Шерил платит

Одно из преимуществ денег заключаются в том, что они дают возможность не жить с последствиями наших ошибок.

***

      Следующие два дня Шерил усиленно делала вид, что не замечает существования Джага. Блоссом покинула помещение извечной гордой походкой, но тут же перешла на бег, едва её шаги перестали быть слышны Джагхеду. В этом не было никакого смысла: парень был поглощен своими странными ощущениями. Но Шерил привыкла притворяться, привыкла к своей жестокой маске самопровозглашенного совершенства. Королевы не бегают по школьным коридорам, пытаясь спастись от непонятных, но захватывающих дух чувств — это удел девочек вроде Бетти Купер или Этель Маггс По пути ей попались Эндрюс и Лодж. Шерил не сомневалась — жизнь намеренно строит ей козни; хуже и быть не могло. Судя по всему, до её появления парочка ссорилась: глаза брюнетки метали молнии, а Арчи напряженно сжимал челюсти. Завидев Шерил, он приветливо улыбнулся, и рыжеволосая заметила, что Вероника одарила его яростным взглядом. Блоссом кокетливо улыбнулась в ответ и собиралась гордо прошествовать мимо: сучка Лодж не должна заметить, как она подавлена после поражения. Однако новоиспеченная капитанша опередила её: она резко развернулась и пошла по коридору, а её темные волосы болтались во все стороны — верный признак того, что Вероника в бешенстве. Это немного подняло Шерил настроение: как бы то ни было, рыжий сердцеед теперь в её власти как минимум на полчаса. В голову вновь полезли непрошенные мысли о руках Джагхеда Джонса, которые оказались очень уютными и успокаивающими… Она тут же тряхнула огненными волосами, решительно отгоняя ненужные воспоминания. Это было ошибкой, минутной слабостью, и больше Шерил подобного не допустит! Не зря же она носит чёртову фамилию Блоссом. Арчи, который провожал Веронику взглядом, развернулся к ней и неловко потеребил волосы. Этот жест до боли напомнил Шерил о брате: Джейсон делал также, когда его заставали врасплох. Эндрюс вообще был поразительно похож на её близнеца; может, поэтому он ей и нравился? Нравился ли?  — Как я понимаю, крошка Лодж поведала увлекательную историю о своей грандиозной победе, — рыжая насмешливо скривила губы. Парень обреченно вздохнул: после взбучки с Вероникой касаться этой темы не хотелось вообще, но пока ты рядом с Шерил Блоссом, можно смело забыть слово «выбор». — Ронни просто рассказала о баттле, — немного растерянно ответил Арчи, — Почему вы друг друга терпеть не можете? — Арчикинс, — ласково пропела Шерил, будто разговаривая с непонятливым ребёнком, — Мы обе не любим проигрывать, а такие люди не выносят соседства с себе подобными. Рыжий с удивлением взглянул на Шерил: он не ожидал от неё подобного философского мотива. Та в свою очередь, как ни в чем не бывало, ухватилась за его локоть и потянула за собой. — Не хочешь прогуляться, Арчикинс? — невинно спросила она, хлопая длинными ресницами.       Эндрюс немного помедлил, но все же откликнулся. Они покинули школу и отправились до Торнхилла — было решено, что Арчи проводит Шерил домой. Пара шла и непринужденно болтала: Арчи отметил, что наедине королева школы вовсе не заносчивая и лицемерная (каковой её окрестили Вероника с Бетти), а очень даже милая и приятная в общении. Блоссом подшучивала над всем, иногда даже добродушно, и Арчи искренне смеялся, чувствуя себя комфортно рядом с этой странной девушкой. Шерил рассмеялась в очередной раз, но внезапно умолкла. На красивом лице застыла гримаса легкой растерянности, но тут же опять сменилась смехом — гораздо более громким и гораздо менее искренним. Арчи проследил за её взглядом. Обернувшиеся Джаг и Бетти удивленно воззрились на странную пару. Что Арчи забыл рядом с Блоссом?! Купер убрала руки с плеч своего парня и сложила их на груди, хмуро и в упор смотря на рыжеволосого сердцееда. Внутри Шерил развернулась непонятная буря: судя по виду парочки, та увлеченно целовалась до их появления. После близости с Джонсом в танцевальном зале час назад, Шерил успела забыть, что он в отношениях с «идеальной милашкой Бетс». Ей, очевидно, не понравились руки Купер на его плечах, руки Джонса на талии блондинки, и слегка довольный после поцелуев вид пары. Не понимая, что творит, рыжеволосая наследница кленового бизнеса развернулась на каблуках и прильнула к Эндрюсу — тот едва успел подхватить её и неосознанно прижать к себе. Краем глаза она успела заметить ошарашенный взгляд Бетти и недовольный — Джагхеда. — Шерил, ты чего? — удивленно пролепетал Арчи, — Будь аккуратнее. — Ну что ты, Арчикинс — она кокетливо встряхнула волосами и постучала острыми ноготками по его плечу, — Когда ты рядом, мне ничего не страшно. Арчи удивился, но по его лицу расползлось довольство её словами. Он помахал Джагу, который, не отрываясь, следил за ними цепким взором. Ему что-то говорила Бетти, но саутсайдский принц не обращал внимания, к немалому оскорблению блондинки. Глаза прикованы к идеальной фигуре Блоссом, и — до скрежета зуб раздражающим — рукам Арчи, обхватившим осиную талию рыжей. -…она привязалась к Арчи, и это не доведет его до добра… — наконец донесся до него голос девушки. — Почему, Бетс? — слегка очнувшись, заинтересовался Джаг. — Как мило, что ты наконец удосужился мне ответить, — с ноткой язвительности откликнулась та, — Сам подумай: что может быть хорошего в Шерил? Если эта стерва влюбилась в Арчи, то мы его потеряем! К тому же, он нравится Ронни. Да ты и сам посмотри, как они щебечутся в последнее время! — Купер закончила свою речь и уставилась на Джага, мол «только попробуй возразить». У парня, однако, было своё мнение на этот счет. Во-первых, он и сам не хотел сближения лучшего друга с главной стервой школы (он потом объяснит себе — почему), а во-вторых, после произошедшего танцевального баттла он неосознанно поменял своё отношение к Шерил. Шерил была девушкой, про которых говорят: «корона голову сдавила». По каким-то причинам она считала себя лучше остальных, не гнушалась презирать слабых, вовсю демонстрировала своё превосходство. Да, Блоссом была талантлива и, как это часто водится с талантливыми людьми — талантлива во всем. Яркая внешность без проблем помогала ей завоевывать премию «Мисс Ривердейл» три года подряд, врожденная пластичность сделала из неё требовательного капитана «Лисичек», острый ум способствовал отличной учебе. Да что там говорить, в прошлом году она выиграла конкурс пейзажных рисунков! Джаг мог поклясться, что Шерил знает как минимум три языка и с легкостью станцует балет. Ею можно было от души восхищаться, но невыносимая гордость портила впечатление. А сегодня он увидел иную сторону девушки. На те несколько минут, что парень прижимал к себе хрупкое тело и вдыхал сладкий аромат волос, в его голове будто что-то сломалось — какая-то давно устоявшаяся и привычная система. Система, название которой «Шерил Блоссом — настоящая стерва, ей нельзя доверять». Ей бывает больно, и она может чувствовать себя слабой, нуждающейся в помощи. Когда он увидел Бетс… родную Бетс, чей хвостик привычно болтался из стороны в сторону, а сумка с бумагами так и норовила вывалиться из рук, его охватило странное ощущение. Стоило девушке прильнуть к нему, обнимая за шею, Джонс едва не задал ей до сумасшествия глупый вопрос: «Почему твои волосы такие светлые и пахнут травой?» Он едва сдержался и искренне возненавидел себя за подобные мысли. Бетти — это то, о чем он мечтал долгое время, лучшего просить и нельзя. Бетти любит его, даже такого — изгоя класса, никому не нужного и живущего в трейлере. А он любит её. Но кулаки сжались сами собой, едва он заметил объятия Арчи и Шерил. Арчи не должен так обхватывать королеву школы, и не потому что она чертова королева, а потому что он сам делал тоже самое час назад. Это бесило.  — Бетс, пойдем в школу? — слегка раздраженно сказал Джонс. Настроение внезапно испортилось, и Купер не улучшала его тем, что без конца комментировала поведение стоявшей неподалеку парочки. К счастью, Бетти уловила перемену в его состоянии. По каким-то неясным причинам, ей не захотелось разбираться в следственных связях (а с детективным складом ума девушки, это было бы отнюдь не удивительно) и она не стала докапываться до парня: внутреннее чутье подсказало ей, что лучше ни о чем сейчас не спрашивать. — Хорошо, — кивнула блондинка, с трудом отрывая взгляд от удаляющихся Арчи и Шерил, — Мне как раз нужно подготовить газету, поможешь мне с фотографиями? — Конечно, — быстро ответил Джаг и пошел вперед. Пару секунд Бетти смотрела на его затылок, но тут же стряхнула наваждение. Однако, в голове не переставала крутиться мысль: «Что же он такое увидел, раз его настроение упало ниже некуда?».

