Via mortis. Наука Смерти

Уснула Джинни прямо на закрытом рояле. Последней связной мыслью ночью было то, что с утра она об этом пожалеет, но сил идти до спальни не было, поэтому она захлопнула крышку и заснула прямо на закрытом инструменте. Разбудило девушку непреодолимое желание чихнуть. Как выяснилось, одна её подруга щекотала её нос кончиком её же косы.  — Апчхи! — звонко чихнула девушка, моментально просыпаясь.  — Будь здорова, Лестрейндж, — хмыкнул над ухом смешливый голос Дафна.  — Дафна! — слизеринка, которой за ночь приснилось столько ужасов о подруге, соскочила со скамейки и бросилась ей на шею.  — Лестрейдж, ты чего? Мы только один вечер не виделись! За спиной своей девушки, у самых дверей, стоял Фред, гружённый тремя тяжёлыми сумками с учебниками. Парень удивлённо смотрел на обеих слизеринок.  — Дафна, я так рада тебя видеть, — чуть не всхлипнула Джинни, прикрывая глаза и вдыхая запах лаванды, исходящий от волос подруги.  — Тебе что, кошмары снились?  — Да, кошмары, — улыбнулась девушка, отстраняясь. — Надеюсь, я не проспала завтрак? Я голодна как волк.  — Нет, — улыбнулся Фред, — тебе даже в комнату идти не надо. Даф-Даф всё собрала.  — Фред! — воскликнула алая, как только что распустившаяся роза, девушка. — Я же просила…  — Да, я помню, моя фея, — целуя свою зардевшуюся девушку в нос, улыбнулся гриффиндорец. — И этого ты меня при людях просила не делать, — тихо заметил парень, целуя слизеринку в губы. Дафна даже не пыталась ему противостоять, знала, бесполезно. Пока эти двое увлеклись друг другом, Джинни подняла с пола давно упавшую с плеч молодого человека сумку и незаметно выскользнула из комнаты. Права была Луна, Фред — залог её счастья. И не Джинни своими глупыми подозрениями это счастье им омрачать. В Большом зале слизеринка сразу направилась к друзьям, даже не замечая откровенно враждебных взглядов направленных ей вслед. Ей было всё равно, потому что Рон махал так, что едва не снёс кувшин с тыквенным соком, Гермиона подняла глаза от своей любимой нумерологии и просияла, увидев подругу, а Гарри светло улыбался, поглаживая перья Крапивы. Неужели послание от Сириуса?!  — Пляшите, мисс Лестрейндж! — она ещё не успела дойти до лавочки, как Гарри встал ей навстречу, поднимая письмо над головой.  — И что же вам станцевать? — солнечно улыбнулась девушка, слегка склоняя голову набок. — Могу попробовать тридцать два фуэте прокрутить или чардаш на столе исполнить. Если хочешь можно повторить медленный танец, который танцевали на балу. — Я бы не хотел при свидетелях, — хмыкнул парень, отдавая ей письмо.  — Что-то ненадолго вас хватило, мистер Герой, — съязвила девушка, усаживаясь за стол.  — Ты просто угадала, чего я хочу, — смело прошептал ей на ухо парень, присаживаясь рядом. Старательно сгоняя со щёк краску, девушка аккуратно раскрыла сложенный в шесть раз пергамент, исписанный округлым крупным почерком. В два часа дня в воскресенье будь у перелаза при повороте на Хогсмид (со стороны «Дервиш и Бенгз»). Захватите побольше съестного и сладкого.  — Он в Хогсмиде? — прошептала слизеринка чуть слышно. — Он с ума сошёл? — А, то есть, то, что он дважды в школу пробирался, тебя не смущает? — снисходительно поинтересовалась Гермиона. — Ну, тут бы его спасли наша леди Некромант и воин Света, — хмыкнул Рон. — Ага, грохнулась бы в обморок на руки Дамблдору, — захихикала Джинни. — Я так летом ему из нашего поместья выбраться помогла. — В смысле? — широко улыбаясь, переспросил Гарри. — Он залез в таинственный Малфой-менор? — Много будешь знать, скоро состаришься, — девушка показала Поттеру язык и отвернулась к тарелке с яичницей. — Лестрейндж, а Лестрейндж?! — позвал её высокий тёмнокожий одноклассник Гарри и Рона. — А ты только знаменитостями интересуешься, или тебя и полукровка устроит? Я, может, тоже на что сгожусь? Четверо друзей удивлённо посмотрели на Дина Томаса, который явно был враждебно настроен по отношению к слизеринке. Остальные гриффиндорцы тоже обычной доброжелательностью не отличались. — Я чего-то не знаю? — приподняла брови Лестрейндж, кладя на стол так и не использованную вилку. — А каким ты зельем Гарри опоила, не расскажешь по секрету, как девчонка девчонке? — ядовито поинтересовалась Лаванда. — Рецептиком не поделишься? — Что ты за чушь несёшь, Браун? — начал закипать Гарри. — Ну, конечно, ты за эту ведьму горой будешь, — хмыкнул