Три попытки перехитрить Руперта фон Хенцау

      Думаете, Руперт фон Хенцау совсем удрал из Руритании, после того как искупался в глубоком рву замка Зенды? Плохо вы его знаете! Такой человек, как Руперт фон Хенцау, да вдруг удирать! Конечно, какое-то время о нём совсем не было слышно, а потом, глядишь, опять объявился и безобразничает, помаленьку так, для души. Одно плохо — знакомые взяли моду над ним подтрунивать:       — Ну-ка, ну-ка, любезный граф, расскажите нам, как это вас из окошка в ров скинули?       Руперт всё отшучивался, отшучивался, покуда ему не надоело. Вот однажды зашёл он проведать своего кузена, графа фон Люцау-Ришенхайма, а тот опять завёл разговор про Зенду и через слово хихикает. Тогда Руперт положил ногу на ногу, затянулся сигаретой и как бы невзначай обронил:       — Милый мой кузен, да ведь Чёрный Майкл, чтоб ему за границей пореже икалось, собирался сделать Рудольфа Пятого своей верховой лошадью… может, и не скаковой, но верховой — это наверное.       Сказал он так и пошёл по своим делам.       А на другой день Люцау-Ришенхайму как раз была назначена аудиенция у короля Рудольфа в замке Зенды. Вошёл он в монарший кабинет, вспомнил, что накануне услыхал от Руперта, — да как прыснет в кулак!       — Эт-то что ещё такое? — сверлит король его глазом через монокль.       Граф Ришенхайм не удержался и всё как на духу вывалил.       — Ах так? — сказал его величество Рудольф Пятый. — Ну хорошо же. Я заставлю Руперта фон Хенцау разжевать и выплюнуть эти слова тут же, на этом самом месте! Сам справлюсь, без кузена Рассендилла!       Выставил он графа из кабинета, приказал подать себе охотничий костюм и пошёл искать Руперта в бывшую герцогскую охотничью сторожку. Но Руперт, сами понимаете, ждал его, и дверь была на запоре.       Поднялся король на крыльцо и давай ногой в дверь стучать. А Руперт отвечает ему слабым голосом:       — Это вы, мистер Рассендилл? Будьте добры, позовите доктора. Выпил я вчера вина шестьдесят восьмого года, уж так мне от него стало худо! Того и гляди, совсем помру.       — А я к вам по делу, — отвечает Рудольф Пятый голосом Рассендилла. — Королева Флавия изволила вас простить и назначила вам аудиенцию сегодня в полдень.       — Какая аудиенция! — отвечает Руперт. — Я и встать-то не могу.       — Ну помилуйте, до замка рукой подать!       — Ноги подгибаются, не дойду.       — Ну хотите, я вас на плечах понесу? — настаивает король.       — На плечах вы меня навряд ли дотащите, — протянул Руперт, — а вот на спине можно попробовать. Только без седла и уздечки я, пожалуй, с вас грохнусь.       — Достану я и седло и уздечку, — пообещал Рудольф, а сам подумал: «Ну, только бы тебя дотащить до замка, а там ты у меня запоёшь!»       — И наглазники не забудьте, — напомнил Руперт, — иначе испугаетесь и уроните меня с подъёмного моста, а мне сейчас только во рву и плавать.       — Будут тебе и наглазники, — согласился король и побежал за сбруей в конюшню при сторожке. «Как же, — думает, — дам я тебе опять в ров упасть, нашёл дурака!»       Заставь короля богу молиться — он корону расшибёт. Вот и теперь, не успел Руперт кудри причесать и усы закрутить, глядь — стоит у крыльца его величество номер пять при седле и уздечке, смирный с виду, как пони в цирке. Напоследок они условились, что Рудольф довезёт Руперта до лесной опушки перед замком, а дальше по мосту придётся уж своим ходом. Руперт согласился, сел на августейшую спину, и они поскакали.       