Позади

Барс всё же пришёл. В его руках действительно была еда, обычная, которую едят все: соевое обжаренное мясо, немного зелени, к тому же стакан с водой. Он хмыкнул, увидев лежащего Пса, уткнувшегося лбом в пол. — Ну, чего ж так убиваться-то? — Да действительно! Ты.. — Пёс хотел сказать что-то ещё, но вдруг приподнял голову и принюхался. Перед глазами всё поплыло и он почти вскочил, забыв о боли. Продержался на лапах он не так уж долго, поскольку всё же сел на стул и приподнял их повыше, чтобы лишний раз не тревожить. — Ты всё же принёс.. — немного удивлённо и сокрушённо произнёс Итан. Барс поставил тарелку и стакан на стол. — Сказал — сделал. Он ухмыльнулся и встал напротив, а Пёс с подозрением прищурился. — Отравлено? — Нет. — В чём подвох? — Нет подвоха. Пёс покосился на него и осторожно притянул тарелку к себе. Уже спустя секунду он забыл обо всём и стал жевать с огромной скоростью, на что живот отреагировал болью. Но эта боль даже была немного приятной — Пёс не ел несколько дней. В конце-концов, он смял всё за минуту и после ещё выпил воды. — Ну что? — Спасибо говорить не буду, потому что я уже достаточно унижен и моя честь осквернена. И это из-за тебя я так хотел есть и так изранил себя. Барс со вздохом закатил глаза, а потом присел на какую-то коробку. — С чего вдруг ты снизошёлся до подачки? — спросил Пёс, усаживаясь поудобнее. — Ты попросил — я сделал. — А если я попрошу тебя меня выпустить? Глаза Барса сверкнули, отчего Псу стало не по себе. — Что ж.. Тебе придётся ОЧЕНЬ хорошо меня попросить. Итан скривился и сел к нему спиной. — Мало того, что псих, так ещё и извращенец.. Когда он попытался снять ошейник, то вдруг заметил нависающую тень и обернулся. Увидев Барса перед собой, Пёс невольно поджал хвост и прижал уши к голове. — Ты его всё равно не снимешь. — Это почему это? Барс потянул руку к его шее, другой на всякий случай зажав пасть Пса. Он чем-то звякнул сзади. — За-мо-чек. И угадай, у кого ключ? Итан глухо зарычал, на что Барс стал цокотать. Его взгляд, голос и в целом поведение снова изменились, из-за чего Итан начал напрягаться и внутренне паниковать. Но Барс отпустил его пасть и отошёл назад к ящику. — Так что ж. Расскажешь мне, что это вчера было? — Я не знаю, — коротко ответил Пёс. Ему не хотелось сейчас упорствовать и брыкаться, пока Барс снова ведёт себя так. Вдруг что-то переклинит? — Как это? — Вот так. — Хм.. Барс сел на ящик и закинул ногу на ногу. — И что ты чувствуешь во время приступа? — По разному бывает. Чаще всего, это галлюцинации и что-то из прошлого. — Твой отец же священник, так? Итан вздрогнул, услышав это. — Откуда ты знаешь? — Я же говорил, что всё знаю о тебе. Только о болезни нет, потому что ты числишься как здоровый. Так вот.. Отец — священник, мать — учительница в школе при церкви. Отчего же у них вырос сын-киллер, а? Пёс опустил голову, задумавшись о чём-то. Он заметно поник и стал нервно тереть рукой об руку. Барс серьёзно понаблюдал за этим, а потом продолжил. — Я слышал, что много лет тому назад, дом твоей семьи сгорел. Расскажешь, как это было? Пёс занервничал сильнее и бегал глазами по подвалу, не зная, куда деть взгляд. — Замолчи. — А ещё, говорят, что там было несколько щенков. Сколько им было? По моему, самому старшему было одиннадцать.. — Умолкни! — Пёс зажал уши руками и затрясся, но Барс не прекратил говорить. — Он тогда был наказан и сидел в чулане. По данным, там находилось много свечей и икон.. — Пожалуйста, замолчи, пожалуйста.. —..Парень был сильно обижен и вспылил, перевернув несколько свечей. Так как дом был деревянный, он быстро воспламенился и сгорел. Все дети, что были в доме, сгорели заживо. Кроме одного. — Это не моя вина! — воскликнул Итан, сорвавшись. На его глазах проступили слёзы, дрожь охватила всё тело. — Я не виноват, что в тот вечер сорвался, я не виноват, что родители не отвели меня к доктору! Я не виноват, что они думали, будто молитвы исцелят меня! Я не виноват, что я такой! Барс внимательно слушал его, пока Итан продолжал кри чать. — Мои собственные родители не приняли меня обратно, поскольку считали, что это моя вина! Но я не виноват! Он закрыл лицо рукой, стараясь сдержать слёзы, а потом уже говорил тише и сквозь всхлипы. — Что мне ещё остаётся делать? Меня не принимают ни на одну работу из-за этого прошлого. Мне нужны таблетки. Успокоительные приглушают приступы, когда я чувствую, что скоро снова сорвусь. Как мне жить? Что мне делать, когда я еле свожу концы с концами? И.. Какого чёрта, Барс? Какого чёрта тебе нужно от меня? Ты знаешь, от кого мне поступил заказ на твоё убийство, ты знаешь то, как я действовал, знаешь моих соучастников и знаешь всё. Но ты упорно продолжаешь надо мной издеваться, вместо того, чтобы устранить. Я не знаю, что тебе ещё нужно от меня. Ты издеваешься надо мной, заставляешь сидеть на цепи, заставляешь меня унижаться ради тарелки с едой, постоянно угрожаешь мне. Так нравится унижать? Нравится видеть, как кто-то делает то, что ты хочешь? Нравится знать, что кто-то испытывает боль? Нравится это видеть? Приятно, да? Раз так...То получи новую порцию радости. Итан резко распахивает пасть, а затем с силой рвёт бинты на ещё не зажившей руке, а затем и мягкую кожу. Барс подрывается с места к Псу, хватает его за челюсти и не без усилий раскрывает пасть. Он выглядит действительно встревоженно, впервые за всё это время. Пёс шатается, его рука сильно кровоточит, а Барс старается прикрыть рану и в то же время окликает одного медведя, стоявшего наверху, кричит ему принести аптечку. Удивительно, как за несколько секунд Пёс успел разодрать руку так глубоко. — Что же ты сделал.. Барс вкалывает что-то Псу в шею и тот словно засыпает. На последних секундах перед сном он видит то, как Барс нервно смотрит ему в глаза и то, как медведь рядом говорит что-то, из-за чего Барс с рыком его прогоняет. Несмотря на всю глупость содеянного, почему-то сейчас Пёс чувствует себя довольно.