Похищение белого дракона 2

      И снова этот сон.       Розмари проснулась, как только Драко во сне открыл рот и, преобразившись в белого дракона, попытался заглотить её целиком.       Она схватила белый фарфоровый тазик, который с вечера ей оставили эльфы, и выплюнула утреннюю сжигающую горло желчь. Уже четвертый день, не считая того воскресенья, как её мучили утренняя тошнота и кошмары, и она начала ненавидеть утра.       Розмари передернуло от мерзкого ощущения во рту, и она поднялась с кровати, чтобы спрятаться в ванной комнате, вычистить зубы и долго стоять под тёплыми струями воды, после чего ей неизменно становилось лучше. Драко настоял переехать к нему в спальню, поэтому все её вещи были здесь. Она поискала глазами халат, сделала шаг к нему, но голова закружилась. Розмари дрожащими пальцами взяла палочку с прикроватной тумбочки: — Акцио халат. — Тот послушно лёг в руки.       Розмари завернулась в мягкую ткань, сделала ещё несколько шагов и едва успела схватиться за дверь в ванную, как её опять замутило. Она упала на колени, и её вырвало на пол. — Розмари! — Сильные руки подняли её с пола. — Ты не говорила, что тебе бывает настолько плохо с утра…       Малфой осторожно, как хрупкую статуэтку понёс ее обратно. Он был в мокрой от пота футболке, с взлохмаченными волосами после утренней пробежки. Серые глаза озабоченно следили за ней. Он уложил женщину на кровать и поставил в вазу, стоящую на прикроватной тумбочке, белую розу из сада, сорванную, чтобы порадовать её. — Драко, какая красота! — Розмари слабо улыбнулась, разглядывая пышный цветок. — Но мне нельзя лежать, столько дел. Говорят, так бывает в первое время при беременности… Я почитаю книги, изучу эту тему… — Изучит она… — сердито проворчал он, устраивая Розмари поудобнее на кровати. — Ты не будешь работать в зельеварне, Роз. Почему ты не обедала вчера? Скорпиус говорит, что не смог тебя уговорить… — Драко, у меня ничего не получается, опытные образцы не стабильны! Они живут всего несколько часов, а потом замирают… Мне нужно больше времени… — Она выпила воды из бокала, которую ей протянул мужчина. — Я должна пытаться ещё и ещё… И у меня кончились лягушки… И я думаю, нужны кролики… Мне их жалко, но по-другому никак… — Так, тихо! — он прервал её резким движением руки. — Мисс Стюарт, вы будете уволены, если не соизволите нормально питаться и работать, как нормальный человек, с девяти до пяти, а лучше до четырёх. — Драко… А как же исследования? — Роз, Снейп нанял ещё одного человека в лабораторию, очень хороший зельевар. Они работают параллельно с тобой в Малфой-мэноре. Твои исследования конечно же, им очень помогут, ты отдохни немного. — Он сжал её руки. — Драко, а ты никогда не пробовал магловские варианты… Пересадка сердца, например? — предложила она, не слушая его.       Малфой пальцами зачесал влажные волосы назад: — Он не магл. — Ну и что? Пусть не магл, а вдруг это поможет! Я бы нашла варианты, если бы ты дал разрешение на это. — Ты не поняла, — вздохнул он. — Хотя все говорят, что маглы и маги почти ничем не отличаются, именно это «почти» и является причиной того, что пересадка сердца невозможна. Вся его магия, которая в нём есть — он ведь не сквиб, как думают иногда люди… Так вот, эта магия сейчас сосредоточена в его сердце. И магия зелья, которое мы ему вливаем непосредственно в кровь. Операция не просто убьёт его, он скорее всего взорвётся, как маленькая магловская бомба. Нам нужно что-то очень сильное и магическое, чтобы его спасти…       Он говорил, а Розмари становилось все хуже, она откинулась на подушки и подумала, что, возможно, кошмары ей снились из-за этих переживаний. — Я бы хотела узнавать новости об исследованиях Снейпа из первых уст и работать с ними в Малфой-мэноре… — проговорила она.       