Принц преступного мира

Оббегая неторопливых пациентов и их заботливых врачей в тех самых обыденных беленьких медицинских халатах, я, что есть сил, мчался на этаж выше к Тайсэю, продолжая беспрерывно получать от него сообщения. Темп отправки усилился по сравнению с тем, что был полчаса назад. Сомнений в том, Юджи, наконец, очнулся, не было, иначе у моего дорого друга не было бы причин так настойчиво строчить. — Аккуратней! — возмущённо крикнула медсестра, когда я случайно задел её, чуть ли не сшибая с ног. Пролепетав в ответ еле слышное «извините», побежал дальше, к запасной лестнице, где в прошлый раз мы беседовали с Норитой. Оставалось пара проёмов, и, поднажав, перепрыгивая по две ступеньки за раз, я прошёл их, влетая в нужный коридор. Конкретно на этом этаже врачей было больше, они также мельтешили перед глазами, бегая из кабинета в кабинет, и, кстати, офицеров тоже. В центре, прямо напротив палаты Юджи, нервно стуча по экрану телефона и отбивая ногой сбивчивый ритм, стоял Йошида, строя свою обычную недовольную гримасу. — Тайсэй! — крикнул ему на выдохе, чувствуя, как начали медленно покидать силы после такой-то пробежки. Она была не из лёгких, и особенно это подтвердили бы сотрудники, что из-за меня чуть не встретились с полом лицом. — Где ты пропадал всё это время? Чтоб ты знал, телефоны придумали для связи, а не бесполезного ношения в заднем кармане, — недовольно ворчал под нос, убирая мобильник и скрещивая руки на груди. — Прости, был занят и не слышал, — демонстративно протёр веки, намекая на то, что никаких важных дел не было и единственное, чем я был занят — сном. — Ага, шею прикрой, ухажёр ты наш, — деловито ухмыляясь, похлопал по моему плечу. Огладив шею пальцами, до меня не сразу дошло, что после Кармы я тут же направился сюда, не подумав о том, что укусы надо было скрыть. Чертыхнувшись под нос, недовольно отвёл взгляд, предлагая ему скорее перейти к делу, а не распинаться почём зря. Неловкость после замечания всё ещё присутствовала, даже напоминала о недомолвке с Кармой, но я честно постарался не обращать на неё внимания. — Не говори Юджи о фальшивом письме и записывай весь наш разговор. Запись должна начаться, как только мы зайдём к нему. — Я не маленький ребёнок и в отличие от тебя работаю полицейским, так что это мне надо советы раздавать. — Извините, вы Йошида, да? Я дам вам время, чтобы задать пациенту необходимые вопросы, но немного. Ему нужно больше отдыха, — нас перебил лечащий врач Юджи, он смотрел в пол и нервно теребил пальцами края документов. Возможно, в них было сказано о поставленном диагнозе, но это мало меня волновало. — Хорошо, — ответил Тайсэй, обмолвившись с ним ещё парой слов, а после вместе войдя в палату. Зайдя за ними следом, я осторожно прикрыл дверь, всё ещё оставаясь возле неё. Комната была большой и светлой, но, несмотря на нереальные размеры, рассчитана на одного. Норита явно отдал за неё немалые деньги, лишь бы Юджи было комфортно. Расположенные рядом с койкой окна открывали вид на высотки, сейчас отражающие лучи солнца. Верно, в данный момент оно только начинало вставать… я отлично выспался, даже, несмотря на то, что сон долго не продлился. — Не могли бы вы выйти? Разговор будет записываться, а мы, в свою очередь, предоставим его в суде, так что Юджи ничего не угрожает, — несмотря на недавнее раздражение, Йошида был спокоен. — Я обязан быть рядом, его состояние всё ещё нестабильно, — растерянность доктора сменилась жёсткостью, стоило ему приступить к работе. Поразительно. Раньше он мне казался слишком неуверенным в себе, была мысль, что для такой непростой профессии он вообще не подходил. — Хорошо, как считаете нужным, — обернулся ко мне и махнул рукой, предлагая начать. Хотя, на предложение это мало