Сладость твоего тела

Извечные предположения о причинах задержки течки, ведь к её возрасту у большинства особей женского пола она начиналась; только вот Люси живёт в каждодневном негодовании по поводу отсутствия этого естественного явления. Надоевшие отговорки и объяснения мамы на вопрос, есть ли проблемы с генетикой, уже сидят в горле, а желание сходить в гинекологию в который раз усиливается из раза в раз. За здоровьем нужно следить, тем более за таким, что отвечает за репродуктивную функцию. Вдумываясь, понимая, что всё-таки есть какие-никакие неполадки, ведь у сверстников половое развитие уже началось, а Люси всё ещё вынуждена оставаться в компании подушки и холода одинокой кровати, ища где-то у себя в голове причины её положения. Сегодняшнее утро отличалось ужасной болью в районе живота; последствия этого же в роли бессонницы давали свои признаки в качестве потемнения в глазах. Сейчас неведомые спазмы атаковали организм на полную, из-за чего даже думать удавалось с трудом — хотелось только зарыться в одеяло с головой и попивать зелёный чай с ромашкой. Позвонив матери, жившей в другом городе, потому что девушка переехала учиться, Хартфилия рассказала о ситуации, симптомах и банально попросила взрослого материнского совета, на что получила рекомендацию отправиться — уже в который раз — на приём в гинекологию. Благо, что сейчас последние числа августа месяца, у неё каникулы, а большинство населения работает, поэтому вероятность попасть на приём в несколько раз возрастала. Открыв платформу социальных услуг, девушка выбрала нужную панель, район, больницу, врача и желаемое время. Как раз ближайшее через два часа, так что отправив заявку на талон, после чего ей автоматически на телефон пришло электронное одобрение; омега сделала все утренние процедуры, несмотря на все болезненные ощущения, из-за которых вообще не было желания двигаться; выпила только кофе, так как ничего в рот вовсе и не лезло; надела кожаную чёрную юбку и обычную классическую белую футболку без надписей и кеды, после чего сложила в клатч самые необходимые вещи, и вышла из дома, направляясь в клинику. Боли всё увеличивались и доставляли дискомфорт в разы; обезболивающие были благополучно оставлены дома, так как врач должен назначить новые, как и всегда, но сейчас они пришлись бы как раз к стати. До больницы оставалось каких-то незначительных десять минут с остановки пешком, но идти с каждой минутой становилось нестерпимым испытанием. Запахи до максимума обострились, а слух улучшился, из-за чего нахождение на улице было невыносимо. В мыслях девушка уже ликовала, что наконец-то наступила та самая течка, но всё же до конца не верила и сомневалась, ведь подтверждения от гинеколога нет. Зайдя в отдел регистратуры, Люси сразу нашла глазами нужного ей человека и поспешно, с заплетавшимся слегка языком, спросила, где принимает врач, у которого запись на назначенное время. Услышав то, что необходимо, Хартфилия, пытаясь не скручиваться, проследовала на этаж, указанный сотрудником. Кабинет №201 — второй этаж. Сев на стулья, стоящие около двери, блондинка немного выдохнула, что вот-вот уже начнётся прием, где её обрадуют о начале долгожданного цикла, но что-то минуты идут, а никто не выходит из помещения. В скором, уже очередь, а там даже и не слышно ни голосов, ни какого-либо шума и признаков нахождения в кабинете. — Девушка, простите. Не подскажите, а врач — гинеколог, в кабинете №201 принимает? Я подходила в регистратуру, мне указали именно этот номер. — Проходящая мимо медсестра, шедшая куда-то явно в спешке, держа несколько препаратов, так что были до верху забиты руки, нервно остановилась и ненавистно посмотрела в сторону ожидающей пациентки, так и проговаривая в её сторону несколько ласковых слов, так как конечности уже скоро занемеют, а коробки пока не приобрели свойство статично стоять, так и намереваясь упасть на пол. — Нет, на третьем этаже в 306. Произошла небольшая срочная заминка, из-за чего не все сотрудники осведомлены. Приносим извинения. — Быстро протараторив, она скрылась за ближайшим углом, который, скорее всего, вёл на лестничную площадку. — Что же такое! С негодованием и парой доброжелательных фраз ко всем находящимся в больнице, а в особенности, тем, кто сидит у ресепшена, небольшой слабостью и увеличивавшейся болью с каждым движением, Люси кое-как встала с насиженного за некий промежуток времени места и пошла прямиком плутать по больнице, ведь она просто огромного масштаба, что