Мы не готовы к этому (Пастила не для чужих)

Слишком странно сидеть в кругу друзей и даже не понимать, о чем они говорят. Вроде слушаешь, а смысла совершенно нет. Вот и Мирослава на протяжении минут 5 пыталась вслушиваться в слова Позова, но выходила не очень. Все мысли девушки возвращались куда-то внутрь нее, где плотно засел один человек. Арса не было уже больше 3 часов, и плохое предчувствие странной волной накрыло ее слишком неожиданно. На сообщения он не отвечал, что было совсем на него не похоже. Вроде, он взрослый человек, но это ее мало успокаивало. А еще это непросвещенность, ведь актер даже не сказал, куда он поехал. Был вариант позвонить, ведь Оксана откопала в недрах своего чемодана старый телефон (Ну, привычка такая: все свое ношу с собой), но если он не отвечал на сообщения, то на звонок в вк тоже не ответит. И если с самого начала были небольшие переживания, то сейчас Мира уже нервно заламывала себе пальцы в надежде, что они хрустнут. Но те так и не поддавались. Ей всегда нравилось, когда кто-то рядом мог прохрустеть всей десятернёй. Арс мог. Захарова не редко хватала его руку и начинала сама сдавливать костяшки до звонкого щелчка. Попов не сопротивлялся. Он лишь всматривался в горящие зеленые глаза и даже жалел, что сухожилия хрустели лишь один раз. Большие пальцы уже начали пульсировать от грубых манипуляций девушки, но она уперто продолжала тянуть их в разные стороны. Главное не перестараться и не хрустнуть ими до гипса. А вообще, это лучшее занятие, которое она придумала, дабы не травмировать свою и так чугунную головушку. Читать, смотреть фильмы, а тем более делать домашку совсем не хотелось. Вчерашний день все еще давил на нее различными видами головной боли.Волшебное действие медицинских препаратов закончилась уже несколько часов назад. Таблетки спасали ее утром и в обед, но затем, после строго «еще таблетка аспирина и передоз будет уже от них», Стас забрал картонную пачку и закинул к себе в сумку. — Ало, прием. Мирааа, ты с нами? — Оксана щелкнула перед лицом девушки, привлекая к себе внимание. — А? Че? — Мира от неожиданности дернулась и резко нажала рукой на большой палец второй руки, вызывая волну боли. — Сука! — О чем задумалась то? — Да так, херня всякая… — Привет, еду ждали?! — Резкий голос со стороны двери заставил девушку буквально подпрыгнуть от неожиданности. — Твою мать… — Протянула Сережа. Мирослава перевела взгляд на вход в номер и прикрыла рот ладонью. Арсений стоял с большим пакетом с логотипом макдональдса и улыбался во все 32. Только вот было одно «но»… Или два… На нижней губе протянулась огромная трещина, вокруг которой уже коричневой коркой засохла кровь. А под левым глазом, переходя на скулу, просвечивалось фиолетово-желтое пятно. Взгляд кристально синих глаз был прикован к Мирославе, он даже не скрывал этого. Вокруг актера