Летние ночи

       Дождь гулко стучал по стеклу и сливу снаружи, пропитывая Дом ледяной сыростью до последнего квадратного сантиметра как снаружи так и внутри.        — Пятый день уже херачит без остановки, — не то что бы это было для кого-то новостью, но Мопсу почему-то захотелось это озвучить. Стая вяло отреагировала на столь очевидное заявление, кутаясь в толстовки так, что торчали лишь носы, и периодически грея руки тёплым дыханием в перерывах между перекурами.        Колясник обернулся на товарищей по несчастью. Динамит и Азиат откровенно скучали, Танк и вовсе беззастенчиво храпел, подложив руки под голову прямо на собственной тумбочке, а вот Скелет нахмурился, демонстрируя бурную мозговую деятельность. Искра же валялся на кровати, опустив одну ногу на пол, и безмятежно рассматривал свои руки — на днях он обжёгся сигаретой и надеялся, что бледное пятнышко на тыльной стороне ладони скоро совсем исчезнет. И лишь Мутант сидел за столом с неизменно важным видом, как будто он тут большой босс, и собирается раздать всем тут поручения и понизить зарплату.        — Не хочу показаться занудным, но если даже учителя не знают, что это за слова, то мы и подавно… — Панда со вздохом захлопнул словарь, где на протяжении последнего получаса искал хоть что-то подходящее для разгадки. Изначально он совсем не хотел в это ввязываться, но стая так галдела, что волей неволей пришлось втянуться и побыть голосом разума.        — А я знаю, — поджав колени, Корица насупленно взирал на состайников, устроившись прямо на шкафу, разделяющем две двухъярусные кровати. Именно туда ему пришлось улепётывать от праведного гнева Мутанта, который с досадой хлопнул по столу:        — Да знаем мы, что ты там «знаешь». Так что молчи уж лучше! Ну кто-то же реально должен знать!        — Да забей уже хуй, — Динамит как всегда советовал прямо и по существу, — Возьми этот несчастный журнал и сожги, а нам не еби мозги.        — А я думаю… — Корица опять подал голос со шкафа, но Мутант резко оборвал состайника, хрустнув карандашом в руке:        — А ты не думай. Я запрещаю.        — Ну и ебитесь тогда дальше, — на шкафу послышалась возня, — Хуй я вам больше что подсказывать буду.        — Я тоже не знаю, честно говоря, — Скелет не любил признавать поражения, опираясь на старый добрый принцип «мне плевать». Но в данном случае даже он со своей начитанностью был бессилен, и это выбивало из колеи.        — Так, давай ещё раз, — Искра слегка привстал, опираясь на локти, — Осталось два слова, так?        — Блять, — Динамит протяжно выдохнул, — Искра, ты то нахуй лезешь?        — Мне интересно! — азарт в голосе можно было черпать ложками, — Тем более, изначально их было три, и одно же мы отгадали!        — Ну да, слово из пяти букв, вторая буква «у», а две последних — «ня», — Азиат фыркнул, туша сигарету, — Тут каждый подумал в меру своей испорченности.        — А я бы нахуй им там всю редакцию взорвал! — Динамит порой даже слишком сильно соответствовал своему имени, — Кто, блять, додумался в кроссворд запихать это слово под вопросом: «Истинное предназначение женщины?»        — Я бы и ваш интеллект подставил под сомнение, когда большинство из вас сказали «Хуйня», — хмыкнул Панда, громко хлопнув словарём. Стая понурилась, а Танк даже не проснулся. Зато Мопс поспешил реабилитироваться:        — А я вот сразу сказал, что это «кухня»!        — Ну и гордись теперь до пенсии, — донеслось со шкафа под зловещее шипение вновь закипающего от злости Динамита, бормочущего что-то про сексизм, шовинизм и ещё какие-то «измы», — Если доживёшь.        — С чего это я не доживу?!        