Тренировка трепета в самообладании

Ячи так крепко сжимала планшет, что костяшки пальцев побелели. Матчи вот-вот должны были начаться, ей нужно было собраться с мыслями и сосредоточиться. Она вздрогнула, почувствовав мягкую руку на своем плече. Киёко в шоке отскочила, ее рука зависла чуть выше плеча Ячи, словно боясь еще больше напугать младшую. — Хитока-чан, ты в порядке? Ты выглядишь бледной, — она снова потянулась и приложила руку ко лбу Ячи, — у тебя нет температуры. Тебе нужно отдохнуть? Сегодня очень жарко. Я справлюсь со всем. Ячи больше всего на свете хотела пойти в женскую уборную и избегать всех до конца дня, но покачала головой. — Я в порядке. Просто плохо спала, — она широко улыбнулась, и Киёко улыбнулась в ответ. — Хорошо, если ты уверена. Но она продолжала наблюдать за девушкой еще несколько матчей. Ячи чувствовала осуждение, знала, что Киёко в курсе бурных мыслей, которые бушевали в её голове, словно тайфун. После четвёртого матча она снова спросила. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке, Ячи? Возможно, ей действительно нужен был перерыв, раз она так помято выглядела. — Мне просто немного жарко. Может, мне стоит попить воды… Киёко кивнула. — Думаю, это хорошая идея, хочешь, я пойду с тобой? Ячи покачала головой. — Я возьму кого-нибудь из других девушек, следующий матч вот-вот начнётся. — У Убугавы в этом раунде нет матча. Или у Фукуродани, — предложила Киёко. «Или у Некомы», — неуместно добавила Ячи про себя. Вместо этого она кивнула и ушла, не собираясь просить менеджеров ни одной из команд составить ей компанию. Она подошла к фонтану, сделала несколько глотков и продолжила идти. Следующий матч она пропустит. Несколько минут для себя, чтобы полностью осмыслить произошедшее утром, а затем вернуться к матчам. Сосредоточенный разум, свободный от любых отвлекающих факторов… Ох, ну как всегда. Не может этого быть. Она остановилась, подождала, глядя в направлении шагов. Сначала длинная нога, затем остальная часть его длинного тела. Куроо сворачивал в коридор, направляясь прямо к ней, ни разу не отрывая взгляда от телефона, печатая так, словно писал свой манифест. Ячи на мгновение замерла, а затем ее тело словно ожило, развернувшись и бросив ее в ближайшую незапертую комнату. Она проигнорировала его тихий смешок, когда он читал сообщение. Девушка попробовала открыть ручку следующей двери, кладовой. Она впустила ее без сопротивления, и она вздохнула с облегчением, прячась за ней. Ячи наклонилась к щели и стала в неё смотреть, ожидая, когда Куроо пройдёт. — Э-э… — Услышав низкий голос, она вздрогнула и практически бросилась на металлические полки позади себя. Такими темпами домой она поедет с сотрясением мозга. К первому присоединился ещё один, менее низкий голос. — Ты в порядке? — в его голосе звучали одновременно смех и настороженность. Ячи поняла, что оба голоса ей знакомы. Солнечный свет проникал через небольшой прямоугольник в задней части комнаты, достаточно большой, чтобы туда могла проскочить кошка. На неё с интересом смотрели Акааши и Бокуто. Одежда их была немного растрёпаннее, а дыхание значительно тяжелее, чем ожидалось, учитывая, что их последний волейбольный матч закончился как минимум 20 минут назад. Глаза Ячи расширились, когда она поняла, в какую передрягу она только что попала. В буквальном смысле. — Всё хорошо! Я в порядке! — пропищала она, отступая к двери, готовая выскочить наружу. Потом она вспомнила, почему пряталась, и, покраснев как помидор, повернулась, чтобы выглянуть за дверь, — просто… я сейчас уйду, — прошептала она. Затем она почувствовала чьё-то присутствие позади себя, а потом чей-то подбородок мягко лег ей на голову. — На что мы смотрим? — тихо