Похищение белого дракона 2

      Уже после, выпив антипохмельного и придя в себя, Драко вспомнил, что паб «Лошадиная морда» — самая дешёвая забегаловка в Косом переулке. В чёрном костюме, при параде он бы смотрелся там, как бельмо в лошадином глазу. Он переоделся в темно-синие джинсы, белую футболку, накинул чёрный кожаный пиджак, натянул чёрные ботинки и ушёл из Малфорта через камин.       Место встречи казалось странным. Глава Аврората встречался в каком-то клоповнике с директором сети аптек. Странно, очень странно…       В тёмном пространстве паба было немноголюдно и тихо. Драко посмотрел на часы на запястье, девять вечера. Наверно, ещё не время для упитых забулдыг и гулящих ведьм. Поттера он заметил в самом дальнем углу, сидящим за столиком на двоих с бокалом огневиски. Драко поморщился, после двух дней пития этого напитка, больше травиться не хотелось. — Поттер, хлещешь спиртное с кирпичом вместо лица, значит, дело дрянь… — кинул он, усаживаясь напротив. — Малфой. — тряхнул тот черноволосой головой, не отвечая на ехидную реплику. — Что происходит? — сразу приступил к допросу блондин. — Может, выпьешь? Я взял целую бутылку… У них из стоящего только огневиски. — Поттер кивнул в сторону и бутыль тут же поднялась в воздух и налила в пустой бокал янтарной жидкости.       Драко оттолкнул от себя напиток и брезгливо фыркнул: — Давай, Поттер, не тяни… Что с Грейнджер?       Он внимательно разглядывал Главу Аврората: тот закусил щеку изнутри, нервно потёр лоб и веки под очками и прямо взглянул на Малфоя. — Ты знал, что она не Розмари. Давай начнём с этого.       Малфой закатил глаза: — Да. И что? Это важно? — Чёрт побери, это, конечно, важно! Я её лучший друг! Ты мог хотя бы мне сказать!       Малфой сложил руки на груди и хмуро бросил: — Нет. Ей это было не нужно. В то время. Но зато как здорово, что, когда она вспомнила, то сразу бросилась к тебе, да?       Гарри хлебнул ещё глоток огневиски: — Да, это было бы здорово… Но это совсем не так, Малфой… — скривившись, выдохнул Поттер и вытер губы тыльной стороной ладони.       Драко ждал.       Ну же, Поттер, давай, выкладывай, что не так с Грейнджер… — Она просила ничего тебе не говорить, но я должен. Гермиона не справится с этим одна, — продолжал тот. — Она попала в очень ужасную историю. А мы её не уберегли…       Он провёл палочкой, создавая магический звуконепроницаемый купол. Драко опёрся локтями о стол, напряжённо подаваясь вперёд. Кажется, сейчас он всё наконец узнает. — Больше восемнадцати лет назад Гермиону заставили кое-что сделать. Её родителей похитили Теодор Нотт, его отец и ещё несколько человек. — начал Поттер медленно, но уже первые его слова заставили Малфоя неверяще вскинуть брови. — Нет… Поттер! Лорд Нотт умер в Азкабане, я же помню, об этом трубили все газеты… А Тео был в Дурмстранге без памяти…  — Малфой, как оказалось, старший Нотт выжил, вернул память младшему, и они создали бандитскую группировку «Каратели». Они удерживали Гермиону в каком-то своём логове, шантажируя родителями, а когда узнали, что она ждёт ребёнка, у них стало ещё больше возможностей влиять на неё. Она варила отравляющие зелья, наркотики, придумывала проклятья и помогала им больше трёх лет. Её отец и мать попытались спасти маленькую Кассиопею и сбежать. Но побег не удался. Отца убили. Мама умерла позже. Гермиона всеми правдами и неправдами уговорила отдать дочь тебе… Я не буду говорить, как у неё это получилось, если захочет, она расскажет сама… А после того, как ваша дочь оказалась в безопасности, она уничтожила почти всю террористическую группировку. Она отравила их, хотя, как оказалось потом, кое-кто выжил. Нотт точно. Про других не знаю… И я вообще не знаю, как мне быть…       Только тут Драко понял, что слушал Поттера открыв рот, его руки дрожали и он почти перестал дышать. — Что ты сейчас сказал? — выговорил он, ошеломлённо качая головой. — Что? Нет… Она… Ты же говорил… — Да, Драко, она жила в аду все эти годы, когда ты ненавидел её, а я не искал! Я, чёрт возьми, занимался своими делами! Строил карьеру, жил в окружении