Похищение белого дракона 2

      Ей было не по себе. Что-то словно обжигало её лицо, и она, лишь открыв глаза, поняла. Из темноты на неё пристально смотрел Драко, его светлые волосы словно светились во тьме. Он лежал рядом и разглядывал её, оперев голову на руку и о чём-то напряжённо раздумывая.       Гермиона повернулась, вслушиваясь в тишину дома и звуки за его стенами — дождь за окном и завывание ветра, и звучало это по-новому, не так, как в Малфорте. — Где мы? Дома? — тихо спросила она. — Нет, мы у Поттеров… — Драко моргнул, как будто очнулся ото сна с открытыми глазами. — Ты не дождалась чая и уснула. Рыжая бестия не пустила нас домой…       Когда глаза привыкли к темноте, она огляделась. Светлая комната, просто, но со вкусом. Кровать под ними мягкая и уютная, как гнёздышко. Блондин совсем рядом, прижался к ней и греет своим горячим телом. Гермиона пошарила руками под одеялом — на ней была тонкая пижама, её ладонь прогулялась по телу мужчины — на нем только трусы-боксеры. Драко усмехнулся уголком рта: — Что ищешь? — Ты меня переодел? — смущённо прошептала она. — Конечно, не Поттер же…       Она тихонько рассмеялась и прижалась к нему, а он улёгся на подушку, укладывая её на плечо. Его пальцы принялись неспешно перебирать её кудри над шеей. — О чём ты думаешь? — спросила она, видя, что Драко всё так же напряжённо раздумывает, только взгляд его был теперь устремлён в потолок. — Я думаю… — медленно начал он. — Обо всём: о тебе, о дочке, о том, что было и как я ошибался… О том, что ты перенесла… — Драко… — прошептала она. — Я могу тебе всё рассказать… — Расскажи только, как ты спасла дочь… Что ты сделала?       Гермиона ответила не сразу. Они помолчали, слушая, как барабанит дождь по стеклу. Она приподнялась повыше, и теперь видела его губы и острый подбородок, покрытый лёгкой щетиной. — Я расскажу, но начну с начала… Пожалуйста, не перебивай… — Гермиона вздохнула и, увидев, что Малфой качнул головой, тихо начала рассказ, — Я не знала, что беременна, когда Нотты похитили моих родителей и пришли за мной. Это случилось в тот день, когда ты сделал мне предложение руки и сердца, и нашей девочке тогда был примерно месяц от зачатия… Скорее всего мы зачали её ещё в Хогвартсе… Помнишь, как мы отметили твой день рождения?       Драко сжал губы, и сдержанно усмехнулся: — Конечно, помню… В этот день мы сдавали Ж.А.Б.А., а вечером устроили тайную вечеринку у озера в лачуге Хагрида, где он хранил лодки.       Гермиона заулыбалась, разглаживая на его груди одеяло: — Да, мы знатно погуляли, народу было много, утопили пару лодок, которые русалки так и не вернули, жгли костёр, выпили столько сливочного пива, что потом видеть его никто не мог… — А пьяный Поттер пожелал мне много женской любви, и вы с рыжей чуть не убили его на месте, — вспомнил Драко с усмешкой.       Гермиона рассмеялась. Так приятно было окунуться в воспоминания о счастливых днях юности. — А потом мы с тобой занимались любовью в лодке, прямо посреди Чёрного озера, помнишь? — она нежно провела по его коже ноготками, он прикрыл глаза и тихо, чуть с хрипотцой, проговорил: — И нам светили мириады звёзд с бесконечно тёмного неба, и вокруг была тишина, такое тягучее безмолвие… Я помню, что именно этой ночью подумал, что не хочу отпускать тебя, хочу быть с тобой всю жизнь…       Он притянул её руку и сладко поцеловал любимые тонкие пальцы.  — Такое не забывается… Хоть я и пытался…       Гермиона приподнялась, в её глазах сверкали слёзы: — Я уверена, Касси мы зачали именно тогда… — Значит, она мой подарок на день рождения? — усмехнулся он, качая головой, его глаза светились теплом и любовью. Гермиона закусила губу, любуясь своим красивым мужчиной. — Так получается… И я думаю, наша вторая дочка тоже родится в феврале… — улыбнулась она немного смущённо.       