только увеличивает шансы заблудится и прийти вообще не к тому помещению. К тому же, здесь явны скупы на указатели, которые чётко бы указывали путь, по которому нужно идти, но нет, это ведь совсем не нужно, потому что люди просто всезнающие и все могут найти то, что ищут с первого раза, безусловно. Наконец-то поднявшись на третий этаж по лестнице, так как лифт по неожиданным причинам не работал, её немного смутило маленькое количество людей, будто здесь принимается отдельная группа населения, из-за чего некое странное чувство страха прокралось в сознание девушки. Что за бред твориться? Люси глазами попыталась найти нужный кабинет, после чего села возле него, терпя сильную боль: сил уже стоять попросту не было; будто что-то высасывало их из неё. Резко в глазах помутнело и голова словно раскололась. Все запахи мгновенно проникли в неё, а тело вообще перестало что-либо ощущать, только влажность между ног казалась сейчас основным фактором существования. Пытаясь проморгаться, Хартфилия оглядывалась по сторонам и видела, что люди неожиданно, почему-то стали расходиться — она осталась одна. Было всё крайне странным. Именно сейчас ей стало по-настоящему страшно не только за свою невинность, но и за жизнь в целом, так как неизвестно, что ещё может с ней произойти, пусть даже это и больница. Никто не гарантирует безопасность здесь: это не центр защиты и охраны, нет. Её запах, кажется, стал разноситься не только по этажу, но и по всему учреждению в целом. В данный момент хотелось в кровать и только. Уже и врачей не нужно — лишь дом и постель. До слуха стали доноситься шаги с лестницы. Первое, что пришло в еле смыслящую голову — доктор, медсестра, но всем предположениям стоило обрушиться и потрескаться, так как это был какой-то парень в абсолютно чёрном костюме и такого же цвета рубашке, единственное, что только являлось акцентом в его образе — розовые волосы, которые не могли не запомниться и не отразиться в сознании ярким пятном, в прямом смысле этого слова. Помимо того, крепкое телосложение, из-под одежды явно прорисовывались все группы мышц, над которыми действительно усердно работали. Его запах — он великолепен. Он проникал в каждую клеточку организма, поэтому просто хотелось вдыхать его постоянно, ежеминутно, ежесекундно. Сразу чувствовалось присутствие альфы, и не просто, а самого настоящего мужчины, самца, покорителя. Юноша пах грецким орехом. Возбуждение стало только нарастать, тугой узел в животе навязывал обороты, порождая в ней дикое желание. Но мысли о том, что она, приличная девушка, вот так сейчас хочет первого встречного альфу, который действительно прокрался в уголки сознания за столь ничтожно короткий промежуток времени, включало дальнюю кнопку самокритики по этому поводу. Он подходил всё ближе, из-за чего его аромат усиливался, как собственно и её из-за реакции организма. Люси нервно пыталась как можно плотнее сжать коленки, дабы хоть как-то препятствовать естественному процессу. Почему он идёт в мою сторону? Сейчас Хартфилия была настолько беззащитной, что ей самой было как-то некомфортно от такого положения, тем более при виде него. Ещё когда парень находился на более дальнем расстоянии чувствовалась некая опасность в его движениях, но сейчас он уже в десяти шагах около неё — омега чувствует полный контроль над собой этого альфы, так что просто банально не в состоянии сделать малейшее движение в попытке сбежать от него; она чувствует, что никто не придёт спасать — она в его руках, в его планах, в его власти. Он уже стоит около девушки и просто пристально смотрит в её полуоткрытые глаза и то и дело покусанные губы, что только заводит юношу. На устах красуется яркая усмешка, вовсе никак не скрываемая ничем — парень полностью показывает своё величие и главенство. Будто он победил в игре, а призом досталась она. Вмиг крепкие руки запросто притягивают девушку за кисть к себе, после чего юноша в мгновение поднимает её, а в дальнейшем слишком сильно ударяет об стену, выбивая из её лёгких абсолютно весь воздух. Глаза — они янтарно-изумрудные и такие глубокие — в них смотреть бы неотрывно, утопая в них. Девушка неприятно стонет из-за слишком сильного «соприкосновения» со стеной, из-за чего альфа начинает яростно сжимать белоснежную кожу на бёдрах, вовсе не заботясь об ощущениях, которые получает девушка. Ему хочется завладеть ей полностью, подчинить себе, своей воле. Неважно, что вообще не знакомы: сейчас между ними только дикое желание и ничего большего. — Не