любимой семьи, верил, что с ней всё в порядке! А она всё это время писала письма, добрые и душевные, мы с Джинни были рады, что у неё всё хорошо там, в Австралии! Ты помнишь, я показывал тебе их? — Гарри сжимал и разжимал кулаки, лежащие на столе. — А когда она прислала ребёнка и мы искали её… Мы ездили по её адресу в Австралии, не нашли и решили, что она не хочет быть связанной с магическим миром…       Он в отчаянии схватился за голову. — А сегодня она пришла ко мне в Аврорат, полная решимости сдаться и сесть за свои грехи в Азкабан! — он взглянул на замершего напротив блондина. — Я не могу позволить этого… Но я должен! Я, мать его, представитель закона!       Он остановил словесный поток, тяжело дыша, зелёные глаза сверкали из-под круглых стёкол очков. Драко выдохнул, пытаясь немного прийти в себя от шока.       Грейнджер… Проклятье, какой он идиот! Пока он упивался жалостью к себе и обидой, она жила с убийцами и выполняла их приказы… Он был в таком же положении… почти в таком, когда змеерожий фанатик заставлял убить директора Хогвартса, угрожая уничтожить его семью… Но он, глупый и напыщенный малолетний придурок, поначалу гордился этим заданием, а Грейнджер… Гермиона… Его любимая девочка пошла на это, чтобы защитить родных… Почему она не подала хоть какой-нибудь маленький знак тогда в кафе, когда говорила свое равнодушное «не любила»? Почему она не вернулась к нему раньше? Почему не намекнула в записке присланной с Кассиопеей что ей нужна помощь? Почему? … — Я хочу увидеть её! — проговорил он уверенно. — Что ты сделал с ней? Она в тюрьме? — Она у меня дома, у моря. Джинни её утащила туда сразу, как узнала, что подруга вернулась. — Отлично. Идём к тебе. — блондин вскочил, разбивая магию купола над ними. — Предупреждаю, она, скорее всего, рассердится, увидев тебя… Она не хотела вас, тебя и Касси, втягивать, как она говорит, в её преступления.       Малфой зло сжал губы, его глаза гневно сверкали. — Чёрт! Мне совершенно всё равно на её героические мотивы! Она носит моего ребёнка и решает быть героиней тогда, когда нужно быть просто женщиной! Как будто она совсем одна! И я так понял, за ней снова охотится этот ублюдочный Нотт… Но, самое главное, я должен извиниться перед ней! А ты… Ты должен забыть всё, что она тебе рассказала! Никаких тюрем и Азкабанов, ты меня понял, Поттер? — шипел он, возвышаясь над Главой. — Я должен… — тот тоже поднялся из-за стола. — Ты должен ей в первую очередь! — повысил голос аристократ. — Тише, Малфой! — Поттер оглянулся вокруг на прислушивающихся мрачных посетителей. — Она сама этого хочет! Ты же знаешь, какая она упрямая! Она хочет справедливости! — Идём, Поттер, поговорим с ней! Я хочу увидеть эту героиню! Она не посмеет поступить так со мной, с Касси и с нашим ещё нерождённым ребёнком. *       Гермиона сидела у камина на мягком диване в уютном светлом доме Поттеров. За окном шёл летний ливень. А в гостиной пахло пирогами и ароматным травяным чаем. Рядом с ней уютно устроилась Джинни и с удовольствием рассказывала о своих детях, показывая колдографии. С лица рыжей женщины не сходила счастливая улыбка, но покрасневшие глаза говорили о том, что она совсем недавно плакала. Она прижималась к подруге боком и иногда склоняла голову на её плечо.       Гермиона без лишних, слишком грустных подробностей рассказала подруге, что с ней происходило все эти годы. У Джинни сначала был шок, потом она злилась на себя, на Гарри, а дальше слёзы, слёзы, объятия и слова сожаления.       Настроение им поднял ужин в компании детей и колдофотографии их бурной юности.       И сейчас в комнате они были не одни — у большого окна на широком подоконнике примостилась маленькая, но очень серьёзная Лили Поттер, читающая книгу, а Джеймс и Северус играли в волшебные шахматы за длинным обеденным столом. Гермиона, глядя на эту семейную идилию, чувствовала, что скучает по Скорпиусу, Кассиопее и, конечно же, Драко, особенно по нему, и по их вечерним посиделкам в зимнем саду, беззаботной болтовне и смеху. — А помнишь, как Пэнси напоила меня зельем старения? Я была клёвой старушкой! — вспомнила подруга со смехом, Гермиона в ответ тоже рассмеялась. — Конечно, помню, Пэнси вытворяла в том году такое, что не забудешь! — Ты и сама не промах, — тише шепнула рыжая, чтобы дети не слышали. — Гарри неделю отходил после того, как мы вас с Малфоем застукали в гостиной старост!       