Не(приятное) соседство

Pale Waves - Television romance

      Ветер своевольничал, игриво гуляя в юношеских волосах. Чимин спешил домой, бережно прижимая к груди хрупкий свёрток.       Он совершил такое безумство, что и подумать страшно. Ему бы бежать от дома подальше, уносить ноги от любимого уюта и тепла. Его выходка могла обратиться как искренним счастьем, так и полной катастрофой.       Кончики пальцев покалывало то ли от весенней прохлады, то ли от липкого страха, поселившегося не только в вялых мыслях.       Солнечные лучики согревали лихорадочно раскрасневшиеся паковские щёчки, скользя успокаивающе в просветах меж зеленеющими листьями на деревьях и ароматными вишнёвыми цветами.       Маленькие камушки отскакивали от подошв новых кед, подаренных Юнги просто так. Они ударялись о грубую джинсу и мягкие бежевые носки.       Чимин замедляется, подходя к подъезду, и старается выровнять дыхание, прижимая свёрток поближе к груди. Джинсовая куртка сбилась от лёгкого бега, а цветастая футболка слегка намокла от выступившего пота.       - Может быть, он спит, как это бывает днём, когда он утомится, - бормочет Пак, поднимаясь по лестнице, он тяжело дышит спертым воздухом, - просто тогда скрыть будет гораздо проще, и я смогу уехать... Ну, например, к Тэхёну? Да, КимТэ точно меня приютит.       Чимин переминается с ноги на ногу, не спеша распахивать родную дверь. Он вздыхает три раза по знакомой методике психолога Юнги, а затем аккуратно проворачивает ключ.       Что ж, дело за малым, верно? Нужно просто толкнуть чёртову дверь.       Чимин ставит кейс со скрипкой на коврик у двери и вытирает потную ладошку. Он медленно проворачивает холодящий, несмотря на жару, металл ручки, приоткрывая дверь. Скрипач подхватывает любимый инструмент и осторожно заходит в квартиру, тихо прикрывая дверь. Он морщится, когда слышит характерный щелчок, но, прислушавшись, не обнаруживает каких-либо признаков активности. Всё не отворачиваясь от входной двери, Чимин разувается, забавно подпрыгивая на ноге и орудуя одной только рукой. Он аккуратно отодвигает кеды на положенное для них место, поправляя обувь Юнги.       Чимин медленно оборачивается, подхватывая с пола кейс.       Кажется, всё в порядке, пронесло...       - Ну здравствуй, Солнце, - вскинув бровь, здоровается Юнги, прислонившись плечом к дверному косяку.       ...или нет.       - Привет, Юнги-хён, - закусив губу, произносит Чимин, шкодливо выглядывая из-под отросшей чёлки.       Руки Юнги сложены на груди, тогда как ноги тоже скрещены. Чимин не видит в этом совершенно ничего для него хорошего.       Когда вообще последний раз Юнги спал днём? Собственно, когда вообще он спал последний раз?       - Судя по всему этому спектаклю и "Юнги-хёну" вместо привычного "Юнги-я", ты что-то натворил? - Юнги хмурится, осматривая Чимина не с раздражением, а с беспокойством и растерянностью, - выкладывай, - устало выдыхает он.       Чимину нужно собраться с мыслями.       Поэтому ничего лучше, чем потянуть время, в его светлую голову не пришло. Он медленно ставит кейс со скрипкой на трюмо. Снимает с плеча сумку, в которой лежат старательно записанные лекции.       Юнги, чья спина сейчас неестественно прямая, не прекращает внимательно следить за каждым движением своего парня, подозрительно прищурившись.       Свёрток начинает несдержанно двигаться.       Это, конечно, не ускользает от пристального взгляда Юнги.       - Чимин-а, а вот теперь я жажду услышать объяснения, почему то, что ты так трепетно прижимаешь к своей, без сомнения, замечательной во всех смыслах груди, шевелится? - Чимин дёргается.       Поскольку Юнги назвал его "Чимин-а" и похвалил фигуру, Мин не злится слишком сильно.       - В общем, тут такое дело, - начинает Пак, поглядывая на чужое лицо, в надежде уловить любую эмоцию, - у меня сегодня был благотворительный концерт, если ты помнишь, - кого он обманывает, надежда лишь на то, чтобы не увидеть ненависти.       Юнги не спешит расцеплять руки и кидаться на Чимина с объятиями, поскольку всё ещё ни черта не понимает.       - Если это щенок, которого ты так хотел завести, то запомни, - Чимин распахивает глаза, ожидая чужих слов, - гулять с ним будешь ты и, не дай Бог, он испортит что-нибудь в квартире, - бормочет Юнги и чуть горбится, прекращая напоминать натянутую струну.       