"Организация"

      Раньше в преддверии нового учебного года — и школьники, и студенты — устраивали вечеринки локальные. Мало кому было дело до по-настоящему масштабного мероприятия, на котором учащиеся смогли бы снять частое напряжение от постоянно маячивших перед глазами военных из «Skyline-Corp.» и задней мысли о кризисе по всему миру. Да тогда и не было таких кризисов. Не то что сейчас — за последние пять лет правительство Циеттины постаралось сделать все, чтобы будущее этой страны видело свет в конце этого темного тоннеля. И одним из шагов в таком старании оказался полномасштабный Октябрьский вечер, как его называли.       Октябрьский вечер стал чем-то вроде Церемонии открытия очередного учебного года, но так было написано в официальном документе. На деле же, департамент «Мыслитель» уже четвертый октябрь вываливал баснословные суммы на проведение самой дорогой вечеринки на одной из нескольких центральных площадей Гвильканк'ха. Национальное собрание и тем паче княжеская семья задавались резонным вопросом, а для чего это вообще нужно. Крофт в таких случаях делал безымоциональное лицо, ведь для него подобного рода вопрос был лишен всякого смысла, а COO Департамента «Мыслитель» старательно брал на себя инициативу ответа на данный вопрос. «А для вас есть разница? Это ведь наши деньги», — говорил Фейн Кириак румын по — как сказала бы современная молодежь — ethnicity.       Да, циеттинская молодежь что на территории Цислейтании, что на территории Транслейтании любила внедрять в обиходную речь англицизмы.       И вот буквально завтра лист календаря сорвут, и на смену сентябрю придет октябрь. Но пока что на календаре суббота и тридцатое число, а значит тинэйджеры и молодежь отрываются по полной. Агерская площадь заполнена огромнейшей толпой — от такого количества тел любой интроверт задохнулся бы, да и не факт, что экстраверты выдержали бы такой толчеи. А толчея безусловно была сильной, ведь все здесь в движении — «Мыслитель» в очередной раз не поскупился и пригласил множество известных популистов современной музыки. Прямо сейчас старина Эминем, который ну никак не выглядел на свои шестьдесят два, рвал и метал огромнейшую аудиторию под «Farewell Summer». Аккомпанировал ему не кто иной как Вейв — диджей в защитной смарт-маске со встроенными наушниками и динамиками. Ходил о нем интересной слушок в сети-интернет, мол, Вейв — контактер второй категории, а значит владеет тем, что ученые из «Демиурга» уже успели окрестить как излучение Крофт-Кокоревой. Среднестатистический же обыватель дал этому явлению у некоторых контактировавших название попроще — магия.       Конечно, никто понятия не имел, кто такой Вейв, и были ли правдой слухи о том, что он из второй категории. Даже его странички в Инстаграме и Банджи не давали ответов на вопросы о его настоящей личности, но то, что Вейв имел с контактерами второй категории приятельские связи — факт сто двадцатипроцентный. То и дело интернет-серфингисты могли наткнуться на какое-нибудь фото, на котором Вейв с кем-нибудь из второй категории будь то Мачлисс, Браска, леди Нега, Чиф, Пиковый Туз или даже Тенебра.       Последний, к слову, имел далеко не самую лестную репутацию у жителей Гвильканк’ха. Столица Циеттины была, конечно же, не то, чтобы крупным городом, скорее густонаселенным. Тот же Линц или Вена по площади были крупнее. Но Гвильканк’х при своих размерах негласно делился не только COO Департаментов, но еще и преступными баронами. Те в свою очередь не жаловали Тенебру ой как, потому что этот парень имел наглую привычку устраивать охоты на их джентльменов.       