Все кринжуют кроме Бокуто

— Извините за вторжение! — выпалил Бокуто. — Бокуто-сан, родителей нет дома, они на работе, и не думаю, что я бы осмелился вас пригласить будь они тут. — Брось, Акааши, уверен твои родители-супермодели очень милые, как говорится яблоко от яблони. — Не знал, что вы знаете пословицы. Давайте отнесу обувь в сушилку. — Акааши, ты меня плохо знаешь, вот в чем я разбираюсь на уровне волейбола — это в пословицах, ну и в выборе партнёра.              Акааши уже сотый раз за день покраснел, а Бокуто в сотый раз этого не увидел, так как Кейджи слишком умело отворачивался.       Комната Акааши была не то чтобы обычная, больше спокойная, как он сам. Мебель была отделана тёмным цветом. Стены были тёмно-синего цвета, но в комнате всё равно было достаточно светло. Кровать казалась очень мягкой, то ли от идеально белого постельного белья, то ли от непривычно высокого матраса. Посередине большой комнаты был пышный бежевый ковёр и деревянный журнальный столик на котором стоял проигрыватель для дисков. В его комнате все так гармонировало друг с другом, предметы плавно перетекали от одного к другому и цветовая гамма белого, тёмно-синего и тёмно-коричневого прямо указывало на то, что хозяин такой аккуратный комнаты — Акааши. — Акааши, твоя комната так похожа на тебя! — Не уверен, всю мебель покупали родители, единственное, что я дополнил это ковёр. — Как раз он мне больше всего понравился, давай будем сидеть на нём. — Хорошо, Бокуто-сан. Какой чай вы предпочитаете? — Хм… Я редко пью чай и не разбираюсь особо. — Видимо, как и я. Других согревающих напитков у нас нет, так что я возьму любой. Разных чаев в доме Акааши было больше чем пар носков у него в шкафу. Так как Кейджи не разбирался в нём, то решил выбрать чай самым интересным названием «Итальянский пирог моей бабушки» звучало аппетитно. Пока Кейджи был на кухне, Бокуто успел развалиться на ковре в куче дисков и что-то бурчал себе поднос. — Прошу, «Итальянский пирог моей бабушки». — Не знал, что у тебя итальянские корни Акааши! А пирог звучит очень аппетитно. — сказал Бокуто, не отрывая глаз от диска в руках. — Не совсем так. — Акааши поставил пузатый чайник и чашки из той же коллекции на столик, они также идеально вписались в интерьер комнаты. — А где пирог?! — удивился Бокуто. — Его к сожалению нет, это название чая. — Надеюсь вкус будет таким же приятным, как я себе его представил в голове.       Парни уселись рядом друг с другом напротив телевизора и включили первый попавшийся канал, так как Бокуто не смог сделать выбор между «Мы Миллеры» и «Почему он». — О, это мой любимый сериал. — сказал Акааши — Я тоже люблю его, всегда смотрел и в средней школе после уроков! — Мы так похожи… — почти саркастично сказал Акааши, а Бокуто в свое время выплюнул огромный глоток чая прямо на белую толстовку. «Неужели это звучало настолько саркастично» — подумал Акааши. — Что случилось? — обеспокоено спросил он. — Кажется, пирог у бабушки оказался просроченным… Не особо поняв посыл Бокуто, Акааши отпил немного чая и тут же чуть не выплюнул его обратно, однако с трудом сглотнул: — Я думаю это та самая коллекции лечебных чаев моих родителей… Извините, Бокуто-сан. — Ха-ха-ха, Акааши, ничего страшного, ты не виноват! Лечить таким напитком я бы стал только Куроо от его подколов… — Давайте я постираю вашу толстовку. — улыбнулся Кейджи, но через секунду ему пришлось быстро её подавить и опустить глаза, ведь Бокуто, как оказалось, надевал толстовку на голое тело. — Вы что, ничего не надеваете под толстовку? — чуть закашлявшись, сказал Акааши. — А зачем? Мне и так тепло. — «Действительно зачем, можно сразу её снять и показать всем свои великолепные пресс и плечи.» — Кхм… Бокуто-сан, возьмите, пожалуйста, в верхнем ящике любую футболку. — выпалил Акааши, не поднимая глаз, но когда Бокуто подошел к комоду и оказался спиной к Кейджи, связующий не смог сдержаться, чтобы не посмотреть на идеальную анатомию спины Котаро. Эти идеально круглые плечи, плавно переходящие в бицепсы, идеально прямой позвоночник, идеальная талия, всё такое идеальное и неидеальное непроизвольное движение в штанах Акааши. «Как всегда вовремя, и зачем я посмотрел…» — мысленно отчитал себя он. — Я пойду кину в стиральную машинку. — смылся Кейджи.       Прачечная оказалась неким убежищем. Хотелось запереться здесь хотя бы на 5 минут и немного успокоиться. Но тут перед глазами Акааши появилось решение его ситуации — домашние штаны. Они были шире брюк, в которых он ходил на прогулку и в них небольшого (или большого) конфуза будет заметно немного меньше. — Чего это ты штаны и переодел? — мгновенно возник Бокуто. — Да, на прогулке брюки намочил… — оправдывался связующий, и чтобы перевести тему отметил — Кажется, моя футболка вам маловата. — и правда, футболка сжимала плечи аса Фукуродани, но того это мало смущало. — Да мне всё равно удобно! Такая мягкая… И в ней я кажусь качком, правда? — Бокуто стал позировать, как бодибилдер. Мышцы изящно перекатывались, напрягаясь одна за другой, заставляя футболку ещё больше натягиваться. Это не выглядело нелепо, наоборот, Акааши даже пожалел, что не весь гардероб Бокуто на несколько размеров меньше. — Согласен, вам она к лицу. Чем займёмся? — Я готов ко всему! Ни капли не устал от пробежки под дождём! — Знаете, мы можем заняться чем-то неактивным. — Акааши хоть и был готов разгромить дом, проводя время с Бокуто, однако его родители вряд ли это поймут — Может фильм? — Фильм это круто! Там как раз идёт замечательная комедия! Знаешь, мы смотрели её как-то с Куроо и тогда ещё…       Бокуто снова погрузился в рассказ увлекательной истории о их приключениях с Куроо Тетсуро, а Акааши, взяв пульт, переключал каналы, дабы найти этот шедевр кинематографии.

