По уши влюбленный художник

— Не против, — парень набрал в руку немного воды из озера, умывая своё красное лицо. — В прошлый раз, когда я остался у тебя, они очень волновались, будто бы они — моя семья. Я сказал, что все в порядке.. И так тепло на душе, что даже незнакомые люди могут приютить и принять тебя за своего. — Гон встал, поправил футболку и вытер еще влажными ладошками щёки, взял сумку с кистями, которых было всё больше и больше, ведь вдохновение такая штука, даже денег не жалко на красивый портрет. Пусть их и так было очень мало, пусть. Мольберт взялся нести Киллуа, дабы помочь Гону не носить слишком много тяжести. На улице уже было крайне темно, поэтому до тропинки они добирались, как слепые кроты, Фрикс даже пару раз успел наступить парню на пятки, что тот чуть не навернулся вместе с предметом рисования. Но когда же они добрались до тропы, все стало куда проще, ибо каждые 10-15 метров стояли небольшие фонарики, которые Киллуа когда-то расставлял со своим старшим братом. Они освещали дорогу, но было по-прежнему темно, и из-за этого Гон частенько бежал вперед или шел рядом с Золдиком, ведь вдобавок было жутко. Поле подсолнухов ночью сильно отличалось от дня, сейчас они выглядели, как самые настоящие чудовища, огромные, с длинными лапами и большой пастью, которая вот-вот могла захватить Гона. Устрашающие растения. Ну, а если глянуть на верх, то все станет иным. Пропадут эти проклятые чудища и темнота вокруг, перед глазами будет лишь замечательное звездное небо и светлячки, что не прекращали летать над головами двух парней. Парочку раз Гон и Киллуа всё же останавливались по просьбе темноволосого, чтобы глядеть на красивое небо, но потом снова продолжали свой путь, потому что спать хотелось очень сильно. Глаза слипались и болели, а на лице красовалась уставшая, зато довольная улыбка. «Меня спасли. Он меня спас...» — думал Золдик, не переставая улыбаться. *** Вскоре они уже были дома у Киллуа, сонные, но полностью удовлетворенные этим днём. Зайдя в спальную комнату, бледный безжизненно рухнул на кровать, испугав этим звуком Гона, который снимал с себя уличную одежду. У юного фермера была лишь одна кровать, но на двоих тоже сойдёт, поэтому, когда обычно Гон задерживался у приятеля, а идти уже было поздно, они, не брезгуя, спали по два разным бокам просторной кровати. С того самого дня, когда Кил случайно заснул рядом с Гоном, для них это не было чем-то странным. Но зеленый наверняка не догадывался о том, что Киллуа специально старался вставать раньше своего приятеля, чтобы сделать завтрак на двоих и лишние пять минут бесцеремено осматривать тело Фрикса, в попытках узнать, что же в нём такого особенного, что он сумел зацепить беловолосого? А может быть ни в теле, ни в лице дело. Может, это его открытая добрая душа так подействовала на закрытого и порой даже эгоистичного парня. Киллуа поднял голову и подпер её двумя руками, осматривая затылок Гона, который всё складывал и складывал принадлежности в сумку. — Эй, ну ты долго ещё будешь со своими кистями возиться? Я хочу спа-а-а-ть, а из-за твоего шороха не могу! Гон отмахнулся кивком и нервно собрал оставшиеся кисти. Через минуту он уже лежал на своём краю постели. — Ну наконец... Спокойной ночи, — Киллуа как обычно отвернулся затылком к Гону, а тот упрямо глядел на белую макушку, подсвеченную лунным светом. — Я даже затылком чувствую твой взгляд, Гон! — Киллуа нервно вскрикнул и смущенно спрятал своё лицо в одеяле, художник лишь хихикнул. — Какой ты у нас чувствительный. — прошептал зеленый, посмеявшись, и наконец закрыл глаза. Они все так же болели, но уже чувствовалось облегчение, поэтому