Тенебра использовал любое прикрытие для охоты на баронских джентри, и, конечно же, Октябрьский вечер был прекрасной защитой от всяких любопытных глаз. Уважаемая столичная полиция занята была тем, что вела наблюдение за агерской площадью, чтобы предотвратить беспорядки или что по хуже теракт. А соответственно так нужная Тенебре частная территория в лице дома по Хангвегу, который принадлежал некоему Арне Янсу — на первый взгляд честному налогоплательщику, работающему в магазине деликатесов по Краймсталь штрассе. Но откуда бы полиции знать, что честный налогоплательщик Арне Янсу на деле работает на Матиаса Долтона, преступного барона из района Шёрфлинг.       Янсу приобрел себе жилищную территорию в районе Виаус почти на пересечении с районом Сити из-за жены, у которой родители живут в одной из квартир многочисленных высоток, что построены по Райхерсберг и Обергаллаберг, а там всего-то одна и двадцать четыре мили. А работал Янсу в Виаусе, потому что этот район и пострадал от событий пятилетней давности. Легче всего здесь сбыть и добыть необходимое образцы. Тенебра это узнал в ходе долгих наблюдений, и сейчас он находился в подвале дома по Хангвегу и старался вызнать у почти честного налогоплательщика Арне Янсу необходимую информацию.       Преступный джентльмен был натренирован, в его среде сказали бы вышколен. Сидел, прикованный наручниками к стулу, и с нескрываемой ненавистью поглядывал на парня в видоизменном противогазе S10. В сторону Янсу смотрела только правая линза и та была почему-то оранжевой. Возможно бы, Арне при других обстоятельствах задался вопросом, почему линза оранжевого цвета, а на ней изображен глаз, но сегодня был совершенно другой случай. Джентльмен к собственному разочарованию не сумел даже приготовиться, потому что по крючковатому носу прилетел столь стремительно, что не потянуться в сторону было никак невозможно.       — Ты труп, — с хрипотцой выдал Янсу, но обращался он не к Тенебре — хотя стоило бы! — а к парню в маске, выполненной в виде черного черепа, украшенного множеством красивых завитушек. Этого типа звали Джек-фонарь, потому что в его пустых глазницах часто видели светлячков, хотя сейчас они, видимо, разлетелись со страху. — Мистер Долтон это просто так не оставит.       — Мистер Хайдеггер личность тоже сильная в баронских кругах, — заметил на это Тенебра в довольно непривычной для обыденной речи манере, — но даже он сидит, засунув палец в жопу. Скажи мне, Арне, зачем мистеру Долтону понадобились не очищенные образцы метеорита?       — Пошел в задницу, ублюдок.       — Как некрасиво. — Да, манера речи у Тенебры была очень непривычной, местами сухой и порой безымоциональной. — Я бы не советовал вынуждать меня идти на крайние меры. Моя подруга Анубис сегодня слегка апатична, но думаю, что если я позволю ей накормить ее песиков, то это слегка поднимает ей настроение.       Говоря это, Тенебра кивнул на девушку в маске, выполненной в виде морды шакала с характерными древнеегипетскому богу татуировками. Собственно, от этого же бога эта контактировавшая взяла себе имя. Одета Анубис была во все черное —коротенькая футболка с длинными рукавами, которые были закатаны выше локтей, оголяла плоский и манящий животик; кожаные джинсы были мешковаты и смотрелись бы в любом другом случае комично, но в случае Анубис они были подвернуты немного выше коротких ботфорт и смотрелись аутентично.       — В каком… смысле… накормить? — выдавил Арне, потому что как бы не хотелось ему признавать это — Тенебра его припугнул. Этот фрик в противогазе с одной линзой с легкостью позволит Анубис спустить ее псов с поводка.       — В самом прямом, — пожал плечами Тенебра.       — Сегодня без меня, дарковый мой, — сказала Анубис с едва заметным оттенком ласки. — Я не в настроении. Да и песиков я кормила не так давно.       — Вижу, на нашего друга это подействовала облегчающе, — задумчиво вымолвил Тенебра. И черт возьми, этот парень был прав — у Арне словно тяжкий груз с плеч упал. Если Анубис со своими шавками пугала до усрачки любого, то сейчас, когда эта малышка не в духах, добропорядочный работник мистера Долтона может — как сказали бы в его кругах — расслабить булки. — Но ничего — у нас есть еще один способ разговорить тебя.       — Хотелось бы узнать какой, — усмехнулся Арне.       — Джеки, приведи-ка миссис Янсу и юную Бри.       Арне замер, словно бы его шибанули молнией, когда он держал громоотвод. Но как такое вообще возможно? Има и Бри уехали же из столицы в вместе с родителями Имы к ее брату в Вельс. Если только этот ублюдок Тенебра с ними что-то сделал, Арне снимет с него шкуру голыми руками. Только оторвется от этого проклятого стула и наручников. Но он перестал рыпаться, стоило знакомым всхлипа зазвучать со стороны коридора. Янсу кое-как повернулся и увидел Иму и Бри, которых вели, связанными по рукам. На головы им были надеты капюшоны смертников.       Арне узнал этот атрибут, потому что сам не раз использовал его по поручению мистера Долтона.       — Знаешь, помощь Диксии нам бы не помешала, — как бы мимоходом заметил Джек-фонарь, рывкам усаживая жену и дочку Арне Януса на соседние стулья и приковывая их наручниками. Бри часто всхлипывала и вообще была готова разрыдаться в любой момент, а Има то и дело озиралась по сторонам, в тщетных попытках узнать, кто их похитил.       — Она отрывается с подругами на агерской, — пожал плечами Тенебра. — Мачлисса здесь тоже нет, заметь, но за него ты молчишь.       — Его понять можно — парня постоянно ведут. «Мыслитель» уже несколько раз спускал его в свои подвалы только за то, что он надевал маску и тусовался в «Чи».       — О, боже праведный, — испуганно выдохнула она, — вы контактеры? Из Организации?       — Точно так, — без всякого энтузиазма отозвалась Анубис.       Има не могла не понять, что эти выродки из Организации. Парень по имени Мачлисс был официально зарегистрированным контактером второй категории, и за ним следил далеко не только «Мыслитель», но и половина мира тоже. Всем было интересно, как живет этот парнишка. О его связях с так называемой Организацией было известно в народе, но официально задержать его и посадить в изолятор ни «Skyline-Corp.», ни полиция не могли — закон он не нарушал, «абилки», как контактеры сами называли свои способности, не использовал (по крайней мере, на виду у «Мыслителя»). О Диксии в народе ходили слухи не более лучше, чем о Тенебре — эти двое точно были знакомы, часто работали в паре, но по сравнению с Тенеброй, Диксия не славилась таким жестоким поведением. А «Чи» был известнейшим местом сбора всех контактеров из Организации, но проблема была в том, что никто не знал, где этот паб находится.       — Има, послушай меня, — подал голос Янсу, — молчи. Ничего не говори.       — Арне? Боже, мне страшно. Очень страшно.       — Папочка… — захныкала Бри, и тут же схлопотала широким каблуком Анубис по затылку. Арне разразился праведным гневом, который был обильно приправлен незацензуренным высоким слогом и массой угрозой о расправе над собачницей. Да и над всеми этими мутантами, если уж на то пошло.       — Заткнись, соплячка, — сказала Анубис Бри.       — Так вот, — в присущей себе манере речи протянул Тенебра, — мы отвлеклись от темы, прошу прощения. Зачем мистеру Долтону нужны не очищенные осколки метеорита?       — Я убью тебя, кусок ты сраного дерьма! — выплюнул Арне. — Иди в задницу со своими вопросами.       — Арне, пожалуйста, скажи им все, что они хотят! — взмолилась Има, но порядочный джентльмен мистера Долтона жестоко проигнорировал слова жены, сверля взглядом серых глаз Тенебру.       — Арне, ты, видимо, не понял, насколько твоя ситуация сейчас патовая, — медленно проговорил Тенебра, не меняя странной манеры речи. — Если я задаю вопрос, то ты должен по идее на него ответить. Но не могу не признать, выдержка у тебя хорошая. Любой другой на твоем месте уже на втором пальце сдался бы.       