Тайные желания

      Я боялась, что Яна осталась около школы дожидаться, выйдет ли её лучшая подруга или нет. Враньё Владимира Николаевича тут же разоблачилось бы. Но как следующий, так и каждый день после того, как я переспала с мужчиной, который ей нравится, от неё не было ничего подозрительного. Ай да молодец у нас физрук! Она всё также смеялась со мной над всякими глупостями и обсуждала, как бы ей обратить внимание Владимира Николаевича. Всё старается, но только он и я знаем, что это напрасно. Но не сказать же такое ей – быстро догадается. Поэтому я, как последняя шлюха, веду себя обычно и даже похвасталась, что чуть не сдохла в тот самый раз, но сдала все нормативы на четыре. Что мне так хотелось домой, в горячую ванну и спать, что я даже переодеваться не стала и пошла так. Хорошо, что захватила тогда заранее вещи из общего гардероба, чтобы типа сразу слинять. Всё прошло на удивление чисто.       Может я и шлюха. Какое у меня оправдание ни было бы, общество не поймёт меня. В особенности строгие родители. Но, пока всё в секрете, я спокойно и без угрызения совести живу. Вот выберусь из своего города и перееду в более крупный, да хоть в тот же самый Питер. И буду делать там то, что захочу, без всяких тайн. Узнают родители – класть хотела, я уже буду самостоятельной и взрослой. Не узнают – тому же лучше, не в первый раз вру им.       Я ничего не могу поделать со своим телом. Мне хочется заниматься сексом не со сверстниками, как многие мои подруги. Меня тянет на взрослых, а красивая внешность и соблазнительность помогают обращать внимание таких на себя. Молодость полна безумств, и я ныряю в них с головой.

***

      Я чудом не забеременела. На успешное окончание четверти Владимир Николаевич подарил мне хорошие противозачаточные, которые мне вскоре пригодились. На каникулах я, как и обещала, пришла к Анатолию Сергеевичу. Он выебал меня прямо на пороге, стоило только мне зайти и снять с себя куртку. Вся моя одежда оказалась на полу. Я с поднятой ногой стояла, прислонившись спиной к стене, а мужчина, согнув для удобства колени и держа меня за бёдра, насаживал меня на свой длинный половой орган и вместе со мной стонал. Как же сильно он скучал по моему телу, изголодался по сексу с маленькой ученицей. Потом, не донеся меня до кровати, положил на ковёр и продолжил двигаться во мне, сильно, с горячим желанием протиснуться ещё глубже. Он снова кончил в меня, завершая половой акт самыми грубыми толчками.       Когда мы закончили и немного полежали прямо на полу, Анатолий Сергеевич вдруг сказал:       - Представь себе: тебя хочет Геннадий Родионович.       - В смысле? – удивилась я таким словам от учителя.       - Вот так. Мы давно в этой школе преподаём: уже успели сильно сдружиться. Он сказал нам обоим, мне и Владимиру. Жена его больше не возбуждает – ворчит постоянно, и всю красоту давно потеряла. А секса хочется, не важно, какой возраст.       - А сколько ему?       - Важен возраст? – улыбнулся учитель. – Пятьдесят семь.       - Воу, - усмехнулась я, но моя заинтересованность не угасла.       - Так вот… Что думаешь насчёт группового секса? Будем только мы, трое учителей по физкультуре.       Я ради хоть какой-то смущённости помедлила:       - Не знаю даже… Что, все согласны?       - Да, только ждём от тебя ответ.       Повисла пауза, которую вскоре нарушил Анатолий Сергеевич:       - Геннадий Родионович слышал, как ты и Владимир трахались в женской раздевалке. Видимо, вы дождались, пока все уйдут, но забыли проверить, есть ли ещё один учитель поблизости.       - Вы, наверное, огорчены, что я не только с Вами занималась этим.       - Если честно, то да, но за меня это говорит эгоизм. Ты сама решаешь, как тебе жить и с кем спать. Да и, узнав, что ты не полностью моя, я всё равно хочу трахаться только с тобой. Ты самая красивая и милая девушка в постели, которая когда-либо у меня была.       Я польщённо улыбнулась.       - А ещё Геннадий Родионович рассказал нам, как ты когда-то в октябре, когда он зашёл в раздевалку, стояла перед ним в одних трусиках и совершенно не стеснялась. Вот поэтому он уверен, что ты согласишься переспать с ним. Ты со всеми мужчинами так себя ведёшь?       - Нет, только с вами троими. Вы возбуждаете меня больше, чем другие мужчины и парни.       - Охотно верю. Думаю, раз такое дело, то тебе понравится групповой секс. Нам с Владимиром любопытно посмотреть, как люди с такой колоссальной разницей в возрасте, как у тебя с нашим старшим коллегой, занимаются сексом, поэтому мы согласились уговорить тебя сделать с ним это только с условием, что будет групповуха. В свою квартиру я кроме тебя и родителей не пускаю никого, и у моих коллег никак – жёны. Мы займёмся этим в школе, в кабинете Владимира Николаевича, когда будет удачный день. Чтобы не раскрыть нашу общую тайну, я привезу тебя во внутренний двор, где нас точно не увидят, а Геннадий Родионович и Владимир закроют все двери на ключ. Согласна?       Я сглотнула от волнения, но не захотела больше ждать ни минуты с ответом.       - Ага.