***

      Фильм они так и не посмотрели. Акааши, конечно, включил его, но в итоге комедия была просто фоновым звуком в рассказах Бокуто. — …Куроо тогда чуть руку не сломал, как хорошо, что я был с ним. Ха-ха-ха! — Вы так много рассказываете о Куроо-сане, похоже, вы с давних времён близки. — Да, он мне очень дорог. — глаза Бокуто заблестели — Но ты не прав, мы только на первом году старшей школы познакомились. — Странно, вы всегда о нём так много рассказываете, будто всю жизнь знакомы. — Вовсе нет! Куроо — мой первый лучший друг, до этого у меня были просто хорошие знакомые… Никто не мог вынести мой характер. — парень улыбнулся — Но в Куроо было что-то, в чем мы были едины, хотя я не сразу это понял. — Мне кажется любой посчитает вас похожими. — Акааши, увидев Куроо впервые сразу подумал о том, что они с Бокуто одного поля ягоды. — Да, он мне, как брат. Однако, мы с ним не поладили сначала… — Бокуто стыдливо почесал затылок — Я был неопытен, а Куроо был первым, кто стал для меня настоящей преградой. — Котаро слабо надул щеки, будто раздражаясь тому, что кто-то смог заблокировать его удар — Я был так уверен в своих силах, так что, когда Куроо познакомил меня с блоком, я не на шутку разозлился! — Понимаю, вас это всегда расстраивает. — Вот, вот! Но всё-таки та игра пошла мне на пользу! С тех пор Куроо идеальный тренер для моих атак, а ещё идеальный друг! — Бокуто хотел было продолжить восхвалять Куроо, но вдруг одёрнул сам себя — Ой! Акааши, ты тоже замечательный друг, правда! В смысле не друг а… В смысле ты, как бы не хуже Куроо… Короче ты тоже крутой, правда! Ты мне тоже нравишься, в смысле не нравишься, как…       На колено Бокуто опустилась рука. — Бокуто-сан, вы мне тоже нравитесь… — Акааши кротко улыбнулся и слегка сжал руку на коленке Бокуто, лицо которого мгновенно вспыхнуло от такого заявления.                    В горле пересохло, нужные слова затерялась где-то в районе сердца. Рука Бокуто легла на руку связующего. Слегка наклонившись губы Катаро накрыли бы губы Кейджи если бы… — Чёрт. — тихо процедил Кейджи. Бокуто не сразу понял в чем дело и, прислушавшись, осознал — кто-то пришел в дом — Бокуто-сан, я прошу прощения, но вам пора идти, мои родители тут. — Ох Акааши, как скажешь, но… — Быстрее, Бокуто-сан. — Акааши нервно протянул доигровщику одну из своих толстовок, заставляя того изумиться.       Быстро натянув толстовку, которая также была в обтяг, Бокуто направился в коридор за связующим, но вдруг уперся в его спину: — Бокуто-сан, вам нужно вылезти в окно. — Бокуто увидел новую эмоцию на лице Акааши, было похоже на «Страх?» — Что? Акааши, ты чего? — Не задавайте вопросов, прошу вас. — Акааши открыл окно и Бокуто, больше не задавая вопросов, послушно выскочил и, словно супер агент из дешёвого фильма, направился домой.       Тихо закрыв за собой калитку дома, Бокуто уже было со спокойной душой направился домой, но опустив взгляд, понял: — «Черт, мои кроссовки!!!».       Стыдясь, Котаро размышлял: «Пойти домой босиком? Нет, мама ругаться будет. Снова залезть в окно к Акааши? Нет, что он тогда сделает со мной, он же меня за чем-то прогнал?».       Бокуто продолжил бы свои размышления, однако дверь в дом открыла женщина. Обернувшись, он мгновенно подумал: «Красивая…». Тут же одёрнув себя, заметил: «Это мать Акааши!». Бокуто понял это, так как она была безумно на него похожа: тёмные вьющиеся волосы, бледная кожа, утончённые черты лица. Можно было подумать, что это Акааши в женском обличии, только вот взгляд этой женщины, был иной… более… приветливый? «Интересно, Акааши так может смотреть?». — Добрый день! — поздоровалась женщина. Голос её был звонкий, но в тоже время нежный — Кажется, вы забыли это. — она подняла над головой пару кроссовок. — О… Эм… Здравствуйте! Да, это моё. — Бокуто неловко подошел к ней и взял обувь, опуская взгляд. Лицо горело от стыда — Простите, просто я… — Не нужно ничего объяснять! Я понимаю. — не сдерживая улыбки ответила женщина — Вам повезло, что вы встретили меня, а не моего мужа! Как ваше имя? — Бокуто Котаро! — парень ожидал кого-то разъяренного и агрессивного, судя по действиям Акааши, но наоборот, она оказалась противоположностью образу в голове. Она была легкой и невесомой, с такими людьми невозможно быть в напряжении. — Акааши Асами — мать Кейджи. — женщина протянула руку для рукопожатия, на которое Бокуто сразу ответил. — Не переживай, я не скажу Акааши об этом конфузе. — Асами издала тихий смешок — Что ж, я была рада познакомиться, впредь не забывай свою обувь! — Простите, Акааши-сан, такого больше не повторится! — Бокуто наклонился для извинений. — Да я же шучу! — она разразилась звонким смехом — С кем не бывает. — Асами махнула рукой — Не буду тебя задерживать, до свидания! — женщина закрыла за собой дверь, входя в квартиру.