вихрем начала носить Оксана, пытаясь усадить на диван. А Стас уже завел свою шарманку, полную нравоучений, но Арс все еще улыбался. Побитый, но он был счастлив. — Ч… Что случилось? — Мирослава с силой надавила на большой палец. Раздался хруст. Но девушка даже не заметила, что у нее наконец-то получилось щелкнуть им, как это всегда делал Попов. — Небольшое происшествие. Ничего серьезного. — Отмахнулся актер. — Охуеть… — Протянул откуда-то со стороны Шастун. Мира нервно сглотнула застрявший на уровне глотки ком и отстраненно, слишком незаинтересованно сказала: — Пойдем. У нас в комнате есть аптечка. С губой нужно что-то делать. Девушка окинула его взглядом и полным сомнения, встала с кресла и направилась в другой номер. Она даже не остановилась узнать, идет ли он. Знала — идет. Номер встретил девушку все тем же запахам ее собственных духов и валявшимися где-то на полу чипсами Сереги, которые они так и не поделили в честном бою. Направившись к чемодану, Мира невольно прислушалась. Тихие шаги еле слышались за спиной. Парень был слишком тихим в своих движениях. Если Захарова топала как слон, то он был больше похож на кота. Грациозный, красивый, утонченный. Во всем. Нарыв в полутьме аптечку, актриса наконец-то взглянула в сторону мужчины. Арсений сидел на кровати и закинул ступню себе же на колено. Черные штаны обтягивали подкаченные ноги и складками собирались у щиколоток. Серая объемная толстовка идеально сидела на широких плечах. И когда он успел скинуть куртку? Сдержав подступающую и непонятную для себя самой злость, Мирослава забралась на кровать вместе с ногами рядом с парнем. Она четко ощущала на себе взгляд голубых глаз, но поднять голову не решалась. Увидит его и взорвется, задев его так, что обоим не придется сладко. Пальцы начали медленно, тянув время, обмакивать вату в перекись. Девушка уверенно игнорировала мысли о парне напротив и сконцентрировалась на прозрачной жидкости. Только вот цеплять внимание было не за что: ни цвета, ни запаха. Мире вдруг стало интересно, а есть ли вкус у перекиси? Странно будет, если она попробует? Наверное, странно. Мира была полностью в своих мыслях, пока на ее колено не приземлилась крепкая мужская ладонь с небольшой красной нитью на запястье. Девушка от неожиданности вздрогнула всем телом и непроизвольно подняла взгляд. Большие синие глаза смотрели на нее и странно горели в свете одной освещающей комнату лампы. — Начнешь спрашивать? — А ты начнешь отвечать? — Спародировала парня Мира. — Попробуй. — Хорошо. — Актриса уселась поудобнее, пытаясь взять себя в руки. — Где ты был? — В Воронеже. — Арс улыбался так, как будто это был самый гениальный ответ в его жизни. А дальше послышалось небольшое шипение парня, потому что Мира в долгу не осталась. Она резко приложила вату к разбитой губе. А чтобы неповадно было. — Хорошо, хорошо. Я понял.