Он рассмеялся, обнял её, покоряясь тому щемящему чувству нежности, которое она вызывала сейчас, нашёл её губы и ласково поцеловал. — Люблю тебя… Гермиона… — Драко, и я тебя люблю и всегда любила…       Он помедлил, нахмурился и вспомнил, о чём они говорили: — Что же было дальше?       Гермиона тяжело вздохнула: — Я узнала, что беременна, когда начались утренняя тошнота и головокружение, — продолжила она нехотя. — Тео пытался меня склонить к сожительству, но я просила дать мне время, — Драко зло сжал челюсти, услышав это, но промолчал. — Он хотел, чтобы я любила его, и готов был ждать. Когда он узнал, что я беременна, это его отвратило от меня до самых родов и потом ещё около полугода. Он ненавидел саму мысль, что я жду от тебя ребёнка. Мне пришлось помогать им, или они бы убили всех нас, и я стала подмастерьем. Его и лорда Нотта. После того, как Касси исполнилось полгода, Тео заставил отлучить малышку от груди, чтобы снова меня добиваться…       Гермиона остановила свой рассказ, чтобы собраться с мыслями. Она села повыше и откинулась на спинку кровати. Её взгляд теперь был прикован к противоположной стене, но смотрела она сквозь неё, уплывая в воспоминания о прошлом. — Я планировала побег за побегом. Мне нужно было спасать троих родных мне людей. Родители были слишком слабы перед этой бандой. Они же были всего лишь маглами. Прошло долгое время, прежде чем они решились. Но… Роберт Нотт пресек попытку побега… Мой отец погиб… — она всхлипнула, слёзы брызнули на её щеки. — Он умер из-за меня! — Тише-тише, — Драко прижал её к себе, утешая шёпотом. — Не надо… Ты не виновата… Если не хочешь, не рассказывай… — Я хочу… — твёрдо проговорила она, отодвигаясь от него, и, сжав кулаки, продолжила. — Когда умер папа, мама заболела. А Тео хотел жениться на мне, он говорил, что так защитит меня от своего сумасшедшего отца. Ты не представляешь, что это был за человек. Ты думаешь, что Тео псих, но он, по сравнению с Робертом Ноттом, слабая овечка. Все убийства, нападения и проклятия, всё это желания и выбор этого старого психа. Теодор был помешан только на мне, и его отец ненавидел меня по этой причине, считал меня его слабостью. Я решилась выйти за Тео замуж, потому что Роберт совершенно съехал с катушек, он напугал Касси, и та перестала говорить, он угрожал убить меня, и он… Напал на мою маму, когда она пыталась нас защитить, и её сердце не выдержало…       Она снова громко тяжело выдохнула, зажала губу между зубами и расплакалась, тихо дрожа. — Проклятье, Гермиона… — Драко прижал кудрявую к себе, крепко, так, чтобы она чувствовала — больше ей ничего не угрожает, он с ней и больше не даст её в обиду. — Моя маленькая… Моя любимая… Я соболезную тебе… Я знаю…       Она вцепилась в него, сейчас он и правда был её стеной и защитой, и плакала, не сдерживая слёз, отпуская на волю все свои эмоции, не стесняясь, что он осудит или не поймёт…       Когда она успокоилась, они сели на кровати друг напротив друга, держась за руки. — Я вышла за Тео, потому что он обещал нам с Касси защиту, но наша девочка, так похожая на тебя, всегда его раздражала. Он хотел от меня ребёнка, своего ребёнка. И я солгала, чтобы спасти её, сказала, что тоже не выношу Касси, что она напоминает мне тебя, и я не хочу её видеть рядом, что если ты получишь такой привет от меня, в виде ребёнка, это причинит тебе огромную боль. Эта идея понравилась Тео. Он легко согласился. И, когда я узнала, что наша дочь в безопасности, через пару месяцев подготовки и ожидания удобного случая, я отравила их всех на званом обеде. О, как же я смеялась, когда они падали в тарелки с салатами своими погаными мордами! Я кричала и бесновалась, мне казалось, что в меня вселилась твоя тётка Беллатрикс! А старого придурка я добила Авадой! И уничтожила в пыль всё, что от него осталось! Драко, я демон! Я ужасный человек! Я сожгла то место, где они прятались, вместе с их лабораторией! Всё