Дневник исследователя

Проникновение.

      Стемнело. В полумраке, в нескольких метрах от научного центра, я оглядывал высокую башню, возле которой плавно передвигались роботы. По объему они походили на шахтерских големов, а вот по виду на передвижной склад оружия. – Я надеюсь, это не работы Виктора? — спросил я, припоминая одного умного голема. – Нет, — ответила девочка, — но даже если бы так и было, роботы не были б умнее кофеварки. — Не слишком ли уверенный ответ для обычного ребенка? — Мой папа — журналист. Он выяснял про успех этого ученого, и выяснил, что тот голем сам себя улучшил, поэтому у Виктора не выходит повторить свой успех. — Поверю тебе на слово.       Ставлю ставку, что эта девочка непроста! Не думаю, что ее папаня и за мной следил даже в Демасии. Да и ее быстрое переменчивое настроение несвойственно даже самым шальным девкам! То она плачет, то готова меня зарыть на месте, то ее с легкостью можно прижать к стенке, то она вырубает всех с одного удара. И это я не преувеличиваю! Пока она меня вела сюда, нам попадались некоторые патрульные и те, кто нас замечал, тотчас отправлялись в мир грез! С такими навыками она бы и сама разобралась со всем. Но видимо есть причины, раз она всеми силами пытается затащить меня в это здание. Надеюсь, это не ловушка.       По дороге я узнал, что примерно за 3-5 дня, как и сказал мне старик в нашей игре, неизвестный какой-то пожилой псих из Зауна, начал отлавливать тех людей, что сейчас объявлены в розыск. Первым пошли ученые, — Хеймердингер и Джейс. Помните, я жаловался на то, что фанатики того мозгляка разбушевались? Правильно, в тот день похитили его кумира. Из-за этого они подняли шумиху. Сначала небольшую, а потом всё громче и громче. Тем временем, где-то в другой части города похитили Джейса, и уже его «преданные фанаты» устроили бунт. Кейтлин и Вай пошли на разборки и, чтобы убить двоих зайцев одним ударом, разделились. По отдельности их и переловили. После того, как блюстителей закона поймали, какой-то бешеный старик из Зауна быстро прибрал власть к своим рукам.       В принципе, понятно зачем похитили Джейса, Хеймердингера, Кейтлин и Вай, понимаю зачем им нужна Камилла, и совсем не понимаю зачем ему я и Орианна? Мне, конечно, лестно, что меня считают опасным и не недооценивают, как делают это некоторые, а потом сожалеют, но в городе я нахожусь не так часто и вообще почти не участвую в жизни Пилтовера. На счет Орианны ничего сказать не могу. Лично с ней не знаком, и что она такое даже предположить не могу. Знаю, что из-за болезни (могу ошибаться, — об этой истории я слышал очень давно) ее тело постепенно сменилось на металл. И в какой-то мере она имеет схожесть с Камиллой. Может из-за этого? Ну, допустим, это как причина вполне разумна, но я-то что?       Может он определяет тех, кто что-то сделал важное для города? Хорошо, допустим. Что Я сделал на благо Пилтовера?              Я принес парочку древних артефактов в музей? И что? Меня за это казнить?       Не думаю, что это стало причиной. Но тем не менее мое имя есть в этом списке. Чудны дела!       Теперь этот чудик прячется в академическом центре. Где именно, мне не известно, но ставлю ставку, что где-нибудь на самых верхних этажах. Почему я так уверен? Психология! Здесь дворцов нет, а вот высокие здания, с огромными ценными вещами, — есть.       Представьте, как это ласкает самолюбие, — все внизу, как муравьи, а ты гигант, который может творить с ними все, что пожелает. Интригует, не так ли? Ты — Бог, ты — закон, власть и есть весь мир!       Я как-то не бывал в академическом центре, поэтому не уверен, есть ли там подвалы, но какие-нибудь подсобки должны быть точно. В них, по логике, должны были бы спрятать… даже не знаю, как их назвать? Потенциальные цели? Давайте так. Конечно, их могли бы запихать и на какой-нибудь другой этаж. Здание большое и искать наши потенциальные цели будет крайне проблематично, это я еще не исключаю шанс того, что там может быть очень-очень много охраны. Но стоит сначала отыскать наши потенциальные цели, а потом вламываться к пожилому психу. Ведь я уверен, что они точно захотят отыграться. Но, если все-таки не выйдет, пойду освобождать город один. Я же герой. – На сколько эти жестянки умны? — спросил я девочку. – Не очень, — ответила та. — Но они реагируют на любое движение, появляющиеся перед ними. Они обходят преграды, стреляют во все, что движется, не зависимо — камень это или человек. Но в человека они стреляют в любого — стоящий, лежащий, идущий, — без разбору.       Эта девочка однозначно непростая! Ты глянь, как роботов этих изучила! Сейчас бы отправил ее саму разбираться! Нашла чьими руками свои делишки сделать! Какая хитрая!       Ладно, я уже согласился на этот цирк. Уже не убежишь. Может, она мне хоть заплатит, а?       Я взял маленький камушек и бросил его под ноги роботу. Камушек, за счет своего легкого веса, продолжал катиться. Голем тотчас, не жалея средств, стер в порошок маленький булыжник, и пошел дальше. Другие роботы на это никак не отреагировали. И даже остановились, чтобы подождать, когда их друг закончит свое дело. Металлические големы держат дистанцию друг от друга, и не нарушают ее, даже если кто-то из них резко прекращал движение.       