Предоставив Мопсу разбираться с больным чувством юмора состайника, Мутант вперился взглядом в пустые квадратики. Первое слово, будоражившее сейчас разумы Котов, состояло из семи букв, часть из которых была уже отгадана посредством других разгаданных слов. Первая буква «П», третья и четвёртая «ЗД». И всё это сопровождалось игривым неоднозначным вопросом: «Во влажной среде чувствует себя как рыба в воде». Само собой, здесь зависли даже самые умные и рассудительные члены стаи, не говоря уже о тех, кто не особо мог сдерживаться от озвучивания всего, что в голову придёт:        — Пиздарик!        — Там восемь букв, кретин!        — Тогда пиздато!        — Это наречие!        — Ыфеф!        — Нет, Танк, в слове «пиздец» шесть букв!        Эти и другие, уже более вычурные конструкции словообразования ещё какое-то время оспаривались до хрипоты, но ни одна из них не подходила. Более того, второе неразгаданное слово устроилось рядышком, заставляя стаю завыть как Прилипала на прошлой неделе, когда им ставили прививки. Ибо вопрос к этому слову выглядел так: «Из той же оперы, что и вопрос номер 15». А именно ответ на пресловутый вопрос, по закону подлости, и пустовал.        — Дай сюда! — Динамит не вытерпел, соскакивая с подоконника и пытаясь выхватить журнал, на задней обложке которого и расположился тот треклятый кроссворд, — Я его выкину нахуй!        — Нет, давайте разгадаем! — Искра мгновенно подорвался на выручку, но тут уже вмешался Панда, раздражённо рявкая:        — Ещё подеритесь тут! А ну сели по местам! А ты, Мутант, не парь больше стае мозги. Похоже, что кроссворд либо испорчен, либо мы тут слишком отрезаны от всего остального мира, чтобы знать такие вещи.        — Либо кто-нибудь разрешит мне уже высказаться? — Корица на шкафу напоминал нахохлившуюся птицу, — А то я даже вякнуть не успел, как пришлось спасаться от всяких психов!        — Потому что знаем, что происходит в твоём больном извращённом мозгу, — процедил рассерженный Мутант, на что последовал комментарий: «Я и сам не знаю, а вы знаете? Я ебал!»        — Так, всё. Мутант, ты прекращай уже это дело, а ты, Корица, слезай и хватит дурачиться, — Панда и сам начал раздражаться от абсурдности всей ситуации. Устроили тут цирк!        — Пыздрик, — выдал брюнет со шкафа.        — Это ты сейчас кому сказал? — Искра недоумевающе изогнул брови, опасаясь, что друг совсем рассудок потерял и обозвал вожака.        — Мутанту. Это слово для кроссворда.        — Оборжаться. Долго придумывал такой гениальный ответ? — Мутант прищурился, с удивлением отмечая, что слово подходит, но сдаваться не собирался.        — Я не придумывал. Эта хуйня в рыбалке используется, — снова ёрзанье на шкафу, — Мой батя меня на рыбалку возил… когда-то давно.        — Если это и правда рыбалка, то можно проверить, — Скелет с видом человека, который меньше всего был заинтересован в разгадке, встал и подошёл к дверям, попутно захватив притащенный вожаком словарь, — Поищу в библиотеке всё на эту тему.        Когда спустя полчаса он вернулся в комнату, то почти всё в ней было на тех же местах, что и было до ухода. Исключением лишь стал перебравшийся на свою койку вожак, старательно игнорирующий всё вокруг, и протяжный стон Динамита и Азиата со стороны подоконника при виде того, что он принёс.        — Журнал о рыбалке? Бляяяя…        Невозмутимо шлёпнув перед Мутантом один из номеров «Охота и рыбалка», Скелет открыл нужную страницу, куда предусмотрительно заложил закладку.        — Вот. Пыздрик — это вот эта штука, похожая на яркого малька, сделанная из подручных материалов. По сути как приманка для большой рыбы.        Мутант ошалело вгляделся в картинку, в то время как со шкафа донеслось самодовольное фырканье.        — Пыздрик, блять! — пресловутое слово наконец-то было вписано, — Кто бы мог подумать?        — Ебануться, — констатировал Динамит с подоконника. Одного кинутого укоризненного взгляда со стороны вожака хватило, чтобы он замолчал. А вот Искра не мог успокоиться, нарезая круги вокруг коляски Мопса:        — Мы отгадали даже то, что взрослые не смогли! Ура!        — А как же второе слово? — Азиат был настроен куда скептичнее, но Скелет и Мутант уже рылись в журнале в поиске ответа.        — Ну уж явно не предложенные вами «шмаровка», «шмаровоз» и прочее, — вожак закатил глаза, когда подопечные наконец отыскали и это слово.        — Шмаковка! — Мутант вписал слово и от души запустил кроссворд в кучу барахла на одной из ничейной коек, — Чёртова рыбалка!        — Да уж, заставила она нас попотеть, — Мопс на всякий случай запомнил два новых слова, чтобы щегольнуть ими потом где-нибудь в Наружности.        — У нас что ни день, то приходится потеть, — отозвался Скелет, хмуро отсаживаясь на своё место и вытаскивая гитару, заботливо сдув с неё осевшую пыль. Вожак, радуясь наступившей тишине, вновь перевёл глаза на Корицу:        — Слезай давай, клоун. Не смешно уже. Ещё и шкаф нам сломаешь.        — Не сломаю! — но всё же со шкафа брюнет слез, перебираясь на свою койку, — Но вниз не пойду. Внизу весь холодный воздух скопился, а тут хоть немного теплее.        — Ага, только вот от стен разит могильным холодом, — пожаловался Мутант, закуривая, — Когда уже отопление включат?        — Когда мы все сдохнем, — сумрачно сообщил Динамит. Танк всхрапнул на койке, продирая глаза.        — Может имеет смысл тогда Дом в Могильник переименовать? — подал мысль Азиат, пытаясь тёплым дыханием согреть руки. Искра прыснул в кулак, а Мопс испуганно заозирался вокруг, будто Дом мог обидеться на подобное сравнение.        — Скоро дадут отопление и станет теплее, — пообещал вожак, мысленно ставя галочку в голове о том, что надо бы попросить у взрослых тёплые вещи. Иначе его стая рискует слечь с простудами и встретить Ночь Сказок в Могильнике. Танк, кажется, подумал о том же и промычал что-то нечленораздельное, — А пока не нойте.        — Уж лучше холод, чем духота, — мудро заключил Скелет, собирая левой рукой струны. Динамит выдохнул струйку дыма в воздух и хмыкнул:        — Вот и занимал бы тогда койку у окна в том ебучем деревянном бараке! А то завёл: «Вооот, надо комнату проветрить!». А у меня из-за этой ебучей грозы потом всё одеяло мокрое было!        — Барак? — Мутант непонимающе уставился сначала на Динамита, а потом на Скелета, который решил не утруждаться ответами, — Это когда вы ночевали в бараке?        — Летом, — бойко отрапортовал Искра, — Нас в лагерь возили на смену.        — Да??? А я почему этого не знал? — Мопс удивлённо-обиженно распахнул глаза, — Вы ездили в лагерь?        — Надеюсь, что первый и последний раз, — отозвался Корица сверху, — Ненавижу лагеря.        — Да брось, всё было не так плохо, — Искра устроился на койке, поджав ноги, — А вообще нас каждое лето должны были вывозить, но… То у администрации денег не было, то перед самым отъездом у кого-то находят кишечную палочку и закрывают всех на карантин, как в прошлом году.        — Но один раз нас всё-таки вывезли, — вожак невольно продолжил историю состайника, — Это было за полтора месяца до твоего появления в стае, Мопс. И за два года до того, как появился Мутант.        — Да уж, поездка, достойная отдельной Ночи Сказок, — усмехнулся Азиат, мысленно вспоминая своё первое лето в Доме.        — А зачем до неё оттягивать? — Искра аж встрепенулся и подпрыгнул, — Давайте сейчас! Всё равно заняться нечем, а для Ночи Сказок история слишком уж большая!        — Ага, все три недели как один чёрный день календаря, — фырканье с койки Корицы всецело было в поддержку фразе Динамита, — Лагеря — отстой.        — Так, ну всё, я рассказываю! — блондин подорвался и стащил с одной из кроватей покрывало, складывая его на стул и забираясь сверху. Мутант и Мопс в предвкушении переглянулись, а остальная стая старательно делала скучающий вид, но Искра так и чувствовал на себе заинтересованные взгляды, а потому раскочегарился ещё сильнее:        — Я буду рассказывать с самого начала! Если вдруг я что-то упустил, не стесняйтесь и вставляйте комментарии, но только не из разряда: «А я этого не помню». Так вот…