взорвалось к чёртовой матери! В этот день я и поседела…       Она дрожала от ярости, от того, как воспоминания о том событии разрывали её на части, и она ещё раз это переживала. Драко смотрел на неё и не узнавал, она и правда в этот миг была похожа на его сумасшедшую тётку — глаза дико сверкали от слёз, волосы вздыбились. Он успокаивающе гладил её зажатые в кулаки ладони. — Я не знаю, как Теодор выжил… Он не был настолько плохим, я не желала его смерти, но он испортил всю мою жизнь! Мне всегда был нужен только ты! Без тебя я была тенью, я не чувствовала ничего… — Почему же ты не вернулась ко мне тот час же, когда расквиталась с ублюдками? — спросил он, недоумевая.       Она отвернулась и проговорила, стараясь не смотреть ему в глаза: — Я не могла… После всего, что я сделала… Я знала, что ты женился на Астории и она ждёт малыша, а моя дочь с тобой. Я знала, что ты полюбишь нашу малышку, она ведь такая славная, её трудно не любить… А я изменилась… И я бы все испортила, и поэтому решила исчезнуть навсегда… — О чем ты? — Драко нахмурился и на его лбу появилась грубая некрасивая морщинка. — Я хотела покончить с собой… — прошелестела она, но в тишине комнаты это фраза прозвучала, как грохот грома.       Драко вздрогнул и чуть не закричал: — Чёрт, Грейнджер! Ты серьёзно? Ты с ума сошла? — Тише, пожалуйста… — Гермиона прикрыла его рот пальцами, но он грубо перехватил их и сжал, ожидая разъяснений. — Я была слишком раздавлена всем, что произошло со мной… И я почти сошла с ума… Но на моё счастье… Или нет… но в этот день на берегу моря у скалы, где я прощалась с жизнью, гуляла Брунгильда в поисках трав. Она мне помогла… Забыть всё… И следующие годы я жила рядом с ней и нашими детьми спокойной жизнью… Без мук совести, без призраков прошлого… — И ты забыла меня… — проговорил он, разжимая её пальцы. — Забыла… — вторила она тихо. — И все равно оказалась рядом… — вздохнул он и улыбнулся краешком губ. — Да… Ничего не получилось… Ты меня притянул обратно… — отзеркалила Гермиона его улыбку. — Ты вернулась… Просто ворвалась в мою жизнь без предупреждения, Гермиона… — И сейчас ты считаешь, что лучше бы этого не произошло? — она наклонила голову, изучая его лицо. — Лучше бы я не возвращалась? — Нет, я так не считаю… Но я хотел бы переписать все заново… — проговорил он задумчиво. — Вот мы поженились, стали жить в Малфорте, у нас родилась Кассиопея, потом бы ты родила мне мальчика, мы бы назвали его Скорпиус… а потом девочку… Мы бы жили каждый день вместе, рядом… Шли рука об руку… Я бы хотел помнить каждый миг этих дней… Но их не было… И никогда не будет! И поэтому, когда я встречу этого урода Нотта, я порву его на части собственными руками…       Последние слова Драко произнёс с холодной яростью, выдыхая через нос. — Драко, не надо становиться убийцей… Из-за меня, — она опустила взгляд. — Я одна через это пройду… — Никуда ты больше без меня не пойдёшь… И я убью за тебя, если будет нужно! — Драко… Я, надеюсь, ты не будешь жалеть меня… — проговорила Гермиона неуверенно. — Я заслужила всё, что меня ждёт… — Жалеть, Грейнджер? После того, как ты решилась бросить меня, я готов… Я не знаю. Я зол… Я очень, очень зол и выпорол бы тебя, если бы ты не была беременна! Чтобы никогда такие мысли не приходили! Чтобы никогда не сбегала от меня! — сердито выпалил он, сдерживаясь, чтобы не повысить голос.       