похоже, но выбора у меня всё равно не было. Тяжело вздохнув, я подошёл к кровати, медленно сел на край, чувствуя пронзительный взгляд, и взял ладонь Юджи, мягко поглаживая её пальцами. — Послушай, Юджи, тебе много пришлось пережить, но главное, что ты сейчас здесь и с тобой всё в порядке. — Ты волновался за меня? — голос всё ещё был хриплым, казалось он хотел пить, но вместо этого выразительно поднял бровь, будто не веря мне… было за что. Ранее я открыто выражал своё не самое приятное отношение к нему, то есть полное отсутствие интереса к нему как к личности, но не рычагом к встречам с Норитой. — Только благодаря Нагисе мы смогли найти тебя, — вмешался Йошида, незаметно подкравшись ко мне сзади и положив ладонь на моё плечо, тем самым поддерживая в начале непростого разговора. — Только потому, что это надо для расследования. Просто так он бы не старался, уж поверьте, я знаю его дольше вашего, — он был непреклонен. Пожалуй, я действительно много раз отказывал и использовал его в угоду себе. Возможно, в глубине души я чувствовал вину не только за это, но и за то, что не оборвал наше общение к чертям, когда была возможность, а бегал к нему за помощью. — Ты помогал мне бесчисленное количество раз, я не мог не помочь в ответ. — Мне не нужна твоя помощь, — грубо огрызнулся в ответ, выдёргивая руку, и весь нахмурился, не желая продолжать разговор. — Может, и не моя, но нужна была, ведь тебя похити… — Да не похищали меня! — ему было тяжело говорить, и, сжав одеяло руками, опустил взгляд вниз, раздражённо покусывая губы. Внутри него наверняка бушевал ураган эмоций, подавить который рядом со мной было не просто. — Что ты имеешь в виду, Юджи? — казалось, стоило надавить на него ещё немного, и он бы запросто обо всём рассказал. — Я… — нервно сглотнул, сжимая ладонями края одеяла, укрывшего ноги, — я так много раз просил тебя спасти папу, не втягивать его во всю эту белиберду, а в итоге… черт, твои подозрения оказались правдивы. С самого начала он был во всём виноват! В убийстве, в угрозах… он убил мистера Накамуру и пытался обвинить во всём драконов! — Можешь рассказать по подробней? — его состояние оставляло желать лучшего. Юджи слегка потряхивало, а взгляд беспокойно бегал из стороны в сторону. — Всё началось ночью. Не помню, чем был увлечён настолько, что не услышал криков за дверью, но неожиданно в мою комнату ворвались двое мужчин. Они выглядели угрожающе и сразу зажали мне рот рукой, чтобы я не мог кричать, — прислонил ладонь к лицу, показывая, как это было на деле, — силой усадили за стол, всунули ручку с бумагой и заставили что-то писать. Дрожащими руками я выводил буквы. Мне казалось, это был последний раз, когда я что-либо писал… не буду скрывать, было страшно, слёзы скатывались по щекам, но те угрожающие на первый взгляд мужчины схватили меня за плечи, потребовали успокоиться, пообещали, что со мной ничего не случится, и как только я закончил писать, выдернули из-за стола и поволокли из дома к фургону. Фургону… В памяти резко всплыла его чёткая картинка и то, как меня силой в него запихивали. Когда-нибудь я припомню это Карме. До сих пор лихорадит, когда вспоминаю об этом. — Ты помнишь, что было после? — он нервно покусывал губы, а дыхание так и не нормализовалось. — В самом фургоне на меня накатил страх, кажется, всё вылетело из головы… но вот когда мы добрались… время, проведённое в том жутком и сыром месте, показалось… вечностью. Обстановка была удручающей, но люди, постоянно окружавшие меня хоть как-то скрашивали моё пребывание. Всё те же лица, но они не запугивали и не угрожали, даже успокаивали, просили потерпеть немного, говорили, что это временно. Там даже была моя охрана. Благодаря ним я чувствовал себя защищенным. — Нам нужны