спросил Бокуто. Она услышала смешок Акааши позади них, а затем почувствовала лёгкий толчок, когда он тоже попытался заглянуть в щель в двери. — Оу, — прошептал Бокуто, когда мимо прошёл Куроо, полностью увлечённый своим телефоном, — почему ты прячешься от Куроо? — спросил он, ошеломлённый. Ячи взглянула на него, боясь, что он выгонит её за то, что она злится на его друга. Но он выглядел просто растерянным, а не злым. Она украдкой взглянула на Акааши, который тоже с любопытством ждал ее ответа. Заламывая руки, она глубоко вздохнула и ответила. — Просто… Он, — или попыталась ответить. Бокуто посмотрел на Акааши в поисках совета. Акааши, казалось, внезапно осенила идея, и он подошёл к своему телефону на одной из металлических полок. Он что-то напечатал, и на его лице быстро появилось спокойное понимание. — Сугуру и Ямака-сан расстались, — объяснил он. Ячи снова почувствовала себя в стороне, когда понимание дошло до Бокуто. Тот повернулся к Ячи с сочувствующим взглядом. — Кто… — прозвучал тихо и робко, она сглотнула и откашлялась, — Кто такая Ямака? — Она даже не стала притворяться равнодушной. — Она… — начал объяснять Бокуто, но тут же посмотрел на Акааши, словно не зная, стоит ли вообще что-либо говорить. Ячи отступила на шаг назад, покачала головой, потянулась к двери. — Простите, это не мое дело. И простите, что я прервала ваш… разговор. Она покраснела, даже произнося эти слова, и парни быстро избежали зрительного контакта. Акааши посмотрел на потолок с гримасой на лице, Бокуто смотрел в пол, положив руку на затылок. Акааши первым пришел в себя. — Куроо уже много лет ведет себя как идиот по отношению к Ямаке-сан. Это не твоя вина. Ячи почувствовала, как румянец разлился по всему ее лицу, когда Бокуто энергично кивнул. — Ее имя вызывает у меня какой-то павловский рефлекс, — он помолчал, а затем повернулся к Акааши, — это ведь павловский рефлекс, верно? Акааши быстро кивнул Бокуто, но его внимание снова переключилось на Ячи. — Карасуно играет с Некомой, верно? Он внимательно наблюдал за ней, а она лишь неопределенно махнула рукой. — Наверное, да. Но мне нужно кое-что взять из… э-э, — она указала на полки в кладовой. — Из кладовой со школьными принадлежностями? Не думаю, что тебе разрешено брать здесь что-то, — серьезно предупредил Бокуто, — это не твоя школа, — добавил он извиняющимся тоном. Акааши некоторое время смотрел на него, а затем тяжело вздохнул. Повернувшись к Ячи, он сказал, — Нам нужна помощь, знаешь ли. Наши менеджеры слишком заняты, чтобы этим заниматься., — Он махнул рукой в ​​сторону Бокуто, попав в грудь. — Ой, — прошептал Бокуто так, словно ему не было больно, а затем потёр это место, прежде чем понял, — Ах! Точно! Бутылки с водой. Юкиэ меня убьёт. — Поэтому я и попросил Ячи быстренько нам помочь. Так быстрее, не так ли? Он говорил так спокойно и собранно, но Ячи заметила, как между ними что-то произошло, когда они встретились взглядами. Как будто Акааши посылал телепатическое сообщение, и Бокуто мгновенно его получил. — Намного быстрее! — сказал Бокуто преувеличенным голосом и широко кивнул. Ячи поняла, что они задумали, когда они посмотрели на нее с ожиданием. Взглядом, который давал ей понять, что она может отказаться от их предложения, если захочет. Она благодарно улыбнулась. — С удовольствием помогу, а где бутылки? К счастью, Фукуродани играли прямо в спортзале, поэтому Ячи не пришлось бы проходить мимо других матчей, чтобы передать бутылки с водой. Это также означало, что она могла слышать разговор капитана и менеджера на боковой линии. — О чём ты говоришь? Как ты потерял наши бутылки с водой, Бокуто? Ячи ускорила шаг на последних нескольких шагах, чтобы спасти Бокуто. Она немного