Драко сжал губы и покачал головой: — Какая же ты упертая… Нет. У тебя есть возможность работать в лаборатории здесь, в Малфорте. Никто тебе не мешает. Разве это не то, о чем ты мечтала? Работать в тишине и спокойствии, не торопясь. — Нет, Драко! Я мечтала работать с лучшими зельеварами, чтобы учиться у них и перенимать их опыт… — Ты нужна здесь, — твёрдо произнёс аристократ, выпрямляясь. — Ты носишь моего ребёнка, я не хочу, чтобы ты часто пользовалась камином и аппарировала. И на драконе, прошу тебя, старайся не летать без меня…       Розмари изумленно заморгала. Что? Да как он может?! — Не думала, что быть беременной, значит быть связанной по рукам и ногам… Я хочу работать в команде! Хочу сходить к подруге! Хочу съездить к Брунгильде. Хочу почитать её дело, в конце концов! — воскликнула она, почему-то ощущая, что её золотая клетка захлопывается и ей не хватает воздуха. — Драко! — Его нет… Я сжёг все бумаги в тот же вечер, когда мы вернулись с острова. — Мерлин, Драко! — она закрыла глаза. — Ну почему? — Чтобы ничего не стояло между нами. — Между нами и так ничего не стоит! — она начала подниматься с кровати. «Ну может быть, кроме некоторых скрытых фактов и недоговорённости,» — подумала Розмари с раздражением. — Полежи, тебе же плохо… — Он попытался её удержать, но она отмахнулась и воскликнула: — Нет! Я просто беременна! Я не больна! — Она нервным шагом прошла к дверям ванной комнаты. — Драко Малфой, я все равно буду работать и делать то, что я считаю нужным! Не надо носиться со мной, как с хрустальной вазой! Не заходи ко мне! — Она захлопнула дверь.       Он гневно сжимал губы, сидя на кровати. Ему так и хотелось крикнуть ей вслед: " Грейнджер, хватит меня бесить!», как в старые добрые времена. Драко решительно скинул футболку и штаны и последовал за ней в душ.       Когда он зашёл, она предстала перед ним совсем другой — обнажённой и плачущей, её плечи тряслись от рыданий, и она стояла, держась за край ванны, и вытирала слезы уголком халата, который упал с её плеч на пол. — Ради Мерлина, Роз… — Он вздохнул и подошёл к ней, чтобы привлечь к себе. — Что я сделал не так? Прости… Хорошо, я не прав… Не знаю в чем я виноват, но пусть будет по-твоему… — Нет, это ты меня прости, Драко… — Она обняла его за шею, её обнажённая налитая грудь коснулась его кожи, и он сглотнул, сходя с ума от желания. — Мне в последнее время снятся кошмары… И я стала такой нервной… И такой невыносимой…       Драко погладил её по нежной коже спины, возбуждаясь ещё сильнее от запаха её волос со сна, от нежной податливости её тела. Он закусил губу, чтобы удержать себя и не лезть к ней с похотливыми желаниями, но она подняла на него грустный взгляд и всхлипнула: — И ты уже четыре дня, с того самого воскресенья, до меня не касаешься… Почему? У меня даже ещё животика не видно, а ты уже не хочешь меня. — Я не хочу? А это что? — Он указал ей на свои ставшие тесными боксеры. — Я боюсь тебе навредить… — Он нежно погладил её плоский живот. — Как ты мне навредишь? — Она прерывисто вздохнула и улыбнулась сквозь слезы, глядя, как на его лице появляются розовые пятна. Это было мило — Драко смущался редко. — Я… Э-э… Когда Астория была беременна Скорпиусом, она говорила, что это вредно и… я подумал, что и ты… — замялся мужчина и зажал губу зубами, не зная как продолжить.       Как Розмари могла думать, что он не хочет её? Он смотрел на неё голодными глазами, особенно вчера на ужине. Она была такой ослепительно красивой в своей облегающей светлой юбке. Эта юбка на ней была одна из его любимых. А полупрозрачная блузка! Он мечтал, что она как-нибудь придёт к нему только в ней, на голое тело, чтобы видеть её прекрасную грудь сквозь цветочный узор. Она весь вечер касалась его руки кончиками пальцев, когда смеялась, а у него от этого все возгоралось и переворачивалось внутри, а штаны начинали жать в паху. Хорошо, что Ланиус и Северус переехали в мэнор и не были свидетелями его обалдевшего вида.       