Чимин не сдерживается и улыбается, обрадованный такой реакцией.       Юнги даже не удивился, а предупредил. Надо сказать впустую предупредил, потому что он обожает собак и всегда нянчится с Ентан-и вместо того, чтобы как следует развлечься со всеми. Сомнений нет, если бы это была собака, Юнги с радостью гулял бы с ней и сам.       Вот только это не собака.       Улыбка сползает с лица Чимина, и он выпаливает на одном дыхании.       - Яоформилопекунадребенком, - Чимин зажмуривается, не в силах смотреть на Юнги.       Мин порывисто вдыхает, от неожиданности даже опуская руки.       - Ты что?! - в удивлении шепчет он.       Чимин молчит, больше не в силах что-либо сказать. Ну всё, песенка спета, теперь его выгонят из этой квартиры поганой метлой. Юнги бросит его, это точно.       - Лебёнок - эфо я? - удивлённо раздаётся хриплый девчачий голосок из одеяла, - папа - Чи, а лебёнок - я?       Чимин глядит с обожанием на лохматую головку, выглянувшую из жаркого свёртка. Он кивает, судорожно вздыхая. Одна слеза не сдерживается, срывается с длинных ресниц и стекает по его щеке, капая на румяную девчоночью щёчку.       Он всё испортил. Надо было поговорить с Юнги. Это должно было быть взвешенным общим решением. Это не должно было быть его стихийным желанием. А что, если Юнги не готов? Что, если он не хочет детей вовсе? Что, если они не смогут содержать ребёнка?       Как же теперь быть? Он ведь не бросит эту очаровательную малышку. Но Юнги...       - Посему Чи пвачет? - девочка тоненько всхлипывает и сама начинает ронять горькие слёзки, - Чи кто-то обидев?       Чимин отчаянно прижимает к себе маленькое тельце, шепча что-то невероятно глупое. Он должен постараться, чтобы малышка ни в чём не нуждалась.       Девчушка исчезает из его пылких объятий, кочуя в крепкие и надёжные белоснежные руки Юнги.       - Чи просто эмоциональный очень, малышка, - хрипло проговаривает Юнги и цокает, щекоча длинными пальцами извивающегося ребёнка, - ну и как же зовут тебя, очаровательное чудо?       Девочка подозрительно щурится. Она цепкими пальчиками хватает чужой нос и, пока Юнги морщится, вертит лицо в разные стороны. Девчушка удовлетворённо кивает, деловито размазывая солёные капельки по пухлым щёчкам.       Чимин стоит, завороженно наблюдая за взаимодействием парня и малютки. Плечи его подрагивают от сдерживаемых рыданий. Нет, он не должен плакать.       - Я - Дж... - девчушка хмурит маленькие бровки, старательно выговаривая своё имя, - Джи-и-ию-ю, - растягивая буквы, всё же справляется она, - папа Чи сказав, что это значит "бовьшая мудлость" иви "бовьшая лешимость". А ты кто? - обвинительно тыкает малышка в кончик чужого носа.       Юнги аккуратно убирает чужие пальчики, так и норовящие зацепиться за что-нибудь ещё. Ребёнок не теряется и хватает слюнявыми ладошками ворот потрёпанной футболки Юнги. В его глазах сквозит светлая тоска и плещется тепло. Он наигранно хмурится в задумчивости.       - Если Чи - это папа, - задумчиво начинает он, - малышка Джию - дочка, а я люблю папу Чи... Значит я - отец, верно? - Юнги обнажает дёсны в мягкой улыбке, - меня зовут Юнги.       Чимин не меняется в лице. Он лишь медленно оседает на пол. Прямо на тёплое одеяло, в которое была завернута Джию.       - Знасит ты - отец Юн-и, а Чи - папа, да? - малышка склоняет головку к плечу, серьезно глядя в чужие глаза, - ты увелен? - спрашивает она, будто бы даже вкрадчиво.       Юнги кажется, что маленькая Джию понимает чуть больше, чем должна понимать в столь юном возрасте. Мурашки пробегаются вдоль выпирающего позвоночника парня. Он внимательно изучает чужие угольные глазки.       - Уверен, - совершенно серьёзно кивает он, закапываясь пальцами в смоляные пряди Джию, - полностью.       Он добавляет это для собственного спокойствия и с неприкрытым удовольствием наблюдает, как светлеет взгляд девочки, как разглаживается морщинка меж чужих нахмуренных бровок, как изгибаются в задорной улыбке пухлые персиковые губки.       - Папа Чи, теперь у меня есть ещё и отец! - радостно смеётся Джию, прижимаясь в объятиях к чужой груди.       Чимин не сдерживает счастливых слёз.