подробности, — перебил его, замечая, как сильно напрягся врач. В любую последующую минуту он мог выпроводить нас, не дав Юджи договорить. — Драконы рассказали, как на самом деле обстоят дела. Мистера Накамуру убил мой отец. Кажется, из-за каких-то бумаг… что-то связанное со счетами и взятками. Прости, я плохо разбираюсь в этой теме и так и не смог понять, как способен человек поднять руку на другого только из-за бумажек. Если не ошибаюсь, папа подкупал кого-то, а после получения какой-либо информации сдавал её в СМИ, либо использовал в личных целях. Мистер Накамура вышел на него и грозился посадить за такие махинации, но папа в ответ начал откупаться, и вот всё привело к такому исходу. Он не выдержал давления со стороны мистера Накамуры, подумал, что угодил в вечную кабалу… не признал свою ошибку тогда, и теперь из-за него страдают другие, — голос дрогнул. Это было последней каплей для его лечащего врача, и он выпроводил нас, но и этого было достаточно. Оказавшись в коридоре перед дверью в палату, мы ещё с минуту молчали, не то чтобы не решались заговорить друг с другом, просто обдумывали всё более тщательно. Первым сорвался Йошида. Он попросил выйти с ним на лестницу, где вероятность того, что нас мог кто-то услышать, снизилась. Безмолвно закрыв за собой дверь, Тайсэй покрутил в руке диктофон, забавно хмурясь. Он не выглядел рассерженным, но от него исходила недобрая аура. — Ты о многом умалчиваешь, забывая, что это дело веду я. В первую очередь ты должен был рассказывать о новых зацепках мне, но в итоге молчишь. Даже не рассказал о том, как прошёл тот инцидент с прослушкой… не знаю, что ты задумал, но если и начал с кем-то работать, то помни, что ответственность будешь нести один. Твои новые дружки ни за что не возьмут вину на себя. — Спасибо за беспокойство, но я держу всё под контролем. — Как и в тот раз с журналистом? В начале этого дела ты осторожничал, но вновь разошёлся. Как бы всё это опять не обернулось боком. — Ты прав… в принципе, как и всегда, — я облокотился на перила, тяжело выдыхая и устремляя взгляд в верх, в лестничный пролёт, — в любой момент я могу схватить по шапке и действительно отвечать за это буду только один, но… я убеждён в том, что на данный момент связан с не то чтобы правильным, но надёжным человеком. — Значит, что-то вы всё же готовите. — Мне следовало бы извиниться, но ещё не время для этого. Эгоистично будет сказать: «не переживай». Тебе есть о чём волноваться, но прошу, доверься мне. В этот раз я справлюсь. Он не счёл нужным хоть что-то сказать, лишь непринуждённо улыбнулся, но даже этого было достаточно. Тайсэй устал от моих секретов.

***

Напряжённое молчание давило на разум. Я всё ещё мог держать мысли под контролем, но иногда волнение пробивалось через толстую маску мёртвого спокойствия. От хмурившегося Нориты исходили искры злости. Казалось, в любую минуту он мог не выдержать и взорваться, сравняв весь полицейский участок с землёй. В тусклом, сыром помещении мы остались одни. Норита сидел напротив за металлическим столом, и, сгорбившись, скрещивал руки перед самым носом, тревожно глядя на меня. Боялся ли он? Скорее с непривычки волновался. Он явно не рассчитывал здесь задерживаться, тем более, когда казалось, что за спиной стояли влиятельные покровители… ещё не догадывался, что эти самые покровители собирались его уничтожить. — Я и слова без адвоката не скажу, — продолжал держать чёткую позицию, пока по лбу медленно стекали капли пота, а взгляд лихорадочно бегал по комнате. — Это всего лишь разговор между двумя старыми друзьями, он даже не будет записываться, — будет. Ещё как будет, правда, веса в суде иметь не будет. Захотелось тяжело выдохнуть, но надо было продолжать выдавливать из себя спокойствие. На самом же