Рудольфу Пятому в наглазниках ничего не видно, но он чувствует: Руперт поднял ногу.       — Что это вы там делаете?       — Стремя подтягиваю, мистер Рассендилл.       — А теперь что делаете?       — Штанину поправляю, мистер Рассендилл.       А всё это время Руперт привязывал шпоры. Тупые, конечно, но вполне себе твёрдые. Едва лишь расступились деревья на опушке и показался подъёмный мост, он как всадит его величеству шпоры под рёбра — и пошёл, и пошёл!       А на крепостной стене стояла Флавия с графом Ришенхаймом. Увидела, что за лошадка под стенами гарцует, и со смеху покатилась. А Руперт фуражку снял, раскланялся с седла и кричит:       — Разве я не говорил кузену, что Рудольф Пятый и герцога бы покатал? Он, конечно, пока ещё не объезжен, но я натаскаю его за месяц-другой!       Рудольф Пятый Необъезженный ничего не сказал. Он только стиснул зубы и поскакал обратно в лес.       Но Руперт не стал дожидаться, пока его сбросят куда-нибудь в болото. Спрыгнул с седла и давай бог ноги. Невдалеке от тропы стояла маленькая хижина: Руперт вбежал туда и запер дверь на засов.       Король подёргал дверь — не открывается. Сбросил он проклятущее седло, лёг под деревом и давай думать, как бы Руперта оттуда выкурить. А пока он так отлёживался и думал, проходил мимо Фриц фон Тарленхайм.       — Ох, ваше величество, кто ж вас так отделал?       — Неважно, — отвечает король. — Я загнал сюда Руперта фон Хенцау. Нельзя допустить, чтобы он и на этот раз от нас улизнул!       — Так надо в замок сбегать за полковником Заптом, — говорит Фриц. — Вы идите, а я пока постерегу.       Рудольф Пятый согласился: по правде говоря, у него после верховой прогулки все косточки болели, хотелось одного — вина выпить и на диване полежать. И вот он поплёлся в замок, а Фриц сел на пороге хижины и принялся сторожить. Только ему и в голову не пришло, что Руперт, конечно, весь разговор слышал и уже придумал, как из новой беды выпутаться. И окликнул так тихонько:       — Мистер Рассендилл! А мистер Рассендилл!       Фриц молчит, не знает, что сказать.       — Ну, не хотите отвечать — и не надо, — продолжает Руперт. — Я просто подумал: вот был бы тут капитан фон Тарленхайм!       Фриц аж поперхнулся, но не растерялся и ответил, как сумел, голосом Рассендилла:       — А на что вам капитан фон Тарленхайм?       — Да здесь на столе письмо лежит на его имя, — отвечает Руперт, — надушенное, не иначе от графини Хельги. Вот был бы тут капитан фон Тарленхайм, то-то бы он порадовался!       У Фрица сразу глаза заблестели:       — А как бы капитан фон Тарленхайм до него добрался?       — Под дверь его жалко просовывать, — отвечает Руперт, — уж больно пол грязный. Зато на той стороне дома есть окошко. Вот если бы капитан фон Тарленхайм к нему подошёл, я бы через щель в ставне его передал.       — Так передай его мне, — ответил Фриц голосом Рассендилла, — а я уж постараюсь, чтоб оно попало Фрицу прямо в руки.       Тогда Руперт затопал ногами, будто идёт к окошку, Фриц побежал за угол, а Руперт, не будь дурак, распахнул дверь, шмыг наружу и тягу во все лопатки. Выбрался на большую дорогу и так долго смеялся, что прямо в боку закололо. От Запта ушёл, от Фрица ушёл, от самого Рудольфа Пятого ушёл — ну как же тут было не смеяться?       А настоящий Рудольф Рассендилл всё это время сидел дома в Англии и вовсе не догадывался, сколько народу себя за него выдавало. Даже не икнулось ему ни разу!