Она вдруг рассмеялась, видя его непритворное негодование, расширяющиеся от гнева ноздри и взгляд, которым он был готов убить её. — Я разрешаю выпороть меня, только очень нежно… — прошептала она, взлохмачивая его пепельно-белые волосы. — Гермиона, ты снова это делаешь… — Он смягчился и потянул шатенку за руку на себя, усадил на свои колени, целуя её нежные губы. — Люблю тебя… — прошептала она, захватывая ладонями его широкие плечи. Его кожа была прохладной на ощупь и она с удовольствием прижалась к нему разгорячённым телом. — Какая ты горячая, ведьма… — поцелуй Драко из ласкового вдруг превратился в более страстный. Она тихо простонала, когда язык блондина проник в её рот, а его руки скользнули по её бедрам до груди. — Тебя надо раздеть… — шепнул он ей в рот, со вздохом отпуская любимые губы из плена и касаясь мелких пуговок на её пижаме. — Ты одел, тебе и раздевать… — жарко выдыхая ему в лицо, прошептала Гермиона. Он прислонился к её лбу своим, закусил губу, и они вместе наблюдали, как его длинные пальцы покоряют ряд пуговиц.       Он, дразня её, задевал, словно случайно, острые соски, торчащие под шёлком, от чего она тихонько ахала, нетерпеливо вздыхала и кусала губы. Гермиона жаждала его прикосновений. — Мерлин, Драко… — она уже дрожала, когда он наконец скинул с неё тонкую шёлковую рубашку.       Он облизнулся, разглядывая её красивую упругую грудь, на которую ложились блики от света уличного фонаря. — Ты прекрасна, Гермиона… — Ладони блондина подхватили манящие полушария, задевая чувствительные соски, и она с восторгом вскрикнула: — Ах, Драко! — и дёрнулась ближе, упираясь промежностью в его напрягшийся в трусах член. Драко зашипел. Она сжала бедра на его поясе, а он скользнул губами по её шее и склонился к её груди, подхватил губами затвердевший сосок, облизывая его и прикусывая. Гермиона застонала и отклонилась и он так же ненасытно впился в другой сосок, вызывая ещё более громкие несдержанные стоны своей женщины. — Как же я хочу тебя… — простонал Драко ей в унисон.       Он снова набросился на её губы, неистово и жадно, переворачивая её на спину. Они утонули в мягкой перине. Драко вжал её в кровать всем телом, покрывая её лицо, шею, грудь нежными поцелуями.       Он лёгким незаметным движением стянул с неё пижамные штаны и также свои боксеры, и его рука скользнула между её бёдер. Это лёгкое прикосновение заставило Гермиону шире раздвинуть ноги и тихо всхлипнуть. — Да… Ещё, Драко…       Но он продолжал целовать её, прижав ладонь к горящей влажной промежности и не двигая ею, словно пытал её изощрённой пыткой. Она схватила его за плечи и двинулась бёдрами навстречу его руке, желая большего, ещё и ещё, и через короткий миг извивалась под его рукой, постанывая и кусая его плечо.  — Пожалуйста! — задыхаясь, просила Гермиона, пока тёплые губы блондина изводили её грудь. Он двинул пальцами и погрузил один в неё, от чего она забыла как дышать. — О, да… Да! — только и смогла прошептать шатенка, приподнимая бедра. Его рука ласкала её теперь умопомрачительно сладко и ощутимо, так что она теряла связь с реальностью.        Гермиона желала большего. Её ладонь легла на его твёрдую плоть, крепко сжимая и оглаживая. Драко тихо зарычал и снова впился в её пухлые от жарких поцелуев губы.       Он перевернул её на живот и лёг на неё сверху, нависая на локтях, чтобы не давить. Мужчина сладко целовал тонкую спину, вызывая у неё толпы мурашек, и спустился нежными поцелуями вниз к соблазнительно округлой попке. — Гермиона, ты очень красивая… — в его голосе было столько восхищения, что она, чувствуя сильнейшее горячее возбуждение, выгнулась, как кошка, и потёрлась ягодицами о его твёрдый желающий её член, и он смог только хрипло выговорить. — Ммм, Грейнджер, я накажу тебя… Накажу…       И грубо сжал её ягодицы, но это только сильнее раззадорило её. — Да! Да, давай же! — вскрикнула она, поднимая попку выше. — О, чёрт… Сладкая моя… — Драко наклонился на неё, ухватил её за грудь и нетерпеливо погрузил член в тесное горячее лоно.       Они оба застонали, наслаждаясь этим потрясающим моментом близости их возбужденных тел.       