Он мог легко отказаться от секса с Асторией, но с Роз… Он не знал, как выдержит воздержание, находясь рядом с ней. Она вызывала огромное желание обладать ею каждую секунду. — Драко… Все это ерунда, любовь не может навредить! — проговорила женщина, прижимаясь теснее: он застонал от возбуждающих касаний её тела, словно не трогал её уже год. — Любимый, хочу тебя! Я так соскучилась по тебе, по твоим рукам на моем теле, по губам, по твоей коже… — Она облизнулась и ласково прошлась влажными губами по коже его шеи.       Он закрыл глаза, наслаждаясь. И почувствовал, как её пальцы настойчиво стаскивают его нижнее белье. — И по твоему красавцу… — она присела перед ним на корточки и нежно поцеловала кончик его возбужденного достоинства.  — Ррр, не дразни… — зарычал он.       Она игриво рассмеялась, сверкая карими глазами, поднялась и потянула его за руку в душ. *       Когда после завтрака силуэт Драко исчез в изумрудном огне камина, Розмари поспешила в лабораторию. Вот уже три дня она варила зелье. То самое.       И ей даже на руку было то, что никто не мешал в лаборатории. Но она твёрдо решила, что когда доварит зелье, все свои исследования перенесёт в Малфой-мэнор.       Нужное зелье требовало времени и внимания. Осталось совсем недолго. Выстоять его в холодном шкафу, добавить кровь дракона и… Она все узнает. Наконец-то все сомнения и вопросы исчезнут. Вот тогда она сможет быть честной с Драко и ответить на его предложение.       В тот день на острове, дракониха сказала кое-что, о чем она не раз задумывалась, но старалась спрятать поглубже на задворки мозга — правда все равно выйдет наружу, но только она, Розмари, может решать когда — сейчас или через какое-то время, когда будет совсем поздно и слишком больно. Лучше раньше, пока не произнесены обещания и не дано согласие. Она хотела предстать перед Драко честной, чистой и открытой во всем. Без второго дна.       И если она вспомнит свои восемь лет детства, то тогда Скорпиус ошибается, что тоже возможно. Ошибается на счёт ребёнка, о котором она не помнит. А с тем, что у неё в животике прячется маленький отпрыск Драко она разобралась в первый же день — сварила самое простое в исполнении зелье-тест и на радость аристократу подтвердила наличие ребёнка. Хотя он и так не сомневался.       Но если окажется, что все вокруг не зря тыкали в неё пальцем и кричали: «Ты Гермиона!» и у неё есть ещё один ребёнок, с этим она пока не знала, что делать… "Разберусь по ситуации, — решила женщина. — Я должна узнать правду! "       Дверь в зельеварню с громким треском открылась. Она капнула лишнюю каплю нового зелья на сердце мёртвой лягушки и ругнулась. — Розмари! — окликнул её взволнованный мужской голос.       Шатенка осторожно отложила пипетку и обернулась. У дверей стоял запыхавшийся Грегори Гойл. Мужчина пытался сдержать сбившееся дыхание, чуть склонившись вперёд и схватившись за край стола. — Что случилось? — воскликнула она, стянув с лица маску, и закрыла свое исследование магическим куполом. — Скорпиус? — Нет! — выдохнул он. — Кэти… Мисс Картер!       Розмари сделала к нему шаг, хмуря брови. — Что с ней? Грегори! — нетерпеливо спросила она.       Тот наконец разогнулся и сказал, сдерживая одышку: — Мисс Картер прокляли! — Розмари заметила, как сверкнули его глаза, казалось, что этот огромный крепкий мужчина сейчас заплачет. — Её только что привезли… — Куда привезли? Как прокляли? — Его слова не укладывались в голове. — Она здесь, в Малфорте. В отделении для проклятых… — Так, Грегори, отведи меня туда. Я должна помочь! — Она поскорее закрыла крышкой начатое исследование. — Она… Она изуродована… И она умирает! Тебе нельзя туда! — Он закрыл лицо ладонью и вдруг всхлипнул. — Я общался с ней только вчера… И я не спас её… — Изуродована? Мерлин! — она закусила губу до крови, чтобы не впасть в истерику, как Гойл, и приказала. — Грегори, прошу тебя! Отведи меня к ней! Быстро! За профессором Снейпом уже послали? — Да… — Он взял себя в руки, выпрямился, его взгляд посерьезнел. — Пойдём! — Розмари направилась к двери. — Но мистер Малфой запретил… — Гойл даже не свинулся с места. — Я должна её увидеть и помочь! Ты хочешь чтобы она умерла? — воскликнула она. — Н-нет… — Тогда отведи меня к ней! — Розмари стремительно вышла из лаборатории.       