Горячие Гавайи

Шёл уже третий день, как Чонгук с Тэхёном вместе с Юнги и Хосоком прибыли на Гавайи, чтобы провести здесь свой отпуск, наслаждаясь морским бризом и невероятными закатами, когда солнце уходит за горизонт. Пусть парни и прилетели все вместе, но отдыхали абсолютно по-разному. Это можно было заметить по настроению во время завтрака в отеле. Пока Юнги с Хосоком устало пытались воткнуть вилку в кусочек омлета, ибо не спали из-за стонов Чонгука за стенкой, двое других счастливо поглядывали друг на друга, сцепив руки под столом в замок. Сегодняшний день не отличался ничем от предыдущих. Обычно Хосок утягивал Юнги посетить какие-то достопримечательности, сделать много-много фотографий на память, пока Тэхён снова уводил Чонгука в номер и вытрахивал что есть сил из своего парня. Вот и сейчас, пока хёны записываются на очередную экскурсию, от которых Юнги сильно подустал, младшие лишь желают тем удачи, а также терпения Мину, убегая к лифту. — Я тоже хочу таких отношений, — бубнит Юнги, глядя, как Тэхён, не дожидаясь лифта, вгрызается в губы своего горе-любовника, а когда двери, всё-таки, открываются, запихивает его внутрь. Жаль, что Хосок этого не видел и сейчас полностью занят записью на различного рода экскурсии. Тэхёна с Чонгуком вовсе не волнует тот факт, что их могут увидеть, поругать, или вовсе выселить из отеля. Они просто страстно целуются в лифте, подобно сцене из «50 оттенков серого», только вместо мистера Грэя сейчас перед Чонгуком сам Ким Тэхён. Не миллиардер, но не менее завидный жених, которого парнишка никому не отдаст. Этот демон-искуситель только его и Чон готов идти на смерть ради того, в кого влюбился в самую их первую встречу. Ким руками спускается к бедрам Чона, хватает за ягодицы, тем самым прижимая ближе к себе. У двоих в штанах уже тверже некуда, Чонгук сам себе клянётся, что ещё пару минут, и он обкончается в свои штаны, так и не дотерпев, как минимум, до сладкого минета. Тэхён идеально владеет своим языком, а когда говорит какие-то пошлости — вовсе сносит крышу. Так приятно проводить рукой по его чёрным взвитым волосам, когда старший губами обхватывает горячую головку члена, вылизывает её языком, а потом заводит член за щеку, лишь лукаво поглядывая из-под прикрытых глаз на своего мальчика. Чонгуку от одних воспоминаний сильнее в ширинке напирает, куда Тэхён нагло лезет рукой, прежде чем слышит звук оповещения, что лифт прибыл на их этаж. Пальцы старшего практически было ухватили собачку молнии, чтобы высвободить вставший член Чонгука, только вот сейчас этим можно без экстрима свободно заняться в их номере. Лишь проходящая семейная пара, которая поселилась по соседству с номером Хосока и Юнги, косо глядит на быстро идущих к своему номеру парней. Наверное, они тоже слышали, насколько громко младший стонал сегодня ночью. — Давай быстрее, иначе я накончаю в трусы, — рыкает Чонгук, когда они оказываются в своём номере, наедине. Большинство посетителей в такое время либо на завтраке, либо уже ушли на пляж. Поэтому, все заботы по поводу слышимости уходят на второй план. Чонгук притягивает Тэхёна к себе за воротник его футболки, вгрызаясь в чужие губы поцелуем. Их языки переплетаются в таком же страстном танце, как и сам поцелуй, из-за которого внутри обоих всё горит ярким пламенем. — Ты же всё равно будешь просить ещё, — ухмыляется в поцелуй Тэхён, уже позволяя себе легко расправиться с ширинкой Чонгука. Младший стонет сдавленно, когда тот джинсы приспускает, обхватывая член через ткань боксёров, на которых уже видно тёмное пятно от выступающего предэякулята. — Уже не терпится? Ей Богу, Гук-и, мы только часа два назад еле вылезли из постели на завтрак, а ты снова готов? — Блять, да, меньше разговоров, больше дела! — умоляюще просит Чонгук, хватая Тэхёна за руки, чтобы положить их на свои ягодицы, сам же спуская с себя нижнее бельё. Ким хмыкает, спускаясь губами на чужую шею. Они всё также стоят возле двери, прижимаясь к прохладной поверхности, пока старший не решает подтолкнуть Чонгука к кровати. Они даже не потрудились заправить её, поэтому накаченное тело младшенького падает на смятое одеяло и простыни, а сверху над ним встаёт на колени Тэхён, расправляясь уже со своей лишней одеждой. Парни скидывают с себя лишние лоскуты достаточно быстро, оставаясь полностью нагими. Целуются глубоко, пока Чонгук разводит ноги перед своим хёном, призывно толкая язык за щеку. Тэхён улавливает намёки, только вот на сегодня малыш уже получил своё вознаграждение в виде утреннего минета, поэтому сейчас получит твёрдый член его хёна в задницу. Ким хватает из-под подушки смазку, которая уже наполовину пуста, выдавливает немного на пальцы, проникая в любовника сразу на две фаланги. Чонгук ахает, откидывает голову назад, ибо даже простые длинные пальцы способны доставлять тому удовольствие. А с каким блаженством Тэхён наблюдает за всей картиной, которая выстроилась перед ним. Это всего лишь растяжка, а младший уже готов стонать так, словно Ким вбивается в него грубо, по самые яйца. — Тебе так нравится, когда я трахаю тебя своими пальцами? — спрашивает Тэхён, тихо шепча всё это Чонгуку на ушко. — Ответь, малыш, я хочу знать всё, что тебе нравится. Например, трахаться по утрам. — Да, безумно нравится, — выстанывает Чонгук, пытаясь схватить Тэхёна за руку, но тот не позволяет этого сделать, с ухмылкой наблюдая за тем, как парень хнычет от нехватки чужого члена в меж своих ягодиц, которые мальчишка послушно раздвигает, когда Ким переворачивает его на живот. Больше всего на свете Тэхён любит, когда его малыш встаёт в коленно-локтевую, раздвигая свои половинки, чтобы было удобнее толкнуться в колечко мышц. Старший добавляет смазки, пару раз проходясь рукой по члену, а после толкается грубо, слыша в ответ протяжный стон, который издаёт Чонгук, уткнувшись лицом в мягкую подушку. Ким шлёпает несколько раз парня по ягодицам, оставляя на них красные следы от рук, а после чмокает нежно меж лопаток, как бы успокаивая. Чон с ума сходит от того, сколько звёзд перед глазами попадало лишь от первого толчка, за которым следуют ещё несколько глубоких и сильных. Тэхён любит мучить своего мальчика, любит, когда Чонгук призывно виляет попкой, прося большего. Старший снова толкается внутрь, останавливаясь и надрачивая своему малышу, большим пальцем размазывая выделяющуюся смазку сначала по головке, а потом по всему члену, также добавляя немного смазки с запахом клубники. Чонгук любит этот запах, но больше он любит принимать в себя член Тэхёна. — П-Пожалуйста, продолжай, — молит Чон, извиваясь под парнем, который ещё несколько секунд бездействует, а после, уложив младшего на грудь и уперевшись руками в постель по обе стороны от его головы, начинает быстро и размашисто толкаться в чужое тело. — А-Ах, Т-Тэ, пожалуйста, чёрт… Сука, д-да, вот так, твою мать! Стоны сами вырываются из чужих уст, Чонгук матерится в голос, достаточно громко, пока Тэхён грубо втрахивает его в постель. Простынь под ними уже влажная от пота двух тел, шлепки от чьих соприкосновений разносятся по всему номеру. Ким в первую очередь наслаждается стонами парня под собой, а во вторую, как гармонично они слышатся с шлепками и скрипом кровати. — Да-а, Господи, в тебе так ахуенно, — стонет Тэхён, сжимая в руках одеяло сильнее, пока Чонгук уже ног не чувствует, земля куда-то уплывает в приступе экстаза и бесконтрольной эйфории, которая накрывает от макушки до пяток. Каждой клеточкой своего тела Чонгук чувствует, как член погружается в него, руки и ноги сильно дрожат от предоргазменного состояния. Тэхён ходил по тонкому льду ещё в тот момент, когда во время завтрака слегка сжал член Чона под столом, заставив того невольно вздрогнуть, так ещё и утащил Чонгука за собой в чёртову игру на выживание в виде «Не кончи до момента, пока я не начну трахать тебя в зад». — Блять, блять, блять, я сейчас кончу! — вскрикивает Чонгук, крепко сжимая в руках простыни и подушку, а когда Тэхён совершает последние финальные толчки и выходит, заканчивая на поясницу парня, младший кончает в кулак Кима. — Ты как всегда прекрасен, — ахает Тэхён, заваливаясь на постель рядом, — Хосока с Юнги не будет, как минимум, до обеда, у нас есть ещё очень много времени, чтобы поразвлекаться, ты так не думаешь? — Я совершенно не против.