затянула с наполнением бутылок, и теперь его ругали, хотя он ей помогал. Как только она вошла в спортзал, она воскликнула. — О! Каори-сан! — Ячи подвинула ящик, который несла, словно демонстрируя его, — У меня было немного времени, поэтому я наполнила твои бутылки водой, — она широко улыбнулась и поставила ящик на пол рядом с шокированным третьекурсником, — ах, да, и спортивный напиток, который просил Бокуто. Она взяла одну из бутылок из ящика и передала её Каори. — Почему она здесь? — Каори без злобы спросила, протягивая Бокуто бутылку с водой. Бокуто благодарно ответил, — она просто помогает! Но Каори этого было недостаточно, и она прищурилась. — У вас есть менеджеры, вы могли бы попросить нас помочь. — Я не понимаю, в чём проблема, Као-рин. Я думал, что вам нравится Ячан? Каори глубоко вздохнула, перед тем как открыть рот и отстоять свою благодарность Ячи, но тогда наконец вмешалась Юкиэ. — Она спрашивает, почему вы двое мешаете Куроо, — прямо сказала она. — Он сам виноват, — небрежно ответил Акааши, отрабатывая броски на месте, пока Бокуто залпом пил напиток из бутылки. Каори прищурилась. — Объясни, — потребовала она холодным голосом. — Ладно, я сейчас… — Ячи начала отступать назад, указывая большим пальцем через плечо. Бокуто просто помахал рукой, прежде чем повернуться к Каори, но Юкиэ отступила назад из небольшого круга, который менеджеры образовали со своим капитаном, и крикнула ей в ответ, — эй, спасибо, что принесла нам воды, очень ценю! Она показала ей большой палец вверх, прежде чем снова сосредоточиться на разговоре перед собой. Разговоре, который Ячи не хотела слышать и могла бы обойтись без него. Во время обеда Ячи оказалась в непривычной, но приятной ситуации. Ей не удавалось обрести ни минуты покоя. Когда она разносила еду, она почувствовала прикосновение к плеч, это Каори просит помощи с чем-то в холодильнике. Пусть так, ведь это совпало с тем моментом, когда игроки Некомы. Во время еды другие девушки продолжали задавать ей вопросы, она едва успевала откусить кусочек между ответами. Чем занимается её мама, займётся ли она дизайном, планирует ли остаться в Мияги на время учёбы в колледже, и другие вопросы, о которых Ячи, будучи первокурсницей, едва задумывалась. После обеда Ячи пошла стирать полотенца. Она рассчитывала провести несколько часов в одиночестве, но тут Каори начала без умолку болтать о вступительных экзаменах и важности подготовки к ним заранее. Она говорила, что если планирует поступить в колледж, то сосредоточиться на чём-либо, кроме экзаменов, в последние несколько месяцев учёбы в старшей школе — это безответственно и хороший показатель того, что она в целом плохой человек. На что Ячи спросила, почему Каори остаётся в команде, если её так волнуют экзамены. — О, я не собираюсь в колледж. — О-Ох, — пробормотала Ячи, не зная, как ответить. Во время складывания белья Каори вела себя ещё страннее, внезапно выйдя из прачечной в раздражении, а затем вскоре вернулась с высоко поднятой головой, словно в триумфе. — Всё в порядке? — спросила Ячи, повернувшись к двери. — Всё хорошо, у нас всё хорошо, — улыбнулась она и продолжила складывать белье. Остаток дня Ячи чувствовала себя так, будто её обслуживают другие менеджеры. Даже Киёко вела себя довольно подозрительно. Она отправляла Ячи на поиски случайных вещей или предлагала поподбросывать мяч Кагеяме, чтобы Ячи могла отслеживать статистику остальной команды на индивидуальных тренировках. Через несколько часов Эри заглянула в их спортзал, чтобы пригласить Ячи поужинать с ней. Ячи редко ела с теми, кто приходил раньше, обычно она ела одной из последних, если не дежурила. Но тут Даичи взял планшет и чуть ли не вытолкнул её из спортзала. — Мы