***

Когда Шерил увидела фигуру отца рядом с огромными, величественными воротами Торнхилла, которые ограждали не менее огромную и величественную территорию старинного поместья, то резко остановилась. Ей очень не хотелось, чтобы Блоссом-старший заметил её с Арчи. К сожалению, в этой жизни далеко не всегда все следует нашим желаниям, какими бы необходимыми они не казались; Клиффорд увидел дочь и решительно направился к ним. Арчи неловко переминался с ноги на ногу и всем своим видом кричал о том, что не прочь сейчас оказаться за сто километров от этого места.  — Шерил, дорогая. Как неожиданно и радостно, что ты привела к нам гостя, — Клиффорд растянул губы в холодной улыбке, скорее выражающей презрение, чем радость. — Арчи проводил меня до дома, отец, — отчетливо ответила Шерил, высокомерно приподняв подбородок. — Арчи? Что ж, приятно познакомиться, мистер… — Эндрюс, — поспешил помочь парень, и аккуратно пожал протянутую руку Блоссома. Тот оценивающе оглядел своего оппонента, и Шерил могла поставить все свои бриллианты на то, что он вспоминает доходы отца Арчи. Не найдя ничего достойного в материальном состоянии мистера Фреда Эндрюса, Клиффорд поджал тонкие, невыразительные губы и манерно сказал: — Ваш возраст, конечно, диктует свое, но нашей семье прекрасно известны правила хорошего тона. Жаль, что Шерил решила их нарушить. Шерил вспыхнула не хуже тысячи бенгальских огней: отец что, решил опозорить её поведение?! — Мы с Арчи не сделали ничего дурного, — подбоченилась она, — Мы друзья. И стрельнула в бедного Эндрюса таким взглядом, после которого тому оставалось только растерянно кивнуть. — Друзья? — усмехнулся Клиффорд, — Что ж, раз моя драгоценная дочь заявляет о столь трепетных отношениях, то я бы хотел пригласить мистера Эндрюса на бал в нашем поместье. Это традиционное мероприятие, которое проводится в семье для наследника кленового бизнеса. В данном случае, — он показал рукой на Шерил, — для нашей дочери, единственной из ныне живущих наследницы. «Единственной из ныне живущих» — резануло по сердцу Шерил не хуже раскаленного добела ножа. — Я… э-э, спасибо за приглашение, сэр, — Арчи потрепал рукой шевелюру и явно не знал, куда себя деть. — Вы можете пригласить до трех человек. Конечно, если это будут люди из нормальных семей, а я надеюсь на вашу сообразительность, мистер Эндрюс. Хорошего дня. Блоссом развернулся и отправился обратно в замок, оставив шокированную пару наедине. — Какого черта? — выдохнул Арчи и повернулся к новоиспеченной королеве бала. Та в растерянности поправила рубиновое кольцо на изящном пальце. — Ты ведь придешь, Арчикинс? — умоляюще спросила Шерил. Арчи Эндрюсу не так уж и часто приходилось слышать умоляющие нотки в голосе Блоссом, и он зло выдохнул, понимая, что не может ей отказать. — Только из-за тебя и нашей дружбы, — проворчал он и был награжден сокрушительными объятиями рыжеволосой. Но она тут же отпрянула, вспомнив, что они стоят в непосредственной близости от Торнхилла, а статус Шерил не позволял ей кидаться на парней. — Спасибо, — очаровательно улыбнулась она, и парень, махнув рукой, отправился обратно. Позже Шерил вспомнила, что забыла спросить, кого Эндрюс собрался приглашать. Впрочем, она уже знала ответ.

***

— И как тебе вкус мести? Вероника перевела взгляд на Бетти и пожала плечами. В руках брюнетка держала свежий выпуск новостей школы Ривердейла, а на его обложке красовалось фото Шерил и её самой. ШЕРИЛ БЛОССОМ БОЛЬШЕ НЕ КАПИТАН «РЕЧНЫХ ЛИСИЦ» — гласила заметная надпись. Подростковые компании, которые находились во всех углах школы, без конца обсуждали эти сплетни. Надо же, уязвили саму Шерил! Самую богатую и высокомерную сучку города, самопровозглашенную королеву Ривердейла. Впрочем, стоило точеной фигуре в красном показаться на горизонте, голоса смолкали, а газеты пропадали с глаз. Мус Мейсон попробовал спросить у Шерил, как ей живется среди простых смертных, но получил равнодушный взгляд, полный презрения. Здоровяк Лось стушевался и больше ничего не говорил в присутствии рыжей. Вероника Лодж и Бетти Купер коротали время в комнате отдыха, сидя на диванчиках и ожидая появления Арчи. Джагхед сегодня хранил угрюмое молчание и вскоре был оставлен девушками в покое; поведение Джонса легким уколом беспокоило Веронику: по мнению мисс Лодж, парень в шапке вел себя более чем странно. Джаг никогда не отличался жизнелюбием и оптимизмом, но чутье брюнетки подсказывало ей, что вся эта ситуация с Шерил для него что-то значит. — Наконец-то, вот и он, — сказала Элизабет и подвинулась, освобождая место на диване рядом с собой. Запыхавшийся Эндрюс со всего маху плюхнулся на сиденье и слегка сдавил двух девушек. Те в отместку ударили его кулачками в плечо, и Джаг, впервые за все время пребывания в комнате, улыбнулся. — У меня новость, — слегка мрачно выдохнул рыжий. Все трое настороженно переглянулись; примерно с таким видом Арчи всегда сообщал о том, что очень сильно мечтал бы скрыть. Друзья всем своим видом продемонстрировали крайнее внимание, и парень сказал: — Черт, я забыл кое о чем, и только сейчас вспомнил («Неудивительно» — едко прокомментировала Ронни). Меня пригласили на бал и позволили взять с собой трех человек. Несложно догадаться, что я зову вас. — Какие балы в двадцать первом веке? — скептически приподнял бровь Джаг. — Ну-у… эта семейка, а в особенности их дом, отличаются старомодностью. Пару секунд подростки рассматривали друг друга в немой догадке. Бетти резко произнесла: — Только не говори, что… — Торнхилл, — обреченно кивнул Эндрюс. Джаг и Бетти одинаково застонали. Одна Вероника, которая еще не совсем освоилась в Ривердейле, непонимающе спросила: — Торнхилл? Что это? — Змеиное логово, — пробормотал Джаг и вдруг резко поднял голову, — Родовое поместье семейного клана Блоссомов.

