Исчезни.

Вот еще один порез, который проходится чуть сильнее прошлых и юное тело, камнем падает на пол. Сынмин сдался слишком быстро, даже не попробовав забыть, да как тут такое забудешь? Легче поступить так и покинуть этот мир, это будет самым лучшим его решением. Неужели он поступил правильно? Или нет? Джисон вышел из комнаты своего друга, прекрасно понимая его состояние. Сейчас он пройдет все этапы: отрицание, гнев, принятие. Главное, чтобы это все прошло безболезненно для него, и не совершил глупых ошибок. Омега решил, что позвонить Минхо и рассказать, что случилось, будет правильным решением. Альфа умный, сможет что-нибудь придумать, да подсказать. Сейчас он сидит на кухне, которая наполнена ароматом молочного шоколада, который его успокаивает и вынуждает мозг расслабиться. Тишину прерывают гудки, исходящие из телефона парня, старший долго не берет трубку, и Джисон уже решил сбросить вызов, как в последний момент, Минхо отвечает на звонок. — Джисон, что случилось? Ты поговорил с ним? — по звукам можно было понять, что альфа где-то на улице. — Да, поговорил. Отреагировал слишком сильно, боюсь, что придется вытаскивать его из депрессии. Ким сам по себе слишком эмоционален, а этот случай, так вообще выбил его из колеи. Я очень переживаю за него, просто раньше такого не случалось, и я даже не знаю, как помочь ему. — у омеги глаза на мокром месте, он так устал и ему хочется простого отдыха, чтобы никто его не трогал, чтобы все было, как раньше. Но, кажется, такого не произойдет, ничего уже не вернется, все изменится, только в какую сторону, никому не известно. — Чувствую себя хуевым другом, раз помочь не могу. — Успокойся, никакой ты не хуевый друг, тут бы никто не выдержал. Главное, что ты сейчас с ним и все хорошо. — альфа пытается взбодрить омегу, чтобы тот хоть немного успокоился и перестал плакать. Голос Джисона дрожит и слышны редкие всхлипы. — Сейчас мы должны быть опорой для Сынмина, ему и так тяжело, а если и мы опустим руки, то он сломается. Давай будем сильными ради него? — Угу. — Хан улыбается от слов альф, он правда смог успокоить его. И заставил поверить в свои силы, он лучший друг Кима, а значит, сможет тому помочь и вернуться ы прежнее русло. — Спасибо тебе, Минхо-хен. — Не называй меня так, чувствую себя стариком каким-то. — по ту строну слышится звонкий смех, от которого становится тепло на душе. Так хорошо разговаривать с этим человеком, одним своим голосом может успокоить бушующее сердце. — Кстати, может, я зайду? Вместе… — дальше Джисон не слышит. Он не слышит голос альфы, так как отодвинул телефон от уха, начиная прислушиваться к звукам в доме. Если честно, то у омеги плохое предчувствие, сердце пытается вырваться из грудной клетки, отвлекая сильным сердцебиением. В доме стоит глухая тишина, которая так давит на Хана, слишком тихо в доме. Тишина такая страшная, можно сказать, мертвая. Будто здесь и не живут двое омег, которые заполняли эту квартиру смехом и вкусными ароматами. Минхо что-то кричит в телефон, пытаясь привлечь внимание хозяина. — Прости, хен. Просто.просто, боже, я даже не знаю как описать тебе. В доме такая тишина, она медленно убивает меня, знаешь, будто кроме меня здесь никого нет, но я прекрасно понимаю, что Сынмин спит в соседней комнате и … Грохот. Почему этот звук не предвещает ничего хорошего? Почему он исходит из комнаты Сынмина?! Такое ощущение, что что-то тяжелое упало на пол, например, тело. Джисон даже думать об этом не хочет, он просто надеется, что Ким решил порисовать и случайно уронил небольшой стеллаж с живописью, как раньше. Джисон тихими шагами идет в сторону комнаты друга, боясь спугнуть, только кого? Он стоит возле закрытой двери, надеясь увидеть ту картину, которую видел, когда уходил. Омега максимально аккуратно открывает дверь, заходя в комнату, в ней темно. Вечер уже на улице, а фонари на улице не освещают ее так сильно, насколько хотелось. Пугающая тишина. Он провел взглядом по комнате, натыкаясь на пятно возле стеллажа, от которого прошли мурашки по телу, в голове вырисовываются не самые приятные картинки. Джисон трясущейся рукой пытается найти выключатель, а когда находит, быстро включает свет. Свет загорается, освещая окровавленное тело, лежащее на полу, возле проклятого стеллажа. Сынмин лежал на полу, а из его рук текла алая кровь, марая все вокруг. Джисона настиг ужас и паника. Он падает на пол, пытаясь понять, что это реальность, а не страшный кошмар, но только он не может проснуться, а Сынмин все также не двигается. — Приезжай скорее. - очень странно, но альфа все еще был на связи. Только после слов омеги, сразу отключается, чтобы вызвать такси и приехать к нему. Он не знает, что там случилось, но кажется что-то плохое, раз омега даже не объяснил. Джисон подполз к телу, пытаясь привести того в чувства, только ничего не получается, Сынмин не приходит в чувства. Хан был уверен, что тот еще живой, грудь еле поднималась, давая понять, что омега еще дышит и пока не ушел на тот свет. Значит, есть небольшой шанс на спасение. Через некоторое время в квартиру вбегает Минхо, пытаясь нормально отдышаться. Он идет на свет, который исходил из комнаты Кима, когда он заходит в помещение, видит Джисона, который сидел возле тела Сынмина, все руки омеги были в крови, а он как сумасшедший тряс тело. Альфа быстро вызвал скорую помощь, отодвигая Хана от Кима. — Как это произошло? — спрашивает Ли, смотря в окно, дожидаясь помощь. — Я не знаю. Скорая приехала через несколько минут, сразу забирая Сынмина. Врачи не позволили друзьям поехать с ними, говоря, что у парня слишком мало шансов на жизнь и лучше бы и им пока не видеть, что там произойдет. Пара осталась в квартире одни, а между ними давящая тишина, которая убивает.  — Я не смог.- тихо сказал Джисон, не намереваясь продолжать речь. Все прекрасно поняли о чем он, и лучше бы не говорить дальше, чтобы не вызвать ссору. Парни сидят на кухне, пытаясь успокоится, сейчас у Сынмина начнется операция по спасению его жизни, если он умрет, то Минхо сядет за убийство одного альфы, который испортил всем жизнь. Ни один, не хочет нарушать тишину, каждый погружен в свои мысли, прокручивая в голове последние события. Все было бы хорошо, если Сынмин тогда не пошел в университет, сейчас спокойно пил бы чай, смеясь с друзьями, а вместо этого лежит на операционном столе с порезанными руками. — А ты где был? — Джисон решил нарушить эту тишину, его еще тогда волновало, где находился альфа. Он повернул голову, чтобы рассмотреть Ли, но только сейчас увидел небольшой синяк на скуле и побитые костяшки. — Что произошло?! — Хах, тебя сейчас это волнует? — Ли ухмыльнулся. — Ничего серьезного, просто наведался к Хенджину в гости, чтобы поговорить. Меня взбесили его слова, вот я и полез в драку. Пропустил несколько ударов, но ему тоже немало досталось. Представь, у этого гандона, после течки Сынмина начался гон, сидит воет, и ебет каждого прохожего, когда пришел к нему, от него омега выходила, господи, такой ужасный запах у него был. — альфа замолчал. — Хван спросил, как поживает эта шлюха, и хорошо ли ему со мной в постели. Этот дебил думал, что я встречаюсь с Кимом. — Джисон даже отвечать не хочет, он прекрасно понимает, что альфа не договаривает, и скрывает половину истории, почему от этого становится так не приятно на душе. Омега знает, что альфе нравится Сынмин, вот поэтому он и волнуется за него, и защищает его честь перед его истинным, который должен этим заниматься, но вместо этого чуть не отправил на тот свет. Минхо вспоминает тот тяжелый разговор, на самом деле, Хенджин раскаялся, ведь перешел границу, он думал, что Минхо встречается с Сынмином и разозлился от этих мыслей. Ненависть ненавистью, но насиловать это, правда, не входило его в планы, теперь стало в два раза хуже. Драка началась из-за того, что Минхо выплеснул все свое мнение на Хвана, сказал, что тот не достоин его, что альфа полнейшая мразь, и не в праве дышать рядом с омегой, кто же знал, что Хенджин именно так отреагирует на эти слова: « Просто. Правда глаза режет». Его мысли прервал звонок от незнакомого номера, альфа понял, что звонят из больницы. Голос в трубке сказал, что операция прошла успешно, и надо бы прийти и заполнить документы. Минхо был в шоке, что операция так быстро закончилась, но на самом деле они просидели так четыре часа, даже не обращая внимания на время. Джисон тихо спал, уткнувшись лицом в изгиб локтей. Даже будить не хочется, может съездить в больницу без него? Хотя он о Сынмине ничего не знает. — Хей, Джисон, вставай. — сонное лицо выглянуло из своего укрытия, в недопонимании смотрит на альфу, и пытается понять, что вообще от него хотят. Но сразу просыпается, когда Минхо говорит про больницу, он подскакивает и бежит в комнату, чтобы найти документы Сынмина. Раз альфа такой спокойный, значит с омегой все хорошо, и Ким будет жить. Парни направились в больницу, где их встретил врач, который оперировал Сынмина, он сразу забрал Минхо с собой, чтобы выписать, какие лекарства омеге нужны. А также, рассказать о состоянии пациента и выслушать историю, что случилось с ним. Джисон остался на входе с медсестрой, чтобы заполнить всякие документы, и расписаться, что он доверяет друга врачам. Только ему не дает покоя это счет за операцию. Придется попотеть, чтобы все оплатить. Минхо стоит с врачом возле палаты, где лежит Сынмин. — Он сейчас в тяжёлом состоянии. Большая потеря крови, сильный шок, мы наложили швы, но от болевого шока впал в лёгкую кому. — поясняет доктор ситуацию, он услышал рассказ альфы, и у него есть предложение насчет этой ситуации, вот только нужно согласие самого омеги, который не может сказать и слова. — А эта кома навредит ему? — в этот момент подошел Джисон. — Кома легкая, она не должна навредить им, омега должен проснуться через два или три дня. — врач кивает своим словам, подтверждая их. — Простите, им? — альфа думает, что врач просто оговорился. — Ваш друг, Ким Сынмин, находится на первой недели беременности.