***

— Пиздец, приплыли. Только и смогла выдать девушка после 5 минутного монолога Арсения о его похождениях. По ее топоту по номеру и сжатым кулакам актер понял, что лучше бы удалиться на безопасное расстояние, но, как только он решил двинуться с места, взгляд искрометных глаз тут же остановился на нем. И если до этого момента Мира была полностью в своих мыслях, теперь она сфокусировалась на нем. И вот тут в его голове вспыхнула излюбленная фраза Захаровой: «СОС, красная зона опасности, валим». — Вот скажите мне, Арсений Сергеевич, какого хрена ВЫ. — Опасный тон. Очень опасный тон. — Решили так сильно объебаться? Зачем? — Мира действительно не понимала его поступка. Ведь это было глупо, палевно. Да, именно палевно. Это ее и выбесило. А еще больше ее бесило внешнее спокойствие мужчины. Голубые глаза пристально наблюдали за ней с нескрываемой опаской и… заинтересованность? — А затем, что никто не смеет так поступать с девушками. С тобой. — Ды ты… Ты… У меня даже слов нет. — Брюнетка упала на кровать и уткнулась в свои руки, обдумывая как назвать этого индивида. — Разве тебе не приятен тот факт, что за тебя заступились? — Попов! — Прикрикнула девушка, но больше не из-за злости, а из-за того, что он был прав. Ей было приятно и, что самое главное, безопасно. Сейчас рядом с ним ей не угрожало ничего. Арс вступился за нее, забив на все. — Ну так, приятно? — Парень опустился на кровать спиной, укладываясь лицом на одном уровне с Захаровой. Та еще прятала свое лицо в ладонях, но отчетливо ощущала на щеке горячее дыхание Арса. Парень был слишком близко. Ей казалась, раскрой она глаза и убери руки, Мирослава увидит каждую щетинку на его лице, каждый блик на радужке глаз. В горле с новой силой нарастал ком, а сердце уже беспощадно билось о самые ребра. И все это от одного ощущения его рядом, даже не касания. — Я не стану это говорить. — Она не видела, но была уверена: Арсений улыбается, по обыкновению прищуривая глаза. Ей всегда в такие моменты хотелось назвать его ангелом, гребаным ангелом. А в голове всплывала фраза «Ангел, я пошутил». Только вот сам ангел, ни капли не шутя, лежит в сантиметрах десяти и прожигает ее взглядом. — Но мы то знаем правду. — Что?! — Мира повернула голову на бок, убирая руки от лица. Была права, улыбается слишком светлой улыбкой. — Нет. — Что нет? — Да он издевается! — У тебя сейчас появится еще пару синяков. — Ты сможешь ударить раненного мужчину? — Арс включил актера и сделал самую невинную и удивленную мордашку, на которую только был способен. — Проверим? — А давай. Казалось, Арсений не двинулся ни на миллиметр, лишь улыбка пропала с лица, но брюнетка ощутила горячее прикосновение его пальцев на своем запястье. Это ощущение медленно, но по привычному уверенно поднималось вверх, к плечам. Арс пристально следил за девушка, лежавшей на спине и ждал ее реакции. Но Мира расценивала эту ситуацию как игру: кто сдастся первым. Проигрывать она явно не собиралась. Его пальцы выводили понятные лишь ему узоры от плеча до ключицы, но грань не переходили. Не одна девушка сейчас играет. Молчание и рвущееся наружу желание заполняло номер воронежского отеля со страшной скоростью, и только эти двое знали об этом. Больше никто: ни продюсеры, что так тщательно обдумывали ее контракт, ни фанаты, что грезили оказаться на месте девушки, ни друзья, что сидели за дверью. А они о них и не думали. И в один момент вся стена рухнула. Арс рывком оказался над девушкой, опираясь локтями по сторонам от ее головы. Мира вжалась в матрас, но не от испуга, а под весом Попова. Тот прижался всем телом, но все равно оставался в планке. От него буквально исходил жар, который заставлял покрываться спину мурашками, заставлял ресницы предательски дрожать, заставлял затягиваться узлу напряжения внизу живота. А игра все продолжается. Арс медленно перевел взгляд с полуприкрытых глаз напротив на губы девушки. Влажные, от нервных, редких движений