надо. — Что ты делаешь? Как-то невовремя решила всплыть справедливость и правильность. Одна её сторона дико хотела этого человека, а другая — говорила о том, как должно быть сейчас, ведь все её мечты о первом разе с любимым человеком просто — напросто рушились прямо сейчас. Их разрушал обворожительный, с соблазнительными чертами лица, розовыми волосами и прекрасными глазами парень, имени которого она даже и не знает. Всё так сумбурно, что она даже и не успевает понять, как они оказались в каком-то непонятном помещении, хотя нет, — кабинет гинеколога, куда она и собиралась несколько минут назад. На это указывало специальное кресло, стоящее в левом углу, именно по нему поняла, куда он её принёс. Воздух спёртый, вообще не хватает — она задыхается его запахом; он проникает глубоко в лёгкие, от чего у неё начинает кружиться голова. Единственное, что она чувствует — поцелуи на своей шее, они такие горячие и мокрые, грубые и несдержанные. — Отпусти меня, пожалуйста. — Всерьёз просишь? — Голос этого альфы заставлял кипеть кровь в жилах; Люси вздрогнула от того, с какой силой, парень сжал её горло. — Не ври себе, течная омежка. Почему-то от таких слов что-то внутри кольнуло — гордость. И вправду, она сейчас, приступая всем своим принципам и жизненным устоям, просто подчиняется невероятно красивому мужчине, который уже успел небрежно посадить её на то самое кресло и быстро стянуть с себя пиджак, тем самым только подтверждая все предположения девушки на счёт своего тела. Смазка выделялась в разы сильнее, из-за чего трусики уже достаточно сильно промокли; она стекала по бедру — Люси выжидающе запрокинула голову назад, часто дыша. Всё помещение пропиталось их запахом. — Ты вкусно пахнешь, даже слишком сладко для меня. — Люси неуверенно посмотрела на него, немного открыв глаза, из-за чего ясно читался затуманенный взгляд и несколько противоречащих друг другу чувств, что боролись внутри неё. В то время юноша стоял, возвышаясь над ней, и рассматривал её с ног до головы, глубоко вдыхая запах этой девушки. — Топлённый молочный шоколад. Хочу испробовать тебя. В секунды парень приблизился к лицу девушки близко — близко, впиваясь в отличительно пухлые губы, что были редкостью в их время, особенно такие, как у неё. Он неистово терзал их, грубо покусывая их, оставляя слегка кровоточащие ранки и следы от зубов. Люси кое-как успела подстраиваться под темп его действий, но лишь казалась неумехой в этих вопросах, вызывая самодовольную ухмылку на лице парня. Он будет первым, а значит и последним. Больно она сладкая. Аккуратно ведя языком по шее девушки, юноша намечал точное место, а потом больно впился в нежную кожу острыми клыками, вызывая громкий вскрик блондинки. Укус, красная метка отдавала болезненной вибрацией и жутко чесалась, хотелось прикоснуться к ней и убрать, дабы снять неприятный спазмы, но тонкие руки резко перехватили и закинули за голову, вновь прикасаясь к красным и вспухшим губам. В один момент, девушка будто чувствовала, что в неё что-то проникает и слишком быстро двигается по венам. Её глаза резко распахиваются, а сама спиной изгибается и прижимается к нему. Через секунду запах альфы стал казаться ещё более сильным, из-за чего она неожиданно для себя потянулась к нему, ударяясь носом об его шею, судорожно вдыхая приятный аромат. Он пометил её. Она теперь принадлежит ему. — Вот ты и моя. Настоящая улыбка собственника и ревнителя, отражающаяся на лице розововолосого стала последним, что Люси смогла здраво переварить, прежде чем услышала звук рвущейся футболки ровно на две части. Открывающийся вид на красивую объёмную грудь в прекрасном белье окончательно затмил разум — парень агрессивно сорвал бюстгальтер, чётко услышав взвизг девочки, но ни капельки не останавливаясь, а только с большей напористостью продолжая задуманное. Запах девственной кожи так манил и соблазнял, что юноша горячо провёл языком по бьющейся жилке, обводя недавно поставленную пометку, всасывал и оставлял засосы. Интересует, как только он в том коридоре не взял и не поимел; сейчас уже не волнует, зайдёт ли кто-то или нет. Просто хотел её: сидя, стоя, лёжа — во всех позах. Смазка беспощадно сочилась в огромном количестве, что вело к усилению аромата, поэтому прямо в этот момент он грубыми движениями стягивал юбку вместе с трусиками, которые полностью пропитались и промокли. В нос ударила невероятная волна, что порвала последнюю ниточку рассудка и какого-либо мышления, полностью отключая функцию