - спокойным тоном заверил Гарольд Ангела. — Ты не понимаешь, бро… — Ты правда так считаешь? Энтони, - Темный подошел ближе, - я тебя с пеленок помню. Кто помогал матери вас с Молли переодевать и кормить? Отец? Нет… Забудь про него. Идите с Молли в какую-нибудь кафешку. Я его встречу, - высказавшись, Арахнисс направился в свою комнату.       Как только дверь закрылась, Энджел повернулся к Молли, посмотрев на нее жалобными глазами. — Мне эту черную занозу из задницы не вытащить. Хоть ты пойми. — Не-А! Даже не думай. Чтобы мы оставили тебя с ним? Братик, да тебе выделения Люцифера в голову ударили, - вымолвила девушка, легко ударив порноактера по лбу своим кулачком, посмеявшись.       Раздались стуки в дверь. Грубые и нетерпеливые. Ангел надел обычный пиджак и уже собирался оголить дверной проем, представ перед своим мучителем, однако его прервал Арахнисс, вновь выглядевший по старому своему образцу. Дверная ручка издала скрип, представив дому пауков огромное тощее существо с двумя девушками-демонессами, которых оно обнимало нижними конечностями за талию. — Добрый день, - сухо произнес Гарольд, осматривая сутенера.Морда демона оскалилась, изобразив подобию улыбку, но глаза выдавали гнев, страшный и неистовый. Казалось, еще мгновение и розовый цилиндр уничтожит черный котелок. — Брат Энджи? Наслышан… Не хотел бы пойти ко мне работать? М? Твой типаж найдет популярность у некоторых персон. Хе-хе, боже, как ребенок, - бесцеремонно оттолкнув Темного в сторону своей тростью, Валентино прошел далее в дом, вновь расплывшись в улыбке, заметив своего работника, - Крошка, я же просил тебя вернуться в студию, а ты так поступаешь. Тц, папочка недоволен поведением своей сученьки. Мне очень не хочется наказывать тебя, но, детка, всему должна быть мера.       Палочник уже занес жезл для первого удара, как вдруг обнаружил, что об ту что-то ударилось. Арахнисс успел выстрелить из револьвера по ее рукояти, но желаемого результата не достиг – хватка владыки Ада действительно сильна. Паук даже вида не подал, что удивился, лишь сунул пистолет обратно в кобуру, прошипев: — Будьте добры вести себя прилично. Вы здесь на правах гостей. — Это так мило… Что ж, тогда я преподам вам один урок, сучки, - вдохнув дым своей сигареты (хотя Арахнисс был готов поклясться, что мгновение назад в его пальцах не было ничего), Валентино выдохнул розоватую полу-прозрачную дымку прямо в лицо Темного. — Не дыши! – крикнул Энджел.       Но было поздно. На крик прибежала Молли, хотела уже врезать этому нахалу чем-то тяжелым по голове, но одна из демонесс вмиг оказалась за ее спиной, скрутив все лапки разом и повалив на пол. Ангела же схватила другая, с силой уронив того на стол, шестерка прижала его к нему, далее уже сутенер связал Энтони ремнями (но откуда они?...). — Я до последнего был уверен, Энджи, что это просто какая-то ошибка, но ты реально , сука, решил оставить меня?! Того, кто подобрал тебя с улицы, дал работу и второй шанс барахтаться в жизни после смерти?! И вот так ты мне платишь за это?! Чуть не обвалил все планы! – переходя уже на настоящий дьявольский вопль, проревел Валентино, но, спустя секунды вновь заговорил спокойным и ласковым тоном, — Крошка, я не могу оставить это без внимания. Ты, - он указал на Арахнисса, — начерти ему ножом на животе его истинную должность.       И снова в из ниоткуда в руках Темного появился нож, сделанный из копья ангела. Можно было поразиться столь грандиозной работе. Гравировка была в форме сердец, а внутри них виднелась замочная скважина.       Арахнисс сделал первый шаг в сторону своего брата, затем второй, третий, четвертый. Рукоять кинжала была сильно сжата. Конечность поднялась вверх, занося столь странное перо для написания первой буквы. Вот-вот острие пробьет плоть Энтони, обагрив его белый пушок алыми чернилами.       Паучок лишь жался, пытался вырваться, но ремни лишь сильнее затягивались на его конечностях, причиняя прогрессирующую боль. Во рту находился красный кляп. — Ар, не надо! Остановись! – в слезах умоляла своего родственника Молли, но Гарольд ее не слышал, его вовсе не было сейчас рядом с ними. — Заткни ее, - скомандовал Валентино. Удар и паучиха более не представляет угрозы.        Помутневшими красными глазами Темный стоял над телом Энджела, готовясь в любой момент опустить лезвие на тельце брата. “Гарольд…”, - раздался неизвестный, но столь знакомый голос в голове. — Давай, - нетерпеливо надавил на слово Вэл, с явным удовольствием облизнув свои губы.