уже через несколько минут оба уснули. *** Проснувшись, Фрикс не спешил открывать глаза, просто лежал и слушал всё происходящее. Он чувствовал, что Киллуа лежит рядом, и ему было так комфортно. Золдик был близко, поэтому парень хорошенько согрелся. Вставать совершенно не хотелось, желание весь день пролежать и ничего не делать. Фрикс всё-таки открыл глаза. — Черт побери, испугал! — Киллуа смотрел прям на Гона и тоже слегка пошатнулся, когда тот открыл глаза. Золдик хихикнул. — Извини, хех. — парень немного провёл большим пальцем по щеке Фрикса, сам того не понимая, с легкой ухмылкой на лице. Оказывается, бледный еще давно проснулся, но, как и юноша, не имел никакого желания вставать, так что просто пялил на подрагивающие ресницы приятеля и умилялся. *** За окном был легкий дождик. Погода была мрачная и, грубо говоря, вообще никакая. Солнце попросту пропало и вместо него появились тучи, но это никак не пошатнуло настроение парней. Они сидели на прохладной кухне, укутавшись в плед, и пили чай с пирогом, который совсем недавно приготовили. — Я за ночь так замёрз, ужас. — пробурчал Гон, запивая пирог чаем. Кил мешал ложечкой сахар, что ещё не до конца успел раствориться в пряном чае с дольками лимона. — Прости, я привык к холоду, поэтому не додумался включить батареи ночью. У Золдика целую ночь и прямо сейчас не уходили мысли и моменты с прошлого вечера. Как же это так произошло? Так... Спонтанно, но несмотря на это, всё не было чем-то отталкивающим или же странным. Киллуа ещё не до конца понимал своих чувств и это, наверняка, напрягало его больше всего. Эта стеклянная грань между непониманием и явью. Отхлебнув немного чая с фарфоровой белой чашки, юноша взял кусок вишневого пирога. Киллуа обожал сладкое и домашняя выпечка входила в список его предпочтений. Откусив кусочек, он почувствовал, как по его телу мурашками проходит удовольствие от вкуса выпечки. Наверное, примерно те же чувства, но в разы больше и ярче, испытывал бледный вчера, касаясь своими губами губ Гона. Они сидели в тишине, но Золдик хорошо ощущал на себе взгляд Фрикса, который, подперев голову рукой, мечтательно осматривал юношу. За окном всё также шел дождь и, наверное, это было единственное, что нарушало абсолютную тишину. Никто из них не решался начать разговор, поэтому приятелям оставалось лишь молча пить чай с пирогом, сидя друг напротив друга. Как оказалось, Гон уже допил свой, но ему хотелось еще. Обычно в такую дождливую погоду он пьёт слишком много чая и не может остановиться, будто дышит им. Не крепкий, сладкий чай — это его любовь. Он глянул на свою опустевшую кружку и Киллуа всё понял. — Налить тебе чая? Вода ещё горячая, ждать не придется. — получив в ответ одобрительный кивок, он взял кружку с изображением подсолнухов и залил туда воды. — Спасибо! — Фрикс с охотой начал дуть, чтобы тот поскорей остыл, а Киллу все никак не мог насмотреться этим чудом. То, как с аккуратностью держит горячую кружку в своей руке и пытается поправить одеяло на своих плечах, то, как он дует, чтобы чай поскорее остыл, то, как он по чуть-чуть сёрбает этот чай. Кажется, Киллуа совсем залип, ведь не заметил, что эта жидкость расплылась по столу. — Ауч!... Обжёгся.. — вскрикнул Гон, схватившись за руку. У этого парня явно отсутствует инстинкт самосохранения. Пока Золдик думал о том, насколько прекрасно выглядит Гон, тот случайно дёрнул рукой, вылив все содержимое чашки на стол. Только тогда Киллу "проснулся" и кинулся помогать Фриксу. — Блять, — Киллуа кинулся вытирать кипяток со стола первым попавшимся под руку полотенцем. Вытерев всё, он посмотрел на Гона, что по-прежнему