***

      - Ты должен был сказать мне или хотя бы обсудить со мной это, верно? - Юнги смотрит на Чимина из-под отросшей чёлки, его руки сложены на груди, - я бы хотел, чтобы ты вроде как считался со мной, а не ставил перед фактом, Чимин, - обманчиво спокойный тон вызывает мурашки по коже Пака.       Чимин ёжится ещё ниже опуская голову. Джию уже сладко сопела в кровати Мина, тогда как её опекуны сидели на диване, обсуждая сложившуюся ситуацию.       - Я-я... Не хотел, чтобы так-к... - начинает Чимин.       Юнги глубоко вздыхает, толкая язык за щеку. Он переводит взгляд на шкаф, прожигая в нём дыру.       - А как ты хотел, Чимин? Выглядит так, будто ты решил, что можешь принимать такое ответственное решение в одиночку, даже не поинтересовавшись моим жалким мнением, - Юнги сцепляет руки в плотный замок, ему не хочется говорить всё это, - если ты и дальше хочешь принимать решения в одиночку, то...       Чимин вздрагивает, словно от удара. Он вскидывает голову, покрасневшими глазами вглядываясь в чужие радужки.       - Н-нет, я... - он прерывисто вздыхает, - Юнги, я не... Я виноват, так сильно виноват, - Чимин сдирает кожу с заусенцев, ожесточенно мучает свои пальцы, - прости меня, я так виноват, только не уходи, не бросай меня... - он бормочет еле слышно, хмурясь от подступающего кома в горле и горьких слёз, - не уходи, ладно?... - Чимин не будет плакать.       Юнги смотрит на Чимина и больше не может молчать. Он цепляет костлявыми пальцами чужой подбородок, вскидывая чужую голову, внимательно смотрит в чужое лицо, ловя растерянный взгляд.       - Я не собираюсь уходить, дурачок, - выдыхает он.       Юнги хватает Чимина за футболку и прижимает к себе крепко.       - Ты не уйдешь от меня? - бубнит Чимин в чужое плечо.       Он несдержанно всхлипывает, пытаясь подавить в себе плач.       - Не уйду, - шепчет Мин в чужие волосы, ласково оглаживая спину, - только давай ты будешь советоваться со мной, хорошо?...       Пальцы ласково пробегаются по выпирающим позвонкам вздрагивающего Пака. Юнги целует рыжие волосы, ласково покачивая парня в своих объятиях.       - Прости, - бормочет Пак, - конечно, я буду разговаривать с тобой, - Чимин трётся покрасневшим носом о грубоватую ткань, - я обслюнявил тебе футболку, - проговаривает Чимин, чуть отстраняясь от Юнги.       Мин тихо смеётся, бросая язвительное "постираешь". Но не обращает на футболку никакого внимания. Он трепетно прочесывает огненную шевелюру, любуясь играющим в прядках лучиком, пробирающимся сквозь шторы.       Юнги притягивает к себе Чимина, прижимаясь губами в мягком поцелуе. Солоноватый вкус не мешает наслаждаться чужими губами. Юнги прикрывает глаза, сжимая ладонями чужие щёчки чуть сильнее. Чимин игриво оттягивает нижнюю губу, слегка прикусывая, и Юнги не сдержанно мычит в поцелуй...

***

      - Детка, чем ты занята? - Юнги просовывает голову в дверной проем, наблюдая за сосредоточенной малышкой.       Джию прикусила маленький язычок от большого усердия, высунув его кончик наружу. Юнги думает, что это у неё от Тэхёна.       Хотя эти двое ещё даже не знакомы.       - Я лисую, не мешай, - бурчит девчушка, тряся волосиками, собранными в хвостик, - и не смотли, тут подалок для тебя и папы Чи.       Юнги наигранно цокает. Но всё не сдерживается и тепло улыбается дочери.       - Малышка, папочка приготовил поесть, если ты можешь, то удели нам великодушно пятнадцать минуток, - ухмыляется Мин, - я приготовил твои любимые оладьи. И папа Чи грозился съесть все черничное варенье, сегодня у него тренировка и выступление с Лалисой.       Джию откладывает карандашики. Она хмурится в задумчивости и буравит взглядом стену.       - Вадно, - тяжело вздыхает она, - вови меня, - кричит она и бежит в предусмотрительно распахнутые объятия Юнги.       Старший подхватывает визжащую от восторга малышку и перехватывает подмышки.       - Выпрямляй лапки, детка, сейчас будем изображать самолётик, - улыбается дёснами Юнги.       Он издаёт громогласное "тр-р" и мчится с ценной ношей на кухню, где Чимин прячет в кружке чаю улыбку, полную распирающей его любви.