Тенебра слегка кивнул на прикованные наручниками руки, и Арне против воли сам взглянул на кровавое месиво своих пальцев. Все ногти вырваны, половина пальцев либо отрезана, либо выдернута с особой жестокостью. Причем делал это все Тенебра сам, никоим образом не прибегая к помощи Джека-фонаря. Черепушка и собачница все это время безмятежно наблюдали за методом допроса дружка, но будь Арне Янсу проклят, если не видел, как Джек вздрагивал, когда Тенебра раз за разом, ноготь за ногтем, фалангу за фалангой повторял одну и ту же фразу — «смотри внимательно… внимательно, я сказал».       — Но как я и говорил, у нас есть еще один способ разговорить тебя. — И тут до Арне Янсу дошло.       — Ты не посмеешь. Ты не тронешь их. Они здесь не причем, это только наше дело, Тенебра! Не смей!       — Цель оправдывает средство.       Тенебра повел рукой, и из рукава показался клинок, которым ранее контактер изощренно проводил терапию подготовки Арне Янсу к опросу. Тенебра обошел Иму, которая вертела головой в попытке понять, откуда придет угроза. Но не жена Арне была объектом, с помощью которого парень планировал воздействовать на не совсем благородного джентльмена мистера Долтона. Тенебра стянул тканевый мешок с головы заплаканной Бри, слегка склонил головой и нахмурился.       — У девочки след от твоего каблука, — констатировал он Анубис.       — Прости. — Прозвучало это совсем не искренне.       — Ничего, — Тенебра присел рядом с девочкой и указал на Арне. — Твой папа не хочет говорить, для чего плохому дяде, на которого он работает, понадобились осколки булыжника, который стольких людей погубил, стольких обратил в монстров… Ты поможешь нам разговорить его?       Но Бри не отвечала. Она с заставшим ужасом дрожала и смотрела на Арне, который был без сил что-либо сделать.       — Просто помоги нам, Бри, — сказал Тенебра, — и все будет хорошо.       С этими словами он поднес острие маленького клинка к ее ногтю, поддел так, что Бри захныкала и резко дернул вверх. Дочь Арне завопила, а сам мистер Янсу задергался в тщетных попытках освободиться. Он материл Тенебру, на чем свет стоит, и от этого даже покраснел, словно съел что-то очень сильно острое — сковиллей так на миллион. Арне, сколько не глядел в неприкрытый противогазом фрагмент лица, так и не смог заметить, хоть малейшие движение мускула. Лицо под этой маской, сделанной из британского противогаза, должно быть, могло даже под самыми жуткими пытками остаться бесстрастным.       Тенебра вновь присел рядом с Бри, но теперь занес клинок вертикально над первой фалангой среднего пальца, из которого хлестала кровь.       — Просто помоги нам, Бри, — повторил Тенебра, — и все будет хорошо.       Арне не успел заметить, как парень в противогазе, на котором красовалась оскалившаяся ухмылка, опустил руку и острие с лезвием с противным звуком отделило фалангу от остального пальца. Бри плакала и кричала, начала молить Тенебру, что он прекратил, потому что ей больно, начала молить отца, чтобы он рассказал все, хоть она и не могла понять, зачем все это нужно, начала молить маму, чтобы та спрятала ее от этого ужаса.       — Просто помоги нам, Бри…       — Нет! Я отвечу на все твои вопросы, Тенебра, — сдался Арне Янсу, — но, пожалуйста, не трогай больше мою девочку. Не вреди ей, она же ребенок, и она тут совсем не причем.       — Ну, я же сказал, что есть способ, — похвалился Тенебра и выпрямился. — Зачем мистеру Долтону понадобился не очищенные осколки метеорита?       — Ему поступила просьба. Не обработанные осколки содержат…       — Содержат туманнизированный фон излучения Крофт-Кокоревой, — перебил Джек-фонарь, — мы это знаем.       — Тогда вы знаете, что с помощью этого тумана можно обратить человека, — сказал Арне.       — Слишком велик риск — обращение невозможно контролировать, — едва заметно мотнул головой Тенебра. — Шансы попасть под третью категорию такие же, как и с первыми двумя.       — Мне не всего говорили, — продолжил Арне Янсу, — но я подслушал, как мистер Долтон, мистер Хэппелл и мистер Гоббс обсуждали, мол, «Skyline-Corp.» дозирует туман на подопытных внутри Блокированной зоны. И у них есть успехи.       — Мне кажется, брехня, — сказала Анубис.       — Мне тоже, — согласился Джек-фонарь, — корпорации же невыгодно обращать людей Гвильканк’ха в монстров. Да и зачем?       — Смотрите шире, — посоветовал Тенебра, — если можно обратить в, значит можно синтезировать лекарство. Цель оправдывает средства. Действия Крофт понять можно. Но мой вопрос все еще остался без ответа — зачем мистеру Долтону не очищенный осколки метеорита?       — Да откуда мне знать? — выпалил Арне Янсу. — Мистер Долтон мне не настолько доверяет, чтобы посвящать во все планы. Он просто распорядился, чтобы я, Гейз, Этвёшь и Кавур добыли эти осколки. Последнему, кстати, мистер Долтон куда более расположен, чем к нам — Кавур что-то вроде левой руки. Может, он больше знает.       — Кавур, — повторил Тенебра, словно пробовал на вкус эту фамилию. — Адриан Кавур?       — Да.       — Гейз и Этвёшь сказали то же, — заметила Анубис, и Арне замер от этих слов. — Не обманули?       — Похоже, что нет. — Теперь манера речи Тенебры сменилась, стала куда привычнее, и Арне Янсу тут же бросило в ужас. — Благодарю, мистер Янсу.       Тенебра занес внутри рукавный клинок и полоснул Бри Янсу по горлу. Девочка даже не успела звука издать, а преступный джентльмен сидел в оцепенении еще какое-то мгновение, пока осознание жестокой реальности не вернуло его. Арне собрался вновь обрушить на Тенебру свой праведный гнев истинного преступного джентльмена, но выстрел из укороченного Remington 870 вновь заставил Арне Янсу оцепенеть от неожиданности. Дробь разворошила весомую долю головы Имы Янсу настолько, что даже судмеды вряд ли бы смогли составить портрет жертвы из этого месива из костных остатков и содержимого черепа.       Тенебра убрал укороченный Remington 870 за спину и подошел к Арне Янсу, который так и сидел, уставившись в точку между уничтоженной головой жены и перерезанного горла дочурки. Парень в видоизмененном противогазе S10 положил ладонь на украшенное кровью лицо Арне Янсу и призвал свои — как сказали бы ребята из Организации — абилки, вытянув из преступного джентльмена энергию, подобно какому-нибудь энергетическому вампиру.       — Что теперь? — спросил Джек-фонарь.       — Пока что закончим, — ответил Тенебра, поднимаясь по лестнице из подвала. — Не будем спешить за мистером Кавуром, пусть пока ситуация вокруг мистера Янсу уляжется.       — Это понятно. Я имею ввиду конкретно сейчас — чем займемся, брат?       — Вечеринка на агерской в самом разгаре, — начал Тенебра, проходя через гостиную, обставленную согласно всем требованиям лофта — аккуратная каменная стеночка с подвешенной на ней ТВ-плазмой, паркет цвета темного шоколада, пара широких и низко сделанных диванчиков, посреди всего этого дела широкий ковер — красота эстета. — Вейв добыл нам пропуск за кулисы. Да и Диксия там давно, отрывается по полной. Я такой, чтобы туда пойти.       — Хорошая идея, тем более Мачлисс тоже должен быть там. Бедняжка, наверное, сидит один на крыше «Лидла» и наблюдает за всей этим движем.       — Ну, вот. Анубис, ты как, с нами?       — Я уже сказала, что у меня нет настроения, — произнесла девушка, проходя мимо Тенебры и Джека-фонаря, но почему-то остановилась и глянула на парня в измененном противогазе. — Но, если ты меня споишь, я, быть может, и подумаю, чтобы сходить.       — В таком случае условимся, что футболку ты снимать не будешь после того, как напьешься.       — Ну, ты и бяка, солнышко.       На этом Анубис обернулась темным туманом с искрами, который понесся на восток в сторону агерской площади. Джек-фонарь снял маску в виде украшенного красивыми завитушками черепа и выдал неприятную улыбку, какая у него была практически всегда. Улыбаться этот парень не умел.       — Бяка ты, — хохотнул он.