Гойл догнал её и повёл в северное крыло замка, где она ещё ни разу не была.       Они вошли в огромный пустынный зал, отделанный камнем. Как объяснил Гойл, в зимнее, особенно холодное время драконы жили в замке, в этом помещении. Но сейчас там было пусто, и их быстрые шаги гулким эхом отдавались в высокий сводчатый потолок. Они подошли к чёрным железным дверям, за которыми скрывался вместительный лифт, и он бесшумно поднял их на верхний этаж, где находилось отделение.       Они прошли через просторное белое помещение с камином. Розмари догадалась, что этот камин связывал Малфорт с Мунго. Когда они наконец вышли в коридор, где распологались палаты, двое медбратьев с подозрением покосились на вошедшую женщину в лабораторной спецодежде, но Грегори сделал знак головой, чтобы они помалкивали, и те молча пропустили их в палату.       Розмари думала, что готова к любому зрелищу. Она когда-то давно изучала виды проклятий в книге «Магические проклятия и способы обезопасить себя», но это было не специализированное издание. Ей надо увидеть, что случилось с подругой, чтобы помочь. Шок.       Это первое, что испытала Розмари, увидев Кэти. Девушка лежала на белой больничной кровати, без сознания. Её некогда красивое лицо, шея и тонкие руки беспрестанно покрывались чёрными ранами, словно кто-то невидимый стоял рядом и прижигал её нежную полупрозрачную кожу горящей деревяшкой. Эти раны срастались и снова появлялись на тонкой бледной коже. Над ней склонилась крупная женщина в лимонной мантии, в маске и перчатках: она осторожно смазывала эти уродливые метки от проклятья. — Мерлин! — воскликнула Розмари в ужасе, глаза тут же наполнились слезами. — Кэти, моя хорошая!       Она вцепилась в мантию Гойла, который вошёл в палату вместе с ней. Большая тяжёлая рука обняла ее за плечо: — Давай уйдём… Не нужно… — Мистер Гойл, кто это? — воскликнула недовольно женщина. — Сюда нельзя посторонним! — Я Розмари Стюарт, зельевар, помощница Северуса Снейпа. — выпалила шатенка, не отрывая взгляда от проклятой подруги. — Мисс МакКарти, лекарь, — представилась та, хмурясь. — Это проклятье — Болотная проказа. Девушка выживет, если сейчас же начать варить зелье. Вы знаете рецепт? — Примерно… Это тёмная магия! Кто это сделал? — зашептала Розмари и, вывернувшись из захвата бородача, подошла к подруге ближе.       Кэти вдруг вздрогнула, застонала. Розмари знала — девушке сейчас очень больно и если ей не помочь, она умрет в течении нескольких дней, потому что эти раны уничтожают все внутри её организма. Несчастная открыла глаза и, повернув голову на голос, задержала взгляд на лице Розмари. Девушка вздрогнула, из уголков её желтых глаз потёкли слёзы. — Подружка… Я не виновата… Я не виновата… Я не сделала этого… — всхлипнула она тихо. — Кэти, милая, о чем ты? — Розмари протянула руку, но Гойл быстро перехватил её запястье в воздухе: — Нет! Это опасно! — Что вы тут делаете? — услышала она гневный голос Северуса Снейпа и обернулась. Зельевар ворвался в палату, как чёрный призрак, он был очень рассержен. — Профессор, она моя подруга… — начала Розмари. — Вон отсюда! — нахмурился тот и указал пальцем на дверь. — И чтобы я вас больше здесь не видел! — Но… — Никаких «но»! В вашем положении! Не смейте рисковать своим здоровьем и здоровьем ребёнка! Мистер Гойл, быстро уведите её! — скривил губы профессор.       Розмари гневно выдохнула, но послушалась и поспешила к выходу. — Ждите меня в зельеварне! — услышала она за спиной. — Никакой самодеятельности! Вы меня поняли?       Уже в лаборатории она бросилась к книгам с рецептами. — Болотная проказа… — Она лихорадочно листала страницы.       Дойдя до нужной, бросилась собирать ингридиенты, забежала в теплицу. — Мисс Стюарт, надеюсь, это было в последний раз… — Она чуть не столкнулась с профессором у стола и высыпала сорваные почки остролиста на деревянную доску.       