***

      Каникулы закончились. Снова уроки, снова веселье с одноклассницами и Яной. Никто из девочек, включая Яну, которые воздыхают по кому-нибудь из наших учителей по физкультуре, никогда не узнают, кого именно все трое хотят так сильно, что даже больше не обращают внимания ни на одну из них. Получилось отхватить всех троих, и я даже в жизни никогда бы не подумала, что у меня будет групповой секс с тремя мужчинами, которые один другого старше! Я с приятным страхом жду того самого дня, когда они позовут меня в кабинет.       Яна и сейчас пытается привлечь внимание Владимира Николаевича. Дошло даже до того, что она, будто бы случайно, задрала перед ним спортивный топ на секунду, оголив для его глаз грудь. Сделала она это так ловко, что никто, кроме учителя, это не заметил. Ну, и меня тоже. Тот состроил невинный взгляд и улыбнулся ей, а потом, когда ученица отвернулась, его маска спáла, и он бросил в спину моей подруге недоумевающий, раздражённый взгляд. Не подпускает её к себе, но и не отвергает, чтобы Яна не задалбливала его и меня своей ревностью. После того случая перед зимними каникулами понятно, что от неё могут быть серьёзные проблемы. Но, к счастью, она скоро уедет из города, чтобы доучиваться далеко, в своём родном маленьком городке.       Ох, как Яна не хочет уезжать. Она пожаловалась мне после школы, что через неделю больше никогда не увидит Владимира Николаевича. У них так ничего и не было, иначе подруга не была бы такой кислой и прожужжала б мне все уши. Я, не руководствуясь особой серьёзностью, предложила безумную идею: соблазнить её возлюбленного на секс. Перед тем, как её родители забрали документы из этой школы, она так и сделала! Шокировало, что она решилась. Но это была самая худшая попытка привлечь к себе внимание. Я не думала, что она вот реально соберётся и предложит Владимиру Николаевичу такое напрямую. По её разочарованным словам я поняла, что он отчитал её, как родной батя.       - Ты с такими советами вряд ли добьёшься внимания взрослых мужчин, - раздражённо сказала мне Яна.       - Похоже на то.

***

      Яна уехала, что дало повод расслабиться всем: мне и физрукам. День групповухи приближается, и в один из дней Владимир Николаевич после последнего урока позвал меня в свой кабинет. Но не для секса. Учитель предупредил, что все мы соберёмся здесь через четыре дня, когда у меня будет только три урока, как раз после которых у физруков тоже начинается свободное время. Поэтому мне заранее надо позаботиться насчёт приёма противозачаточных.       - Волнуешься? – поинтересовался он.       - А Вы разве нет?       Он игриво взглянул мне в глаза и тихо сказал:       - Поскорее хочется заняться с тобой этим. Каждый раз, когда на тебя смотрю, вспоминаю нас в дýше и боюсь, что прямо перед твоим классом у меня возникнет жёсткий стояк.       Я мило посмеялась и, сказав, что мне надо готовиться к экзаменам, попрощалась.