Драко преступно медленно задвигался в ней, словно жадничал, от чего Гермионе захотелось рычать и рвать простыни под ними. — Мерлин, Драко, я больше не буду от тебя убегать! — простонала она, требуя более увереных действий. — Хочу сильнее! Пожалуйста! — Вот так… Правильно, ненасытная моя… — Он смял её грудь одной рукой и последовал за её ритмом, который она задавала, подмахивая ему попкой. — О… Да… — с каждым его решительным движением она чувствовала, что всё ближе подходит к краю, его толчки были всё мощнее и чаще, его пальцы сжимали нежную кожу ягодиц, оглаживали её грудь и спину. Гермиона повернула лицо, чтобы видеть его краем глаза, сексуального, с капельками пота на рельефной бледной груди, так самозабвенно двигающегося позади неё, а он склонился к ней и захватил её раскрытые губы своими горячими опьяняющими губами… И волна наслаждения от невероятно возбуждающего происходящего в этой кровати накрыла Гермиону, она судорожно вскрикнула, изгибаясь, а Драко догнал её, сладко постанывая и продолжая двигаться, пока полностью не излился в неё. — Гермиона, я люблю тебя… Люблю… —  опустошенный блондин выскользнул из неё, улёгся рядом, обхватывая кудрявую за талию и ласково целуя в губы. — Люблю и никуда больше не отпущу… Она отзывчиво откликнулась, прижалась к нему, тяжело дыша и гладя ладонями его спину и широкие плечи: — Не отпускай… * — Касси, она спит… — Я хочу увидеть её! — Пожалуйста, вчера у неё был не самый приятный день, она много нервничала, пойдём… Пусть отдыхает… — Джинни, я так хотела найти её… — Я понимаю… Она скоро проснётся, пойдём выпьем чаю…       Голоса за дверью затихли. Гермиона села на кровати, огляделась — Драко не было рядом, сквозь неплотные розовые шторы пробивалось утреннее солнце. Она увидела на тумбочке его часы, белое золото маленького циферблата отсвечивало солнечными зайчиками ей в глаза. Гермиона посмотрела на время — десятый час…       Она долго спит в последнее время. Хотя сегодня у неё было оправдание — они легли под утро, потому что после разговоров, как голодные, набросились друг друга, но теперь всё было правильно, всё было так, как надо, до глубины души, честно и открыто. Он называл её Гермионой, больше никакой Розмари. Это было не просто наслаждение, это было откровение и признание одновременно.       Кудрявая вновь покрылась мурашками вспоминая, как он любил её. Это был не сон, убеждала она себя. Она ведь уже попрощалась с ним вчера, но Драко решил по-другому, и она смиренно и радостно приняла его выбор. Быть с ним после всего — невероятное счастье и огромный подарок судьбы.       А там за дверью этой розовой уютной спаленки её ждала реальность. И её ждала дочь…       Гермиона умылась в небольшой ванной комнате, уложила волосы заклинанием и переоделась в свою одежду, которую Драко аккуратно сложил на кресло в углу комнаты. Его часы она надела на запястье.       Выйдя из комнаты, Гермиона осторожными лёгкими шагами прошла по светлому коридору, прислушиваясь к голосам в доме. Около библиотеки, где вчера они разговаривали с Драко и Гарри, она остановилась, услышав громкий голос Рона: — Мы не должны это спустить ему с рук! — Профессор, успокойтесь… Я найду этого ублюдка, даже если аврорат будет не в силах! — холодный голос Драко. — Успокойтесь оба, — строгий голос Гарри, Гермиона представила, как он сидит между двух огней и трёт нос под дужкой очков, сходя с ума от их споров. — Мы потеряли его в тот день, когда он проклял мисс Картер. Поместье Ноттов закрыто, каких-то особых мест его обитания мы не выявили, его можно поймать только на живца… — Ты понял, что сейчас ляпнул? — зарычал Драко. — Она не участвует в этом!       Послышались нервные шаги, кажется, кто-то закрыл окно. Гермиона вжалась в стену, чтобы не быть пойманной за подслушиванием. — Ты соображаешь, что говоришь? — возмущенный голос Гарри. — Естественно, она не участвует. Оборотное ещё никто не отменял. — А что, если он поймёт? — засомневался Рон. — Насколько я помню, он не дурак… — Нам нужно лишь заманить гада, хватит и секунды его замешательства. — уверенно парировал Гарри сомнения рыжего. — А потом я убью его! — выплюнул Драко с ненавистью. — Отлично, у нас как раз освободилась одна камера! Малфой, ты можешь соображать рационально? Ты нужен своей семье. И ей… — раздражение Гарри можно было пощупать руками.       