Тогда я взял поломанный кирпич и кинул его, когда прошел один робот. Он был потяжелее и быстро прекратил движение. Следующий голем, который наткнулся на него, слегка сместил маршрут, чтобы обойти его.       Это было очень любопытно. – А ты хорош, — вдруг хищно улыбнулась девочка, рассматривая мой эксперимент. – А были сомнения? — усмехнулся я. — Да.       Вот маленькая стерва!       В данный момент у меня было два выбора: либо сломать рекламный щит и исказить их путь, либо спрятаться в коробку и пробраться мимо них, притворяясь неподвижным объектом, телепортироваться через стену. Конечно, я бы выбрал хитрый первый план, но у него есть огромный изъян: если я выберу не правильный момент, — роботы воспримут этот щит, как движущийся объект, и начнут его разрушать, — раз; два, — возникнет шум, на который могут сбежаться заунийцы. Поэтому я выберу не самый благородный вариант.       Я взял большую коробку и проделал в ней дырки для глаз, после чего одел ее и, присев, пополз, на свой страх и риск, к големам.        Дело в том, что я не учел одну вещь, — способность роботов определять тепло. Всё-таки, они стреляют в людей без промедления в любом его состоянии, а это значит, что они каким-то образом определяют живой организм от неживого. И эта мысль не давала мне покоя, но я оказался очень близко к этим шумным машинам, и тут проверяй свою догадку на практике, парень!       Жестянка ровным шагом подошла к моей коробке и задела своим коленом край картонки. Угол приподнялся, и вдруг робот начинает серию выстрелов. Я уже с жизнью успел попрощаться под испуганный вскрик девочки. Но шаги продолжились, а я оказался целым. Эта машина для убийств проделала дыру в краю, которой он зацепил, и, избавившись от проблемы, пошла дальше.       Какой вспыльчивый!       Я, пользуясь дополнительным обзором, который мне мистер металлический голем так мило предоставил, продолжил свое движение, останавливаясь и прижимаясь к противоположной стороне коробки, когда подходил следующий робот.       В конце концов я уперся в стену. Последний раз так прокрадывался я под носом неживых охранников в храме в джунглях. В роли стражей там были огроменные, магические, каменные големы. Я перемещался по комнате прыжками, синхронно с камнем, который я бросал, чтобы отвлечь их внимание. Они находили меня при помощи звука. Кидая камни, я вызывал у них диссонанс, правда, приходилось даже иногда задерживать дыхание, чтобы не выдать себя. Там еще некоторые плиты активировали ловушки, поэтому приходилось прыгать строго по помеченным плитам. Вот где мне пригодился опыты игры в классики с камушком.       Я дождался, когда мимо меня пройдет голем, и скинул с себя укрытие, подпрыгнул и рассек воздух. Вот я уже по ту сторону стены. Даже отсюда слышен нескончаемый ряд выстрелов.       Я оказался в большом округлом зале. Везде перевернутые столы, стулья, на некоторых следы от выстрелов, разорванные ткани, пожененная мебель. Посередине сидели заунийцы. Штук 10, не меньше! Половина спали, другая — бродила по коридорам, третья — играла в карты на дырявом столе, подпертым чьими-то отчетами. Я спрятался за хламом и начал двигаться вдоль стены, когда те начинали о чем-то говорить. Они обсуждали житейские дела и ни слова о потенциальных целях.        Мне бы найти план здания. Это не гробница и сердце мое вести меня никуда не хочет. По-моему, он уже и биться отказывается. Любое лишние движения и я труп.       Я подкрался ближе к бандитам и заметил, что скатертью для стола у них служил план эвакуации. Но мне было не видно. Тогда я обогнул их и попытался посмотреть с другой стороны, но тут тоже не разглядеть, да еще и меня отсюда виднее.       Нужно было как-то глянуть, хоть немного, в этот план и узнать в какой из этих коридоров мне бежать, чтобы потом не возвращаться и не бежать в другой. Дело деликатное, как вы понимаете. Здесь лучше знать наверняка. Если бы так приходилось трепетно относиться к каждому храму в мире, то даже лет за сто мы бы не набрали столько открытий и древностей, сколько сейчас имеем.       Вдруг я наткнулся на осколок зеркала, и меня посетила дивная идея. Я взял этот осколок, вытащил из сумки веревку, обмотал ее, подошел, как можно ближе к бандитам, перекинул зеркало через люстру, свисающую на их головами, и стал вглядываться в отражение. Приходилось опускать его ниже, чтобы разглядеть рисунок, но из-за того, что он шатался все было очень нечетким и непонятным.       Вдруг зеркало сверкнуло на свету. Я замер от страха. Один из бандитов уставился на осколок и как закричит: «Ах ты ж мошенник! Подглядывать вздумал?!» – Нет! Даже в мыслях не было! Это не мое! — начал оправдываться другой.       Но тот уже не слушал. Началась драка. Затем полная неразбериха. Кто-то оттягивал, кто-то мутузил другого, кто-то подбегал, получал по лицу и больше не вставал, а кто-то менял свое мнение из «мое дело сторона» на «получай по морде!»       Я забрал свою веревку и, пользуясь незапланированной потасовкой, стащил план, повалив все карты на землю.       Кто бы мог подумать, что все выльется в драку? Но не против. Главное я получил план здания и теперь у меня есть идеи, куда идти.