можем сами отслеживать свою статистику целый час, Яччан. Иди поешь. Он тепло улыбнулся, и в этот момент у Ячи заурчал живот от отчаяния. Ее лицо покраснело от улыбки, она даже усмехнулась вместе с ними, хватая сумку, чтобы присоединиться к Эри. — Я скоро вернусь, — сказала она голосом, который разнесся по всему спортзалу. На что Танака ответил серьезным голосом, — постараемся не поразить вас своими успехами!» Она и Эри рассмеялись так громко, что их смех эхом разнесся по ночи. После ужина и душа, когда все девушки устроились поудобнее, готовясь к своей последней ночи вместе, Ячи почувствовала непреодолимую грусть. За неделю, проведенную в тренировочном лагере, она привыкла к новой реальности. Она с нетерпением ждала возможности снова поспать в своей постели и увидеть своих подруг. Но ей будет этого не хватать. Товарищества с девушками, заданий и обязанностей, атмосферы ночевок каждую ночь. А Куроо, даже если он не разговаривал с ней весь день, был неизменным присутствием на протяжении всей недели, и она хотела поблагодарить его перед отъездом. Если он, конечно, сможет уделить ей минутку. Казалось, он был ужасно поглощен этой девушкой, кем бы она ни была, и ее новым статусом одиночки. Что, впрочем, было нормально, Ячи весь день пыталась смириться с тем фактом, что у него есть целая жизнь в Токио, о которой она никогда не узнает. Она старалась смириться с болью, как вдруг смех девочек вырвал её из мыслей. Она отвлеклась от разговора и понятия не имела, над чем они смеются, поэтому лишь тихонько хихикнула. Когда девушки успокоились, в комнате внезапно воцарилась неловкость. -Ну, как ты себя чувствуешь, Ячан? — спросила Мако. Ячи моргнула. — Что? — спросила она, прежде чем её осенило, — ах, я менеджер. Она тихонько рассмеялась над собственной глупостью. — Нормально, думаю. В смысле, никто особо не жаловался, так что, думаю, я в безопасности, по крайней мере, до следующего года. Она беззаботно рассмеялась, и хотя некоторые другие девушки тоже засмеялись, это выглядело скорее как снисходительное и растерянное поведение. — Кто-то что-то сказал? Я что-то напутала? — Ячи почувствовала, как румянец прилил к её щекам. — Нет, нет! Совсем нет! — Крики отрицания были настолько громкими, что Ячи не могла понять, кто что говорит. Когда все успокоились, первой заговорила Киёко. — Ты отлично справилась на этой неделе, Хитока-чан. И я знаю, что в следующем году ты выступишь ещё лучше. — Честно говоря, я не понимаю, как это возможно, — добавила Мако. Эри хихикнула. — В следующем году мы будем здесь главными, Ячан! — Она победно подняла кулак в знак поддержки, и Ячи ответила ей тем же, смеясь. Она так сильно смеялась вместе с Эри, что не заметила, как старшие девушки обменялись взглядами. Однако она заметила, как Юкиэ толкнула Каори плечом, кивнув подбородком в сторону Киёко. Быстрый взгляд на Киёко и Ячи заметила, как старшая ученица слегка покачала головой, почти незаметно. Затем с раздраженным вздохом Мако выпалила. — Так что там с Куроо? Ячи на секунду замолчала, оглядываясь на группу, ожидая, когда заговорит нужный человек. Когда все взгляды обратились на неё, Ячи сдавленно спросила. — Подождите, я? Киёко вздохнула и спокойным голосом попросила. — Она расскажет об этом, когда будет готова, просто забудь об этом. — Нет, это ужасно, что он сделал, — Каори, казалось, была лично оскорблена. — Я знаю Куроо давно, и я знаю, что он годами был влюблен в Ямаку, но я никогда бы не подумала, что он будет водить кого-то за нос, тем более такую, как Яччан. Она протянула руку в сторону Ячи. Эри говорила спокойнее. — Он любит её уже много лет, и… — Она бросила на Ячи короткий взгляд, прежде чем сказать, — Он знаком с Ячи всего пару