***

      Стойкости Шерил в этот день мог позавидовать любой. Куда бы она не пошла, везде её преследовали шепотки и хихиканье. Она даже не стала разворачивать выпуск новостей, услужливо подброшенный кем-то за обедом неподалеку от её места — не нужно много мозгов, дабы понять, что там. Существовал только один человек, которому она могла изложить свои мысли без боязни потери репутации. Джозефина Маккой плюхнулась на противоположное сиденье обеденного столика и начала без прелюдий: — Шерил, какого хрена ты отдала роль капитана?! — Отдала? — усмехнулась рыжеволосая, — Там так написано? Джози подперла щеку тоненькой рукой и закатила глаза — Шерил неисправима. — Значит, ты все-таки боролась? Все, что написано в газете — ложь? — спросила «кошечка», откладывая себе суточную норму салата и ни калорией больше. Блоссом следила за действиями подруги и внезапно поняла, что не хочет обсуждать случившееся. Она просто пообещала себе, что Вероника Лодж еще получит свое. Но чтобы не обидеть Джози, она нехотя ответила: — Я не читала мерзкую газетёнку Купер, — и тут же поймала удивленный взгляд огромных черных глаз, — Но смею предположить, что там переврали некоторые существенные факты. Я верну свое звание, милая подруга, можешь не сомневаться. Несколько секунд Маккой рассматривала самодовольное лицо Шерил и вздохнула. Ждать от неё подробного рассказа с эмоциональными прикрасами было бы верхом глупости, и девушка это понимала. Она отодвинула от себя тарелку и встала. — Ты практически ничего не съела, — негодующе воскликнула Блоссом. Обед Джози действительно оказался почти нетронутым. — Много дел, — отмахнулась та, — Увидимся на сегодняшнем балу, да, Шерил? Блоссом обреченно кивнула; она уже успела забыть про это дурацкое мероприятие. Она проводила взглядом худенькую фигурку подруги и мысленно пожалела её: бедняга действительно постоянно носилась со своей группой и у них оставалось мало времени на душевные беседы.

Спустя три часа

      Начало бала планировалось на шесть часов вечера, и родители уже успели холодно напомнить Шерил её обязанности: встречать гостей подобно хостес в ресторане и, конечно, произносить торжественную речь на публике. Ах, да, а еще вести себя подобно ангелу! К сожалению, Блоссомам-старшим не повезло: их дочь никогда не была ангелом. Свой образ Шерил продумала еще вчера и не замедлила привести себя в надлежащий вид. Она не собиралась сегодня никому уступать — случая с газетой уже хватило. Через полчаса Шерил довольно усмехалась своему отражению в зеркале. Шелковистое голубое платье с глубоким декольте и завязочками на спине мягко обволакивало подтянутую фигуру мисс Блоссом, а на шее красовалось красивейшее украшение из бриллиантов. Волосы уложены на одну сторону, губы, как всегда, подчеркнуты красной помадой. Она выглядела великолепно. — Это моя вечеринка.