мозга, переключая на инстинкты и желание. Парень был сравним с животным, желающим полностью поглотить свою жертву, коей являлась беззащитная и хрупкая девушка, еле дышавшая, сгорающая в этой агонии страсти и пекла, которые излучал альфа. Не успев моргнуть и глазом, она почувствовала твёрдый большой налитый кровью член у входа, из-за чего глаза округлились, а картинка на мгновение стала ясной, почему Люси смогла мельком увидеть альфу во всей красе. А он ведь просто незнакомец, который скорее всего просто уйдёт после этого. — Нет, постой, прошу. Но все мысли, что так бурно летали в голове за последние несколько секунд, со скоростью вышиб неимоверно мощный толчок и отклик слабой боли, после которых последовали сильные вколачивания в молодое тело. В противовес всем своим словам Хартфилия сама послушно раздвигала ноги и выгибалась, продолжая что-то плести себе под нос, но что бы не было сказано, всё проходило мимо чуткого слуха парня. Он нуждался лишь в её стонах; кроме них, ему ничего не нужно. Только её голос. Бешенное движение внутри неё и умелые руки партнёра, которые оглаживал, сжимали абсолютно каждый сантиметр тела. Поцелуи сводили с ума, грудь уже немного болела от красных следов и небольших синяков по контуру, а недавние стоны безудержно вылетали из уст, добавляя парню пару галочек за мастерство. Сегодня, впервые, единожды, он не мог себя сдерживать и вообще как-либо контролировать. Желание заниматься этим с ней возрастало с каждым толчком, вызывая дикую зависимость постоянно слышать её стоны, запах и чувствовать жар женского тела. Грубыми движениями он вколачивался в неё, напрочь забрасывая мысли о её чувствах глубоко и далеко, пока она кричит, извивается, руками пытаясь ухватиться за его локти, он не может рассуждать о чём-то. Мускулистые руки неаккуратно придерживают бледные бедра, то и дело сжимая и несильно ударяя по ним. Люси с силой зажмуривает глаза, потому что напор с его стороны слишком сильный, как аура, которая просто с неимоверной силой захватывает абсолютно всё пространство в помещении. Почему он остановился? Она подняла на него свой взгляд и в тот же момент поняла, что это было сравнимо с ошибкой: на неё смотрел хищник, самый настоящий и жаждущий, в зрачках которого пылает только похоть и ничего больше. — Хватит, прошу. Нет. Пусть продолжит. Животный оскал этого парня заставлял подниматься волосы на дыбы, а мурашки усилиться в трёхкратном размере. Быстро и целеустремлённо альфа поднимает её за руку с кресла, похоже, ему не совсем удобно в такой позе, так что подхватив под бёдра, он небрежно укладывает на вовремя рядом стоящую кушетку омегу, после чего неимоверно сильно бьёт по ягодице, оставляя ярко-красный след своей руки, и переворачивает её на бок, закидывая ноги друг на друга. Грубо входит и сразу набирает прежний темп, выбивая хриплые крики из девушки, которая уже ни жива ни мертва. Шлепки пошло застревали в голове, а кто-либо заходить вообще не спешил. Маленькие ладошки сжимали клеёнку, ноготками создавая небольшие по диаметру потёртости, в то время как юноша нещадно оставлял синяки на бледной коже своими грубыми пальцами. Ей было хорошо. Оргазмы настигали её, как непредвиденное бедствие, такое же мощное и внезапное, разрушительное и захватывающее, а вот парень никак не мог насладиться её телом, пока сам наконец не почувствовал разрядку как можно глубже проникнув в неё, обильно кончая и развязывая узел, образуя самую настоящую сцепку. Оба глубоко дышали и слушали биение сердца партнёра. Розоволосый бесстыдно смотрел на неё, вглядываясь в каждую мелочь на лице: мокрые волосы у лба; покусанная губа, которая была вся в крови и ранках; шея, где удачливо располагалась его метка, отдавая небольшой опухолью, глубокие засосы; объёмную грудь, которая отразила абсолютно все следы от пальцев в разных оттенках розового; тонкую талию, которая точно запомнила все махинации крепких рук; округлые бёдра и слегка вздувшийся животик из-за большого количества спермы. При ослаблении узла, юноша вытащил свой орган и быстро натянул штаны, кинув на неё свой пиджак, после чего поспешно удалился, оставив девушку лежать в полуосознанном состоянии и с разбросанной одеждой по всему кабинету. Люси вообще не понимала, что происходит; не услышала, как он ушёл, как закрылась за ним дверь; не помнит, как еле встала и надела юбку и вещь, пропахнувшую им; вышла из больницы и добралась домой, на пути к которому на неё смотрели огромное количество непонимающих глаз. Животное.