недель… — Этого времени нам было более чем достаточно, чтобы полюбить её! — перебила Мако, страстно наклонившись вперёд. Юкиэ с невозмутимым видом добавила, — даже Бокуто был немного разочарован тем, как он себя повёл. Ячи чувствовала себя как в игре Ace Attorney. Она искала помощи у Киёко, ей не хотелось, чтобы всё это внимание было сосредоточено на ней, и уж точно не хотелось думать о том, что, возможно, она сошла с ума. Возможно, он был не просто добр к перегруженному работой менеджеру-новичку. Она не хотела думать о том, что он решил, что она не стоит его времени, когда появился кто-то получше. Она не хотела думать о том, что она была вторым вариантом. Киёко тихо вздохнула, а затем, казалось, о чём-то задумалась. — Он выглядел довольно измученным после обеда… Все замолчали. Затем Каори сказала, — да, потому что мы держали Ячи подальше от него. У него не было… — Подожди… что вы сделали? — Ячи ни секунды не стыдилась своих слов, вырвавшихся из её уст. В комнате снова воцарилась тишина, на этот раз с ощутимым чувством вины. Даже Киёко, казалось, удивилась. Эри наконец-то нарушила молчание. — Каждый раз, когда мы видели, что он приближается, мы отправляли тебя куда-нибудь подальше. — Мы не думаем, что ты заслуживаешь того, чтобы тебе снова разбили сердце, даже если он просто хотел извиниться. Ячи вздрогнула. Честно говоря, она была расстроена. Но больше всего её это тронуло. Эти девушки знали её всего несколько недель, и всё же предприняли огромные скоординированные усилия, чтобы защитить её и её чувства. — Я ценю то, что вы все сегодня сделали, правда. Но Куроо-сан по-прежнему мой друг. Он очень мне помог на этой неделе, и если он хочет мне что-то сказать, я хотела бы это узнать. Я знаю, — Она так сильно покраснела, что почувствовала себя источником света, а затем сказала, — я знаю, что, возможно, позволила некоторым надеждам и чувствам взять верх на этой неделе. Но вы сами сказали. Я знаю его меньше месяца. Мне вообще не стоило ничего ожидать. Я живу в Мияги, он живет здесь. Мы на разных этапах жизни. Логично, что он хочет встречаться с девушкой, у которой больше с ним общег». Она решительно кивнула. — Я уверена, что больше всего мы все неправильно его поняли на этой неделе, — затем ее глаза расширились, когда она осознала, что сказала, — о, — прошептала она. Наконец она смогла дать название тому чувству сдавленности в груди, когда он проигнорировал её тем утром, тому трепету в животе, когда он её рассмешил, и тому глубокому, сжимающему лёгкие чувству, когда она думала о будущем и о том, что больше его не увидит. Всё это время она была влюблена в Куроо. Конечно, она это понимала, но никогда не позволяла себе назвать это влюблённостью. И вот она, расстроенная тем, что он не поговорил с ней в последний раз, даже если это было о другой девушке. Киёко молча положила руку на бедро Ячи, и когда их взгляды встретились, старшая девушка мягко улыбнулась, словно гордая. Ячи улыбнулась в ответ, благодарная. Лишь немногие в комнате поверили ей, но все снисходительно улыбнулись. — Хорошо, Ячи, — сказала Эри, — мы позволим ему поговорить с тобой завтра, если ты этого хочешь. Ячи слабо улыбнулась и тихо прошептала, — Спасибо, — прежде чем одна из девушек перевела разговор на другую тему. Когда они наконец легли спать, достаточно поздно, чтобы Ячи задумалась о пристрастии к кофе, грусть в её сердце сменилась чем-то другим. Несколько слезинок всё ещё скатывались по уголкам её глаз. Но она также поняла, как сильно ценит высокого парня из Токио и дружбу, которая завязалась между ними за последнюю неделю. Как сильно она ценит дружбу девушек в этой комнате. Она заснула, зная, что эта неделя навсегда останется в её памяти.

