Мальчики не плачут

      Он навсегда запомнил этот день. День, когда его жизнь изменилась, так как в ней появился ещё один человек. Человек, которого он сначала невзлюбил и на то была причина, ведь из-за него ему пришлось отдать своих щенков в приют. Но зато потом этот человек стал ему хоть и не родным, но всё же братом, лучшим другом, членом его семьи.       Цзян Чэн помнит, как в тот день он сидел в главном зале их дома, играл со своими любимыми щенками, как его отец в привычное время пришёл с работы. Но не один. С ним был мальчик, примерно его возраста. Ваньинь не знал, кто он, и зачем он здесь. Но отец объяснил, что этого мальчика зовут Вэй Усянь, Вэй Ин, и он теперь его брат. Сначала, Цзян Чэн даже обрадовался, ведь теперь ему будет с кем поиграть, помимо щенков (нет, ему нравилось с ними играть, но всё же они не были людьми, с ними не поиграешь в солдатиков и машинки, не порисуешь и с ними нельзя в детский сад), но потом он поменял своё мнение, когда, увидев этих самых щенков, новый жилец их дома истошно заорал и крепко вцепился своими маленькими ручками в штанину Цзян Феньмяня.       Тем же вечером, когда Усяня отвели в другую комнату, чтобы тот успокоился, глава семейства объяснил Цзян Чэну, что его новый брат очень боится собак, так как когда он потерял своих родителей, он на какое-то время оказался на улице, где не раз ему приходилось убегать от этих самых животных, что оставило неизгладимый след на его психике. Поэтому, любимых питомцев самого младшего из семьи Цзян нужно было отдать в приют, с чем он, конечно же, был не согласен. Но поделать он ничего не мог, так как он был всего лишь маленьким мальчиком, не способным хоть как-то повлиять на решения взрослых.       Его новый брат пытался наладить с ним отношения, но Ваньинь не поддавался, так как был на него невероятно зол. Его сестра тоже ничего не могла поделать, так как мальчик был очень упрям.       И длилось это до тех пор, пока в детском саду, в который также начал ходить и Вэй Ин, на одной из прогулок, самый задиристый мальчик посчитал, что новая игрушка Ваньиня очень красивая, а значит должна принадлежать только ему. Он попытался отнять её, в следствии чего началась драка, которой маленький Цзян проигрывал, как за него заступился Вэй Усянь. Конечно, и тому мальчику, и новоиспечённым братьям очень досталось тогда от воспитательницы, а затем и от родителей. Но зато они победили. И Цзян Чэн, на самом деле, понимал, что если бы не Вэй Ин, он бы не справился. Он был благодарен за помощь, о чём и сообщил ему, хоть и с огромным трудом. Так и начались их крепкие братские отношения.       Они действительно очень сильно сблизились. Они уже не могли друг без друга. И с каждым годом их отношения, казалось, становились только крепче. Они во всём помогали друг другу, будь то уроки или как незаметно попробовать алкоголь на семейном празднике, пока никто не видит.       У них были общие друзья, общие предпочтения в музыке и фильмах, даже некоторые предметы гардероба.       И у них были общие секреты.       Он помнит день, когда Вэй Ин появился в его жизни. Но также он помнит день, когда их невероятно крепкие братские отношения разрушились.       Это было зимой, после новогодних каникул, когда вечером, после ужина братья сидели в комнате Цзян Чэна и играли в приставку. В очередной раз победив в игре, Вэй Ин отложил джойстик, повернулся к нему и с серьёзным видом сообщил, что ему надо что-то рассказать.       - Ну так рассказывай, чего ты ждёшь, - как всегда нетерпеливо ответил Ваньинь.       - В общем... - старший отвёл взгляд, - тут такое дело...мне кое-кто нравится из класса.       - О, да ладно, - Цзян Чэн действительно был удивлён. Приятно удивлён, - и кто же она?       - Ну...как бы это... - Усянь мялся и никак не мог ответить, что опять же удивило Цзян Чэна, ведь обычно его брат был решителен и всегда находил, как и что ответить, даже если не знал как, он умел выкручиваться. А тут мямлит и отводит взгляд. Что-то явно не так.       - Ну же, не тяни. Это Ло Цинъян? - брат отрицательно покачал головой, - тогда Лин Вэнь? - и опять нет, - тогда кто? Говори уже, ну!       - Ну...это...Лань Ванцзи...- Вэй Ин выжидающе поднял на него взгляд и, продолжая мять край своей кофты, продолжил, - я думаю...я надеюсь ты не будешь на это как-то резко реагировать...но я кажется...гей.       