***

      Компания из четырех человек приближалась к уже упомянутым старинным воротам. Розовое пятно, по совместительству платье мисс Элизабет Купер, выделялось в темнеющих сумерках. — Я не верю, что мы это делаем! — воскликнул самый высокий из компании. — Тебе-то уж точно не на что жаловаться, малыш Арчи, — раздался насмешливый женский голос, — Сам папочка Блоссом пригласил тебя посетить этот цирк, да и Шерил от тебя без ума… — Что ты несешь, Вероника?! — грубо оборвал её Арчибальд, — Мы уже это обсуждали. Да и вообще, тебя никто не заставлял сюда идти. На самом деле, парень слукавил: Лодж пришла в настоящее бешенство, услышав признание рыжего. За последние несколько часов то и дело вспыхивали ссоры между этими двумя, и Джаг с Бетти безумно устали их успокаивать. Джаг понимал, что присутствие Вероники на мероприятии приведет в гнев Шерил, но и идти без неё означало дать раскол их дружбе. Брюнетка уже успела окрестить Арчи «предателем» и «прихвостнем Блоссомов», за что её отругала даже Бетти. Спустя три часа было решено, что они идут все вместе; Джагхед, который искренне ненавидел подобные собрания, на которых присутствовала толпа людей, всеми способами пытался отказаться и потерпел поражение. Он уступил Бетс, поддался на уговоры Арчи и теперь мечтал провалиться сквозь землю, когда они подошли к дому-замку. И почему-то, подобно червячку, в голове ползала мысль о том, что этот бал посвящен Шерил и сейчас он её увидит. Он как-нибудь потом объяснит себе, почему это так взволновывает. Напыщенный старик возле входа шаблонно проворчал: — Ваши приглашения, будьте добры. Арчи слегка растерялся. — Меня пригласил хозяин дома, Клиффорд… мистер Блоссом, — пробормотал он. Вероника высокомерно вздернула подбородок. Старик не менее высокомерно смерил их недовольным взглядом, особенно задержавшись на Джагхеде (его заставили надеть костюм, но снимать шапку он отказался наотрез), однако достал списки. — Ваше имя — Арчибальд Эндрюс? — лениво поинтересовался швейцар. — Все верно. — Вам разрешено привести с собой трех человек. Удивительная дозволенность в этом доме, — прокомментировал он и неприятно обнажил желтые зубы, — Хорошего вечера. — Вам того же, — в унисон сказали девушки, но едва отошли на достаточное расстояние, Вероника сказала: — Мерзкий старикашка. — И не поспоришь, — проворчал Джаг. За его локоть держалась Бетти, на которой было надето милое розовое платье, и оглядывалась по сторонам. — Такое ощущение, что мы пришли в вампирский замок, — сказала она. Все взгляды устремились на них, стоило четверке переступить порог. Джаг заметил много надменных лиц, глаза на которых были обращены на него и с почти ностальгическим отчаянием вспомнил свой трейлер. Желание свалить стало непреодолимым. Люди стали шептаться, а некоторые даже показывали пальцами; «И это аристократический слой общества?!» — гневно подумал парень. На него еще никогда не пялилось столько людей одновременно. Вероника держалась потрясающе — очевидно, она уже не единожды посещала подобные мероприятия. Её черное приталенное платье комбинировало с серебряными украшениями и красиво смотрелось на загорелой коже и стройной фигуре. Под руку с ней стоял Арчи, нелепо оглядывался по сторонам и немного забавно смотрелся в черно-красном фраке. Джагхед оглядел большой зал и увидел немало знакомых лиц: Кевин Келлер разговаривал с Лосем, Джози Маккой скучающе рассматривала свой маникюр, неподалеку находились «Кошечки» и еще несколько учеников. В общем, как сделал вывод Джаг, дети знатных родителей. Только его занесло сюда случайным ветром… Он в очередной раз пожалел, что поддался на уговоры друзей, как заметил приближающуюся фигуру в голубом платье. Его сердце пропустило как минимум два удара — Шерил выглядела не просто шикарно. Джаг потерял дар речи. Друзья тоже уставились на подошедшую королеву бала. Саутсайдский принц не мог не заметить оценивающие нотки во взгляде Арчи. — Арчикинс, — сладко мурлыкнула Шерил, — Я рада, что ты пришел. На остальных она будто бы не обратила внимание и это позволило Джагхеду рассмотреть её. Платье голубого оттенка было так непривычно видеть на ней, чей коронный цвет — красный. Шерил-бомбочка, сладкая вишня на торте любой вечеринки, девочка с королевскими повадками, в данный момент заставила Джага забыть обо всем на свете. Тонкие лямки открывали взору острые ключицы и худенькие плечи. Лиф прикрывал роскошную грудь, но давал достаточно обзора для того, чтобы парень успел сглотнуть ком в горле; струящаяся ткань спускалась к её ногам, нежно обволакивая бедра. Серебряное украшение, похожее на ошейник, восхитительно