***

      Четыре дня прошли незаметно. Я прошла половину пути к своему дому и свернула, встав недалеко от парка. Вскоре Анатолий Сергеевич приехал и забрал меня оттуда. Всё время, пока мы ехали на задний двор школы, я между разговором поглядывала на его пах – член слегка набух. Желая потрогать его, я протянула руку, но учитель остановил меня.       - Не советую это делать, я же за рулём. Мне тоже хочется этого, малышка, но надо немного подождать.       Машина ловко заехала на нужное место, скрывшись от посторонних глаз. Нас встретили Владимир Николаевич и Геннадий Родионович. Ещё несколько минут, и все двери оказались закрыты, в том числе и кабинет, в котором мы все находимся. Окно завешено плотной шторой, с большого стола убраны все вещи, а сам он выдвинут на середину комнаты. Вряд ли удобно, но посмотрим, что из этого выйдет. Мужчины помогли мне раздеться до нижнего белья. Даже носки сняли и расплели длинные светлые волосы. Снять последние элементы одежды предложили Геннадию Родионовичу.       Впервые за все три раза, когда у меня был секс, я стесняюсь. Волнение покалывает все части моего маленького тела, но мне не хочется уходить. У самого старшего учителя лицо усыпано сильными морщинами, на голове не осталось ни единого тёмного волоска. Старик ниже, чем два других физрука, но не ниже меня. Он подошёл ко мне спереди, приобняв, чтобы расстегнуть лифчик, который послушно поддался ему. Морщинистые руки провели по плечам, смахивая бретельки, и один элемент свалился на холодный пол. Он присел на одно колено, нежно стягивая с меня влажные трусики. Господи, как же страшно! Намного проще, пока остаёшься наедине с одним мужчиной, но когда их трое… Сердце желает выпрыгнуть наружу. Хотя Геннадий Родионович и выглядит старо, он поднял меня на руки и усадил на край стола. Под шуршание сзади он сжал мою грудь обеими руками.       - Не волнуйся, тебе всё понравится. И я уже несколько месяцев назад подметил, что твоя грудь – настоящая гордость для девушки. Алёночка, ты прекрасна, как ангел.       - Спасибо, - трепещущим голосом проговорила я.       Он отошёл, и рядом со мной оказался Анатолий Сергеевич с голым верхом и только с приспущенными штанами. Член сильно набух и устремился прямо на меня, и я задрожала от этого вида. Он укладывает меня за плечи на твёрдую поверхность, посвистывая носом.       - Расслабься, чтобы не было больно, - посоветовал Анатолий Сергеевич.       Он раздвинул мои ножки и поднял их в согнутом положении. Один раз провёл всей длиной члена по гладким половым губам и быстро вставил свой жаждущий прелестного тела орган внутрь. Из моего рта вырвался томный тихий стон. Мужчины позади нас смотрят за всем происходящим с возбуждением во взгляде, блуждая глазами по моему телу. Анатолий Сергеевич взял меня под бёдра и притянул к себе, не вынимая свой половой орган, и начал сильно, но не грубо, насаживать юное соблазнительное тело на себя. Стол в такт с нами качается и скрипит. Я ахаю от удовольствия, смотря на крепкие мышцы, глаза, закатывающиеся от одурманивающих ощущений. Мужчина наслаждается процессом, суёт член так глубоко, что при каждом толчке бьёт матку, а та отзывается несильным дискомфортом. Мои милые постанывания перекрывают звук глубокого дыхания трахающего меня учителя.       - Она ещё более охеренная, когда её ебут, - прокомментировал Геннадий Родионович ждущему своей очереди коллеге.       - И очень нежная, - подтвердил тот.       - Толь, давай сильнее, - нетерпеливо попросил старик.       Анатолий Сергеевич сжал мои бёдра, совершая теперь более грубые движения. Мои стоны стали громче, чему довольно улыбнулся Геннадий Родионович. Руки непроизвольно метнулись ко рту, перекрыв грудь. Матка жутко болит, и нельзя передохнуть – учитель очень быстро двигается во мне.       - Мужики, подержите ей руки, - прорычал он.       Геннадий Родионович обошёл стол и прижал их за запястья одной рукой к столу. Второй рукой, склонившись, нежно ощупывает большую, яростно прыгающую грудь, массажирует сосочки, на что моё тело отзывается более мощным возбуждением и самыми сладкими стонами.       Владимир Николаевич уже не в силах сдерживать себя. Он встаёт около моего лица, спускает полностью низ, оставаясь только в одной футболке. Прежде, чем он начнёт дрочить, я широко открываю рот, чтобы физрук мог сразу вставить туда толстый член. Язык облизывает гладкий, неприятно пахнущий половой орган преподавателя, и в это время я забиваю на запах и умудряюсь вдобавок сосать. Владимир Николаевич шумно выдыхает, стонет. Чтобы ему было ещё приятней, высвобождаю одну руку из хватки старика и начинаю дрочить ту часть, которую не могу взять ртом.       - Бляха! Как же ты хороша, сладкая! – на одном дыхании промолвил мой физрук сверху.       