Цзян Чэн уставился на него с широко открытыми глазами. Он не этого ждал. Он не верил. Как так вышло, что его любимый старший брат оказался одним из этих...этих!? Может он просто ошибается.       -Может, ты просто ошибаешься? - озвучил свои мысли младший.       - Нет. Цзян Чэн, послушай, мне он правда нравится и я не могу ничего с этим поделать. Пойми, такое тоже бывает и это нормально!       - Нет, это не нормально! - Ваньинь подскочил на ноги и уставился на брата. В его взгляде читался гнев, неверие и полное отрицание.       Он никогда особо подробно не вдавался в тему ЛГБТ. Но он считал это ненормальным, неправильным. А таких людей он считал больными. Потому что, ну как мужчина может полюбить другого мужчину? А женщина женщину?       И узнать, что его брат является одним из них, было шоком для него.       В порыве ярости он выбежал из комнаты, нашёл свою мать и рассказал ей всё то, что поведал ему Усянь. Единственное, о чём он умолчал, это имя человека, в которого влюблён брат. Да этого и не требовалось.       Женщина, выслушав сына, созвала всю семью в зал. Когда пришёл Вэй Ин, она с шоком и неверием посмотрела на него.       - Это правда? - она выжидающе уставилась на приёмного сына, - это правда то, что рассказал мне А-Чэн?       - Да... - опустив голову, сознался Вэй Ин. Не было смысла врать.       В тот вечер был сильный скандал, который, казалось, навсегда разрушил какую-либо связь между Усянем, его братом и приёмными родителями.       В тот вечер, Цзян Чэн совершил две ошибки. Первая, это не принял своего брата таким, какой он есть, а вторая, это рассказал всему классу об ориентации брата.       Он был зол. Невероятно зол. Поэтому, когда в последующую неделю все начали смеяться над его братом, он думал, что да, издевайтесь над ним, он это заслужил, ведь он неправильный.       А потом, он увидел, как его брата избивают в школьном туалете. И как тот, придя домой, сразу же сбежал в свою комнату, никому не сказав и слова о случившемся, и не показав своего синяка под глазом. А потом это повторилось. И ещё раз. И ещё.       Он видел, как страдал Вэй Ин, видел, как ему было больно и морально, и физически, но он никому не рассказывал об этом, не показывал. Цзян Чэн видел, как сестра почти каждый вечер заходила в его комнату, и какой грустной выходила оттуда через какое-то время. Иногда она ходила с аптечкой.       Странное чувство появилось в груди Цзян Ваньиня и надолго поселилось там, но он никак не мог распознать, что это. Пока не решился подслушать разговор его старших сестры и брата.       И он услышал, как его всегда уверенный, смелый, весёлый и сильный духом брат плачет. Плачет и говорит, что он не понимает, что он сделал не так, почему всё так обернулось.       И тогда Цзян Чэн понял, что это за чувство.       Вина       Он чувствовал вину за то, что сделал. Но было уже поздно.       Поздно, потому что его брат теперь считается изгоем в школе, поздно, потому что над ним издеваться начал сам Вэнь Чао и его шайка, поздно, потому что уже никакие извинения не помогут...       На часах почти час ночи, и он чувствует, как его будит сестра. Он садится на постели, трёт глаза и смотрит на неё.       -А-Чэн, А-Сянь закрылся в ванной и не отвечает, я очень волнуюсь и не знаю, что делать, - вид у неё был действительно взолнованным. Он встал с постели, и они вместе с сестрой направились к ванной комнате.       Дверь действительно была закрыта. Сколько бы Цзян Чэн не стучал в неё, сколько бы не звал, никто не откликался. На шум пришли родители.       - Что у вас тут творится посреди ночи? - Юй Цзыюань была зла из-за того, что её сон был грубо нарушен из-за шума. Цзян Феньмянь стоял рядом с ней и тоже ждал ответа от детей.       -Матушка, А-Сянь в ванной и не открывает, возможно что-то случилось.       Госпожа Юй, ничего не говоря развернулась и ушла, а через пару минут вернулась с маленьким ключиком, который открывал все двери в их доме.       Когда они наконец смогли войти в комнату, Цзян Чэн сразу приметил, что шторка в ванной закрыта. Оттуда не исходило никаких звуков. Он быстрым шагом подошёл к ванне и отдёрнул её.       Кровь. Много крови. И его брат. Без сознания. А может уже мёртвый.       Он впал в ступор. Все мысли разом вылетели из головы. Где-то там он услышал крик сестры "А-Сянь!" и приказ матери немедленно звонить в скорую помощь.       Он отпустил шторку. Его руки задрожали. Он смотрел на бледное лицо брата и по его щекам текли слёзы...