***

Следующий день Ячи провела, как обычно, выполняя свои обязанности. Она не избегала Некомы, но и не стремилась к легкому общению. Она знала, что Куроо хочет с ней поговорить, и понятия не имела, как ей теперь говорить с ним, осознавая свои чувства. Она вздохнула с облегчением, когда день прошел, и он лишь мельком бросал на нее взгляды во время матча Карасуно против кошек. Однако, когда прозвучал финальный свисток, даже когда Куроо приближался к ее стороне площадки, тренер Укай подозвал ее, разговаривая с Киёко. Она извинительно улыбнулась Куроо и поспешила на собрание поддержки. Во время обеда он открыл рот, чтобы что-то спросить у нее, когда она дала ему дополнительную порцию мяса. Попытка примирения. Но затем либеро его команды оттолкнул его, чтобы взять свою порцию мяса, и Куроо простоял в стороне всего мгновение, прежде чем невысокий игрок толкнул его в сторону их стола. В последних нескольких матчах перед ужином, представлявшим собой изысканное барбекю с большим количеством мяса, Куроо постоянно пытался привлечь внимание Ячи, и Ячи была готова ему помочь, но в последнюю секунду её отвлекал долг. Она старалась не испытывать благодарности каждый раз, когда ей не приходилось стоять рядом с ним, зная, что он любит другую, в то время как она чувствует себя так же. Когда Куроо наконец смог отвести её в сторону во время барбекю, ей пришлось напрячь плечи, чтобы не поддаться искушению и не признаться в своей влюблённости. Одно дело признаться перед группой девушек, которым она доверяла, и совсем другое — сообщить ему об этом, когда он был влюблён в другую. Но потом он говорил такие приятные вещи, и у неё не оставалось другого выбора, кроме как поддержать его. Подбодрить его. Он был её другом, прежде всего. Так поступают друзья. Но потом он откинул её волосы с лица и нежно погладил её шею. И он говорил такие чудесные вещи. Такие, о которых она могла только мечтать и никогда не представляла, что услышит их лично — ни от него, ни от кого другого. Ячи медленно и глубоко вздохнула, задержала дыхание, а затем выдохнула одним резким вздохом. — Что? — спросила она тихим голоском. Куроо слегка усмехнулся. Тревога и веселье боролись на его губах. — Ты мне нравишься, Ячи. Когда она продолжала смотреть на него широко раскрытыми глазами, он шагнул к ней, рука все еще лежала на ее шее. Она не отшатнулась. — Я… признаюсь тебе. Она закрыла глаза и подняла одну руку, говоря, — нет, я знаю, что, — она открыла глаза и спросила, — Но почему? Медленно, словно не зная, как ответить, он ответил. — Потому что… ты мне нравишься… — Затем гораздо быстрее, положив руку ей на плечо, — мне кажется, мы ходим по кругу. Она тихонько хихикнула, затем быстро прикрыла рот рукой и поджала губы. — Ты прав. Извини». Она сделала шаг ближе, и в ее взгляде читалось недоумение, когда она посмотрела на него снизу вверх, — спасибо. Она сказала это так тихо, что он наклонился еще ближе, чтобы услышать. Она опустила взгляд, он был слишком близко. — И… — она прикусила губу, и он положил изогнутый палец ей под подбородок, постукивая по нему, словно прося посмотреть на него. Она послушалась. — Я сказал тебе это просто потому, что был вынужден. Я хотел, чтобы ты это знала, даже если ты не чувствуешь того же. Мне казалось, что тебе нужно это знать. Ты заслуживала этого знать. Её улыбка была доброй, но глаза наполнились слезами. — Это значит… так много, — она глубоко вздохнула, — я рада, что ты мне сказал, но… Она прикусила губу и скрутила пальцы, глядя вдаль, но