***

— Кейджи, ты чего не встречаешь мать? — не получив ответа, женщина вошла в комнату сына. — Привет… Прости, я вздремнул, был тяжелый день… — Акааши нервно теребил пальцы, стоя перед матерью. — Понимаю милый. — улыбнувшись, женщина заглянула за спину сына. На столе стояли две недопитые чашки чая — Приболел? — уточнила она. — Да… нет? То есть, да. Вот, решил себе заварить немного чая. — Да, вижу, аж две чашки налил. — А? — Развернувшись и увидев чашки, Кейджи занервничал ещё больше — Да, это… Случайно вышло… — Да ничего, тебе виднее. — Женщина разделила руки сына, которые он теребил от стресса. Отойдя, она продолжила — Я просто хотела тебе сказать… У тебя отличный вкус на парней. — Чего?! — Догони его и нормально с ним попрощайся! — ответила женщина уже с кухни. — Спасибо… — шепотом ответил Кейджи, натягивая кроссовки.

***

— Бокуто! — закричал Акааши, для него это было столь редким делом — повышать голос, из-за чего он невольно закашлялся — Бокуто! Хорошо, что ты не так далеко ушел…        Быстро подбежавший Бокуто, выпалил: — Что-то случилось? — Нет — нет, всё в порядке, просто мы толком не попрощались… — Из-за этого ты назвал меня просто Бокуто и перешел на «ты» на целое предложение! — Бокуто-сан, пожалуйста, извините меня, я поступил очень некрасиво… Выгнал вас из дома через окно, я очень перед вами виноват, простите… Ещё и моя мама вас заметила, я пойму если вы обидитесь… — вполголоса говорил Акааши, и почти неслышно добавил — Как же стыдно… — Акааши, перестань! Во-первых, твоя мама просто замечательная женщина, такая красивая и приветливая! — Хорошо, что это была она, а не мой отец… — Не поверишь, она сказала тоже самое. А, во-вторых, всё в порядке, я никогда на тебя не обижусь, не надо извиняться, Акааши! — Бокуто обхватил лицо Кейджи, которое вот-вот растеклось бы от сожаления сделанного, и заглянул прямо в глаза связующего — Ты просто супер! Хотя, я почти тоже самое говорил минут пять назад, в комнате хи–хи.       Акааши стоял немного сутулясь, руки опущены, а глаза были стеклянными и бегали из стороны в сторону, не зная на каком глазу Бокуто сконцентрироваться: — Ха, да, я тогда все испортил… Извините меня…       Извинения Акааши пробудили брутальность или что-то вроде смелости внутри Бокуто, тело двигалась само, а с языка слетели слова: — Мы можем исправить все ошибки…       Губы Бокуто накрыли губы Акааши, нежным поцелуем. Отпрянув, Бокуто произнёс: — Нам завтра в школу, так что думаю это можно считать прощальным поцелуем. Акааши, спасибо за день и не кори себя! До завтра! — И вам спасибо, до свидания.       Когда Бокуто достаточно удалился Акааши наконец смог пошевелиться, точнее сесть на корточки и спрятать лицо в коленях. Развернув голову к окну своего дома, он перестал дышать. Глаза распахнулись максимально широко, лицо вспыхнуло. Мама смотрела в окно, улыбаясь, и кротко махала сыну рукой.