деле хотелось кричать от радости. Ещё немного и я бы смог освободиться из этой кабалы, оставалось только заговорить ему зубы. — В прошлый раз, когда мы болтали, моего сына похитили, — нервно улыбнулся, но даже ухмылка не смогла скрыть его настоящие переживания. — Вы преувеличиваете, — сейчас я уже понимаю, что в этом моей вины не было. Карма добрался бы до него и без моего вмешательства, — не хотите кофе? Хотя я больше люблю чай. — Подсыпешь мне что-нибудь? — с каждой моей новой фразой он напрягался сильнее. — Ну что вы такое говорите… не отказывайтесь от хорошего кофе, тем более в последний раз. — В последний? — взгляд окончательно потерялся. Подумать только, каким сильным Норита предстал передо мной в первый раз, и каким выглядел сейчас. Жалкое зрелище, но такое занятное и смешное. — Вы — убийца. — Что за бред ты несёшь?! — ударил по столу крепко сжатыми кулаками и резко вскочил, да так, что стул, на котором он всё это время, не переставая, ёрзал от волнения, отлетел к стене. — Убили друга, похитили сына… да уж, не думал, что человек может пойти на такие зверства. — Достаточно… наговариваешь, да? Пытаешь вывести на эмоции? Молодец, добился чего хотел, но я ни за что не соглашусь с этой бессмыслицей! Никто тебе не поверит! — дыхание участилось. Он еле сдерживал злость и был крайне раздражительным… не только сейчас, вообще по жизни. — Никто не поверит в то, что вы невиновны. Вы же знаете, я не люблю шутки и в данный момент вполне серьёзен, — он промолчал, пытаясь уловить суть моих слов. Норита настолько растерялся, что не понимал, что делать дальше. Этого я и должен был добиться, — жестоко расправились над другом… а затем, чтобы убрать с себя все подозрения похитили сына. Никто бы действительно не додумался до того, что это могли сделать вы. — Я всё понял, — признаться честно, не ожидал такого ответа. Он застал меня врасплох, но наверняка Норита имел в виду что-то другое, а не настоящий план Кармы, — таким образом, ты мстишь мне за ложное обвинение в похищении. Я извиняюсь, доволен? — прозвучало, мягко говоря, не искренне. Скорее лишь бы я отстал, но даже если бы дело было в этом, такое обращение бы не сработало. — Если бы, — с минуту помолчал, раздумывая над тем, стоило ли дальше продолжать говорить с ним на тему обид, — да, мне всё ещё неприятно, но это не имеет никакого отношения к делу. Мои личные обиды не повлияют на исход. А ведь повлияли. Если бы я не был обижен на Нориту, он бы здесь не сидел. Одна единственная ошибка, которую он совершил, не обдумав всё хорошенько, привела его сюда. Жалкое зрелище. Как и всегда. — Я надеялся на то, что вы сознаетесь добровольно, — медленно поднялся, ещё раз неодобрительно оглядывая Нориту, — но, кажется, вы всё ещё надеетесь, что драконы спасут вас. Они не сделают этого, уж я-то о них позабочусь, — в ответ он лишь разразился противным хохотом, а после поднял стул, вновь на него усаживаясь, но уже достаточно расслабленно. — Не хватило прошлого раза? Ты был так глуп и, насколько мне известно, поплатился за свои ошибки. Как, я пока не знаю, но мне будет очень интересно узнать. — В этот раз всё по-другому. Я сделаю так, что они не смогут вас спасти, — вальяжной походкой прошёлся до двери, не оборачиваясь, но продолжая говорить, — прощайте, Норита. Было крайне неприятно болтать с вами. — Пытаешь запугать меня? Не получится, — но голос его всё равно дрогнул наперекор словам. На миг я был рад покинуть сырую, тусклую допросную комнату, нагонявшую тоску и отвращение, но надо было добить Нориту. — Жалко только, что вы прочувствуете свою ненужность драконам только тогда, когда окажетесь за решёткой, что, собственно, произойдёт через пару дней, — конечно, преувеличил, ведь в ближайшее время его бы никто не посадил, но