ничего толком не видя. Затем она снова посмотрела на него, в его тёплые глаза. — Но я не могу принять твоё признание, — ей хотелось плакать, разбиться на миллион кусочков. Он кивнул головой и слегка улыбнулся, но она видела в его улыбке грусть. — Нет, конечно, — он нахмурился, словно пытаясь выглядеть суровым, — нет, я понимаю… Она положила руку ему на плечо, чтобы остановить его. — Ты не понимаешь, — она сжала его руку, когда он попытался перебить её, — Куроо-сан. Я не могу принять твоё признание. Но… не потому, что я не хочу. Он резко поднял голову, в его глазах читалось замешательство, и она опустила руку. — Ты мне нравишься, — тихо сказала она, — очень. Ты… ты такой… Она быстро рассмеялась. — Ты вдохновляющий, добрый и терпеливый. Ты красивый и целеустремлённый, — она увидела, как он выпрямился, когда она похвалила его внешность, и рассмеялась, — ты именно тот парень, с которым я хотела бы встречаться. Но, — она крепко зажмурила глаза, — мы оба знаем, что это было бы, в лучшем случае, безрассудно. — Правда? — тихо спросил он. Она не открыла глаз, но улыбнулась, — я живу в нескольких часах езды, я всего лишь первокурсница, а ты в следующем году поступаешь в колледж. Мы бы никогда не смогли видеться. — Люди постоянно находят выход из ситуации, — он не звучал отчаянно или требовательно, просто констатировал факт. — Но не так, — она открыла глаза и грустно улыбнулась, — это было бы несправедливо. Ни к одному из нас. Он сжал кулак и на мгновение уставился на него, — Я знаю, ты права, но мне так не хочется думать, что мы даже не попытаемся. В тебе есть что-то особенное, Яччан. Я не хочу это потерять. — Не потеряешь. Просто сейчас не время. Он торжественно кивнул. — Тогда могу я попросить об одной действительно эгоистичной услуге? Она положила руки ему на предплечья и наклонилась к нему. — Можешь., — она поддразнила его, и он улыбнулся. — На секунду, можем мы представить, что ты сказал «да»? Ее глаза расширились, дыхание перехватило. Она кивнула, даже не задумываясь о том, что это может означать. Затем он оказался совсем рядом. — Тогда можно я тебя поцелую? — Его губы были всего в нескольких сантиметрах от её губ. Когда она снова кивнула, она почувствовала их нежное прикосновение к своим. Затем последовало давление. Легкое прикосновение к её губам, рука обхватила её за талию, другая рука снова оказалась на её шее, в волосах. Из неё вырвался тихий звук, и давление усилилось, затем его губы прижались к её губам, и она последовала его примеру. Её пальцы были в его волосах, его пальцы — на пояснице. Её икра коснулась его, её руки обвились вокруг его шеи, она почувствовала давление, прижимающее её спину к стене спортзала, и когда она почувствовала холодный металл позади себя, она отстранилась и позволила реальности привести её в чувство. Первое, что она услышала сквозь их одинаково тяжёлое дыхание, было почти благоговейное «прости». Она медленно покачала головой и прошептала в ответ. — Не извиняйся. Когда они отдышались, она почувствовала, как объятия ослабли, и выскользнула из них, отдалившись дальше, чем, вероятно, было нужно. Она провела рукой по волосам, а затем по рубашке. — Ты отлично выглядишь, — сказал он рядом с ней. Она взглянула на него и увидела, что его растрепанные волосы, к счастью, выглядели такими же растрепанными, как обычно. Ее пальцы, пожалуй, только добавили им непринужденной элегантности. Обратив взгляд вдаль, он сказал, — я очень хотел бы… — он замолчал и покачал головой, но она улыбнулась. — Я тоже.