держался за руку. — Сильно обжёгся? — тот лишь кивнул. Кил положил полотенце в корзину с грязным бельем и подошел к морозильнику, чтобы достать и дать кусочек льда Гону. Темноволосый взял в руки лед, предложенного Золдиком, и приложил к месту ожога. Он постепенно почувствовал, как боль начала уходить, пока и вовсе не пропала, а по его ладони и пальцам струйками стекала прохладная вода, не оставив от льдинки ничего. — Как рука? — беловолосый с волнением смотрел на художника. — Да вроде бы нормально, спасибо, Киллу! Золдик в ответ лишь хмыкнул и прикрыл глаза. Обычно он не отвечал, когда его благодарили за что-то. — Тебе стоит быть поаккуратнее, Гон. — Фрикс с неловкостью кивнул и пробурмотел что-то на подобии "знаю...". Сейчас бледному это казалось неимоверно милым и он присел рядом с приятелем, пока тот с опущенным взглядом думал о чем-то и смотрел в стол. Золдик сел к нему вплотную, но из-за того, что Фрикс был занят своими мыслями, он не заметил его. — Подними голову. — повинуясь словам Киллуа, художник поднял голову и встретился взглядом с беловолосым, чьё лицо было на неприлично близком расстоянии. Момент, и губы фермера нежно, и в этот раз более напористо, накрыли губы художника. Этот поцелуй был быстрым и легким, поэтому до Гона и не сразу дошло, что произошло. “Он меня.. Поцеловал?» — смотря в глаза Киллуа, который уже отстранился и тоже глядел прямо в глаза Фриксу, подумал он. *** Вскоре парни привели себя в порядок, собрались и вышли на улицу, как бы сильно этого не хотелось. Они бы могли сидеть дома весь день, но вдохновение Гона пришло в самый ненужный момент и юноша заставил Золдика пойти с ним на прогулку. Очевидно, что рисовать там не получится, в целом погода не особо позволяла, но летняя прогулка под теплым дождем это одно из лучших ощущений, которое когда-либо ощущал Фрикс. Когда-то очень давно, в возрасте шести лет, он дружил с девчонкой, которая была очень болтлива и любила летние дожди. Необычное сочетание - до сих пор думает Гон. Они частенько прогуливались под дождем, наслаждаясь этой погодой; Фрикс слушал истории этой девочки, которые он уже, конечно, не помнит, но те моменты сохранили свою ценность в его душе. — Я возьму с собой зонт. — Киллуа копался в старом шкафу с разными необходимыми вещами. — Не бери, — Гон положил руку на плечо парню и тепло улыбнулся. — Куда атмосфернее будет гулять без зонтика! Золдик послушался Гона и не взял зонт. Юноши вышли из дома и стали бродить по полю, прыгая по лужам и ловя в ладошки капельки дождя. Фрикс несколько раз подскальзывался на грязи и падал, поэтому вся его одежда была грязная, но тот всё равно наслаждался этим днём. С утра он был явно ленивым и неудачным, но сейчас... Такой.. Такой прекрасный? Рядом с нужным человеком даже самый сильный негатив может превратиться в положительные эмоции. *** Они еще долгое время баловались под теплым дождиком, не собираясь уходить, просто наслаждались моментом. Последний раз Гон так развлекался еще в детстве, с той девочкой, что и привила зеленому любовь к летним дождям. Разве не круто, что сейчас можно восполнить всю свою любовь к этой "небесной воде"? Сейчас, когда дождь кончился, Киллуа собрался проводить друга домой, чтобы тот, опять же, не заблудился. А то бледный, бывает, тоже иногда забывает, куда идти. Это если сильно перетруждается. Они вместе шли через подсолнухи, которые навязчиво били по лицу несчастного Фрикса, но он был доволен. Доволен тем, что сейчас поле пахло свежими семечками, как обычно бывает после того, как пройдет хорошенький дождик, доволен даже тем, что он чуть ли не валился с ног из-за влажной земли и неудобной