***

— Нет, я, конечно, всё понимаю, но вы можете хоть денёк сделать вид, что вы не кролики в пубертате? — возмущается заёбанный Юнги, когда возвращается в отель после утомительной экскурсии. Самое интересное, что он увидел за всё время — как мимо пролетающая птица выхватила у какого-то мужика еду, это максимум. Чонгук с Тэхёном встретили своих хёнов целуясь возле своего номера. — Хосок-а, давай возьмём номер подальше от этих? — Успокойся, а вы собирайтесь, сейчас пойдём на пляж! — радостно заявляет Хоби, толкая Мина в номер, чтобы побыстрее переодеться и, наконец, искупаться. Он тоже безумно устал за эти пять часов, так как уехали они в десять утра, а сейчас уже три часа дня. В такую жару Юнги никуда не хочется, он бы с удовольствием поспал бы или назло мелким громко стонал, в номере прыгая на члене своего парня. Однако Хосок непреклонен, удовлетворить своего мальчика способен лишь ночью. «Атмосфера в дневное время не та». Тэхён утягивает Чонгука в номер, чтобы собрать пляжную сумку. Юнги с Хосоком собираются быстро, поэтому парни не рискуют остановиться хотя бы на минете, ибо Чонгук после длительного утреннего марафона измотан. Да и к тому же, они уже успели сходить на пляж, искупаться, даже часик полежать на солнце, а потом, словно ничего и не было, вернуться в номер и снова пройтись по секс-круговороту. — Блять, да какая нахуй тебе атмосфера нужна, не заставляй меня смотреть на то, как эти мелкие трахаются, с дикой завистью, ибо ты таскаешь меня по всем этим экскурсиям третий день, а я хочу на пляж, хочу купаться, Хосок! — слышат Чонгук с Тэхёном за стенкой и невольно двоих пробирает на смех. Юнги всегда так громко истерит и это не может не смешить. Это лишь начало отпуска, так что, самое интересное лишь впереди.