***

Когда автобус был загружен и пришло время прощаться, Ячи крепко сжала сумку, прижавшись к Киёко. Они попрощались с остальными менеджерами, и Эри обняла Ячи, пообещав скоро написать ей. Зная, что, скорее всего, это будет последняя встреча с большинством, если не со всеми, менеджерами, Ячи почувствовала, как слезы навернулись на глаза, когда Эри отпустила её из объятий. Было тяжело прощаться с девушками, которые помогли ей сориентироваться за прошедшую неделю, и когда она открыла рот, чтобы выразить свою благодарность, Мако была на шаг впереди. — Просто продолжай хорошо работать и помоги нашим преемникам в следующем году, — сказала она, подмигнув, — а когда ты будешь в городе на Национальном чемпионате, мы все вместе поужинаем! — Было бы замечательно, — мягко ответила Киёко, — надеюсь, мы сможем это устроить, — реалистично добавила она. Юкиэ наклонила голову. — Если нет, то в следующий раз, когда будете в Токио, просто позвоните нам. Каори толкнула локтем свою коллегу-менеджера и добавила, — хотя у меня есть предчувствие, что эти ребята добьются поездки на национальные соревнования. Ячи и Киёко переглянулись и ухмыльнулись. — Я тоже так думаю, — сказала Ячи, поправляя рюкзак на плечах. Попрощавшись и обнявшись, Киёко направилась к остальным третьекурсникам, и Ячи, увидев, с кем они разговаривают, последовала за ними. Куроо похлопал Даичи по плечу, и невысокий капитан ответил на жест, бросив вызов и поклявшись воплотить мечту их тренеров в жизнь. С вызывающей ухмылкой они разошлись, и Даичи повернулся к автобусу. — Садимся! — приказал он всем. Команда дружно закричала в знак согласия, Ячи крепко сжала лямки своего рюкзака. Ей хотелось что-нибудь ему сказать, хоть что-нибудь, но она не могла заставить себя повернуться к нему лицом, чтобы попрощаться. Ей также было невыносимо, если бы она повернулась, а он уже ушел. Поэтому она не двигалась. Она все еще стояла там, наблюдая, как команда садится в автобус. Затем она услышала, как Куроо откашлялся. Он тоже не двигался. — У тебя должен быть мой номер. Она резко обернулась, и Куроо усмехнулся. Затем она выпалила первую мысль, которая пришла ей в голову. — Зачем? — Это не было ни недоверием, ни обвинением, это было любопытство. Мелочь. Он слегка пожал плечами, глядя на автобус вдали, поверх ее головы. — На всякий случай, если тебе понадобится. Для… чего-нибудь. Она почувствовала, как покраснели ее щеки, и прошептала, — для чего-нибудь? Он тяжело вздохнул и провел рукой по волосам, позволяя ей полностью рассмотреть его лицо. Он слегка сжался, словно напряженно о чем-то думал или очень о чем-то сожалел. Он был… очаровательным. — Если тебе это не нужно, ничего страшного, я просто… извини, — он покачал головой, все еще не глядя на нее, — я не должен был… Он начал отворачиваться. Она сделала три шаг, чтобы обогнуть его и преградить ему путь. — Нет, подожди! Нет, я… я просто… я думала, у тебя есть на то причина… Наконец он посмотрел на нее. Она была намного ближе, и ему не нужно было так сильно наклонять голову, чтобы посмотреть ей в глаза. — Моя причина в том, что я хотел, чтобы он просто был у тебя. — Оу. — Ага, — он смущенно опустил взгляд. Он резко поднял голову, на его губах появилась забавная улыбка. — Ага. Она кивнула и застенчиво улыбнулась. — Да. — Хорошо… — он улыбнулся шире, когда она протянула ему телефон, и их пальцы соприкоснулись гораздо сильнее, чем это обычно бывает при быстром обмене. Они обменялись улыбками, и он кивнул в сторону автобуса. — Тебе лучше поторопиться, тебя могут оставить. Она хихикнула, и он невольно вздохнул. — Нет, я им нужна, — Ячи широко улыбнулась и наклонилась, чтобы обнять его за плечи, — спасибо, — прошептала она ему в плечо. У него едва хватило секунды, чтобы крепко обнять её за талию. Едва хватило времени, чтобы она почувствовала себя полностью окруженной и согретой. Едва хватило времени, чтобы притвориться, что это всего лишь временное прощание, что она больше, чем просто девушка из другой префектуры, что он больше, чем капитан команды и третьекурсник школы-соперника. Затем секунда закончилась, и она почувствовала себя дерзкой. Отстраняясь, она позволила своим губам коснуться его щеки. Едва заметно. Но она услышала, как у него перехватило дыхание, и почувствовала, как его рука дернулась у нее на спине, словно хотела притянуть назад. Но Ячи не дала ей такой возможности. Она не могла. Они оба не могли.