Геннадий Родионович тоже не смог просто смотреть. Он отпустил мою руку, и я схватилась ею за край стола. Представляю, как же сексуально я сейчас выгляжу, раз меня так желают настолько офигенные мужчины! Я выпускаю изо рта член моего учителя по физре, дрочу ему и смотрю, как старик снимает с себя всю одежду.       - А Геннадий Родионович-то у нас молодцом! - усмехнулся Владимир Николаевич.       Я даже и не догадывалась все эти месяцы, когда видела этого седого мужчину, что под слоями ткани он скрывает классный пресс. Как и я, оставаясь без единой одежды, он встал рядом. Его член меньше, чем у остальных, но мне плевать на это. Я тянусь к нему и нежно облизываю головку.       - Только бы не кончить раньше времени! – отозвался он, на что двое его коллег посмеялись.       - Толя, ты скоро? – спросил Владимир Николаевич и ахнул, когда я снова начала сосать его огромное достоинство.       - Почти.       Самый молодой из присутствующих здесь учителей за всё долгое время нахождения в моей вагине сильно вспотел и избил изнывающую от боли матку. Я стону, чуть ли не кричу от этого, однако ещё и потому, что мне безумно хорошо! Всё же групповой секс с очень взрослыми мужчинами в сто раз лучше обычного. Громкие звуки моего милого голоса приглушаются, когда я сосу то у Владимира Николаевича, то у Геннадия Родионовича. Они оба ласкают мою вздымающуюся грудь, прогибающуюся спину, нежный плоский животик и хрупкие плечи. Я перестаю сосать, если мне надо хоть немножко отдышаться, но это выходит не особо-то и удачно: дыхание перепирает от болезненных грубых толчков Анатолия Сергеевича. Измазанный смазкой рот не закрывается уже очень долго, ловит воздух, который тут же выходит вместе с тоненьким стоном. Анатолий Сергеевич вскрикнул басом, немного напугав меня, и, как только его член врезался уже в какой раз в матку, он остановился. Я, лежа над двумя другими членами, замерла и наблюдаю, как глубоко дышит преподаватель, будто задыхается.       - Почти двадцать минут! – офигел Владимир Николаевич, взглянув на часы. - Жёстко ты жаришь.       Анатолий Сергеевич устало улыбнулся во все белоснежные зубы, ещё немного подвигался во мне и высунул половой орган. Он подошёл к моей голове, наклонив член ко рту.       - Слижи остатки.       Под взглядами всех физруков часть достоинства Анатолия Сергеевича скрылась у меня во рту. Я жадно облизываю его со всех сторон, посасываю, наблюдая, как Владимир Николаевич подошёл к другому краю, взял оба моих запястья и прижал их к столу прямо под висящими в воздухе ногами. Быстрая смена мужчин с той стороны мне сразу полюбилась – что-то в ней есть. Не убирая сперму коллеги, он без промедлений сунул во всю длину ещё более крупный член в вагину. По глазам видно, как долго этого хотел, как долго ждал этого самого момента!       - Как же в тебе горячо! – обратился ко мне он.       Анатолий Сергеевич отпрянул, натянул джинсы, не застёгивая, сел в кресло, чтобы отдохнуть и продолжить смотреть на излюбленное им голое девичье тело, взял свою футболку и вытер пот со лба. Владимир Николаевич томным взглядом рассматривает меня и ритмично двигается. Тело подрыгивает, начинает затекать от несменяемости позы и твёрдого стола, но я не хочу останавливать эти приятные моменты. Член учителя ощущается так, словно меня насаживают на большую, длинную деталь из металла. Мои стоны стали уставшими, запыхавшимися, но не менее возбуждающими.       - Сука, - ахнув, выругался учитель под влиянием близящегося экстаза.       Как и он, я просто тащусь от невероятного кайфа, который приносит нам секс друг с другом. Яна жутко позавидовала бы мне сейчас, если бы увидела, как штырит нас обоих: меня от ощущения в себе огромного члена, доставляющего незабываемое удовлетворение, и её взрослого объекта обожания, который долбится в узкую вагину и охает так же громко, как стону я.       Меня затрясло от обжигающего оргазма. Я широко открыла рот и прерывисто ловлю воздух, как рыбка, нежась на столе. Геннадий Родионович воспользовался моментом и вставил член, перекрыв мне возможность глубоко дышать. Я чуть не задохнулась от его попыток проникнуть в моё горло, недовольно промычала, но не смогла поднять руки, которые с силой вжал в поверхность стола стонущий Владимир Николаевич.       - Геннадий Родионович, поаккуратней, - вступился за меня Анатолий Сергеевич. – Алёна столько не сможет взять – рвотный рефлекс.       - Ой-ой, - смутился тот и высунул из меня половой орган.       Я заметила, что его пенис немного упал. Надо спасать ситуацию. Я, продолжая подпрыгивать, невинно посмотрела в глаза старику, прикусила кончик губы и сладко простонала от толчков Владимира Николаевича.       - Не останавливайтесь, пожалуйста, - томным тихим голоском сказала я.       Это мощно подействовало как на Геннадия Родионовича, так и на моего физрука, который значительно ускорился. Старик просунул в мой открытый рот член, получая удовольствие оттого, как я сосу, аккуратно покусываю его.       - Геннадий, отойдите, - чуть ли не ором попросил Владимир Николаевич.       Тот без единого желания отходить от меня всё же сделал это. Любимый Янин учитель, кончая, совершил несколько грубых толчков во мне и, дрожа всем телом, быстро высунул пенис и подбежал к моему рту. Я так же поспешно взяла его, и мне прямо в горло выстрелило. Руки вцепились в футболку мужчины, а он обхватил мою голову, чтобы я не отстранилась. Физрук громко мычит от столь охрененного конца, совершает последние движения. Мне окончательно снесло башню от ощущения, как из вагины вытекает сперма двух зрелых мужчин. Я старательно собрала языком всю сперму с головки и выпустила член. Подняв утомлённые глаза на педагога, я проглотила содержимое во рту, облизнула губы и скромно улыбнулась ему.       - Так бы и трахнул тебя снова, - последовала на это бурная реакция Владимира Николаевича, на что я хихикнула.       - Ну что ж, давайте-ка, Геннадий Родионович! – торжественно прикрикнул Анатолий Сергеевич и вальяжно расселся.       Старик начал переживать. Он встал прямо около моей головы и от смущения почесал затылок.       - Да ла-адно Вам, все ж свои! – подбодрил его Владимир Николаевич.       Не думала, что, как дело дойдёт до секса, Геннадий Родионович будет так волноваться. В его взгляде я раньше читала большую ярость и желание. И, хотя сейчас их нет в его глазах, но вот дрожащий стояк говорит за него. Чтобы не заставлять его обходить стол, я развернулась на сто восемьдесят градусов, сев на самый край рядом со старым учителем.       - О-о-о, - восторженно отреагировали шумным басом наблюдающие за нами физруки.       Мой нежный взгляд столкнулся с удивлёнными глазами старика. Я обхватила ногами его таз и медленно, еле касаясь, провела пальцами по его кубикам пресса вниз, прошла ими по заросшему седыми волосами лобку и по всей длине члена, в конце начав дрочить потерявшему от меня голову физруку. Он глубоко выдохнул, взглянул вниз и взял инициативу на себя. Геннадий Родионович убрал мою руку и проник в меня. Я издала лёгкий, тоненький стон, после которого учитель обхватил меня за плечи и поясницу. И принялся трахать в изнывающую вагину. Краем глаза замечаю, как из-за пылкого интереса не отрывают взгляд от происходящего широко сидящий Анатолий Сергеевич и облокотившийся об стену Владимир Николаевич. Мои руки слабо упёрлись в грудь занимающегося сейчас со мной сексом преподавателя. Меня приятно взволновало осознание, что, когда я только родилась, ему на тот момент уже было примерно сорок лет. Я очень юная для Геннадия Родионовича по мнению общества, которое назвало бы его педофилом. Но оно не узнает о нашем сексе никогда – никто не расскажет. Из моего горла вылетают измученные стоны. Боясь, что после больших членов двух других физруков, недавно меня отымевших, вагина сильно расширена, так что я сжала ею двигающийся во мне пенис.       - Да, так намного лучше, - одобрил учитель.       Очень сложно держать себя так в напряжении беспрестанно, но я стараюсь изо всех сил. Геннадий Родионович толкается в меня с большой скоростью. Я целую его в старую шею и мило стону под самым ухом, так же глубоко дыша, как и он. Пот слегка проступил на моём теле. Старик ещё ускорился, издавая охрипшие звуки, а потом, замедлив темп, опустил голову на моё плечо.       - А вот и финал! – снова с ликованием прокомментировал Анатолий Сергеевич.       Физрук обхватил мою попу и ещё пару раз так глубоко, как может, проник в меня. По моему телу пробежала дрожь вместе с выдохом. Как только Геннадий Родионович отпустил меня и вытащил из вагины пенис, я устало легла на стол. Наконец-то есть возможность отдышаться.       - Дай ей облизать член, - сказал Владимир Николаевич, проигнорировав моё состояние.       Тот конечно же подошёл ближе к моей голове. Дед так вошёл во вкус, что намотал мои волосы на кулак и дёрнул к себе. Я ахнула от боли, но пустила в рот его половой орган. Он не со зла так делает, а потому, что я ему очень нравлюсь в плане ублажения его скрытых желаний. Препод сам оттрахал меня в рот, снова сунув больше, чем надо. Но мой испуг всё же напрасен – рвотный рефлекс выразился не сильно, отчего член Геннадия Родионовича полностью скрылся. В горло опять выстрелила запоздавшая струйка спермы, и учитель всё же отпустил меня, направившись к коллегам.       - Красава! Это смотрелось лучше, чем любое порно! – похвалил рукопожатием старшего приятеля Владимир Николаевич, а Анатолий Сергеевич подошёл ко мне и взглянул на половые губы.       - Ого, столько спермы! Как ты себя чувствуешь?       - Лучше некуда, - улыбнулась я, закрыв глаза от желания поспать.       - Если хочешь, можем поехать ко мне. Поспишь перед тем, как вернуться домой.       - И окажешься снова в крепких руках Анатолия, - намекнул на возможный секс Владимир Николаевич, надевая одежду обратно.       - Нет. Я вижу, как она устала.       - Ну, как знаешь.