гармонировало с пухлыми алыми губами. Джаг понял, что безумно хочет прикоснуться к острой ключице или обхватить тонкое запястье — он уже делал это в кафе несколько дней назад, но хотелось снова. Хотелось провести пальцами по лебединой шее, запустить руку в роскошные локоны или на стройное бедро. И только когда мисс Блоссом перевела на него взгляд, он осознал, что безбожно таращился на неё по меньшей мере минуту. Он испуганно отвел глаза, поняв, что прослушал весь разговор. Вот же идиот! Глаза Вероники метали молнии; Арчи с Шерил удалялись куда-то в сторону Блоссомов-старших, а Бетти схватила его за руку и куда-то потащила. — Что случилось? — спросил он, когда девушка остановилась возле стойки с пуншем. — Ничего, — преувеличенно бодро воскликнула Купер и схватила бокал, — Это же не я таращусь на сиськи Блоссом! Джагхед опешил и для надежности ущипнул себя за кожу на запястье. Нет, это точно не сон. — Никуда я не таращусь, — нелепо промямлил он, — Тебе показалось, я просто рассматривал Шерил. — Получал эстетическое удовольствие от созерцания её прелестей, — язвительно добавила она и зло выдохнула, — Мне ты даже ничего не сказал, хотя я наводила красоту три часа. — Ты… ты выглядишь прекрасно, Бетс, — с зарождающимся раздражением бросил Джагхед, — Как всегда. Ты всерьез ревнуешь меня к Шерил? Бетти застыла, поняв, что это действительно звучит бредово: Джаг и Шерил? Да никогда. — Как всегда… — глухо повторила она, — Ладно, я, наверное погорячилась. Я пойду, найду Ронни… И, не глядя на Джага, она со стуком поставила коктейль, из которого почти не отпила. Джагхед с тяжелым сердцем проводил её глазами. Бетти дошла до подруги, и он заметил широкую улыбку на её лице — широкую и совсем не искреннюю. Вероника настороженно разглядывала блондинку, а потом послала Джонсу долгий и хмурый взгляд; затем девушки растворились в толпе. Этот вечер определенно принесет еще немало сюрпризов. — Джонс? Ты что тут вообще забыл? Парень резко повернулся и увидел футболистов во главе с Реджи Мантлом. Что ж, удача точно не была его спутницей на сегодняшнем вечере. — Могу задать тебе тот же вопрос, — огрызнулся Джагхед. На острых скулах Реджи заходили желваки, и Джонс осекся — все-таки не стоит провоцировать драку с таким вспыльчивым болваном, как Мантл. Футболисты захрустели костяшками. — Еще слово, бездомный, и Купер увидит твою морду разве что на фотографии. Собственная мамаша не узнает, — Реджи поправил манжеты на рукавах (в классическом костюме он смотрелся подобно секьюрити), зло зыркнул и отчалил в другую сторону. Джаг прикрыл глаза и откинулся к стене, словно стараясь раствориться в ней; становилось все паршивее и паршивее. — Доброго вечера, леди и джентльмены, — внезапно раздался знакомый голос, разнесшийся эхом по всему залу. Шум и гомон стихли. Клиффорд Блоссом с ядовитой улыбкой держал в руке микрофон и торжественно вещал с небольшой сцены. По правую руку от него стояла Пенелопа в каком-то невероятно дорогом и невероятно гадком платье болотно-зеленого оттенка. — Приятно видеть, что вы удостоили нас чести посетить данное мероприятие. Торнхилл счастлив вас приветствовать! Раздались вежливые хлопки. Джаг лениво потягивал коктейль и зачем-то искал глазами голубое платье. — Хочу напомнить вам благородную историю создания кленового бизнеса. Наши предки, первые из рода Блоссомов, открыли небольшую фабрику… Дальше слушать было довольно скучно. Джаг уже всерьез задумался над тем, чтобы потихоньку выйти за ворота, но тут его толкнули в плечо. Арчи Эндрюс привалился к стене по примеру друга и устало выдохнул. Выглядел он так, словно пробежал марафон. — Куда тебя забрала Шерил? — заинтересовался Джаг. — И не спрашивай, — Арчи схватил бокал и сразу осушил его, но тут же поморщился, — Фу, что это? — «Кровавая Мэри», — пожал плечами Джонс. — Ненавижу томаты, — рыжий с отвращением отставил бокал и продолжил, — Шерил отвела меня к Блоссомам, и Пенелопа начала нести какой-то бред про Джейсона… якобы мы с ним невероятно похожи и я мог бы заменить ей сына. И Клиффорд сказал, что мы с Шерил прекрасно смотримся. Жуткие они, еле вырвался. Джагхед почувствовал, что у него пробежали мурашки по коже и разозлился на себя — да что с ним, мать его, творится?! — То есть тебя пытаются подженить, — деланно равнодушно ответил принц саутсайда, — И как тебе перспектива? — Ни за что. Шерил классная, красивая, горячая… но её семейка — сплошной маскарад лицемеров. Кстати, ты не видел Веронику?.. — А сейчас я хочу предоставить слово наследнице кленового бизнеса, нашей дочери Шерил! — закончил Клифф, и они с Пенелопой отошли от микрофона.