Они негромко рассмеялись. — А то, что вы с ним на Гриммо устроили. — не унималась подруга. — Хватит, Джинни! — Гермиона покраснела, вспомнив горяченькую и очень шумную рождественскую ночь на Гриммо вместе с Драко. — Давай не будем при детях… Лучше покажи колдографии с Выпускного наших детей…       Джинни сразу же нашла их в ворохе на столике перед ними. — Вот наши красавчики! — Да, прекрасная пара! — Гермиона залюбовалась танцующими фигурами Джеймса и Кассиопеи в праздничном Большом зале. — Я очень рада, что наши дети поженятся. Теперь Драко точно подружится с Гарри, внуки их сплотят. — О, они общались какое-то время довольно хорошо, — проговорила Джинни. — Драко даже приглашал нас на свою свадьбу с Асторией. — Что же случилось? — Ой, да нашли из-за чего поссориться, там ещё и Рон со своей шлюшкой, а всё твой Малфой… Сбил брата с пути истиного… — хмыкнула Джинни, но увидев расстроенное лицо Гермионы, бодро добавила. — Да ничего, Рон получил по заслугам, сейчас как шёлковый бегает за Пэнс, он же любит её, а она его. Я тебе скажу по секрету — эти двое только на виду такие непримиримые разведённые, а уж как встретятся, так потом кричат в спальне не хуже, чем вы с Драко в Рождество…       Геомиона смущённо прыснула, и они снова рассмеялись. Джинни горячо обняла её: — Как же я скучала по тебе, подружка! Гермиона!       Шатенка ответила на объятие, которое отдавало горечью. Слёзы так и норовили брызнуть на щёки новыми потоками. Скоро всё это кончится.       Она вздрогнула, когда в гостиную вошли двое, занося в дом запахи дождя и морского ветра. — Драко… — прошептала она и вскочила с дивана, потому что тот сделал несколько уверенных шагов к ней. — Гермиона, нам нужно поговорить.       Она нервно оглянулась на Джинни, потом бросила сердитый взгляд на Гарри, стоящего за спиной блондина. — Во-первых, добрый вечер, Малфой! — Джинни тоже поднялась с дивана. — А, во-вторых, Гарри, почему ты не предупредил, что у нас будут гости? — Добрый вечер, миссис Поттер, — Драко тут же пресёк все попытки брюнета что-то ответить жене. — Я с некоторых пор член вашей семьи, если ты не забыла. Привет, Джеймс! — Здравствуйте, мистер Малфой! — парень вскочил из-за стола. — Поэтому не надо мне особых встреч. — Нет, мистер Малфой, пока не было свадьбы, ты ещё гость. — твёрдо ответила рыжая. — А гости в нашем доме сначала пьют чай и едят, а потом дела делают и серьёзные разговоры ведут!       Малфой, не отрывая взгляда от Гермионы, словно боялся, что она сейчас аппарирует от него в неизвестном направлении, настойчиво повторил: — Давай поговорим, Грейнджер… Пожалуйста…       Рыжая нахмурилась, но Гарри подошёл к ней ближе. — Пусть поговорят, Джинни… — Он качнул головой в сторону, намекая оставить Драко и Гермиону одних. — Нет! — ответила женщина, все напряжённо на неё посмотрели. — Идите в библиотеку, там поговорите, а я пока приготовлю что-нибудь к столу перекусить… Гарри, не смотри так, проводи!       Брюнет по-доброму усмехнулся и чмокнул жену в щёку: — Спасибо… Пойдёмте…       Гермиона пошла за другом, бросая на него горящие взгляды, сулящие ему неминуемую кару. — Гарри! — набросилась она, когда он привёл их в просторный уютный кабинет с видом на маленький садик. — Я же просила тебя!       Малфой встал у шкафа с книгами, наблюдая за ними с непроницаемым лицом. — Ты не справишься одна! — внушал Гарри. — Тебе нужна поддержка семьи! — Надо было взять с тебя Непреложный обет! — Не будь упрямой! Ты не знаешь, что тебя ждёт! — Гарри, я готова ко всему!       Драко, которому надоело быть невидимкой, шагнул к ней, но она, не глядя на него, поскорее отвернулась и отошла к окну. — Нет, Драко! Я прошу тебя, уходи… Ты зря пришёл! — она облизала резко пересохшие губы, но в отражении стекла видела, что тот не остановился. Он подошёл к ней и его тёплая рука коснулась её плеча. — Грейнджер… Как же ты достала! — проговорил он в сердцах.       