как же сильно эти лживые слова на него повлияли. Норита с непривычки вжался в стул, поднёс ладонь к лицу, нервно перебирая пальцами и обдумывая всё ещё раз. — Подожди… — голос совсем просел, но это не остановило его, — у меня же есть право на звонок? И как ты там говорил… это ведь не допрос? — для правдоподобия я сделал вид, будто уже собирался выходить, но остановился. — Да, — вернулся за стол, подавая ему свой телефон, — не сочтите за грубость, но пока мы болтаем, могу дать только свой. — Сойдёт, — грубо выхватил мобильник, со злостным стуком по экрану набирая номер. Скорее всего, Кармы, но предварительно я удалил его, чтобы не было лишних вопросов. Пока раздражённый Норита пытался дозвониться до него, я отошёл к стене, чтобы создать видимость того, что разговор не будет подслушан. И вдруг эхом послышался голос. Это был его голос… чуть раздраженный и очень весёлый. Карма в своём репертуаре и явно не меньше меня ждал этого момента. Радостно поприветствовал Нориту, но уточнил, что очень занят и не хотел бы затягивать с разговором. — На протяжении нескольких дней я нахожусь в участке, а всё из-за… Нагисы, — он точно хотел выругаться и обозвать меня нелестными словами, — он угрожает мне, обвиняет в убийстве… в общем всё идёт вразрез с нашим первоначальным планом. — «О! Так ты жалуешься мне? Как не стыдно, разве взрослые так делают?» — мне жуть как захотелось посмеяться с этих слов, а в особенности с удивлённого и перекошенного лица Нориты, но, что есть сил, я сдержался, — «да ладно тебе, я чувствую твоё напряжение через экран» — Я не совсем понимаю, — растерянно проговорил в ответ, вытирая лоб и после стряхивая с испачканной ладони пот. — «Перейдём к делу, я спешу. Слушай внимательно, потому что объясню только один раз. Сейчас, чтобы ни произошло, ты должен согласиться с любыми вариантами полицейских, в нашем случае с Нагисой. Будь то обвинение в краже мороженого у ребёнка или убийстве. Нам нужно, чтобы он посадил тебя…» — Что ты говоришь?! Решил подставить меня?! — ох, как же Норита разозлился. Он и до этого ходил на грани, но сейчас явно слетел с катушек. Возможно, Карма переборщил, сразу огорошив его такими-то словами. — «Я предупреждал. Объяснять повторно не стану. Так вот, после того как ты окажешься в тюрьме, ровно как и в прошлый раз мы сделаем так, что Шиота облажается и опять обвинит не того. В первый раз ему ошибку не простили, только со скрежетом зубов пустили помогать, во второй же молчать не станут. Мы устраним его, и больше он не помешает нашим планам, а тебя освободим. Кому как не тебе знать, что мы способны на это» — меня слегка напрягли речи Кармы, если бы мы не были хорошо знакомы и столько раз не обговаривали план, то я бы поверил его нынешним словам. Прозвучало всё до жути убедительно, но хватило ли этого? — — Что за… — ошарашенный Норита, с минуты смотрел в одну точку, тщательно пережёвывая всё в голове. Неужели он стал слишком старым? Иначе не мог объяснить его частые раздумья… хотя, я ведь тоже таким промышлял, — и ты ждёшь, что я поверю тебе? — он сомневался, нервно сжимал пальцы и постоянно облизывал губы, громко причмокивая. — «А у тебя есть выбор? Не забывай, что твой сын всё ещё находится под моим наблюдением». — Я сделаю это, — перешёл на шёпот, чтобы я не услышал, но это мало помогло, — но ты точно вытащишь меня из тюрьмы. — «Разве я давал повода сомневаться во мне?», — даже на расстоянии и через телефон я понял, что он улыбался, причём был очень довольным, — «твоё время закончилось, Норита». И отключился. Знал бы этот самый Норита, как двусмысленно звучала эта фраза, но всё, что он сделал — опустил телефон, крепко сжимая его и вглядываясь в потемневший экран, видимо, надеясь на то, что слова Кармы окажутся правдой.