***

Шерил поднялась на сцену. Она держала прямую осанку, переставляла ноги на манер модели, улыбалась в меру и ничуть больше — ровно столько, сколько требовали правила хорошего тона. Безупречная кукла Шерил. — Рада приветствовать вас на этом скромном балу, дорогие гости. Я надеюсь, что вы довольны обслуживанием и наслаждаетесь атмосферой вечера, — девушка мысленно ухмылялась: «какое же, блять, поганое лицемерие», — Как уже известно, я являюсь наследницей кленового бизнеса после смерти своего любимого Джей-Джея. Блоссомы-старшие недовольно завозились после этих слов: дочь начала отходить от заготовленной речи и включила глупые, ненужные сантименты. — Я хочу, чтобы все знали, — четко отчеканила Шерил и послала в толпу грозный взгляд, — Этот бал посвящен не мне, а памяти моего брата. Я так решила. Джейсон был прекрасным, достойнейшим человеком. Брат — самое ценное в моей жизни, и я… люблю его, всегда буду любить. И я призываю Ривердейл поднять бокалы за Джейсона Блоссома! Толпа зашумела. Спиной Шерил чувствовала взгляд отца и понимала, что ей не сдобровать, но было абсолютно все равно; она выполнила свой долг перед любимым братом и никакие речи про спонсоров и бизнес не могли заменить ей этих простых слов о самом дорогом человеке. Она видела, как люди поднимают бокалы, чокаются и осушают их содержимое и чувствовала удовлетворение. А еще желание разреветься. Усилием воли сдержала слёзы и сказала: — А теперь объявляется вальс. Она элегантно спустилась со сцены, возле которой неловко топтался Арчи — она заранее уговорила его станцевать с ней первый вальс. Вложила свою ладонь в руку рыжеволосого и позволила увести себя в центр зала. Эндрюс положил ладонь на её талию и, очевидно, чувствовал себя ужасно неловко под прицелом сотни глаз. Шерил одобряюще улыбнулась ему, и он немного расслабился. Пара начала движение. — Красивая речь, Шерил. Но она была словно… — Неподготовленная? — беспечно подсказала девушка. — Вроде того. Такое ощущение, что ты говорила от чистого сердца. Мисс Блоссом посмотрела ему прямо в глаза, и Арчи все понял. Парень осознал, что безумно восхищается этой девушкой и с радостью отдал бы ей свое сердце, но… Но искал глазами черное платье и ядовитую ухмылку. Вероники Лодж нигде не было. Внезапно раздался гром среди ясного неба. Чертова искра прошибла тело Шерил и заставила руки похолодеть — она посмотрела прямо в глаза Джагхеду Джонсу. Это было настолько неожиданно, что девушка на секунду остановилась, и Арчи сбился, едва не наступив ей на ногу. — Все в порядке? — обеспокоенно спросил он. — Да, конечно, — Шерил обнажила белые зубы, растянув губы в широкой улыбке, — Не бери в голову. Никогда еще на нее так не смотрели. Так, словно она — самое желанное, но и самое ненавистное создание на свете. Было неважно то, что Джонс выглядел нелепо в этом старом костюме; было неважно то, что он вел в танце ванильную Бетс; было неважно то, что он вообще не имел права так на нее смотреть. По-настоящему имел значение только этот взгляд. Танец закончился, и Арчи галантно проводил её к небольшому столику. Блоссом видела, что ему не терпится скорее куда-то уйти, ибо парень старательно выискивал в толпе чью-то фигуру. Она мило ему улыбнулась и заверила, что его компания больше не требуется. С легким уколом ревности она проводила глазами широкую спину Эндрюса. Не надо много ума, чтобы понять: сучка Лодж чем-то зацепила рыжего красавца. — Дорогая, — раздался холодный голос за спиной. Она оглянулась и увидела суровое лицо отца. Стало не по себе, но девушка сложила руки на груди и вздернула подбородок. — Я слушаю, отец. — Потрудись объяснить, что за бред про Джейсона ты несла в своей речи?! Ни одного слова про спонсоров, а они заплатили нам за рекламу. Ты очень сильно расстроила нас. Холодный голос Клиффорда отдавался в висках Шерил. Ей резко захотелось закрыть уши руками, закричать, разбить что-то и осесть на пол. Не позволяли е-ба-ны-е приличия! «Ты очень сильно расстроила нас». Сколько раз в своей жизни она слышала эту отвратительную фразу? По меньшей мере, миллион. — Я посчитала это нужным, — зло выдохнула Шерил и резко развернулась, собираясь уйти. — Не стоит так разговаривать со мной, Шерил. Ты будешь наказана за свою дерзость, нам с матерью уже надоели твои выходки! — голос Блоссома был пропитан презрением и все больше втаптывал бедную Шерил в грязь. Хотя, в грязи она уже очень давно. По пути к черному входу она столкнулась с кем-то и её обдало мерзким приторным запахом дешевых духов. Обладательницей духов оказалась одна из «Кошечек» — несчастная тут же пролепетала извинения и исчезла, боясь попадания под горячую руку. Этот маленький инцидент внезапно добил Шерил — так бывает всегда, когда человек долгое время терпит тяжелейшие невзгоды, а потом, например, не может завязать шнурки и случается истерика… Это был примерно такой же момент. Точеная фигура бросилась к выходу, сбивая всех на своем пути. Каблуки отбивали дробь, платье разлеталось голубыми волнами, огненные пряди растрепались. Многие с удивлением проводили взглядом заплаканную королеву бала, но тут же забыли о ней, возвращаясь к ритму вечеринки. Только один человек из всего зала нахмурился, отделился от стены и спустя минуту прошел в тот же выход.