Она обернулась, увидела в его глазах сожаление и опустила голову. — Драко, пожалуйста… Я сяду в Азкабан за свои преступления, забудь меня… Ты не должен через это проходить… Меня… Меня, возможно, казнят… — она никогда не видела его настолько расстроенным, и от этого и сама начала кусать губы, сдерживая новую истерику. — Гермиона, этого не случится! — воскликнул Гарри из-за спины блондина. — Драко, ты не должен обо мне говорить Касси. Она не должна обо мне узнать… — говорила она, все ещё не поднимая взгляда на Малфоя и не слушая Поттера. — Она уже знает… Я рассказал. — ответил на это аристократ. — Чёрт! — она схватилась за волосы, из карих глаз брызнули слезы. — Нет! Нет! Драко! Я не достойна быть её матерью! — Гермиона, прекрати! — возмущение Гарри достигло предела. — Не драматизируй! Твоя дочь любит тебя! — Я знаю… — она склонилась, закрывая лицо руками, и тихо зарыдала.       Драко притянул её к себе и крепко обнял, поглаживая по голове и плечам. Он сглотнул комок, который душил его. — Прости меня… Я оставил тебя совсем одну тогда, восемнадцать лет назад… — Нет, ты не виноват вообще ни в чём… — сердце её замирало от его близости.       Родной, любимый, тёплый. — Виноват! Я полный кретин! — в голосе Драко отчаянье смешалось со злостью на себя. — Поверил в твой бред, как идиот! Дал тебе исчезнуть из моей жизни! — Я была убедительна, вот ты и поверил… И это к лучшему, Драко. Они хотели убить и тебя и Гарри, но я была нужна им, и поэтому вы живы… — Я не жил без тебя… — проговорил он, обнимая её крепче, а у неё подкосились ноги от его слов. — Драко… — Я хочу, чтобы ты оставила свои мысли об Азкабане и вернулась домой… — Нет… — как бы не хотелось ей продлить эти тёплые объятия, но она отодвинулась от блондина и твёрдо проговорила. — Я должна, понимаешь! Потому что Нотт жив, пострадала Кэти, а он стремится ко мне и, Мерлин знает, что он ещё сделает… И я преступница, как ни крути… Я пройду это одна, а ты… Уходи, пожалуйста… Я прошу тебя… — Гермиона… — тихо проговорил он, не сдвигаясь от неё ни на шаг. — Помнишь, ты ругала меня, что я не спрашиваю твоего мнения и делаю с тобой всё, что захочу… Тебе не кажется, что ты поступаешь так же со мной и дочкой? Гермиона, мы справимся. Не бери на себя так много…       Гермиона моргнула и подняла на него удивлённый взгляд: — Мы? — Мы, — твёрдо произнёс он, поглаживая её мокрую щеку, и достал из кармана пиджака платок с изящной монограммой «ДЛМ». — Держи, мокрый нос. — Драко, ты такой милый… — она сквозь слезы усмехнулась, вытирая лицо. — Я не достойна тебя… — Когда-то я был недостоин тебя… Насовершал кучу ошибок… Помнишь это время? Теперь мы квиты. И у тебя есть кое-что моё… — Он снова заключил её в кольцо своих рук. — Драко, о чём ты? — Моё сердце и мой ребёнок… Глупая, какая ты глупая… Сбежала от меня, чтобы снова сражаться в одиночку… Ты не должна сейчас быть героиней. — Он крепко прижал любимую женщину, и его губы оставили на её лбу тёплый поцелуй. — Пойдём домой, тебя ждёт дочь, Скорпи тоже скучает, а в моей постели без тебя ужасно холодно.       Гермиона тихо рассмеялась, ей хотелось, чтобы он и дальше сжимал её в объятиях, но почему-то подозревала, что он знает не всё. Она выглянула из-за плеча блондина — Гарри в комнате уже не было, кажется, он решил оставить их наедине. Гермиона закусила губу, раздумывая. — Что не так? — Драко поднял вопросительно бровь, видя её сомнения и читая весь мыслительный процесс на её лице — нахмуренные брови, закушенные губы и напряжённая морщинка на лбу. — Мне не верится, что после всего, что ты узнал, ты так хорошо настроен. Драко… — проговорила шатенка. — Я должна знать точно… — О чём ты? — она была слишком озадачена, и Драко отпустил её, пожимая плечами. — Что ещё можно добавить к тому кошмару, в который превратилась твоя жизнь?       