кончика языка по ним. Честно, Попов понимал, почему Мира, уже признавая их с ним связь, так любит эту игру в невинность, а самое главное, в непокорство. Она была из тех девушек, что не станет по щелчку пальцев подходить, обнимать, целовать, даже находясь наедине. Ей нужна драма с эмоциональными качелями, эмоции с невинными переглядками и редкими прикосновениями. Он никогда не был приверженцем подобного. Если Арс хотел — он брал, и ему отдавались. Пусть без эмоций, пусть без драмы. Все было просто. А сейчас он боялся даже сказать что-то не то. И… Ему это нравилось? — Бей. Я жду. — Арс ожидал ее удивления, но вот несильного удара в область ребер он не ждал, это точно. — Нравится? — На губах девушки играла дьявольская ухмылка, заставляющая взгляд почти мутнеть. А вот и проигрыш. Личный проигрыш Арсения. Не выдержал. Сдался, принимая ее победу над собой, как награду. Парень стремительно поддался вперед, утыкая лицо в утонченный изгиб шеи и оставляя на коже частые, горячие поцелуи. Один неожиданно громкий выдох от Миры и мозг перешел в спящий режим. Окончательно. Он слышал за дверью звуки плойки, но как не пытался ухватиться за остатки разума, не мог сконцентрироваться и остановиться. Все внимание было приковано к мурашкам на коже, которые он собирал губами, к острым ноготкам уже так по хозяйски блуждавшим под толстовкой. Мира откинула голову, выводя на подтянутом торсе кончиками пальцев. Было не понятно сколько времени прошло, пока руки парня блуждали по телу, а губы не очень по-джентельменски перемещались то на рот, то на шею девушки. То ли минута, то ли час. Но все это прекратилось в тот момент, когда актер резко отстранился, переводя сбившееся дыхание. — Если ты прямо сейчас не уберешь ноги с моей талии, я не с остановлюсь… — Попов старался держаться уверенно, на что девушка лишь выгнулась, сильнее прижимаясь к нему. — Не уберу… Все, ему больше не нужно было ничего. Арс с новой силой почти накинулся на девушку, завлекая ее в поцелуй и проникая языком в рот. Руки дрожали от напряжения и мужчина ловко, обхватывая руками женское тело, перевернулся на спину. Мира оказалась сверху и аккуратно уместилась на его бедрах. Брюнетка с силой сжала его плечи. На секунду Арс расценил это как протест, но девчонка не отстранилась, и он понял, сила для нее много значит, и в постели тоже. Сбитое дыхание, влажные поцелуи, сильные хозяйские прикосновения к телам друг друга, редкие шепоты. И плевать, что нельзя. Все равно, что за дверью люди. Она была в нем все. Морально — в мыслях, физически — в руках. — Серег, блять, бей нормально! По воротам! — Тонкие стены пропустили очередной крик Димы, но он был пропущен мимо ушей. Одно движения и футболка Захаровой летит куда-то в сторону вечно неразобранного чемодана. Перед парнем раскрылся прекрасный вид на черное кружевное бра, так идеально сидевшее на теле девушки. Руки обладательницы белья блуждали по телу, поднимая в нем волну возбуждения. Движения становились все откровеннее, а кожа все горячее. Арсений прошелся рукой вдоль позвоночника, вызывая грациозный прогиб брюнетки. Пальцы крепко сжали ягодицу, натыкаясь на что-то твердое. На секунду он впал в ступор, но потом достал телефон из заднего кармана шорт. — Это… — Оксанин. — Уточнила девушка. — Нужно быть на связи с мамой. — Кстати о маме… На экране мобильного, который, видимо, был на беззвучном, красовалась надпись «Входящий аудиозвонок ВКонтакте». Мира повернулась в сторону телефона, все еще сжимая волосы парня на макушке. Это же офигенное клише, когда звонок прерывает все, что только можно, да? Захарова, не хотя, поднялась на ноги и забирала из рук мужчины телефон. — Прости. — Тихо прошептала она и оставила легкий поцелуй в уголке грустной улыбке парня. — На сегодня отмена. — Галя! У нас отмена! — Прикрикнул парень и откинулся на кровать. — Да, мамуль? — Донесся до него голос девчонки и небольшой смешок, посвященный его гениальной шутке.