обуви, и наконец тем, что рядом его самый настоящий друг, к которому он уже успел привязаться. Зеленый спокойно ковылял сзади беловолосого до того момента, пока по чистой случайности не наткнулся на какую-то, то ли палку, то ли корень, об который именно он и споткнулся, проезжаясь тапками по болоту и наваливаясь на идущего впереди. — Блинский, Гон! Ты че творишь? — поднимая голову, возмутился бледный. Или уже не бледный... — Прости, прости, прости! Я случайно упал, споткнулся об штуку длинную какую-то.. — его глаза были полны сожаления, а на лице, точнее, на щеках, была грязь, как у Киллуа. Только в отличии от зеленого, Золдик был полностью в болоте. — Ты взглядишь, как Шрек. — Гон засмеялся, когда к нему повернулся полностью обмазанный грязью друг. — Ну спасибо! — Киллуа не мог долго обижаться, это же всего лишь случайность, которая для него не нанесла вреда, так что всё более, чем в порядке. Он широко улыбнулся, показывая всем своим видом, что не в обиде на неуклюжесть друга и его шутки. В этот момент Гону захотелось сократить расстояние между ними, что и так было не особо-то и большим. Приятели сидели друг напротив друга, обмазанные с ног до головы грязью, и смеялись. Вмиг стало совсем тихо, когда зеленый потянулся к губам Золдика, а тот, догадываясь, что он хочет сделать, поспешно вытер их. Кареглазый примкнул к губам рядом сидящего, кладя свою ладонь тому на грудь. Из-за скользкой и неустойчивой земли под задницей и ногами, а еще напора Гона, Киллуа не удержался и скользнул по земле, ложась прямиком на спину. Фриксу это ничуть не помешало и он продолжил выцеловывать губы приятеля. И тут бледный даже немного задумался. С каких пор это всё происходит? Почему они продолжают это делать, даже ни разу не обсудив свои чувства друг к другу? Да, он не раз слышал о том, как сильно важен Гону, и что он для него — всё. В плане дружбы, конечно. А что насчет банальной влюбленности? Разве один Киллуа влюбился, как маленькая девчонка? И к чему сейчас все эти вопросы? Наверное к тому, что он просто запутался. Он не понимает своих действий, и действий Гона тоже. Влюблён ли он в него, раз так свободно лезет целоваться? А самое главное, почему бледный отвечает на поцелуи, ведь они прежде это никогда не обсуждали? Наверное, самое время. Когда зеленый отстранился, Киллуа кинул на приятеля совершенно нечитаемый взгляд. — Что ты чувствуешь ко мне, Гон? — вот так напрямую спросил парень и про себя подумал, что его лицо и интонация сейчас выглядит и звучит так, будто бы он хочет закатать Фриксу истерику. — Ну-у... Н-не знаю? Что я чувствую.. — взгляд его на секунду помутнел, ибо юноша задумался. И вправду, что он чувствует к нему? Они общаются не так уж и долго, всего каких-то полмесяца, но уже смело могут заявить, что являются лучшими друзьями, даже... Даже чем-то большим. — Самое время подумать и прямо сказать об этом. — он немного улыбнулся, чтобы не показывать свою излишнюю холодность и не пугать друга. После слов Золдика последовало длительное молчание. Гон не мог так сразу ответить на этот вопрос, ибо мысли будто бы ушли от него, осталась пустота, которую он все никак не мог понять. Но он точно знал, что стоит только подумать о светловолосом, как по телу разольется неописуемое тепло.. — Я люблю тебя, Киллу. Люблю! — на лице засияла счастливая улыбка, а глаза стали влажными. Почему-то бледный ожидал совершенно другого ответа, но даже сейчас, услышав положительные новости, не смог сдвинуться с места, оставаясь таким же шокированным. «Всё же любит.» — подумал юноша и улыбнулся. Бледный притянул к себе Гона и прижал к груди. — И я тебя люблю, Гон Фрикс.