Симус. — Ты же как раз в её вкусе, герой и при деньгах. А нам простым смертным таких красавиц не видать. Рон переводил удивлённый взгляд с друзей на однокурсников, а Гермиона судорожно листала свежий Пророк. Но там не было ни слова ни о Гарри, ни о Джинни. — Странно, в Пророке ни слова… — Эта стерва не только в Пророк пишет, — тоскливо отозвалась Джинни, вяло ковыряясь вилкой в яичнице. — Знаете, я не хочу есть. — Джинни, сядь и поешь, — хватая её за руку, посоветовал, сидящий напротив, Рон. — Бредни Скитер не стоят твоего голодания. Не смотря на уговоры друзей, девушка не смогла съесть и крошки, всё её прекрасное настроение пропало напрочь. Её даже не вдохновляло зельеваренье, которое должно было быть сразу после завтрака. Придя в класс, ребята обнаружили на своём столе пухлый журнал под названием «Ведьмин досуг». В рубрике читайте в этом номере, значилась статья «Разбитое сердце Гарри Поттера или привороты от юной Пожирательницы». — Эй, Лестрейндж! — позвала её Паркинсона. — Тебя, кажется, раскусили!  — Ой, Панси, а лично в руки отдать струхнула? — с нежной улыбкой поинтересовалась Джинни. — Или снова захотелось Чёрной Канарейкой в больничное крыло слетать?  — Не говори с ней! — прошипела Гермиона, отворачивая подругу от подлой слизеринки. — Давай посмотрим, чего эта гадина понаписала. Разбитое сердце Гарри Поттера или привороты от юной Пожирательницы Гарри Поттер, мальчик необыкновенный, но, как и все мальчики его возраста, испытывает муки юности. Бедный мальчик рано потерял родителей и надеялся найти любовь. Чем и воспользовалась беспринципная и мстительна дочь опаснейших пожирателей, Джиневра Лестрейндж. Но обо всём по порядку. Как только одиннадцатилетний Гарри пришёл в Хогвартс, он сразу же нашёл себе двух подруг: умницу-красавицу Гермиону Грейнджер и двуличную мстительную Джиневру Лестрейндж. Они стали неразлучны, пока Гарри не полюбил Гермиону. Это была самая красивая пара Хогвартса. Но юная Лестрейндж затаила на Золотую Пару злобу и решила разрушить счастье влюблённых. План слизеринки был жесток и продуман. Она решила разбить сердце «подруги» и сломать жизнь национальному герою. Для этого мисс Лестрейндж прибегла к древнейшему способу разрушения чужих отношений — приворотному зелью. Первой её жертвой пал Седрик Диггори. Первый красавец школы стал для девушки подопытной крысой. Молодой человек был очарован холодной красавицей из слизерина, ждал её приезда в Хогвартс на станции с огромным букетом роз, тренировался с ней ночами напролёт игре в квиддич, делая из этой посредственности весьма недурного игрока, и ласково называл «Ласточкой». Но всё бы хорошо, если бы эти чувства были настоящими. Пара распалась через несколько месяцев. Хотя после этого парень ещё сослужил девушке добрую службу, подкинув её имя в Кубок Огня. Но приворот бедного мальчика был только репетицией перед коронной партией этой амбициозной особы. Следующими жертвами стали её «друзья» Гарри и Гермиона. Приворожила она героя непосредственно перед балом, хоть и не пошла с ним, разбив несчастному юноше сердце. Хотя один медленный танец у этой «пары» всё-таки состоялся. Леди Лестрейндж во время этого танца буквально висла на несчастном приворожённом мальчике. Так эта юная интриганка разрушила самую красивую пару школы. К счастью Гермиона горевала недолго, на маглорождённую красавицу обратил внимание звёздный игрок в квиддич Виктор Крам. Он даже пригласил девушку к себе на летние каникулы. Будем надеяться, что и у Гарри Поттера в скором времени личная жизнь наладится.  — Слышишь, Гарри, свой обещанный танец проси у Гермионы, — весело отозвалась Джинни, передавая мальчикам журнал, и повернулась к Панси. — Паркинсон, а чего ты-то интервью не дала? Поделилась бы с Ритой, как хотела от меня избавиться, может тебе бы Орден Мерлина дали. Как же ты могла такой шанс упустить? Однако Паркинсон ничего ответить не успела, так как в кабинет зашёл профессор Снейп.  — Неужели тебя нисколько не задело? — удивлённо поинтересовалась Гермиона.  — А как может задеть правда? Гермиона, неужели ты успела забыть, как вы с Гарри были «Золотой Парой», а я разрушила ваше счастье? — таинственно прошептала Джинни, загадочно сверкая сапфировыми глазами. — Тем более в этой статье я получила такой комплимент «холодная красавица из слизерина». А комплимент от Риты дорого стоит.  — Но ведь не всё, что она написала ложь, — заметила Гермиона, — Виктор и правда меня к себе на каникулы позвал.  — Спасибо, подруга! — хмыкнула слизеринка. — То есть, по-твоему, Гарри со мной и правда танцевал из-за зелье?  — Нет, конечно, — улыбнулась гриффиндорка. — Нужно просто посмотреть на него в повседневной жизни и всё становится понятно.  — Что ты имеешь в виду?  — Гермиона, это правда? — раздался сзади взволнованный голос.  — Да, Рональд, конечно, сначала и до конца, — улыбнулась девушка, поворачиваясь к юноше, — особенно часть про мою неземную любовь к Гарри.  — Нет, я про Крама.  — А, это правда, — улыбнулась подруга, — хотя я не понимаю, откуда она это узнала. Её там не было, как и не было во дворе после бала… Джинни, тем временем наблюдала за притихшим Гарри. Видит Мерлин, ничего хорошего эти зелёные глаза не предвещали, только вот непонятно для кого…  — А мне интересно, Джин, а много народа знает про ваши с Седриком ночные тренировки и про «Ласточку»? — перебил Гермиону Гарри.  — Вы трое, да Седрик, — сразу ответила Джинни, — ну, ещё…  — Минус пятнадцать баллов гриффиндор, минус пять слизерин, — громко возвестил Снейп, огромной летучей мышью подлетая к их столам. — Так вы ещё журнальчики читаете? Минус ещё двадцать гриффиндор. С громки шуршанием, злополучный номер «Ведьминого досуга» вылетел из-под парты и приземлился прямо в руки Снейпу.  — Ну, конечно, Поттер жаждет знать… — тут Снейп осёкся, видимо дочитав название. «Поттер желает знать, кому за это враньё мстю организовывать. Присоединишься?» «Воздержусь, хотя руки чешутся послать этой журналистке чесоточного зелья да побольше, но я уверен, что Поттер в своей импровизации будет страшнее. Так что я постою в сторонке и, если что, подсоблю» Девушка не удержалась и тихо прыснула, смотря на удаляющуюся спину декана. Да, Северус Снейп к гневе страшён. Особенно если дело касается любимой крестницы. Тут к ним на парту прилетел кусок пергамента, на котором корявым почерком был выведен один вопрос. Так, что ты ответила Краму? Девушки переглянулись и тихо засмеялись. Вопрос из серии кто о чём.

***

Вечером Джинни мерно прогуливалась с Мерлином вокруг школы, как мимо неё проскользнула знакомая фигура в канареечной мантии. Девушка, подозвала к себе питомца и опрометью бросилась за скользившей по мокрой траве стремительной тенью. Фигура скрылась на квиддичном стадионе, немного подумав, слизеринка со своим котом скользнула за ней.  — Чем обязан? — громко поинтересовался Седрик Диггори у своего неизвестного визави. — Я же знаю, что ты меня не просто так позвал.  — Конечно, не просто так, — хмыкнул до дрожи знакомый голос. — У нас с тобой одна тема для разговора, Диггори. Скажи, сколько тебе заплатила Скитер? В другом конце стадиона из-под мантии невидимки вылез Гарри Джеймс Поттер собственной персоной. Джинни раздражённо прикрыла глаза. Мерлин, он вот хоть на минуточку о своей безопасности печётся? Носится по школе, в которой бродит его «добрый друг», подкинувший его имя в кубок, ревнующий Виктор Крам и, жаждущий его исключения, дядя Сева. А он, вместо того, чтобы спать спокойненько в кроватке, отношения с её бывшим молодым человеком выясняет. Ну не дурак?  — Почему ты так уверен, что это я? — хмыкнул Седрик.  — А кто придумал Джинни это ужасное прозвище? И кто знал о ваших ночных тренировках? — зло поинтересовался Гарри.  — Поттер, да ты просто гений сыска, — в голос засмеялся пуффиндуец, — только вот ты просчитался.  — Это почему же? — два распалённых ненавистью друг к другу парня, стали подобно голодным волкам принялись кружить по стадиону.  — Потому что я люблю её, — пожал плечами Седрик, — до сих пор. Я бы никогда её не предал.  — И почему я должен тебе верить?  — Потому что мне незачем тебе врать, Поттер.  — Может ты бы хотел ей отомстить за ваш неудавшийся роман? — ехидно поинтересовался Гарри.  — Ты не хуже меня знаешь, что именно я по глупости прекратил наши отношения, — прошипел Диггори. — Никто не виноват, что хвалёному герою не хватает смелости признать в любви Джинни.  — Я не люблю её. Джинни — моя подруга, — как-то уж очень резко отозвался Гарри, хотя не смотря на это, что-то в груди девушки оборвалось, и она бросилась вон со стадиона.  — Ты ещё скажи, что тебе по вкусу Грейнджер, — ухмыльнулся Седрик, — я-то знаю эти взгляды, эти «дружеские» прикосновения. Только вот, ты сейчас дров наломал.  — Каких?  — Она нас слышала.