Они замолчали. — Поттер. Ты прав… — медленно проговорил Драко, более мирным тоном. — Я не могу думать обо всем этом спокойно. — О, кажется, сегодня пойдёт снег, Гарри, он признал, что ты прав! — усмехнулся Рон, что, ну конечно же, аристократ не оставил без ехидной подколки: — Снег пойдёт, когда я признаю, что прав ты, профессор! — Да что ты прикопался к моему званию? Завидуешь что ли? — бурчание друга вызвало её улыбку, эти мальчишки не меняются, лишь бы поддразнить друг друга! — Да вот ещё, учитель по летанию на мётлах! — продолжал Драко. — У нас, кстати, снова пустует местечко преподавателя Защиты от Темных Искусств… — Не-не, спасибо, я пас… — Гермиона представила, как блондин сейчас закатывает глаза и машет руками. — Хватит. У меня есть своя тёмная ведьма, и её надо защищать. — Ты о чём? — удивлённо проговорил Рон. — Да так… — кажется, Драко был не рад тому, что ляпнул. — Она теперь тёмный маг. — твёрдо проговорил Гарри, а Гермиона нервно сжала кулаки. — Охренеть… Наша Гермиона — адепт чёрной магии? — Рон был совершенно ошарашен. — Заткнись! Это не меняет того, кто она есть! Она та же! — зло выплюнул Драко.       Гермиона закусила губу, борясь с нахлынувшими двойственными чувствами — болью от негативной реакции друга и теплотой от того, как её защищает любимый мужчина. — Она та же… — заговорил Гарри. — Жизнь заставила её сойти с пути, но это ничего не меняет. Мы любим её, она очень дорогой нам человек, и мы защитим её, потому что она всегда делала это для нас. Для каждого. А тёмная магия может работать и во благо, как вы знаете…       В библиотеке снова стало тихо. Гермиона хотела броситься в комнату, обнять Гарри, чтобы он знал, что она так же сильно любит его, обнять и расцеловать Драко за поддержку и защиту, щёлкнуть Рона по носу и тоже обнять своего рыжего честного друга, но она остановилась, услышав: — Что мы будем делать с её признанием? — Драко тяжело вздохнул. — Я не отдам её тебе, Поттер. Она не сядет в тюрьму. — И что ты сделаешь? — Не знаю… Увезу её куда-нибудь на необитаемый остров… Мы можем скрыться, спрятаться, мир огромен… Чёрт, если бы не сын, я бы так и сделал! Нам остаётся только закрыться в Малфорте… Поттер, поговори с людьми, только без имён, спроси… Я тоже поищу выход… У меня есть хорошие адвокаты, она не настолько виновата, чтобы сидеть в тюрьме! — Она убила людей и участвовала в… — начал Гарри. — Подожди… — раздались быстрые шаги.       Дверь открылась и Гермиону осветил свет из окна библиотеки. — Доброе утро, дорогая моя… — Драко покачал головой. — Как некрасиво…       Гермиона опустила взгляд: — Прости… Но вы обсуждали меня…       Он насмешливо приобнял её и завёл в комнату. — У нас тут гостья, господа.       Рон тут же поймал её в свои тёплые дружеские объятия. — Гермиона, дай я обниму тебя! — Я всё ещё тёмная волшебница… — с тихой улыбкой пробормотала она. — Ох, ты слышала… — Рон отпустил её и почесал затылок, покрываясь румянцем. — Извини, я это не подумав… — А что ты делаешь подумав? — не преминул вставить Драко. — Малфой! — рявкнул Рон, краснея сильнее.       Гермиона вдруг рассмеялась, с нежностью глядя на своих друзей и любимого. — Мальчики, столько лет прошло, а вы совершенно не изменились.       Гарри покачал головой и тоже заулыбался, разглядывая её из-под тёмных бровей: — Зато ты стала красивее! — И я вынужден с тобой снова согласиться, Поттер. — Драко тут же перехватил Гермиону за талию и прижал к себе. — Ну точно снег пойдёт… Опять согласился… — выдохнул Рон. *       Гермиона боялась. Очень боялась встречи со своей дочерью. Трудно было в этом признаться, но когда Драко шепнул ей на ухо: — Касси ждёт тебя внизу. — она покрылась холодным потом и вцепилась в его руку. — Что она знает? — спросила Гермиона напряжённо.       