***

      Проснувшись после крепкого сна, я блаженно и неподвижно лежу полностью голая на кровати учителя. Как только мы с Анатолием Сергеевичем приехали к нему, я помылась и поела вместе с ним. А теперь, довольная его заботой и сегодняшним групповым сексом, которое навсегда останется в моей памяти, я проснулась с улыбкой. Время ещё позволяет нам немного полежать, а потом надо будет возвращаться домой. Я приподняла обхватившую меня руку и повернулась лицом к тоже нагому Анатолию Сергеевичу. Он пока спит. Его светлые длинные волосы на подушке разлохматились. На улице темнеет, но я вижу, какие красивые черты у его лица. Настолько красивые, что мне хочется его поцеловать, и я не противлюсь своему желанию. Мои губы прильнули к нежным губам физрука, открывшего в этот миг глаза. Тот быстро среагировал: обнял меня, перевернул на спину, склонившись и касаясь таким образом пышной груди. Мы страстно целуемся, и наши языки в этом задействованы. Мужчина покусывает мою нижнюю губу, что мне безумно нравится с первых секунд. В груди ёкает. Я точно влюбилась в Анатолия Сергеевича. Хочется о многом с ним поговорить, заниматься сексом каждую минуту и быть постоянно рядом. Учитель первым перестал целоваться, прерывисто дыша, и сказал:       - Я чертовски сильно в тебя влюблён.       Улыбка расплылась на моём лице. Перед глазами проскочили наши общие моменты: как он в холодную погоду пригласил меня в тёплый салон машины, как ждал, пока я не зайду в свой подъезд перед тем, как уехать, как он с грустью признался, что ему не всё равно то, что я не полностью его. Как он заботился обо мне, когда это было необходимо, не крича о великой любви, что и зацепило меня. Я подняла на него радостные глаза и облизала губы, прикусив нижнюю перед тем, как ответить:       - Думаю, я тоже.       Мы снова слились в шикарном французском поцелуе. Его член повторно за сегодня встал. Раз у нас ещё есть время, то ничего не мешает вновь насладиться друг другом, но уже наедине. Я приподняла ноги, взяла пенис возлюбленного и вставила в мокрую вагину.       - Ненасытная моя, - улыбнулся Анатолий Сергеевич.       Он сильнее наклонил к моему туловищу ноги, накрыл их бицепсами. Держась на локтях, зрелый мужчина трахает меня, ещё не достигшую совершеннолетия девочку. Родителям точно не понравится, если мы начнём встречаться. А уверена, ещё как начнём. И, даже если мы не поженимся, я найду такого же сильного красавца, с которым у нас будет большая разница в возрасте. Но, думаю, у меня и Анатолия Сергеевича всё получится.