***

      Голубое платье мелькнуло вдали и тут же скрылось за углом. Джаг оглянулся — никто не обращал на него внимания — и тут же поспешил следом. Что-то внутри кричало: она на пределе, помоги ей. Он дошел до угла, выглянул, увидел Шерил и… тут же скрылся обратно. С противоположной стороны сада к ней приближался никто иной, как Арчи Эндрюс. Ледяная ярость на друга мгновенно обхватила Джонса: какого хера он всегда появляется в самый ненужный момент?! Шерил стояла возле бортика бассейна и казалась неземной нимфой. Безупречная осанка, отточенная годами в этом дьявольском поместье (сгорбишься — получишь нож в спину), руки сложены на груди в защитном жесте, подбородок приподнят, но едва заметно дрожит. Грудь вздымается от частного дыхания. Внешняя непоколебимость Блоссом была лишь напускной. Джагхед послал проснувшуюся адекватность к черту (в какой, блять, раз?) и решил приблизиться к парочке. У него было странное предчувствие какой-то трагедии. — Шерил? — услышал он голос рыжего, — Все хорошо? Девушка повернулась к нему и во всем её облике Джонс увидел слабую надежду на спасение. — Что наговорил тебе папа? — тон её был адской смесью из издевки и горечи, — Что все считают меня неудачницей? Арчи не нашел что ответить и посмотрел на неё с искренней жалостью. Джагхед, к этому времени преодолевший значительное расстояние, притаился в декоративных кустах и теперь мог разглядеть каждую эмоцию на их лицах. Он старался даже не дышать и ловить каждое слово: почему-то было смертельно важно слышать этот разговор. Может, он наконец даст ответы на все эти сумбурные вопросы в его голове? — Джейсон был золотым мальчиком, — вновь заговорила Шерил и вдруг подняла голову в яростном порыве, — А я… меня все ненавидят, Арчи! Ладно, в школе — плевать на это. Но это ведь моя семья… Арчи ободряюще улыбнулся и словно сдержал порыв взять девушку за руку. Джаг, разумеется, это заметил. — Да забей на них, Шерил! Плевать, что они думают. По-моему, ты классная. «Да ты просто бог поддержки, здоровяк» — саркастически прокомментировал тайный наблюдатель у себя в голове. Однако, губы мисс Блоссом тронула улыбка. Неужели она действительно в него влюблена?! — Арчи, Арчи… порой мне кажется, что во всем Ривердейле ты один остался человеком, — усмехнулась она, а Эндрюс рассмеялся, — Ты единственный, кому от меня ничего не нужно и перед кем я не должна извиняться за свой характер. Или желания… Джонс задохнулся. В груди оборвалась какая-то тонкая нить, связывающая идиотские фантазии с реальностью. Парень отвернулся, чтобы не видеть этого и возненавидел собственную глупость, сто раз пожалев, что вообще пошел за Блоссом. Она нуждалась в помощи? Что ж, она её получила, а он остался олухом с неясной бурей внутри. «Надо найти Бетс» — с запоздалым раскаянием вспомнил он о собственной девушке. Шерил прижалась своей роскошной грудью к груди Арчи и запечатлела на его губах пламенный поцелуй. Что толкнуло её на это: беспросветное одиночество или жажда любви? Наверное, и то и другое. Но вдруг Арчи отстранился и с искренним непониманием посмотрел на Шерил. — Что ты делаешь? Услышав этот вопрос, Джаг мгновенно вернулся к просмотру. Очевидно, Эндрюс не оценил страстный порыв рыжеволосой.  — Моя помада называется «Красный клён», если вдруг тебя удивляет её сладкий вкус. «Типичная Шерил, все переводит в шутку даже при своем полнейшем фиаско» — с легкой злорадностью подумал Джонс. Арчи оглядел её с изумлением и… ушел. Просто развернулся и ушел, заставив Шерил стоять на месте и смотреть в его спину — она искренне не понимала, что сделала не так н а э т о т р а з. Джаг слышал её прерывистые вздохи и гадал, что делать теперь. Утешать её из-за отказа Арчи он точно не собирался — много чести, но уйти теперь… черт. И девушка сделала то, что сделала бы любая чересчур драматичная особа. Она с ненавистью посмотрела на поместье, на кусты, в которых исчез Арчи, и с убийственным равнодушием упала в бассейн.