Тот уже поставил разогреваться котёл на слабый огонь и закидывал ингридиенты. — Сейчас мы с вами сварим зелье, — продолжал он медленно, не отвлекаясь от своей работы. — Чтобы помочь вашей подруге. Потом вы идёте на обед, а я довариваю и отнесу готовое зелье в отделение. А вы возвращаетесь с обеда и варите ещё одно на вечер. — Он начал нарезать почки остролиста. — Помешайте против часовой стрелки минуту. — Когда она взяла ложку на длиной ручке, он спокойно продолжил. — Гойл заберет его. Если вы будете самовольничать, гулять там, где вам не следует, я расскажу о вашем поведении Драко! Я не позволю вашему дурному желанию лезть с помощью, куда вас не звали, сгубить вас! Чтобы потом мне мозг вынесли!       Розмари закатила глаза: её отчитывали, как маленькую девочку. — И не надо закатывать глаза. — Он скептически оглядел женщину. — В этом доме уже двое мужчин готовы растерзать за вас на части. — Двое? — она покраснела. — Ланиусу всегда нравилось то, что принадлежит Драко… — хмыкнул он. — Хорошо, что осенью он переедет в Лондон в академическое общежитие. Я не выдержу больше их детских склок. Я слишком стар для этого и устал разнимать их. — Ваша прямота меня восхищает. — произнесла Розмари, стараясь не смотреть на него. — О, я мог бы сказать гораздо резче. Думаю, тогда бы вы в меня точно влюбились… — покосился он на неё, приподняв бровь. — Но мне не хочется умереть от авады пасынка…       Розмари сжала губы, сдерживая улыбку, и покачала головой. — Принесите лёд, — приказал он, закинув в котёл последний ингридиент.       Женщина поспешила к холодному шкафу. Доставая лёд, она заодно помешала свое зелье стоящее в углу в небольшом котелке. Ей нужно было сегодня вечером его доделать и выпить. Сегодня… Это случится сегодня. И что бы она не вспомнила, она должна помочь Кэти и Скорпиусу и сделать так, чтобы Драко не пострадал от её самовольного решения вспомнить всё.       Она задумчиво положила лёд на стол. — Мисс Стюарт… — прервал её размышления зельевар. — Вы уже передумали спасать свою подругу… — она вздрогнула и, отламывая куски льда ножом, начала закидывать их в кипящую смесь.       По помещению пополз сизый туман. Они со Снейпом сразу же нацепили маски. Когда она закинула последний кусочек, профессор включил медленный огонь и принялся энергично помешивать зелье по часовой стрелке.       Розмари произнесла над котлом несколько заклинаний из книги рецептов и провела палочкой рунический символ обозначающий «обратимость», и когда жидкость загустела и покраснела, огонь выключили. — Замечательно. Осталось одно заклинание через десять минут. — Чёрные глаза Снейпа прищурившись оглядели женщину. — Идите обедать… — Кэти выживет? — спросила она с надеждой. — Выживет. И не с таким справлялись. Но я вам не советую навещать её ещё пару дней. Болотная проказа может перепрыгивать на другого человека. — Мерлин… — выдохнула она и сняла передник и шапочку. — Кто мог быть так жесток с ней? Неужели это Теодор Нотт, с которым она встречалась… — Теодор Нотт? — Снейп скривил губы и дёрнул бровью. — Этот мог… Надо узнать у Поттера подробности. В Аврорате отслеживают такие преступления. — Это точно преступление… — Сокрушенно покачала головой шатенка. — Кэти такого не заслужила.       Она пошла к выходу, думая о том, что будет всеми силами стараться помочь подруге. — То, что вы задумали, Розмари… — вдруг проговорил холодный голос за спиной.       Она обернулась — Снейп сверлил её взглядом своих чёрных глаз. Она не сразу поняла о чем он, её удивило, что он впервые назвал её по имени. Но когда поняла, то покрылась холодными мурашками. — Не делайте этого… — Почему? — она старалась скрыть волнение, задержав дыхание. — У меня ощущение, что вы пожалеете… — Он сжал губы и взглянул на неё сверху вниз. — Но это, бесспорно, только вам решать…       И он отвернулся к столу с зельем.