***

— Хочешь я поеду с тобой? — Хочу, но не стоит. Мы не сможем это объяснить. Арс слушал размеренное дыхание девушки, которая удобно расположилась на его груди, и перебирал в совей руке ее тонкие, длинные пальцы. В комнате не было еще ни единого луча зимнего солнца: цифры на электронных часах показывали всего 6:24, но слишком быстро менялись, будто специально торопясь. Раннее утро, полумрак, тихие перешептывания, таинственность — все это сопровождало их каждый день, на протяжении нескольких недель, и Арс безумно это любил. Но расставаться приходилось снова и снова, и сейчас это расставание было еще болезненнее. Мира уезжала. И увидятся они только через два дня, 5 декабря, и уже в Пензе, где будет следующий концерт. Попов очень хотел поехать вместе с ней, к ее родителям, но не мог. И настаивать на том, чтобы она осталась, он тоже не мог. По сути, он ничего не мог, хотя такое право у него было, но рисковать всем, что у них было, казалось чем-то иррациональным. — Нужно вставать. — Уже половина седьмого? — В такие моменты он не мог нормально отслеживать время. — Да. — Еще минуту. — Можно вопрос? — Неожиданно напряглась девчонка, а Арсений уставился на нее с полуулыбкой. Ее серьезные глаза смотрели на него с грустью. После небольшого кивка, девушка продолжила. — Почему я? — В каком смысле? — Не сразу понял Попов — Ну, что во мне такого, что ты выбрал меня? Невольно из Попова вырвался небольшой смешок. Наверное, у каждой девушки бывает момент, когда ей просто необходимо задать такой вопрос и услышать часовой монолог в ответ. — Это будет слишком долгий разговор. Я не уложусь в минуту. — Мира крепче прижалась к парню, наслаждаясь его хриплым голосом. — Давай так, я буду тебе писать каждый раз по причине. Хорошо? — Хорошо. — Повторила девчонка и потянулась к парню. Арсу и говорить ничего не нужно было. Он с нежностью коснулся уже таких родных губ, и время полетело еще быстрее. Секунда, и Мирослава отпрянула от него, поднимаясь с незаправленной кровати. — А где же «Я тоже буду писать тебе»? — С удивлением спросил парень, пародируя ее голос. — Я подумаю. — В смысле «я подумаю»? Девушка, вы не можете мне не писать? — Еще как могу. — Мира мысленно ударила себя по голове, но вредность внутри уже врубила 5 скорость, а тормоза уже давно отказали. — Ах так! — Актер вздернул брови и бросил девушке шапку, которую та вечно где-то забывала. — Давай так, я должен писать каждый день причины, а ты мне не пишешь. Посмотрим, кто первая проиграет и напишет мне. — Или кто первый не напишет мне причину. — Самоуверенно. — Учусь у лучших. — Мира отвлеклась от зеркала и поиграла бровями. — На что спорим то? — Нуууу… — Подумал немного парень. — На часть тела. — Че? Ты серьезно? Пошляк. — С нескрываемым азартом проговорила девушка. — Вот и договорились. Кстати. — Попов встал с кровати и прошел к своему рюкзаку, который ночью принес с собой. Порывшись там, он достал коробку, которая с ним была со вчерашнего дня. — Это чтобы было проще мне писать. — Это… — Мира переняла телефон и покрутила в руках. Она собрала брови в кучку и с непонятным выражение лица посмотрела на парня. — Нет, Арс, не надо. Ты че? Это же очень дорого. — Бери, и не выкабенивайся. — Попов резко развернул девчонку к себе спиной и закинул коробку в ее рюкзак, чтобы наверняка. — Спасибо. — Тихо прошептала актриса, пряча от него лицо со смущенной улыбкой. — А ты уже опаздываешь. — Взглянув на часы, проговорил парень. — Твою мать! — А вот и его Мира: суетная, неорганизованная и громкая.

***

«Вот дураааак» Парень мысленно ругал себя на протяжении уже минут 40. Парни все еще спали, а значит времени на самокопание у него было более, чем достаточно. И с какой это стати ему вообще пришла в голову идея такого тупого спора. Не получать от нее сообщения сейчас казалось чем-то невыносимым. Ведь он даже не узнает как она. А случиться может, что угодно. Зная ее, вообще все, что угодно. Взглянув в сотый раз на часы, Арсений предположил, что девушка уже должна была добраться домой. Ну это если без происшествий. Поэтому, быстро сняв телефон с зарядки, залез в переписку и начал набирать сообщения. Парень знал, что они останутся без ответа, но даже от того, что она их прочтет становилось как-то теплее внутри.

Арсений Попов Надеюсь, все хорошо, и ты уже дома Что в тебе такого, что ты мне нравишься? 3 декабря 07:14

Арсений Попов Ты странная, не от мира сего 3 декабря 07:15

Арсений Попов Ты слушаешь Nickelback, а потом танцуешь под песни бурундуков из фильма Я даже не представляю, как эти песни могут находиться рядом 3 декабря 07:17

***