Гермиона отошла от него на шаг. — Драко… Я и Теодор Нотт…       Драко тут же напрягся и задержал дыхание. Он подсознательно чувствовал, что она сейчас скажет, но не хотел верить в это. — Мы поженились… — проговорила она и в ужасе поняла, что Гарри умолчал эту информацию.       Аристократ побелел и отступил от неё. — Повтори? — он неверяще тряхнул светлой головой. — Драко… — Подожди… Не надо… — Он тяжело дышал, сжимая челюсти. — Ты… Значит ты леди Нотт?       Гермиона скомкала его белый платок в руке, её губы дрожали, но она ответила: — Да… Прости… Мне пришлось…       Драко прикрыл глаза. — Драко… — она сделала к нему шаг, но он выставил ладонь вперёд, останавливая её. — Нет… Подожди… Мне нужно… — Он покачал головой и, резко развернувшись на каблуках, быстрым шагом вышел из библиотеки. *       Драко выскочил из дома Поттеров, как будто в его спину посылали проклятия. Он бросился к пляжу, не смотря на проливной ливень расшвыривая сгустками холодной гневной магии прохладные капли в разные стороны.       Ярость накрыла его, как девятый вал.       Она вышла замуж за Нотта!       Мощный удар в камни на песке, вокруг летят осколки…       Она чёртова леди Нотт!       Ещё удар, камни ломают белый забор…       В небе сверкнула молния, освещая хаос на пляже. Но Драко не мог остановиться. Ненависть и ярость застилали его мозг.       Она спала с ним!       Грохот грома перебил грохот летящих в разные стороны камней…       Отдавалась этому мерзкому ублюдку! Его чёртовы гнилые руки касались самой прекрасной женщины на свете! На протяжении скольких лет? Сколько лет она это терпела?       Терпела ли, вообще, или ей нравилось быть под ним?       Ещё удар, новая волна осколков летит в бешеном разрушающем всё вокруг фейерверке!       Как я мог допустить это? Как мог вот так просто оставить её на растерзание? Не почувствовал, не спас, не был рядом, не боролся до конца?       Он опустошенно опустился на песок, промокая под хлесткими каплями, руки дрожали, глаза горели диким холодным огнём, он хрипло выдыхал свою ярость.       Как им теперь быть… *       Он дёрнулся, когда первые камни полетели обратно. Чья-то дерзкая сильная магия горячей волной опалила его спину. Над ним навис прозрачный купол, и вода перестала затекать ему за шиворот. Осколки плавно возвращались на свои места, собираясь в валуны, деревянные щепки в полёте склеивались в белые аккуратные рейки и выстраивались в забор, огораживающий газон дома Поттеров от пляжа.       Блондин обернулся.       Гермиона стояла позади него, медленно водя палочкой вокруг, её тёмные кудри торчали в разные стороны, словно тоже пытаясь улететь, а карие глаза сверкали красным.       Он молча разглядывал её снизу вверх. Сильная. Сильная девочка! Сейчас она была похожа на саму Моргану, она пугала и притягивала, и он невольно подумал, что Тео он её больше не отдаст. Она его и точка!       Гермиона опустила на него взгляд, когда последний камень лёг на место и последняя реечка закрыла щель в заборе. — Драко… Я знаю, ты не простишь меня… — проговорила она робко. — Ничего ты не знаешь… — бросил он и отвернулся к потемневшему от шторма морю, глядя, как порывистый ветер поднимает волны.       Она села рядом на песок под магический навес, но не касаясь его. — Драко…       Он вновь посмотрел на женщину долгим нечитаемым взглядом. И вдруг потянулся к ней и пересадил на свои колени. — Тут холодно, простудишься… — проговорил блондин, закрывая её от ветра кожаным пиджаком, а Гермиона прижалась к его тёплому торсу, сжимая белую футболку, и облегчённо выдохнула. — Так значит, ты леди Нотт? — повторил он свой вопрос глухо.       Гермиона зажала губу и подняв глаза, увидела, что он смотрит на неё тревожным растерзанным взглядом. — Драко, я всё та же Грейнджер… — проговорила она хрипло. — Никаких леди Нотт не существует… Это был фарс, насмешка, неправда… Скажем так, я развелась, когда решила сжечь Нотта в Адском пламени…       Драко изумленно приподнял брови, оглядел её неверящим взором и вдруг невесело рассмеялся: — А ты опасная женщина… Надеюсь, ты мне расскажешь, как это было…       Гермиона устало пожала плечами. Конечно расскажет: он один из немногих, кто имеет право знать всю правду…