Они стояли в коридоре одни, и Драко, стараясь немного расслабить, поглаживал её дрожащие пальцы: — Ты что? Это же Касси… Ты боишься? — Что она знает? — настойчиво повторила она. — Почти всё… Она здесь с семи утра, и мы поговорили. Я не хотел, чтобы ты снова переживала и рассказывала… — проговорил он спокойно, а она нервно закусила губы. — Она возненавидит меня… Я её бросила… — Ты спасла её… — Я во всём виновата.       Драко взял её за плечи и чуть сжал: — Перестань себя винить! — произнёс он твёрдым голосом. — Вот прямо сейчас, обещай мне, что перестанешь обвинять себя во всех грехах! Ты, Гермиона Грейнджер, самая умная, а сейчас ещё и одна из сильнейших волшебниц нашего поколения! Ты вернулась! — он поднял её подбородок выше. — В такую умную, сильную и смелую девчонку я влюбился! Ты не дала мне утонуть, помнишь? Прыгнула за мной, не думая о себе! В этом вся ты! — А ты поднял меня в небеса… — прошептала она, а Драко наклонился к её лицу и коснулся её губ своими, стирая все её страхи. — Я же твои крылья. — проговорил блондин с усмешкой, отпуская её.       Она почувствовала себя гораздо лучше, и они, держась за руки, вышли во двор, где под навесом сидели младшие дети Поттеров, Джинни, Гарри и Рон. Кассиопея была на пляже рядом с Джеймсом. Она обернулась и, увидев выходящих из дома родителей, вскочила с песка.       Гермиона отпустила руку Драко. Сердце пыталось вырваться из груди, когда она ускорила шаг навстречу бегущей с пляжа дочери. — Мама! — крикнула та, её серые глаза были полны слез. — Мамочка!       Они обнялись, встретившись посреди двора, и, не сдерживая чувств, расплакались. — Касси, моя малышка! Моя доченька! — шептала Гермиона, гладя её по светлой кудрявой голове. — Мамочка, наконец-то… Я так и знала… Я чувствовала… Ты мне всегда очень нравилась! Мама! — всхлипывала девушка, сжимая её крепкой хваткой. — Мама, как хорошо, что ты вернулась! — Прости меня! Прости, моя крошка! — Нет, мама, не надо! Я всё знаю… Мамочка, я люблю тебя!       И в этот момент Гермиона поняла, что то, что она выпила зелье восстановления памяти, не было плохой идеей, как она думала эти дни, полные слёз и горьких воспоминаний. Это было лучшей идеей за все годы жизни, потому что вернуло ей настоящее, её дочь, её мужчину и её душу.       А Касси обнимала её, радостно что-то чирикала в ухо, отклоняясь, смотрела Гермионе в лицо и смеялась: — Мама, мне столько тебе нужно рассказать! Ты не представляешь! — Да уж, Грейнджер, берегись! Тебе придётся заказать запасные уши, наша Касси может говорить до-о-олго! — послышался насмешливый голос Драко из-за спины. — Интересно, в кого это? — Папа! — девушка наигранно сердито ударила подошедшего к ним блондина по плечу и рассмеялась. — Я не такая уж и болтушка, но, знаешь ли, за восемнадцать лет накопилось!       Он прижал их обеих к себе, зарываясь носом в их смешавшиеся каштаново-пепельные кудри. — Мои кудрявые девчонки… — женские руки цепко обхватили его, и Драко довольно заулыбался, чувствуя прилив счастья. — Спасибо, Драко… — Гермиона потянулась и поцеловала его в щеку. — А я всё ещё обижаюсь на него, — Касси хихикнула. — Эй, семейство Малфоев, идём пить чай! — звонко позвала Джинни.       Гермиона обернулась к ней и увидела, что подруга скрестила руки на груди и во всю улыбалась довольной счастливой улыбкой, любуясь на троих обнявшихся людей посередине её газона перед домом.       Но насладиться чаем им не дали — как только все уселись за стол, неожиданно из воздуха материализовался светящийся голубовато-синим светом патронус в виде лани. — Северус. — проговорил Драко одновременно с Гарри. — Драко, срочно в мэнор! У нас пожар! — крикнула лань задыхающимся голосом Северуса Снейпа.