***

Стоило глотнуть воды, как весь организм отозвался дикой болью в груди и голове. Шерил знала, чего хочет, а точнее — чего не хочет. Она не хотела больше переживать то дерьмо, которое приходилось видеть каждый день. И плевать, что по большей части это последствия её же поступков. Нахуй это дерьмо. Это была слабость, а Шерил ненавидела быть слабой. Так почему бы не утопиться в собственном бассейне? Сознание начало уплывать куда-то далеко, мозг отключался, и она больше не чувствовала своих конечностей. Девушка словно погрузилась в какую-то приятную дрему и вот-вот заснет. Она ждала этого, но только вода в легких продолжала вызывать боль… И вот, когда она почувствовала, что пришел конец ее чертовой жизни, её схватили за руку и потянули наверх. Внезапный глоток воздуха вызвал оглушительный кашель. В груди сильно болело. — Черт, Шерил, дыши. Дыши, мать твою! Её с силой хлопали по спине, сознание лениво не хотело возвращаться, но голова дергалась в конвульсиях и Блоссом беспрестанно выплевывала воду. Джонс, промокший до нитки, держал на себе хрупкое тело и холодел от ужаса. А если бы его не было рядом? Нет, думать об этом не хотелось. Он помнил, как с криком сорвался с места и с разбегу плюхнулся в воду, а потом шарил по глубокому дну бассейна в попытке достать тело Шерил. Он держал её в своих руках и ужасался при виде синеватой кожи девушки. Блять, она ведь хотела покончить с собой… Наконец кашель прекратился и Блоссом обессиленно обмякла на его плече. Он аккуратно запустил руку в её волосы и не переставая сетовал: — Дурочка, какая же ты дурочка, Шерил. Арчи не стоит того, неужели ты не понимаешь? Ничего не стоит того, что ты хотела совершить. Я не… — Джонс… — слабо прошептала она и тот сразу заткнулся. Она медленно подняла голову с его плеча и посмотрела прямо в глаза. Джагхед непроизвольно рассмеялся. — Что, черт возьми, смешного? — с недовольной усталостью возмутилась она. — Ты похожа на панду. Твоя косметика не выдержала испытания водой. — А ты выглядишь как обросшее шимпанзе без своей глупой шапки. Черт, вероятно, я и сама выгляжу не лучше. Парень осторожно подхватил её повыше и постарался вытащить на бортик, но она внезапно сказала: — Джонс? — и слабо обхватила руками его шею (сердце парня ускорило свой ритм). — Да, Шерил? — Купер хорошо целуется? Ошарашенный Джагхед смутился и изо всех сил старался не смотреть в медовые глаза рыжей, что сейчас дышала ему прямо в губы и выглядела… Выглядела безумно сексуально с мокрыми волосами и в без того откровенном платье. Намокшая ткань обтягивала стройную фигуру и не скрывала никаких прелестей тела Шерил, поэтому парень пытался не смотреть ниже подбородка Блоссом. К счастью, они все еще находились в воде и девушка не может увидеть недвусмысленное выпирание из брюк Джонса. «Черт бы побрал тебя и твои вопросы, Шерил» — Бетс целуется нормально, Блоссом, если ты хотела услышать это. А теперь предлагаю выйти из… — А я целуюсь лучше. Джаг замолчал, в изумлении смотря на лицо Шерил и чувствуя её дыхание на своих губах. В холодной воде внезапно стало жарко. Рука, находящаяся на талии девушки, запылала огнем, а другая, что покоилась в волосах цвета темного золота, непроизвольно (почти) надавила на ее голову, приближая красивое лицо. В следующую секунду пухлые алые губы накрыли его, отправляя сознание далеко и надолго. Горячие губы обжигали похлеще любого пожара и это, мать его, было восхитительно. Где-то на затворках памяти мелькнула мысль о милой Бетти, но тут же испарилась, стоило Шерил почти незаметно потереться об него своей грудью. Когда кислорода перестало хватать, они с громким вдохом отстранились друг от друга. В глазах девушки танцевали чёртики. Дьяволица. А он безумец. Это снесло крышу и он с силой притянул к себе девушку, возобновляя поцелуй. Её худенькая рука запуталась в его волосах, затем обхватила шею, бицепс, торс… Шелк её платья был приятен руке, и он неосознанно опустил её ниже талии. Джаг внезапно понял: он был рожден ради этого мгновения. Страстный поцелуй, так внезапно начавшийся, также внезапно и закончился. Чей-то изумленный голос воскликнул: — Джаг? Шерил? Какого хера творится в этом сраном доме?! Молодые люди испуганно отцепились друг от друга и в ужасе посмотрели на виновника прервавшейся страсти. Шерил обессиленно прошипела: — Я заплачу вам обоим, если об этом никто не узнает. Джаг устало выдохнул.